Похититель и похищенная

В тот момент, когда она грозно посмотрела на меня и старалась звучать как можно серьёзнее, я понял, что совершил чудовищную ошибку. Больше не будет совместного просмотра фильмов или обсуждения ерунды за чаем, теперь я для неё враг номер один, стою выше учителей, родителей, да хоть всего общества. Нелюбим самой прекрасной девушкой на свете, столь нежной и хрупкой, что даже угрожая её ноги и голос дрожат от страха. Такую красоту, такое сокровище нужно беречь, а я поддался животным инстинктам и испортил всё! Может, всё же у меня получится искупить свою вину.. Но пока, лучше продолжать корчить из себя морального урода, ведь она настороже и может убежать, так и не поняв меня, что я никогда бы не причинил ей никакого зла, что это простое недоразумение, и мы можем забыть этот инцидент. Лишь бы у неё хватило ума и сил на то, чтобы не идти против, а принять меня, единственного человека на свете, который так безмерно её любит. Мы сидели в машине тихо. Я следил за дорогой, то и дело поглядывая на неё, но моя девочка замерла будто статуя и смотрела в окно. Глубокая ночь на улице, на городских дорогах ни души, люди встречаются крайне редко, и я мчу как можно скорее в свою квартиру. Думаю о том, чтобы вновь стать максимально покладистым, купить цветы и извиниться, может тогда, всё станет как раньше? Она вновь будет робко улыбаться мне и когда-нибудь скажет, что тоже любит. Уже подъезжая к многоэтажному дому, я вежливо напомнил ей о том, что бежать не стоит, ведь я всё равно догоню. Но моя похищенная словно и не собиралась ничего делать, она пристально смотрела на свой розовый браслетик из бисера и молчала. Долго мотаясь по парковке, я наконец нашёл свободное место и припарковался, после чего тут же вышел из машины и подошёл к её двери. Я помог ей выйти, после чего мы в полной тишине пошли в подъезд. В воздухе была ужасно напряжённая атмосфера, ещё никогда я не чувствовал такой тяжести и стыда, было невыносимо осознавать то, что я виноват в её отстранённости. Моя девочка стояла прямо около меня, когда я открывал дверь, не отходила ни на шаг, лишь бы мне не пришлось напоминать ей о том, что бежать нет смысла. Квартира была покрыта слоем пыли, в последнее время я провожу здесь всё меньше и меньше времени. Вещи не на своих местах, грязная посуда, разбросанная повсюду одежда. Заглянув в шкаф, я смог найти более-менее нормальную чёрную футболку для неё. Так она будет выглядеть очень мило, ведь мой размер больше её в пару раз уж точно, не терпится увидеть мою девочку такой домашней, в моей квартире. Словно всё прошло хорошо, мы помирились, и теперь живём вместе, наслаждаясь каждым днём друг с другом. Я зашёл вместе с ней в ванную, аргументировав всё тем, что не могу позволить ей остаться одной. Было заметно, что ей безумно трудно давалось раздеться пред мной, но всё же она это сделала и залезла в ванную. Воды становилось всё больше, а она, игнорируя моё присутствие, потянулась за шампунем и гелем для душа. Я вновь будто был зачарован её телом, вся такая светлая и хрупкая, до безумия хотелось сжать мою девочку в руках, прижать к себе, и получить разрешение на всё, чего бы мне только захотелось.. Но вдруг она заметила мой влюблённый взгляд и злобно зыркнула на меня. Мы смотрели друг на друга, и тишину момента нарушала журчащая вода, время словно замедлилось. Мной овладевало желание, я понимал, что сейчас она находится в крайне уязвимом состоянии, да и что такого? Я всего лишь хочу заняться сексом с своей девочкой, на то она и моя, чтобы я делал с ней всё, что захочется. Однако, я всё же смог совладать с собой и не транслировать все свои мысли вслух. - Послушай.. Прости меня. – извинился я как можно убедительнее и искренне, скривил брови, опустил уголки губ вниз, максимально вызвал жалость – Мне жаль, я не хотел тебя обижать. Мной будто что-то управляло, я не мог