Иди хвойной тропой

Под ногами мягко шуршала трава. Она знала здесь каждую сосну, каждый пенёк и травинку и могла идти практически на ощупь, подключая обоняние. Чувствуя кисло-сладкий запах Бузины, ощущая, как папоротник касается щиколотки. Ещё немного, денёк-другой и можно будет идти за сбором, тем более что запасов оставалось не так много. Полынь ещё нужна была, но за ней позже. Всему своё время. Лес был её домом. Обходя каждое утро своё королевство, Вёсна восхищалась тем, что дарует природа. Впереди уже виднелся дом. Это был небольшой деревянный сруб, крепкий и надёжный. Она сама его смастерила. Не в прямом смысле слова конечно, но всё же. Пришлось правда цену немалую заплатить, но он того стоил. Занимался рассвет. Сонное солнце только-только вставало с востока, окрашивая лес в сливочные тона. Она любила наблюдать за тем, как оживает утро и сомневалась, что когда-нибудь ей это надоест. Прежде, чем войти в дом, Вёсна обошла сад, Сая следовала за ней по пятам. Это был небольшой палисадник, где ведунья выращивала все необходимые травы. Ещё было совсем не жарко, только-только начинался июнь, и все её насаждения набирались сил после долгой зимы и не слишком тёплой весны. Чертополох, мелисса, розмарин, гвоздика и другие травы можно было найти здесь. В небольшой теплице подрастала южная красавица лаванда, уже сейчас кружащая голову ароматом. Она любила наблюдать за тем, как меняются её дети с течением времени. И любила цветы, что росли прямо около крыльца. Уже сейчас начинал цвести Клематис и Лилейник, а совсем скоро обещались быть пионы, уже набиравшие цвет. В воздухе сквозила прохлада и утренняя свежесть. Ведунья и её спутница-волчица вошли в дом, понимая, что наслаждаться тишиной долго не получится. Зашла на кухню, сняла с полки пару баночек, поставила турку на плиту. Положила две ложки кофе и щепотку соли. Достала овсяное печенье и пошла до гостиной за книжкой. Это был ежедневный утренний её ритуал, который не нарушался уже несколько лет. Достав с полки очередной любовный роман, недочитанный и слезливый, девушка отправилась на кухню. Если рассказывать предысторию, то стоит сказать, что невозможно это место отнести к какому бы то ни было времени или географическому местоположению. Она придумала его в тот момент, когда окончательно разочаровалась в людях. Не, то чтобы ей не нравилось жить среди них, но каждый раз, когда селилась в какой-нибудь деревушке или городке, прознавшие о её способностях приходили за советом или помощью, устраивая после целые паломничества. И ладно бы они были вежливы при этом, так дичились же. Встретив на улице просто так, старались отвести взгляд и спешно пройти. В общем, и за свою не принимали, и взять максимум от её знаний старались. Поэтому-то она и сбежала. Не нашла себя среди них, стало быть лучшим решением было создать свой мир. Где она не будет чужой. Вот и получился этот клочок земли, с хвойными тропами, соснами, что макушками упираются в небо и ярким солнцем, благодатно взращивающим небольшой сад. В придачу к этому месту ей досталась красавица-волчица Сая, шёрстка которой по цвету напоминала жжёный сахар, и ворчливый хранитель леса Лих. Вот и сейчас, ожидая, когда сварится кофе, Вёсна почувствовала его появление. Лих был призраком, заточённым за мелкое воровство еще в средние века волшебником. А так как волшебник погиб, не успев расколдовать его обратно, а рассказать оборотное заклинание хоть кому-нибудь забыл, то и отбывал своё наказание Лих до сих пор. Они могли бы подружиться, по правде говоря. Парень был не так уж плох: приятной наружности, пронырливый и забавный, при всей своей занудности. — Мне приснился сон. — Лих улыбался во весь рот. — Разве ты спишь? — Вёсна взяла деревянную дощечку, служившую ей разносом, попутно извинившись перед Лихом за то, что пронесла её через его нематериальный живот и поставила на разнос кофе и печенье, намереваясь отнести на крыльцо. — Оскорбление за оскорблением. Между прочим, я хотел рассказать тебе сон. Вёсна улыбнулась. — Расскажешь, куда денешься. Болтать тебе здесь всё равно