Девочка с незабудками

07.10.22. Утром следующего дня Маяковская, как и всегда, сначала позавтракала, после сходила, а после и села за домашнее задание. Закончив она быстро собралась на тренировку и вышла из квартиры, а немного позже и из здания, попутно вызывая такси, на котором она и добралась до «Юбилейного». Тяжёлый выдох срывается с губ девушки, перед тем, как она с улыбкой направляется в сторону входа в здание. Изредка, по утрам, когда она идёт на тренировку, в её голове всплывают воспоминания о прошлом. О том, как она мечтала о том, что когда-нибудь приедет к «Юбилейному» хотя бы как участник соревнований, которые проходят в нём. О том, что она когда-то приедет к нему как ученица Мишина или кого-то ещё она стеснялась мечтать. Считала, что это вообще невозможно, вплоть до того июньского вечера, когда судьба свела её и Елизавету Сергеевну, точнее, Лизу. За потоком мыслей и воспоминаний Лиля и не заметила, как дошла до двери зала. Улыбка чуть поугасла, став сдержаннее, а взгляд устремился на висящие неподалёку настенные часы. Они показывали 07:55. Пять минут до тренировки. Простояв на месте примерно пять секунд, Маяковская открыла дверь и прошла в помещение. — А вот и наша трудяга. Раздался голос Алексея Николаевича ещё до того, как Лиля осмотрелась. Маяковская усмехнулась. — Ну, не прям уж трудяга. Отмахнулась она, переводя взгляд на тех, кто уже пришёл на тренировку. В их числе был не только Мишин, но и Туктамышева, Коляда и Ветлугин. Вторая сначала улыбнулась Маяковской, а после подошла и зажала в объятия, Лиля обняла её в ответ. Казалось бы, прошло всего два дня, но обе уже успели соскучиться друг по другу. Уж слишком сильно они привыкли, что всегда рядом друг с другом. — Вернулось золотце моё. Тихо сказала Лиза. Маяковская хмыкнула. — Я тоже скучала. Сказала Лиля. Ещё несколько и Туктамышева отстранилась, разорвав объятия. Она уж было хотела что-то спросить, но не успела, её опередили вошедшие в помещение Семененко и Лутфуллин. — Извините за опоздание. Сказал Женя. — И меня тоже. Сказал Глеб. Семененко хмыкнул. — Извиняю. Сказал Алексей Николаевич, перед тем, как оглядеться, чтобы убедиться, что все на месте. — Раз уж все на месте, начнём тренировку. Добавил он. Никто спорить или возмущаться не стал, все послушно приступили к тренировке. Маяковская за все те тренировки, которые она прежде провела в данной компании успела привыкнуть к тренировкам не в одиночку, благодаря чему она отдавалась делу целиком и полностью, без каких-либо волнений. А ведь ещё год назад она и не знала, какого это. Знала только одно: если вдруг окажется на групповой тренировке, то будет очень сильно переживать касательно того, что из-за её неудач по ходу тренировки, может влететь и остальным. На тренировках группы Мишина это было не так. Вообще не так, что первые несколько тренировок даже удивляло Лилю. Сейчас она уже привыкла к этому, как и к тому, как же быстро проходят те части тренировки, во время которых группа находится вне льда. Так было и сегодня. Выйдя на лёд Лиля по привычке оглянулась и поехала раскатываться вместе с остальными. Спустя несколько минут она уже перешла к прыжкам. К тройным прыжкам, а потом и к четверным. Её внимание не было зациклено на каком-то определённом прыжке и отрабатывала каждый в неком порядке, который изредка менялся. Хорошо отработав тройные и четверные, Маяковская отъехала к бортику, чтобы передохнуть и выпить воды. Спустя один тяжёлый выдох, несколько глотков воды и возвращение бутылки на прежнее место, к Лиле подходит Мишин. — Я слышал, что ты уже научилась и аксель в пять оборотов прыгать, но правда не видел. Если сможешь скрутить каскад или секвенцию с акселем и риттбергером в пять оборотов — получишь поощрение. Сказал он. Маяковская чуть сжала губы и перевела взгляд на Туктамышеву, которая как раз проезжала мимо. Почувствовав на себе чужой взгляд Туктамышева остановилась и подъехала к Маяковской. — Если ты считаешь, что ты сможешь — дерзай. Сказала Лиза, смотря Лиле в глаза. Маяковская хмыкнула. — Я скручу. Сказала она, переведя взгляд на Алексея Николаевича. — Ну, что ж. Удачи. Сказал он. Маяковская кивнула и пошла на разгон. Она планировала прыгнуть