сопротивляться. В ответ молчание и ещё более пристальный взгляд. Нахмурившись, та поспешила смывать с себя шампунь. Бедная девочка, впервые за столько времени приняла по-человечески душ. - Я ведь обеспечу тебе хорошие условия, даже лучше! Ты не будешь ни в чём нуждаться, я всегда буду любить тебя. – продолжал давить я – Прошу, милая, дай мне один единственный шанс Я подошёл ближе к ванной, сел на колени и продолжал сыпать извинениями. Хотя мой взгляд был сосредоточен не на её личике, а на прекрасной груди. Светлые мокрые волосы неряшливо упали на спину, будто растеклись по плечам и едва закрывали её соски. Такая чудесная, чутка отодвинулась от меня ближе к стене от страха, ну как же я мог обидеть её? Однако, отвернув голову в сторону, та кивнула. Согласилась. Так просто? После чего попросила выйти меня из комнаты, чтобы та могла спокойно одеться. Но я не могу позволить произойти подобному, поэтому не двигаюсь с места. Мало ли, стоит мне отвернуться, как она схватит мою бритву и полоснёт лезвием себе по вене, а может и мне по шее. Я люблю её, безумно люблю, но нельзя отрицать того, что сейчас она не может ответить взаимностью. Поэтому, я буду с ней рядом, чтобы моя девочка сделала правильный выбор. Всего-то нужно простить меня и жить как раньше, пока между нами не вернётся прежнее доверие. Безумно хотелось верить в такой исход событий, особенно когда она надевает мою футболку на своё голое и мокрое тело. С сокровищем нужно быть аккуратнее, пара неверных решений и похищенная прекратит любое общение. Мы вышли из ванной комнаты, я предложил ей чего-нибудь перекусить. Она села за стол, но выбор еды был скуден, так что я сделал ей бутербродов и чай. Сев напротив неё, мой влюблённый взгляд был направлен лишь на неё. Столь милая и маленькая, очень напряжена и аккуратно ест. На её лице я заметил какое-то замешательство, раздумье, лишь на мгновенье. Уже хотел спросить, о чём же она задумалась, как она тут же взяла кружку с горячим чаем в руки и плеснула на меня. Кипяток попал прямо мне на лицо, я закричал от неожиданной боли и прижал ладони к ожогу, зажмурил глаза и говорил проклятья. Но также я услышал, что она тут же сорвалась с места и побежала в коридор, не обуваясь, та уже открывала дверь. Я резко встал, уронил стул и ударился об угол стола, и стараясь хоть как-то открыть глаза, побежал за ней. Выйдя из квартиры, я ненадолго облокотился об входную дверь, смахнул с лица оставшуюся жидкость и побежал за ней. Она не стала глупить, не вызвала лифт и направилась на лестничную клетку. Думала, что выиграла достаточно времени, что устранила меня, что сможет убежать. Скудоумная дура! Я никогда бы не позволил ей вернуться в реальный мир, к другим людям, ведь теперь она только моя, её тело принадлежит мне, я забрал её от горе-родителей и эта вся её благодарность?! За всю любовь и заботу, что я ей дал!? Оттолкнулся от двери и побежал за ней. Разница была небольшой, я отставал от неё всего на одну лестницу, вот-вот должен был наступить ей на пятки. - Стой! Тебе всё равно от меня не убежать! – крикнул я, но сам продолжал скулить от боли. Кипяток чудом не попал мне в глаза, но всё лицо жгло от боли Моя девочка молчала, продолжала бегать, перепрыгивала несколько ступенек сразу и старалась ускориться ещё. Мне было труднее, я много раз почти спотыкался, один раз чуть ли не упал. Но наконец, всё же расстояние между нами значительно сократилось, я дышал ей в спину. Чувствовал её страх, радовался её беспомощности и ужасу. Надеялся, что этот момент навсегда убедит мою похищенную в том, что предпринимать попытки побега бесполезно, что я не оставлю её. Я протянул руки вперёд, хотел ухватиться за её плечи или волосы, должен был вот-вот дотронуться до неё, моя девочка была так близко, ещё чуть-чуть, ещё капля.. Нога подвернулась на одной из ступеней, по инерции я полетел вниз, прямо на неё. Только