не с кем. Лих что-то неразборчиво бурчал, ругаясь вероятнее всего на португальском. Как и всегда. Вёсна села на верхнюю ступеньку крыльца, подобрав под себя ноги, расправляя любимую юбку в кельтский узор. Поставила по правую сторону дощечку, по левую легла Сая, положив голову ведунье на колени. Лих сел на ступеньку ниже. В воздухе витала рассветная свежесть, быть чуть прохладно и тихо. В лесу начинали свои серенады птицы, мягко шелестела листва. Деревянные ступени не оставляли заноз на босых стопах, а руки приятно обжигала кружка кофе. «Идеальное утро» подумала она, взглянув на отложенный любовный роман. — Рассказывай, что тебе там приснилось? — отламывая печенье и протягивая кусочек волчице, спросила Вёсна. Лих не был обидчивым и ждать себя не заставил — Ну, в общем, мне приснилось, что мы попали на дно океана. Вокруг водоросли, Сая превратилась в отвратительнейшего вида рыбу, почему-то с мохнатым хвостом, - на этих словах волчица насторожено подняла голову с колен хозяйки и склонила на бок, насторожив уши. — а мы, а мы там искали клад. Как пираты какие-нибудь. Правда здорово? — Интересный сон. Ты случайно мои романы не таскал? Похоже на какую-то приключенческую историю. Лих фыркнул. — Нужны мне твои приторные истории. В них всё так просто. Она красавица, он богач, а вместе они быть не могут. Это обязательное условие романов. И вот, — на этих словах он картинно поднёс руку ко лбу, томно прикрыв призрачные глаза, изображая средневековую красавицу, — спустя столько-то испытаний, в зависимости от объёма романа и фантазии автора, - сделал ремарку комедиант, - они вместе. История заканчивается и все счастливы. Последние его слова Вёсна уже не слушала. По дороге к её дому, на придуманном клочке земли, кто-то шёл. Первой встрепенулась Сая. Подняв голову, она принюхалась и насторожилась, однако голоса не подала, из чего Вёсна сделала вывод, что путник не опасен. — Заблудился что ли? — Это девушка, - пригляделся Лих. — Девушка? Но что она здесь забыла? Вёсна поднялась с крыльца и спустилась на встречу непрошенной гостье. — Добрый день, странница. Девушка смотрела на ведунью без испуга, скорее с любопытством и доброжелательностью. Она не казалась той, кто заблудился, словно бы шла сюда намеренно. «Красивая», отметила про себя Вёсна. «Именно красивая. С пышными формами и сочными губами. Она могла бы стать героиней одного из романов», подумалось девушке. В простом льняном платье, какое было распространено в близлежащих деревнях. Пояс охватывал тонкую талию. Волосы девушки были волнистыми и не слишком густыми, зато красивого цвета. «Мускатный орех» — так бы сказала Вёсна, глядя на её волосы. Спадали они ниже поясницы, и были собраны в неряшливую косу. Странница смотрела на ведунью в ответ, оценивая. Интересно, как она описала бы её? Вряд ли сказала, что красавица. Её квадратное лицо с широкими скулами можно было назвать интересным, а прямой с горбинкой нос — подходящим к пухлым губам и длинным светлым волосам. Но не более того. Будучи тоненькой и хрупкой, она явно не походила на эталон красоты. Да и, честно говоря, надень Вёсна портки вместо юбки, её бы и за девушку не приняли. Лих опомнился первым. Подошёл к незнакомке, явно очарованный её красотой. — Здравствуйте, прелестница. Зачем пожаловали? Девушка испуганно отскочила от призрачного собеседника. Поднесла руки ближе к груди, прижимая небольшую холщовую сумку, что висела на плече. – Мне нужно с вами поговорить. — Она смотрела ясными синими глазами на Вёсну, а после встряхнула головой и продолжила, — это важно. У меня не так много времени. Вёсна пожала плечами, подобрала подол юбки и пригласила девушку в дом. — Проходи. Захватила по дороге разнос, занесла недопитый кофе на кухню. — Присаживайся. Девушка села на предложенное место. Вёсна, соскучившаяся за долгие годы, проведённые без общения, была вовсе не против поболтать с незнакомкой. — Кофе или чай? — Что такое кофе? Это многое проясняло. Если девушка не знает ничего об этом напитке, значит приехала с востока. Только вот с востока относительно чего? Не