каскад, а не секвенцию. Так и случилось. И аксель, и риттбергер были выполнены на одном дыхании. Туктамышева, что всегда верит в Маяковскую успела снять этот чудо-каскад, сразу после выполнения которого как на лице Лизы, так и на лице Лили появилась улыбка. У Туктамышевой — сдержанная и удивлённая. У Маяковской — широкая, как говорят: «во все 32». Первые секунд пять последняя стояла на месте, учащённо дыша и смотря на Туктамышеву с шоком в глазах. Она не верила в то, что это и вправду получилось, так ещё и с первого раза. — Я не верю. Одними губами сказала Лиля, чуть качая головой. Туктамышева усмехнулась и жестом подозвала к себе Маяковскую. Маяковская тихо пискнула, радуясь и подъехала к Туктамышевой, тут же зажимая её в очень крепкие объятия. Да такие, что Лиза даже удивилась, обнимая ученицу в ответ. — У меня получилось, получилось. Сказала Лиля в пол голоса, всё ещё находясь в шоке, уже после того, как объятия были разорваны. — И не мудрено. Ты на великую редкость талантлива. Сказал Алексей Николаевич. — Подтверждаю. Сказала Лиза, улыбаясь. Маяковская немного засмущалась, опустив взгляд на несколько секунд. Про то, что ей пообещали вознаграждение за каскад или секвенцию из двух пятерных она вспомнила лишь спустя несколько секунд. — А что вы имели ввиду под вознаграждением? Спросила она смотря на Алексея Николаевича, заинтересованно выгнув бровь. Мишин хмыкнул. — Лизик, как ты думаешь, чего Лиле не хватает для завершения, скажем так, подготовки к сезону? Спросил он, смотря на Лизу. Туктамышева задумалась. — Вообще, если говорить глобально, то стоило бы найти спонсора, а если не так глобально, то, если Лиле это конечно нужно, то салфетницу. Ответила она. — А я могу в плане спонсоров к тебе присоседиться? Спросила Лиля, смотря на Лизу. — Впринципе — да, но надо будет подписывать контракт и как-то устроить встречу. Ответила Лиза. — А у вас в Челябинске нет какой-то компании, которая была бы не против тебя спонсировать? Спросил Алексей Николаевич. Маяковская пожала плечами. Она правда не знала. Да и компаний из родного города она знала ну очень мало. — А что если поискать кого-то среди петербургских? Предложил Алексей Николаевич, немного подумав. — Кого, например? Спросила Лиля. — «Газпром»? Предположила она. — Если честно, то хороший и возможный вариант. Ответила Лиза. — Правда? Удивилась Лиля. — Да. Я могу попытаться связаться с кем-то оттуда через знакомых из «G Drive». Подтвердила Лиза. — Было бы неплохо. Сказал Алексей Николаевич. — Да. Согласилась Лиля. В её голове в это же время проносились мысли о том, что у неё правда есть шанс стать первой фигуристкой, которую спонсирует аж «Газпром». Аж, чёрт его дери, «Газпром». Было бы неплохо иметь контракт с кем-то по типу «Demix» или «Adidas», но с этим, вроде, как-то легче будет. — Я постараюсь заняться этим в ближайшее время. Сказала Лиза. — Отлично. Сказал Алексей Николаевич. — А пока: Лиля, как тебе идея с салфетницей? Добавил он, смотря на Лилю. — Я не против. Даже за. Ответила Лиля, с лёгкой улыбкой. Мишин хмыкнул. — Лизик, съезди с Лилей после тренировки за салфетницей. Попросил он, переведя взгляд на Лизу. Туктамышева усмехнулась. — Хорошо. Сказала она. Маяковская, не дожидаясь указа от кого-то из тренеров вернулась к тренировке, а если быть точнее, то к стабилизации недавно выученного файкселя. На это она, понятное дело, не стала тратить то время от тренировки, что группа проводила на льду, а то так и упасть с него было бы недалеко. Вместо этого она пропрыгала его в течении ближайшего полутора часа, с перерывами. После, уже на втором «льду» она вернулась к тройным и четверным, которым она уделила уже больше времени, но не всё то, что оставалось до конца тренировки. А до конца второго «льда» она отрабатывала вращения, во время одного из которых Мишин объявил о том, что пора покидать лёд и идти на заминку. Маяковская облегчённо выдохнула и поехала к выходу со льда. Ещё несколько секунд и одевает на коньки защитки и уж было собирается уйти в раздевалку, но её вдруг окликает Туктамышева. Маяковская сразу же поднимает голову на своего тренера, направляя взгляд на её глаза. — Сильно устала? Спросила Лиза. — Прилично, но силы на