после столкновения я с помощью невероятной удачи смог ухватиться за поручень, мышца в руке резко заныла, торможение было не из приятных. Мои волосы попали прямо на лицо, быстро сдвинув их в сторону кивком головы, я увидел, что она лежит на полу и не двигается. Я толкнул её, должно быть, она кубарем полетела с лестницы, ударилась пару раз о ступеньки, а теперь бездвижно лежит. В ужасе я подскочил к ней как можно скорее, рассыпался в извинениях, и подойдя ближе, обнаружил тонкую струйку крови, ползущую из-под её головы. Тёмно-красный цвет окрашивал собой красивые белые волосы, поза моей девочки была столь неестественна, она совсем не двигалась и казалось, что и вовсе не дышала! Паника захватила меня, перевернув её лицом ко мне, я начал ощупывать пульс на её руке, при этом молясь всем Богам о помощи, мне было до безумия страшно, что она умерла. Затаив дыхания, я почувствовал её слабенькое сердцебиение. Но лужа крови постепенно становилась всё больше, поэтому, не теряя ни минуты, я тут же взял её на руки и понёс вниз. - Дурочка моя, дурочка, зачем ты бежала? Я ведь люблю тебя, всё хотел сделать как лучше, а ты.. – приговаривал я себе под нос, хоть и понимал, что не должен её винить До первого этажа оставалось совсем немного, совсем скоро мы уже оказались в моей машине. Я положил её на заднее сидение, а сам мчался с превышением скорости в больницу. Ехал и думал, что её маленькое и столь милое фарфоровое тельце треснуло из-за меня, что только по моей вине трещинки разрастались всё сильнее. Я ведь не хотел этого, не хотел, чтобы её чудесное личико треснуло от боли и слёз, что я наделал? Вдруг прямо сейчас она уже умерла? Кровь пропитала сидение машины, и моя девочка неподвижно лежит, и уже никогда не откроет своих глаз, больше не улыбнётся мне? И я сам привёл к тому, что она погибнет в моей машине с пробитой головой. Как же страшно. Как страшно. Страшно. Наконец я доехал до больницы, бросил машину посреди полупустой стоянки, схватил свою девочку на руки и побежал внутрь. Сейчас мне было всё равно на вопросы врачей, на дальнейший арест, на разрушенный мир вместе с ней.. Ведь, всё я и так сам уже уничтожил. Глядя на неё в свете больничных фонарей, я вспоминаю о том, как увидел её на улице, с скрипкой в руках и с столь потерянным грустным взглядом. Сейчас у неё почти такое же лицо, меланхоличное, но спокойное. Слегка приоткрытые розовые губки, светлые длинные ресницы, милые веснушки по всему личику. Моя мечта, но я сам всё погубил, и доказательство тому тонкая струя крови на лбу, которая уже успела засохнуть. Прямо около дверей, я крепко обнял её напоследок ещё раз. Шептал, просил прощения, гладил по волосам, крепко сжимая их в своей руке. Проронил пару слёз на её щечки, после чего забежал внутрь, поднял шум, попросил о помощи. Аккуратно, но очень торопясь положил её на диванчик в коридоре, после чего тут же убежал к выходу. Обернувшись всего один раз, я увидел, как шокированный охранник вызывал врачей, а она всё также лежала бездвижно. Маленький светлый ангелок, которого я ранил. Чудесная девушка, её тело и воспитание пример идеальности, не считая шрамов и того, что она всё же решилась на побег. На меня нахлынула мощная апатия вместе с грустью, бегом я добрался до машины, вдарил на газ и уехал прочь. Пока гнал по шоссе, думал о том, как её относят в какой-нибудь из больничных кабинетов или вообще в реанимацию, что ей помогут, что её спасут. А что до меня, то.. Безумно сильно хотелось хорошего алкоголя, да покрепче. Но у меня ничего с собой не было, да и к чёрту, зачем тратить выпивку на будущего мертвеца? Я неспеша вошёл в свой старый дом, покачиваясь от стороны в сторону из-за усталости и уныния. При этом, всё же на моём лице была заметна слабая улыбка. Туман окутал частные домики, раннее утро, но люди всё ещё спят. Моя девочка в безопасности, а я беру верёвку из кучи