то, чтобы Вёсна была сильна в географии. — Сейчас я заварю чай. Напиток «кофе» мы обсудим как-нибудь в другой раз. Девушка кивнула. Лиху не требовалось приглашения. Он плюхнулся напротив девушки и сложил оба локтя на столешницу, подперев голову. Ожидая, когда нагреется вода, Вёсна ещё раз посмотрела на странницу. Глаза бегали её от потолка к стене, затем перемещались на руки, а после скользили по кромке ковра. Руки нервно теребили тряпичную сумку, плечи были ссутулены. Попеременно она поправляла волосы рукой, заправляя невыпавшую прядь, и облизывала пухлые губы. Ведунья поставила чай. — Рассказывай. Синие глазища взметнулись к ведьме. — Я наколдовала вас. Вы же Вёсна, правильно? А я — Сона. — Нет, дорогая, — Вёсна мягко усмехнулась, — дорогу ко мне, может быть ты и наколдовала, но не меня саму. И да, я предпочитаю имя «Ёсу». — Мне помощь ваша нужна. На мою деревню наложили заклятие. Лих что-то забурчал по поводу меркантильных людишек, снова добавляя португальские слова. — Что за проклятье? — Вёсна не горела желанием помогать. — Не знаю, кто и за что, но теперь каждую ночь все жители превращаются в волков. При первых рассветных лучах к нам возвращается человеческий облик. — Ну, отличное же качество, — пробормотала ведунья, доливая себе кофе из турки. Сона потупила глаза в столешницу, начиная сомневаться в своей задумке. Она думала, что сможет спасти деревню, оказавшуюся во власти заклятия. Она верила в то, что у неё получится спасти людей, которые каждую ночь превращаются волков. Но глядя на сварливую ведьму, которая не хотела им помогать… А ведь всё так хорошо начиналось. Она нашла путеводную нить, нашла дорогу к дому Ёсы, а когда увидела небольшой деревянный сруб, уютно стоявший в лесной чаще, поверила в то, что ведьма ей поможет. Кажется, она ошибалась. — Мне очень нужна ваша помощь. Вёсна продолжала стоять, повернувшись к окну. — Я никому не скажу, где и как я вас нашла. И сама уйду очень быстро, только помогите. — В волков говоришь? Вёсна уже не колдовала нечто серьезное давно. Соскучилась по практикам конечно. Дальше сборов и амулетов, да банального поддержания гармонии в её вселенной дело не доходило. — Ладно. Пей чай, я сделаю отвар. Она решила помочь не столько из-за обещания не тревожить её, сколько потому, что сама соскучилась по практикам. Давно, слишком давно она не делала чего-то стоящего. А здесь подвернулся такой хороший шанс. — Лих, побудь с Соной, я дойду до сада – попросила Ёса и поцокала языком, призывая Саю. Девушка, до этого не обращавшая внимания на волчицу, сейчас прижала ноги к себе покрепче и буквально вжалась в стул. Ёса вышла из дома через задний ход. Обвела взглядом палисадник и вдохнула свежий аромат трав. Ведунья не спешила, разве можно торопиться, когда зачаровываешь что-то? Она собиралась сделать несложный обряд. Отвар из свежих трав, приправленный небольшим заговором. Мягко шурша подолом, Ёса обходила свои владения так, чтобы выбрать необходимые ингредиенты. Чертополох, полынь, что росли рядом с оградой. Несколько пучков Мелиссы, немного базилика. Собрав необходимое, ведьма вернулась в дом. Взяла тяжёлую каменную ступу, пестик и стала перетирать травы. Из кухонного окна лился солнечный свет. Солнце переступило полудень. Ёса никогда не была ранней пташкой, поэтому чувствовала себя прекрасно. Она была совсем не против того, чтобы засидеться до полуночи, но утром…никакие птичьи серенады не могли заставить её вылезти из кровати. В доме всё было сделано так, чтобы ей было удобно. Большая гостиная с панорамными окнами, она такие подсмотрела в одном журнале, что забыл кто-то из путников пару веков вперёд, и диван цвета хвои. На настенных полках громоздились книги, расставленные по темам: практическая магия, травничество, романы. На столе у окна высились свечи. А на камине, встроенном в стену лежали кристаллы розового кварца, амазонита и лабрадорита. Крупные, со всей пристрастностью отобранные камни были незамутнёнными и верными спутниками девушки. Кроме гостиной в доме была также кухня, большую часть которой занимали многочисленные