astraphobic

Вдали, в клубáх тёмно-серых туч, сверкает вспышка молнии, и по коже Итэра пробегает холод. Тревожное замирание сердца на краткий миг кажется глупым даже ему самому, но такая реакция уже перестала быть неожиданной какое-то время назад. Юноша спешит отвести взгляд от надвигающейся грозы и рассеянно улыбается, случайно поймав на себе вместо этого пристальное внимание янтарных глаз. — Стоит поспешить, иначе попадём под дождь — комментирует он, и Сяо, идущий рядом, задумчиво хмыкает. Похоже, он не собирался возражать — даже если самому Якше не было дела до погоды, стоило подумать хотя бы об их спутниках, присоединившихся к ним в сегодняшнем путешествии. Потемневшее небо озаряет ещё одна вспышка, блеснувшая уже ближе к ним, и, к удивлению Итэра, Сяо тихо фыркает. Вновь оглянувшись на спутника, он обнаруживает, что тот впился взглядом в тяжёлые тучи и, помедлив пару секунд, неожиданно пробормотал: — Многие смертные боятся молний… Непостижимо, — Сяо снова фыркает с лёгким раздражением и прикрывает глаза. — Бояться чего-то столь… обычного. Он наверняка не задумывался особо о своих словах, но Итэр чувствует внезапную тяжесть в груди и стыдливо опускает взгляд. Конечно, Сяо не мог знать — в конце концов, в тот раз его рядом с белокурым путешественником не было, однако ему всё равно кажется, что спутник насмехается над ним самим, и эта мысль превращается в неприятный укол в районе сердца. На секунду юноше даже кажется, что он вновь чувствует пронзающую спину жгучую, нестерпимую боль, и ему приходится сжать покрепче челюсть, даже если настоящих причин для подавленного резкого вздоха боли нет. Там, скрытый тканью топа и белоснежного плаща, на бледной коже Итэра раскинулся тёмно-бордовой сетью шрам, оставленный прошедшим через его тело ударом молнии в первой битве с Баал. Конечно, путешественник за время своих странствий по всевозможным мирам сталкивался со многими вещами, среди которых было кое-что в разы страшнее удара молнией. Но, к сожалению, это не сделало его полностью устойчивым ни к боли, ни к страху. В конце концов, он тоже был человеком. — …тэр? Итэр, ты в порядке? Юноша слегка вздрагивает и с удивлением осознаёт, что ушёл в мысли так глубоко, что не заметил, как Сяо мягко тряс его за плечо, глядя на него с беспокойством, как и остальные их спутники. — …О, конечно! Простите, просто немного задумался, — он ярко улыбается, и Якша, немного помедлив, с неловким кивком разжимает пальцы на его плече и отступает, пусть и не выглядит убеждённым. Этот разговор довольно быстро оказывается забыт ими обоими. *** Иногда он просыпается от кошмаров. Раньше под такое определение подходили разве что сны с его сестрой, в которых она уходила без оглядки на юношу, оставшегося с чувством вины в полном одиночестве; но теперь к ним прибавились ещё и сны-воспоминания о его первом попадании в Царство Эвтюмии — долгая схватка с Электро Архонтом, из которой он вряд ли смог бы выйти победителем, и пронзающий его насквозь заряд электричества, вырывающий из груди отчаянный, болезненный крик и лишающий его сознания на непозволительно долгие мгновения. Конечно, Итэр не жалел ни о чём — в конце концов, они помогли Томе освободиться и сохранить свой Глаз Бога. Но иногда он просто ничего не мог с собой поделать и, оставаясь в одиночестве, каждый раз невольно тянулся к правому плечу, оказавшемуся задетым тонким переплетением шрама. Это была не первая и наверняка не последняя рана, оставившая на его теле долговечную отметину, и он это осознавал. Возможно, дело было лишь в том, как свежи были воспоминания о ней — в конце концов, его спина неприятно ныла при любом резком движении ещё долгие недели, а в первые дни он даже испытывал проблемы со слухом и зрением. Как бы то ни было, хотя тёмно-бордовый цвет постепенно становился всё бледней, а боль давно ушла, кошмары продолжали преследовать его с завидной упорностью. *** — Ауч! С пронзительным вскриком Итэр неуклюже растягивается на земле, сбитый с ног ловким ударом. Вскинув голову на оппонента, он не может не рассмеяться — Сяо, кажется, сам не ожидал, что сможет повалить его наземь, и теперь Якша неловко замер с выражением беспокойства и смущения на лице. — Ты как? — юноша спешит протянуть руку, чтобы Итэр смог подняться, и в голове путешественника тут же возникает игривая мысль. — Порядок, не волнуйся, — улыбается он и хватается за чужую ладонь, но, вместо того чтобы встать с её помощью, тянет Сяо на себя. — Э-эй! Как ты смеешь?! — лицо Адепта тут же вспыхивает румянцем, когда он осознаёт, что они оказались сплетены в тесных объятьях, и Итэра это только сильнее веселит. Даже если они уже перешагнули черту обычной дружбы какое-то время назад, Сяо было всё ещё порой до смешного легко смутить, и белокурый юноша пользовался этим без единого намёка на совесть. Изначально они собирались немного потренироваться, так как день был на удивление спокойным и не слишком занятым для них