Девочка с незабудками

29.06.22. Проснувшись утром Маяковская быстро позавтракала, собралась и оделась, после чего вышла из квартиры и пошла в ледовый дворец. Оказавшись в «Юбилейном» она тут же пошла не в раздевалку, а в хореографический зал, в который она по факту, должна была прийти ещё вчера. — Доброе утро, Татьяна Николаевна. Сказала Лиля, зайдя в помещение. Она уж было собиралась извиниться, но не успела и слова сказать до того, как Прокофьева в какой-то степени, перебила её, сказав: — Доброе, Лиля. Можешь не извиняться за то, что пришла сегодня, а не вчера. Я знаю, что у тебя был пробный откат показательной. — Не просто пробный откат, а пробный откат, который видел сам Евгений Плющенко. Поправила Лиля, с лёгкой и смущённой улыбкой. — Ого. Удивлённо произнесла Татьяна. — Он что-то тебе сказал? Спросила Татьяна, смотря на Лилю. — Ну, да. То, что я выступлю с показательной на его шоу в Сочи 2 июля вместо второго проката Елизаветы Сергеевны. Ответила Лиля, с той же улыбкой, смотря на Татьяну. — Да ты у нас везунчик. Сказала Татьяна, с лёгкой улыбкой, смотря на Лилю. — Есть такое. Сказала Лиля, перед тем, как начать разминаться по той же схеме, что и в прошлый раз. Спустя несколько минут с разминкой, выполненной по факту, дважды подряд, было покончено. — Я думаю, что до того, как тебе понадобится или захочется поставить новую программу, твой сегодняшний приход ко мне последний. Сказала Татьяна, убедившись в том, что Лиля закончила с разминкой. — Хорошо. Сказала Лиля. Маяковская прозанималась в зале на протяжении трёх часов, после чего собрала вещи и ушла в раздевалку, где сменила кроссовки на коньки и направилась к ледовой площадке, дабы вновь отработать показательную. На тот момент, как Маяковская оказалась на льду, Туктамышева разговаривала с Колядой у дальнего для её ученицы бортика. Маяковская хмыкнула и решила, что лучше потратить оставшиеся четыре часа тренировки на отработку показательной, так что врубила музыку в наушниках, перед этим надев их, достав сначала чехол с ними из кармана куртки, а после и их самих из чехла, и вышла на лёд, после чего начала откатывать показательную. После первого отката со стороны дальнего бортика послышались аплодисменты. Повернувшись на аплодисменты, Лиля обнаружила, что ей хлопает и Миша, и Лиза, которая чуть-чуть позже подозвала её к себе. Маяковская разумеется, послушно подъехала к ней и Коляде. — А вот и наш Джокер. Сказал Миша, улыбаясь, смотря на Лилю. Маяковская засмущалась. — Ты видел её вчерашний откат? Спросила Лиза, смотря на Мишу, заинтересованно выгнув бровь. — Ну, да. Ответил Миша, переведя взгляд на Лизу. — Никому его подробности не рассказывай. Хорошо? Спросила Лиза, переведя взгляд на глаза Миши. — Хорошо. Ответил Миша, также переведя взгляд на глаза собеседницы. — А ты, Лиля, не перетрудись. Я знаю, что если я не дам тебе выходной, ты так и будешь тренироваться каждый день, так что завтра я разрешаю тебе отдохнуть от тренировок. А послезавтра, утром, уже полетим в Сочи. Я зайду за тобой. Добавила Лиза, переведя взгляд на глаза уже Лили. Маяковская положительно кивнула, как бы соглашаясь на предложение завтра отдохнуть. — Честно говоря, мне страшно. И я до сих пор не на все сто процентов приняла то, что буду участвовать в шоу. Сказала Лиля, в какой-то степени, размышляя вслух. — Чего ты боишься, Джокер? Спросил Миша, смотря на Лилю, заинтересованно выгнув бровь. — Того, что не понравлюсь публике. Ответила Лиля, смотря на Мишу. — Ты им понравишься. Это я тебе гарантирую. Сказала Елизавета, смотря Лиле в глаза. — Кому ты можешь не понравится? Ты прекрасно катаешься. Сказал Миша, смотря на Лилю. И слова Туктамышевой, и слова Коляды, общими усилиями заставили Маяковскую улыбнуться. Ну, а как иначе? Кому может быть неприятно, когда ему говорят подобное те, на кого ты до этого в случае с первой — равнялся во всём, в чём мог, а в случае с вторым — равнялся в некоторых, не особо многочисленных аспектах. Маяковская вновь засмущалась, а после сказала, что ей стоит вернуться к отработке, поблагодарила и Коляду, и Туктамышеву, и вернулась к отработке показательной программы. Из ледового стадиона она вышла в 17:11, после чего пошла домой. Оказавшись дома, Лиля быстро сходила в душ, поужинала, и лишь после позвонила Алёне. — Привет, божий одуванчик. Сказала Алёна, вновь обогнав Лилю. — Привет, Лёна. Сказала Лиля. — Как день прошёл? Спросила Алёна — Отлично. Сегодня тренировала показательную, а завтра и послезавтра у меня выходные. Ответила Лиля, улыбаясь. — По инициативе Елизаветы Сергеевны? Предположила Алёна. — Насчёт завтра – да, а послезавтра мы уже улетаем в Сочи. Ответила Лиля. — Передай ей от меня спасибо за то, что она устраивает тебе выходные. Иначе ты бы себе что-то потянула или выгорела. Сказала Алёна. Маяковская хмыкнула. — Я начинаю удивляться тому, что вокруг меня так много людей, которые пытаются обо мне заботиться. Сказала Лиля. — Ты ж божий одуванчик, как о тебе можно не заботиться? Спросила Алёна. Маяковская усмехнулась. — Для одной я золотце, для тебя божий одуванчик, а для Коляды Джокер. Интересный набор. Сказала Лиля, улыбаясь. Косторная хихикнула. — Да уж. Сказала Алёна. — Я вот думаю, может мне завтра к тебе слетать? Добавила Алёна. — Не стоит. Отдохни пару дней. Побудь дома, почитай, посмотри что-нибудь. Ответила Лиля. — Ладно, хорошо. Сказала Алёна. — Ты уже поужинала? Спросила Алёна, выждав небольшую паузу. — Ну, да. Ответила Лиля, перед тем, как зевнуть. — Ты явно устала, иди спать. Спокойной ночи, сладких снов, божий одуванчик. Сказала Алёна. — Спокойной, Лёна. Сказала Лиля, перед тем, как сбросить звонок. После Маяковская выполнила все необходимые для того, чтобы со спокойной душой лечь спать, действия. Спустя пять с половиной минут она уже спала.