баночки, высившиеся на полках и занимавшие так много места, что маленький холодильник (оттуда же, откуда пришел и модный журнал) и плита – казались пришельцами, что, в общем-то, так и было. Ёса открыла холодильник, достала кубики льда и добавила в перетёртые травы, которые уже успела переложить в любимую чашу. Ведунья занесла над ней руки и начала шептать слова, ощущая каждой клеточкой, как сквозь неё проходит огонь. Как она сама становится пламенем и как она… Лёд растаял, превратившись обратно в воду, что была собрана из ручьев святого источника неподалёку отсюда. Вёсна добавила ещё пару недостающих деталей, а после обхватила чашу в ладонях и вынесла её на крыльцо. Она любила свой дом. Настолько любила, что не колдовала в нём, предпочитая оставлять положительную, а уж тем более отрицательную энергию, за пределами. В её доме была только её энергия. Ведунья спустилась с крыльца и встала босыми ногами на землю, закрывая глаза и стараясь всеми стопами почувствовать влажную рыхлую почву. Наговор, что она начала, был на кельтском языке. Она говорила напевами, то убыстряя, то резко замедляя ритм. Раскачиваясь на пятках, расчерчивая босыми ступнями узоры, она вливала в чашу, что держала в руках, всю ту земную силу, что могла взять. Она говорила, шептала, заклиная отвар на спасение людей от проклятия и, когда всё было готово, осела на землю без сил, опустив чашу на юбку с кельтским узором. Давно не практиковалась. Слишком давно. Увидев боковым зрением, что за ней из окна кухни наблюдают, Ёса поднялась и ухмыльнулась. На лице Соны был написан такой страх, что невольно захотелось её припугнуть. Для профилактики…чтобы больше не приходила. – Йорики-корики – не своим голосом закричала Вёсна, делая страшное лицо. — Бормотики-скортики! Для пущего эффекта ведунья щёлкнула пальцами так, что из чаши повалил густой дым. Отвару не повредит, а вот нежеланных гостей отвадит. Она не была злой. Но для себя усвоила, что лучше быть немного сварливой и неприветливой, чем наблюдать за тем, как твоими знаниями пользуются. Ведьма зашла в дом. — Всё готово. 
Сона сидела на кухне и опасливо поглядывала на Лиха, который возился с туркой. Решил впечатлить гостью, усмехнулась Вёсна. Закупорив склянку с отваром, Ёса передала его Соне и пошла к выходу, Сона двинулась следом. Сая лежала на крыльце, подставляя пушистые бока летнему солнышку. — Благодарю тебя, ведунья. — Сона поклонилась, улыбаясь до ушей. Было ли это от того, что покинула некомфортное для себя место, или в предвкушении освобождения своего народа?! Ёса не знала. — Удачи тебе, странница — от души сказала Вёсна и посмотрела вслед уходящей девушке. — Они всегда так, приходят и просят что-то, а взамен ничего не отдают — ворчал Лих, наблюдая за тем, как Ёса поднимается по ступеням. — До речки со мной пойдёшь? Лесной дух кивнул. Ёса взяла недочитанный роман, вещи для стирки и позвала Саю. Река, к которой они направлялись, была горной и совсем неглубокой. Только в одном месте доходила до лопаток, в остальных же была чуть выше щиколотки. Вода была ледяной и очень чистой. Это и нравилось ведунье. То, что нужно для того, чтобы устроить небольшой пикник. Да и вещи можно постирать. Ведьма уселась на пологий склон. Земля уже прогрелась, виднелся клевер, и погода была чудо, как хороша. Лих спустился к реке и принялся ходить по кромке воды, а Сая, не изменяя себе, легла рядом с девушкой, положив большую мохнатую голову ей на колени. — Я тут подумал, — начал Лих, глядя на воду, — как было бы здорово почувствовать течение реки, огибающее твои ноги. Вспомнить что-то большее, чем то ощущение прохлады, которое я ощущаю сейчас. Как это? Разговор этот был не в первый раз. Вёсна посмотрела на лесного духа. — ты же понимаешь, что даже при всём моём желании от тебя избавиться, я не могу тебя расколдовать? — Понимаю – призрак грустно опустил голову и сказал еле слышно. — Но есть же тот, кто может помочь. — Даже не начинай, — в голосе ведуньи засквозили стальные нотки. — Ни слова. – Я ничего и не сказал. — Лих попробовал пнуть воду, но вышло всё