строительного хлама. Закидываю её на балку на потолке, завязываю крепким узлом и вялыми руками расширяю петлю пошире. Двигаю поближе к себе деревянную табуретку и мельком замечаю открытую дверцу погреба, смотрю туда и невольно ухмыляюсь. Быть может, и правда стоит попробовать забрать её сестру? Похитить, пока та будет идти из школы, воспитать должным образом, влюбить в себя и запугать? Может, моё тело бы точно также покрывалось мурашками от внезапного тепла при взгляде на девочку, как это происходило с моей похищенной? Сомневаюсь.. Такая сумасшедшая любовь бывает раз в жизни, я в этом уверен. Никто не заменит мне той, от которой дыхание сбивалось, а все мысли не могли быть сосредоточены на чём-то ещё, кроме неё. Пути назад нет, она точно не будет молчать при разговоре с полицейскими, если выживет. А если даже и нет, то я наверняка засветился на камерах больницы, своего дома, да и просто.. Устал. Не могу представить больше своей жизни без неё. Все достижения в миг обесценились, карьера психотерапевта показалась такой бессмысленной, любые знакомства и события были больше не интересны. Если она мертва, то зачем жить мне? Ради чего и кого, если кроме неё мне ничего не надо? Лицо всё ещё болело, и слёзы сами собой текли по уродливым ожогам. Быть может после смерти я смогу любоваться ей каждый день? Затягивая петлю на шее сильнее, я вспоминал всё, что происходило между нами. От первой встречи до сегодня. Как много ошибок я допустил, но как же был счастлив, впервые в жизни меня переполняла эйфория, стоило лишь взглянуть на неё. Но теперь я здесь и ничего больше не изменить. Опрокинув табуретку, я повис в воздухе, а верёвка больно сдавливала шею. Должно быть я надел петлю как-то неправильно. Хруст шеи и дикая боль подтвердила мои опасения, но я и не думал пытаться освободить себя. Терпел, рыдал и ждал смерти. И минут пять начал подступать покой, я почувствовал лёгкость и счастье, воздух закончился, я перестал рефлекторно пытаться вдохнуть ещё, раздался ещё один громкий хруст, доломавший мою шею, и я.. Я ведь люблю её, я.. Восстановление в больнице шло долго, с своими проблемами и усложнениями. Полиция приходила ко мне несколько раз, допрашивали до тех пор, пока у меня не начинала безумно сильно болеть голова. Сестрёнка приходила навещать меня как можно чаще, подарила мне ещё один браслетик и сделала множество фигур оригами из цветной бумаги. Радовала меня как могла и грустила, когда видела мои слёзы. Но конечно же я ей объяснила, что плачу от счастья. Никогда я не чувствовала себя так хорошо, в безопасности и прямо-таки дома. Рядом с ней хотелось продолжать бороться, рассказывать полицейским всё больше деталей, терпеть болезненные процедуры и уколы. В новостях гремели репортажи обо мне, журналисты смаковали подробности и с нетерпеньем ждали, когда я смогу наконец дать интервью. И я собираюсь это сделать, хочу рассказать о том, что со мной произошло. А пока они не могут оставить в покое моих родителей, а те и рады такому вниманию, мама постоянно твердит, что с самого начала заподозрила моего психотерапевта. Но их мнение не так важно. Поглаживая свою сестру по голове, пока та задремала лёжа рядом со мной в постели, я думаю о том, что не могу позволить ей стать похожей на меня. Всю изрезанную, печальную и травмированную. Мне тяжело и страшно, мир перевернулся с ног на голову после месяца в том погребе, да и травма головы иногда мешала здраво мыслить. Но всё же, я хочу уберечь свою сестру. Нужно закончить последний класс школы, после чего мы обязательно уедем от родителей. Как хорошо, что к моей семье теперь приковано такое огромное внимание. Они не смогут долго отпираться, и в конце концов я смогу добиться своей свободы и безопасности сестрёнки. Всё будет хорошо, но пока мне стоит отдохнуть, восстановиться.. Спасибо, мой психотерапевт, в каком-то смысле Вы всё же смогли мне помочь.