Хорошие парни

      Женя выскользнула из мастерской, пытаясь проглотить разочарование, которое подкатывало к горлу всякий раз, когда она ходила навестить Давида. Все вокруг обращали на нее внимание, кроме него, и она не знала, что с этим делать. Никто не может быть настолько увлечен работой. Женя, как всегда, подождала вспышку гнева, которая наконец положит конец ее попыткам, но так ничего и не почувствовала. Отчасти поэтому ей и нравился Давид. Если другие смотрели на нее с похотью или презрением, то Давид относился к ней так же, как и ко всем остальным. Разве что слушал немного внимательнее, или ей просто хотелось в это верить.       — Жалкое зрелище, — резко произнес знакомый голос.       Женя оглянулась через плечо на Ивана. Он стоял, прислонившись плечом к стене и скрестив руки на груди. Умения произвести впечатление у него не отнять.       — Снова пришел? — сладко спросила она, поворачиваясь к нему.       Некоторые боялись Ивана, даже ненавидели. И, надо признать, на то были причины. Но у Жени не было с ним проблем, хотя бы потому, что Иван ненавидел всех одинаково. И к ней он относился так же, как и к остальным. В этом он похож на Давида.       — Жалко смотреть, как ты крутишься вокруг него, лишь бы он заметил. Плохо, когда ты слуга, но еще хуже прислуживать перед кем-то, — тихо произнес он.       Женя выпрямила спину, шагнула вперед и ткнула Ивана пальцем в грудь, прямо около сердца. Иван не выглядел встревоженным, просто скучающим и слегка раздраженным.       — Ты следишь за мной, Иван? Разве у тебя нет дел поважнее?       Под пальцем Женя чувствовала биение его сердца, медленное и ровное. Иван выпрямился и сердито глянул на нее. Но Женя видела вещи и похуже, чем угрюмый сердцебит, и потому спокойно встретила его взгляд, даже слегка улыбнулась. Чего бы Иван не хотел, он этого не получит.       — Я искал тебя.       — Зачем?       На миг он засмущался, и Женя с удивлением отметила, что даже ему не чуждо ничто человеческое.       — Ты нужна Дарклингу, — рявкнул он.       Женя ощутила укол страха.       — Почему сразу не сказал?       Женя хотела было скорее пойти к генералу, но Иван схватил ее за локоть. Он весь пылал от гнева. Женя посмотрела сначала на пальцы, сжавшие ее руку, а затем на красивое лицо сердцебита.       — Хочешь сам объяснять, почему я задержалась? — спросила Женя, едва сдерживая дрожь в ногах. Иван был так близко, что она видела все мелкие недостатки его лица, которые могла бы легко исправить. Пальцы так и чесались поправить его взлохмаченные волосы. Нет, она не тронет этого скота. Этого гриша, который не признает ее за свою.       — Я не понимаю, что ты в нем нашла.       — В Давиде?       Был только один человек о котором мог говорить Иван. С Дарклингом все просто: он красивый, могущественный и такой далекий, что любой влюбляется в него. Даже она не была застрахована от чар Дарклинга. Если бы он позволил…       — Да.       Женя вдруг поняла, что не знает, что ответить. Почему он хотел знать? Какая ему разница, чем она занимается в свое свободное время? Зачем он преследует ее?       Иван терпеливо ждал.       — Он хороший, — не успев себя остановить, выпалила Женя.       Иван замер, а затем запрокинул голову и рассмеялся. Женя со стыдом ощутила, как покраснели щеки, и попыталась вырвать руку.       Иван наклонился к ней и вкрадчиво спросил:       — Так вот что ты ищешь, Женя? Кого-то хорошего?       От звука его низкого глубокого голоса у нее пересохло во рту. Как же ей хотелось, чтобы с ней обращались, как с человеком. Чтобы о ней думали не как о хорошенькой кукле, которую можно наряжать, а когда надоест — выбросить. Чтобы кто-то понял, что она нечто большее. Давид был близок, потому что ничего от нее не ждал. Он хороший.       А вот Иван точно не хороший парень, и никогда им не был.       — Чего ты хочешь, Иван? Тебе захотелось поиздеваться или просто интересно, как какова кукла в постели?       Она не игрушка, даже если так думает король. Даже если все так думают. И она не боится Ивана.       — В том, что было над кем-то измываться, нет ничего веселого, — прошипел Иван. — И мне нравятся женщины, которые отдают столько же, сколько получают.       Женя ухмыльнулась. Святые, она была заинтригована: ноги дрожали, а в животе скрутился тугой горячий узел. Женя смотрела на его губы и гадала, когда он уже ее поцелует. Ей наконец удалось отстраниться, и Иван отпустил ее руку.       — Разве не жалко, — ласково проговорила она, отступая, — что приходится запугивать девушек, чтобы узнать, как они на тебя отреагируют.       Иван сузил глаза от злости и шагнул к ней.       — Это не так.       — Я хочу хорошего парня, Иван.       — Тебе нужен тот, кто знает, какая ты, — возразил он.       Женя на секунду замерла и опустила плечи, но сразу взяла себя в руки. Впрочем, Иван заметил.       — Мне нужно увидеть Дарклинга.       — Знаю.       — Ты не в моем вкусе, — бросила Женя, разворачиваясь на каблуках.       — Найди меня, когда устанешь себе лгать.