белые и чёрные полоски

Кое-как отсидев оставшиеся две пары, Антон быстро попрощался с Серёжей и пулей вылетел из института. Закурив сигарету, юноша в быстром темпе направился через чуть ли не весь город, чтобы прийти к месту своего успокоения — на набережную. За уже почти три года это место стало ему таким родным, словно улицы родного Воронежа. Пепел разлетался в воздухе. По лёгким расползался табачный дым. Становилось чуточку легче. Встреча с преподавателем разорвала бережно наложенные швы нитями на рану. Рана вновь кровоточит. Флешбек. Около пяти месяцев назад. — Арсений Сергеевич, можно? — Спросил парень заглядывая в аудиторию из-за двери. Подняв взгляд от бумаг мужчина посмотрел на юношу. — Можно. — Хладнокровно произнёс он опуская взгляд обратно в бумаги. Потупившись в дверях Шастун прошёл глубже в аудиторию ко столу учителя. — Арсений Сергеевич, я хотел поговорить.. — Немного смято произнёс Антон, нервно перебирая кольца на пальцах. — Насчёт чего? — Преподаватель отложил ручку, поднял голову и посмотрел на парня. Леденящий душу взгляд сверкнул так, словно это два остро заточенных и отполированных клинка. Антон нервно сглотнул. Под колким взглядом буквы в голове не связывались в слова, слова не связывались в предложения. Парень понял, что мужчина не собирается разговаривать на мучившую его тему. — Jeune homme, ne prenez pas mon temps précieux.* — С ноткой грубости произнёс Попов. — Désolé, je reviendrai plus tard.** — Только и вымолвил из себя юноша и тут же вылетел из аудитории. «…» Антон закашлялся и выкинул окурок, который догорел до фильтра. Он вообще был любителем покурить. Как-то раз вышло так, что он за день скурил целую пачку. Потом валялся на кровати весь вечер. Торкнуло знатно. Шастун вообще довольно интересная и творческая личность. Он умеет делать многое, правда не всегда получается всё, что он делает. Но вот к французскому языку у него лежит душа с самого детства. Ещё когда его родители не развелись, примерно четырнадцать лет назад, он побывал во Франции. Это было потрясающе. Как сейчас помнит разговоры людей утром в кофейне, уличные песни на французском. Он сразу влюбился в этот язык. В школе с пятого класса им в программу поставили на изучение помимо английского второй язык,а именно французский. Антон был счастлив как никогда. В четвертях, в году, всегда была твёрдая пятёрка, за которую он очень гордился. Даже разговора не было о том, на какой факультет в институте поступит парень. Мать была очень рада, что у её сына такая тяга к языку. Но сегодня Шаст получил «неуд.», и это отвратительно. Он никогда не получал плохой оценки по французскому. Вот только Попову скорее всего прийдётся пересказать всё то, что они проходили на первом курсе, чтобы «неудовлетворительно» сменилось на «удовлетворительно». * * * Домой Антон пришёл через часа два. Заскочил по пути в свою любимую кофейню. Вообще проживая в Питере у него появилось много любимых заведений, особенно магазинчик возле его дома. Там продают всякие винтажные вещицы, так что со временем его квартира становится всё более уютнее. Не то, чтобы квартира, скорее студия, зато своя! Родители помогли с деньгами, но только наполовину, потому что вторую половину Антон заработал сам, ещё в Воронеже. Выступал в группе КВН со своими друзьями в разных местах, подрабатывал официантом, искал всевозможные халтуры, потому что ну очень сильно хотелось перебраться в Питер. Заварив чай, Шастун сел за зубрёжку по французскому, чтобы исправить «неуд.». В голову как назло лез только преподаватель, а не знания, которые он даёт. Откинув ручку и встав из-за стола, Антон стал маячить по комнате туда сюда. — Désolé, je ne me suis pas préparé pour le couple parce que vous êtes..