смотаться за салфетницей ещё есть. Ответила Лиля, улыбаясь. Туктамышева усмехнулась. — Тогда встретимся у моей машины и поедем за салфетницей. Сказала она. — Хорошо. Сказала Лиля, перед тем, как на пару с Лизой уйти в раздевалку. Спустя несколько минут они уже сидели в машине старшей из них. — Куда поедем? Спросила Лиза, смотря на Лилю, заинтересованно выгнув бровь. — Не знаю. Ответила Лиля. Туктамышева хмыкнула и задумалась. — Можем попытать удачу в ближайшем «Фигуристе». Предложила она спустя несколько секунд. — Давай так и сделаем. Сказала Лиля. — Давай. Сказала Лиза, перед тем, как они поехали к ближайшему «Фигуристу». Ещё через полчаса с лишним они уже уезжали от пункта назначения. Пока Туктамышева вела машину в сторону дома Маяковской, Маяковская держала в руках новенькую салфетницу. Её выбор недолго метался в плане того, какую салфетницу выбрать и в итоге остановился на «модели» от «Edea», если быть точнее, то на Мэй. — Ты кошатница или тебе просто больше всего понравилась «Мэй»? Спросила Лиза. Маяковская хмыкнула. — Второй вариант. Ответила она. — Вот как значит. Сказала Лиза, хитро улыбаясь. — Даже не думай дарить мне собаку. Быстро проговорила Лиля, повернув голову в сторону Лизы. Туктамышева усмехнулась. — Пока что — ещё не начинала. Сказала она. — И не стоит. Сказала Лиля. — Почему? Спросила Лиза. — Я надеюсь. выпросить у главы грузинской федры щенка как подарок. Ответила Лиля. Она не была на все сто процентов уверена, что правильно подобрала глагол, но исправлять формулировку уже было поздно. — Как было у Алины? Спросила Лиза. — Ну, да. Подтвердила Лиля. Туктамышева хмыкнула. — Мне кажется, что Гиоргобиани сделает всё, что в её силах, лишь бы ты была в её федерации. Такое золотце станет упускать разве что дурак. Сказала она. — Тоже верно. Согласилась Лиля. Через несколько минут Маяковская уже была дома. Первой мыслью было позвонить папе, но она немного подумала и решила, что лучше будет сделать это утром, чем сейчас. Сейчас ей явно позвонит Алёна, а после разговора с ней Лиля может и забыть, что собиралась позвонить папе. Так, к слову и случилось. То есть, спустя минуту с небольшим Лиле позвонила Алёна. — Привет, одуванчик. Раздалось по ту сторону линии, стоило Лиле поднести телефон к уху, приняв звонок. Маяковская хмыкнула. — Привет, Лёна. Сказала она, улыбаясь. — Как день прошёл? Спросила Алёна. — Хорошо. Мне, возможно, светит первой фигуристкой, которую спонсирует одна очень крупная компания. — Так. Что за компания? Тут же спросила Алёна. — Не выёживайся, а то потом припомню. Вряд-ли всерьёз пригрозила она. — А что если хочется? Спросила Лиля. — Чтоб я пригрозила или повыёживаться? Спросила Алёна. — Второе. Ответила Лиля. Косторная ухмыльнулась. — А первое? Спросила она. — Смотря, что ты под ним имеешь ввиду. Ответила Лиля. — Ха. Произнесла Алёна, нарочно шумно выдохнув в трубку. — Узнаешь в следующую среду. Пояснила она. — А почему не раньше? Спросила Лиля. — Потому что раньше мы не сможем пересечься. Ответила Алёна. — И остаться наедине. Очень тихо добавила она. Маяковская из этой фразы услышала только последнее слово и от того сначала нахмурила брови, но уже через несколько секунд сообразила, на что намекает Косторная и усмехнулась. — В мастера спорта по пошлым намёкам метишь? Спросила она. — Давно уже, а что? Спросила Алёна. — Вот как. Сказала Лиля, ничуть не удивившись. — Угу. Подтвердила Алёна. — Ага. Косторная хмыкнула. — Так что за компания? Спросила она. — А я не скажу. Ушла от вопроса Лиля. Косторная усмехнулась. — Значит получишь атятя в следующую среду. Сказала она. — Хорошо. Сказала Лиля. — Не боишься? Спросила Алёна. — Неа. Ответила Лиля. Косторная хмыкнула. — Ладно. Тогда до среды. Сказала она. — Спокойной ночи. Добавила она. — Спокойной. Сказала Лиля, перед тем, как сбросить звонок. У неё не было вариантов, что могла задумать Косторная, но это её не напрягало. Ей было достаточно того, что она знает, что это что-то связано с. ночным времяпровождением. Слишком сильно жестить Косторная явно не будет. Это Лиля знает и понимает. Так и не найдя ни одной причины для хотя бы слабого напряга или волнения, Маяковская быстро поужинала и, сходив в душ, легла спать.