ожидаемо неудачно. – Но вот если бы ты только попробовала меня выслушать… Ведьма его перебила. — Тёмный король это последний, к кому стоит обращаться за помощью. Сам не рад будешь. Обхитрит и обманет тебя так, что в итоге останешься в дураках. — Я не понимаю – Лих начинал сердиться, — его практически никто не видел потому, что живёт он где-то там, в горах, однако все его боятся. Есть конкретный список его злодеяний? Про тебя тоже можно много нелицеприятного сказать. Ёса стрельнула глазами на лесного духа, — скорики-йорики, бука-карабука… — начала она угрожающим тоном. — Ладно-ладно, я тебя понял. Больше эта тема не поднималась. Проведя половину дня у реки и прочитав большую часть романа, она вернулась в дом. Вдохнула знакомый аромат корицы и апельсина, улыбнулась. Ведунья знала, что никогда ей не надоест быть одной. Быть здесь. Она была в гармонии. Абсолютной. До наступления темноты приготовила ужин, проверила палисадник и убрала сорняки, а вечером села за пучки трав. Полынь заканчивалась, нужно было сделать новые вязки, иначе скоро нечем будет очищать дом. Сумерки добавили дому уюту. Зажигая зелёную свечу и подбрасывая в камин дров, Ёса полной грудью вздохнула тёплый привкус дыма и подставила руки, чтобы те согрелись. Всё произошло в один момент. Вот она стоит и протягивает руки к пламени в камине, а в следующую секунду чувствует боль. У девушки было такое чувство, как будто внутренности выходят наружу. Разрывает изнутри, ломая каждый сантиметр тела. Согнувшись пополам, она пыталась обуздать эту боль. Хотелось кричать. Она и кричала. Только свой крик не слышала. Выгибая лицо к небу, ощущая каждый свой позвонок, Ёса подумала о том, что это самая ужасная смерть, которую она только могла себе представить. Её тело было гибким, а зрение стало расфокусированным. Как привыкнуть к тому, что видишь мир под другим углом? «Не бойся» – пронеслось в голове. Животное обернулось и увидело волчицу. Глаза Саи были на уровне её глаз, сама же Ёса ощущала так, будто бы стала сильнее. Сдерживаемая мощь. Ведунья смотрела на волчицу. «Кажется, теперь мы на равных». Страх прошел, боль и того раньше, хотя осознала Вёсна это только сейчас. Непонимание в глазах волчицы, верно отражалось и в её глазах. А и правда, как можно понять тот факт, что она стала четвероногой? В гостиную вошёл Лих. — Что здесь происходит? Ёса впервые порадовалась тому, что он такой же полуночник, как и она сама. — Ты…ты что волк? —взвизгнул лесной дух. — Ёсаааа — в надежде на то, что ошибается, крикнул Лих в сторону крыльца. Не дождавшись ответа, повернулся обратно. — Чёрт возьми, у нас проблемы. Всё тело противилось тому, чтобы сидеть спокойно. В горле щекотало, хотелось рычать и выть. Вёсна догадывалась, что навлекла на себя заклятие от которого днём делала отвар для Соны. Но почему? Она бежала до реки. Инстинктивно отталкиваясь задними лапами и прислушиваясь к звукам вокруг. Казалось, её тело лучше знает, что нужно делать. И она доверяла. Почему заклятие повернулось так? Как это могло произойти? Словно кто-то проклял за то, что она помогла. Но кто? Она знала лишь одну мстительную душонку, способную на это. Волчица вскинула мохнатую голову и завыла на луну. Призывая. Проклиная. Темный король живёт по луне. Следит за циклами и мурлычит себе под нос, как только сестра показывается в ночи. Он есть солнце. Он есть рассветы и закаты. Он есть день и свет, носящий в сердце тьму. Он предпочитал тёмную магию. Там было всё просто. Отдаёшь что-то ценное, взамен получаешь то, что тебе нужно, а не вот эти все бантики-цветочки и целительство для мира во всём мире. Он увидел её в тот момент, когда она заговаривала отвар. За те 20 лет, что они не виделись, она не изменилась. Теперь он нашёл её. — Бесхребетная — ворчал он, наблюдая. — Кто тебя просил вмешиваться? — бормотал он, доставая ритуальный нож. Проведя острым лезвием по ладони, он сжал руку в кулак и поднёс к чаще. Густая, тёмно-красная кровь по капле стекала по краю, Тёмный Король откинул голову назад и захохотал. — Безумец. — Тихо пробормотал он сам себе.