обоих. Но теперь, когда они вдвоём растянулись в мягкой траве под лаской солнечных лучей, желание продолжать тренировку напрочь отпало. Губы Итэра сами расползаются в глуповатой улыбке, когда он зарывается носом в тёмные волосы на макушке, и Сяо, уже не возмущаясь, обнимает его крепче. Честно говоря, Итэр теряет счёт времени, но, когда они наконец поднимаются на ноги, размягчённые теплом и долгими объятьями, солнце уже начинает клониться к горизонту. — Твоя одежда… вся в пятнах, — внезапно бормочет Сяо, и Итэр, удивлённо оглядев себя, понимает, что на ткани действительно остались следы травы и грязи. — Вот же… — раздражённо стонет юноша, испуская тяжёлый вздох. Это было последним, с чем ему хотелось бы иметь дело прямо сейчас. — Можем остановиться на ночь в "Ваншу", — жмёт плечами его спутник и мягко хмыкает, когда Итэр с энтузиазмом кивает: — О, было бы чудесно! Надеюсь, к утру успеет высохнуть… Совсем скоро они оказываются в одной из комнат постоялого двора. Сяо уходит, чтобы попросить запасной комплект одежды на ночь, и Итэр, оставшись в одиночестве, спешит стянуть с себя топ, каким-то образом пострадавший сильнее всего. Внезапно юноша замечает, как сильно растрепались его волосы — обычно тугая коса могла выдержать куда больше и остаться в прекрасном состоянии к концу дня, однако сегодня утром он, похоже, сделал её слишком слабой, из-за чего теперь из неё тут и там торчали вылезшие пряди. Тихо вздохнув, Итэр распускает волосы и принимается заплетать косу заново. Однако он, похоже, слишком увлекается, отчего даже не замечает тихого скрипа двери. — Что… что с твоей спиной? Итэр вздрагивает и резко оборачивается на звук внезапно просевшего голоса — Сяо стоял в дверях, чересчур крепко сжимая в руках стопку одежды, и янтарь расширившихся в ошеломлении глаз блуждал по его торсу, будто желая увидеть сквозь него. О, чёрт, он совсем забыл. — А… — честно говоря, на секунду ему хочется просто замять ситуацию, сказав, что это у него давно, но он тут же осекается, понимая, что Сяо не поверит. Да и в выражении лица Адепта было что-то настолько тревожно отчаянное, что Итэр просто не находит в себе сил солгать. — Досталось в драке с Сёгуном Райдэн. — Райдэн?.. — растерянно повторяет Сяо, и внезапно его лицо искажается яростью, а глаза темнеют. Итэр знает этот взгляд. — Сяо, нет! Ты не можешь с ней подраться из-за этого! — Но она ранила тебя! — голос юноши превращается в яростный рык, и Итэр устало вздыхает: — Это уже в прошлом. Мы уже разрешили наши конфликты, так что волноваться не о чем. — Но… но… Сяо беспомощно задыхается и зажмуривается, будто ему стоит огромных сил не сорваться прямо сейчас в Инадзуму и вызвать Электро Архонта на бой, и Итэр невольно фыркает, чувствуя разливающееся в груди тепло, пусть и с привкусом лёгкой печали. — Глупый Якша… — бормочет он с нежным раздражением и распахивает руки. — Иди сюда. Получив приглашение, Сяо без промедлений сгребает его в объятья, но тут же испуганно вздрагивает и спешит отстранить руки от чужой спины, и Итэру от такой обеспокоенности становится тепло. — Не бойся, мне не больно, — тихо смеётся он, и Сяо неуверенно хмыкает, но послушно возвращает руки, пусть и с явной осторожностью. — Почему ты ничего не сказал? — шепчет юноша, и Итэр невольно поджимает губы. Не то чтобы он пытался это как-то скрывать, на самом деле. Просто так получилось. — Не думал, что это стоит упоминания. Да и… не очень люблю вспоминать. — О… — Сяо замолкает, будто обдумывая его ответ, но всего спустя пару секунд внезапно спрашивает снова: — Могу я… посмотреть? — …Конечно. Честно говоря, Итэр нервничает, садясь к юноше спиной и перекидывая волосы через плечо, чтобы открыть обзор на шрам. Он слегка вздрагивает, когда Сяо касается его кончиками пальцев, осторожно прослеживая разветвление бордовых нитей и не произнося при этом ни слова. Тишина нервирует Итэра ещё сильнее, и он уже собирается сказать что-нибудь для разряжения атмосферы, когда Сяо хрипло шепчет: — Прости меня. — … Что? — За то, что меня не было рядом, — услышав эти слова, Итэр уже хочет возразить, но Сяо внезапно продолжает: — И за… те мои слова. Даже если какой-то страх для меня непостижим, это не делает его… глупым или жалким. С этими словами Якша касается губами его правого плеча в мягком поцелуе и утыкается в него лбом, а Итэр совершенно теряет дар речи. Похоже, теперь Сяо догадался о его невольном страхе и, что ещё удивительнее, вспомнил тот их разговор. Но даже это не было так удивительно, как услышать подобные слова из его уст. — О, Сяо… — выдыхает Итэр, не в силах подобрать правильных слов, чтобы выразить обрушившееся на него чувство безопасности, теплоты и облегчения. Сяо задумчиво мычит, будто подтверждая, что всё ещё находится здесь, и снова оставляет поцелуй на испещрённой шрамом коже, на этот раз прямо между острых лопаток. В ту ночь к Итэру, уснувшему в безопасном коконе чужих рук, кошмары так и не приходят.