*** — Парень остановился и задумался скрестив руки на груди, — Какое же прилагательное ему подходит? — Антон подскочил к столу и стал листать небольшой словарик. В итоге никакое прилагательное не подошло, по этому он не нашёл ничего лучше, чем многословно послать Попова на хуй и вернулся к зубрёжке французского. Кстати о комнате Антона. Над ней он постарался больше всего. Очень просторная, с широким окном прямо посередине, выходившим видом прямо на Троицкий мост. Прямо перед окном стоит длинный деревянный стол, который завален всем, чем только можно. Сувениры, подаренные матерью прямиком из Франции ; совместные фотки с Серёгой из какого-то клуба, ещё фотки с неизвестными девушками, наверняка всё из того же клуба ; книги с тетрадями. Разумеется бумажные стаканчики из под кофе. Справа в углу от стола длинная односпальная деревянная кровать. Длинная специально под рост Антона, потому что он шпала. Напротив кровати около стены идеально расположилась напольная вешалка, шкаф ни к чему, вещей не так много. На вешалке пару джинс, пару толстовок, пару свитеров. Что-то даже висит на плечиках для одежды! Всё остальное накидано сверху как попало, в основном потому, что Шаст ленивая задница. На небольшой полочке у самого пола этой же вешалки стоит несколько пар обуви. Слева возле стола деревянный комод. В нём все различные мелочи, бумаги, оставшаяся одежда: носки и тому подобное. Посередине комнаты разлёгся большой квадратный белый ковёр, который «украшен» носками. Нет, он не тот тип парней, что разбрасывают носки по всей квартире, только в своей комнате, и то потому, что ему лень убирать их в комод после учебного дня. На всех четырёх стенах висят плакаты, интересные вырезки из газет, даже картина, которую Антон нарисовал сам на мастер-классе по рисованию. Во всей комнате только на подоконнике одиноко стоит небольшой фикус в цветочном горшке, за которым юноша следит не спуская глаз. Поливает регулярно. Пусть он заболеет, сломает ногу, получит сотрясение головы, в конце концов потеряет память, но фикусу уделит минуту времени. * * * — Павел Алексеевич, это просто невозможно! Павел Алексеевич — преподаватель по стилистике русского языка. Мужик он ахуенный. Добрый, понимающий, пары ведёт чётко, по делу. Его все любят и уважают. Мужчина разлил кипяток по кружкам и пододвинул корзинку с конфетами ближе к юноше. — Рассказывай, Шастунец. — Можно с матами? Мужчина одобрительно кивнул слегка улыбнувшись. — Короче блять! Вчера, в первый учебный день я надеялся получить «уд.» по французскому, я прям был уверен! Арсений Сергеевич спросил о происхождении языка, что-то в этом роде. Я подумал, что стоит опустить самое начало, по этому начал с самого основного, но! Этого нахохлившегося петуха, сука, не устроило, что я рассказал не с начала, из-за чего поставил «неуд.». Я вечером, сидел учил, перечитал все свои тетради за прошлый учебный год от корки до корки, пришёл сегодня с полной уверенностью исправить плохую оценку, так он меня даже не спросил! Нет, он даже в мою сторону не посмотрел! — Выдохнул Шаст и сделал глоток чая опустив взгляд, а спустя пару секунд молчания вновь посмотрел на преподавателя. — Он всё ещё обижается, да? Павел Алексеевич слушал всё оперевшись локтем о стол, подперев подбородок ладонью. Услышав заветный вопрос тяжело вздохнул и положил руку на стол. — Шаст, вот тебе честно ответить? — Антон кивнул, — я вообще без понятия, да, мы с ним хорошо дружим, общаемся, я пытался завести разговор на эту тему, но он как баран, упёрся и ничего не говорит, сразу хмурится и молчит, всем своим графским видом показывая, что не будет со мной об этом разговаривать. Я перестал пытаться, ей богу, проще кота научить разговаривать, чем он мне что-то скажет. Антон закатил глаза и откинулся на спинку стула устало выдохнув. — Так блять! Мне «неуд.» нужно как-то исправлять! Да и в принципе оценки получать, а он видите ли обиделся, какой нежный, нет, чтобы поговорить давно, наоборот, лучше нужно игнорировать. — Парень стал перебирать кольца на своих пальцах опустив взгляд. — Шастунец, хочешь я поговорю с ним? А то ведь это правда не дело. Антон поднял взгляд и выставил перед мужчиной руку в жесте «стоп». — Нет, я должен сам, я его породил, я его и…усмирю. — Сконфужено произнёс юноша и встал из-за стола. Закинул на плечо рюкзак. — Так, ладно, я пошёл, мне ещё нужно к Арсению Сергеевичу зайти. * * * Антон три раза стукнул костяшками пальцев по двери аудитории номер «315», и услышав «Войдите!» зашёл. — Шастун, проходите. — Мужчина указал на место перед своим столом. Юноша в несколько шагов преодолел расстояние от двери до стола, и ровно встав посмотрел на Попова. — Помнится мне, вы вчера получили «неуд.», исправлять когда собираетесь? — Спокойно произнёс вопрос мужчина и смотрел на уже возмутившегося студента. — Вы, конечно простите, но я сегодня всю пару то и делал, что тянул руку для того, чтобы исправить, а вы меня игнорировали. — Стараясь оставаться спокойным сказал Антон. Попов хмыкнул, как ему было свойственно, и поправив очки продолжил: — Шастун, после пары нужно было подойти ко мне, и задать простой вопрос «А когда можно исправить «неуд.»?», а я бы назначил вам время. Почему я должен разбираться с вашими оценками? Антон медленно закипает. Сука. А никто и не просил разбираться! Сам вызвался. — Так, ладно, сейчас даю вам тест на пятьдесят вопросов, садитесь, делаете, сдаёте, и выметаетесь отсюда. — Взяв в руки папку с различными бумагами, мужчина достал из неё тест и протянул Антону. А Антон залип. На руки преподавателя залип. Помнится, он говорил, что это чухня полная, и что зависать взглядом и мыслями на руках мужчины просто тупость, а сам сейчас завис. Короткие рукава пиджака давали возможность взглянуть на напряжённые на руках вены. И это чёрт возьми так притягивает взгляд. — Shastun, vous êtes là?**** — Сказал преподаватель помахав перед лицом студента листком. Это вывело Антона из ступора. Он молча взял листок и сев за первую парту принялся отвечать на вопросы и выполнять задания. В голове ничего. Пусто. Попов это сплошной казус! Обратившись к Антону на французском, он казалось было промурлыкал сказанную им фразу. В этот момент коленки дрогнули. Ей богу, Шаст чуть не упал. Когда он стал так много уделять внимания к произношению преподавателя? Но что правда, то правда. Все говорят на французском обычно, а Попов мурлычет. Все слова из его уст это просто что-то невероятное. Собрав все мысли в кулак, Антон всё же ответил спустя сорок минут на пятьдесят вопросов, сдал листочек и быстро удалился из аудитории перед выходом сказав невнятное «До свидания». * * * Юноша едет на автобусе домой. Откинув голову назад он думал. Они снова не поговорили. А ведь была возможность, но Антон…не готов? Нет, не то, чтобы не готов, просто это какое-то чувство неопределённости. Попов сам вызвал его к себе после пар, уже хорошо, но то, как он смотрел…Этот взгляд продолжает резать сердце на мелкие кусочки. Антон никогда не думал, что преподаватель будет так смотреть на него. Он вообще не думал, что между ними может произойти подобная ситуация. Жаль, что Попов мало узнал об Антоне, жаль что не знал, что Антон так ну никогда бы не поступил. Им просто не хватило времени. Арсений просто услышал то, чего не должен был слышать. И он просто не захотел даже слушать Антона, но почему? Это вроде классическая ситуация в институте, и любой бы другой преподаватель всё же бы выслушал, но Арсений не стал. Не захотел. Каждый раз прогонял к чертям собачьим. Отвратительно на душе. Флешбек. Около четырёх месяцев назад. — Шастун? Какого чёрта вы делаете возле моего дома в столь позднее время? — Без капли возмущения спрашивал мужчина, но при этом грозно смотря на парнишку. — Извините, давайте пожалуйста поговорим. — Начал Антон, а Арсений услышав старую песню тяжело вздохнул, открыл дверь в подъезд. — Постойте! Послушайте, я правда отстану, всего… Антон замолк, когда преподаватель подошёл к нему вплотную и настойчиво смотрел в глаза. — Шастун, я ваш преподаватель, за пределами института мы друг другу никто. — Сказал спокойно Попов и резко закрыл перед носом Антона дверь. «Никто..?»