Его безумное влечение.

- Папа, надо поговорить. Маруся решилась на разговор с отцом после ужина в пятницу. Она знала, что скоро ему уходить, как он всегда это делал, сколько она себя помнила. С вечера пятницы до вечера субботы они с бабулей оставались одни в квартире, наслаждаясь отсутствием контроля экранного времени. Они сидели в телефоне или смотрели азиатские сериальчики круглые сутки, и никто не бухтел, что они испортят своё зрение и отупеют. Мама Жени, бросила долгий взгляд на свою внучку, но ничего не сказала. Она убирала посуду, чтобы помыть. Исходя из выбора времени, всё было идеально - у всех будет время пораскинуть мозгами, но вот сам разговор, по её мнению, лучше бы и не затевать. - Ну? - Я думаю, что мне лучше сделать? Закончить 11 классов или после 9го поехать в колледж к маме? – Маша всегда хотела получить образование в Москве, вопрос был только в том, когда уезжать, и идти на среднеспециальное или высшее. - Сама-то ты чего хочешь? - Мне почти всё равно, есть варианты хорошие и там и там. – Девушка посмотрела на бабушку, но та будто ничего не заметила. – Я просто хочу понять, как будет лучше для тебя. - В смысле? – Евгений медленно пил чай. Маша легонько отодвинула горячую кружку от отца. - Если я уеду раньше на 2 года, измениться ли что-то для тебя? Ну, ты переедешь к птице? Жданов, глупо моргая, подозрительно посмотрел на дочь: - Какой птице? - Ах. – Она прикрыла рукой рот, словно поняла, что ляпнула лишнее. – Ааа…я имею ввиду дядю Максима. Евгений побледнел. - А почему я должен к нему переезжать, мы просто друзья? - Да ладно, пап, мне уже 14, я всё понимаю. - Что ты понимаешь? – Мужчина встал со своего места, с высоты разглядывая дочь и мать, которая делала вид, что внимательно смотрит в окно. - Ну, пап, не нервничай. Мы с бабулей давно поняли, что у вас отношения, просто ты молчал, вот и мы тоже… Женя сбежал. Он достал сигареты, которые почти никогда не курил и выбежал на лестничную площадку. Его колотило всем телом, и зажигалка некоторое время не поддавалась на «чирканье». Как ему теперь вернуться, как смотреть в глаза родным женщинам? Хотелось провалиться сквозь землю. Как давно? Как давно они обо всём догадывались? Сколько лет молчали и делали вид, что ничего особенного не происходит? Спустя пару истлевших сигарет, он, наконец, смог взять себя в руки. В конце концов, всё уже произошло. Он зашел на кухню, будучи спокойным, посмотрел на своих любимых и сказал: - Я увезу его в Европу. Мы уедем туда, где мы сможем не скрывать свои отношения, где нас никто не осудит. Я скопил некоторые средства, естественно, и тебе на учёбу тоже оставлю. Маруся кинулась к нему на шею. - Папа, папа прости, я не думала, что ты так расстроишься, не плачь, пожалуйста. Евгений и сам не понял, что в глазах у него скопились слёзы. Он проморгался. - Всё в порядке. Не волнуйся. Было глупо надеяться, что ты ни о чем не догадаешься. Ты можешь оставаться со мной сколько захочешь. Мы можем подождать, пока ты не закончишь школу. Мы скрывались 10 лет, два года ничего не изменит. - Ах, боже мой, Женечка! – Мать кинулась обнимать его вместе с девочкой. - У меня только один вопрос к вам, барышни. – Он посмотрел в две пары ревущих глаз в своих объятиях. – Почему «птица»? И они засмеялись, громко и сильно, смешивая смех и слёзы в едином порыве души. - Танюша так его называла, которая, «садовница». – Сказала мама, отсмеявшись. - Помнишь? Ну и мы подхватили. Она рассказывала, что ты еще в институте всё таскал ему какие-то цветы-ягоды, словно птичьи брачные танцы устраивал. В этот раз Женя смеялся вместе с ними. Обнимая, двух самых родных, самых любимых женщин, он, наконец, отпускал все свои чувства, запертые в нём многие и многие годы, выплёскивая наружу и омывая чистым и искренним смехом. «Птица… птица… это Ему очень подходит», - думал он про себя. Где-то на пляже средиземного моря, в небольшой бухте за скалой от основного пляжа, на большом валуне двое взрослых мужчин держались за руки. Это не было диким местом, и иногда мимо проходили люди в поисках укромных мест или необычных видов для фотографий, но мужчины совершенно не беспокоились о том, чтобы скрывать, что они пара. Рядом лежали пляжная сумка, полотенце и еще мокрая маска для ныряния. - Я тебе морского ежа принёс. – Тот, что покрупнее, только выбрался из воды и протягивал ладонь с черным игольчатым шариком. - Мгм. – Второй даже не открыл глаза. – Отпусти его. - А что мне за это будет? – Лукаво прищурился первый. - Я в тебя им не запульну. – Медленно проговорил с улыбкой второй. Он посмотрел тёмнокарими глазами на нависшего над ним человека и с силой ткнул ему пальцем в живот. – Ты разъелся, вон уже живот вырос, не ешь ежика. - Мне ведь теперь не надо беспокоиться, что ты от меня сбежишь. Птице не надо улетать, когда она и так живёт в южной стране. Мужчина отпустил несуразное игольчатое создание в море и улёгся рядом на горячий камень. Он переплёл пальцы со вторым и подтянул руку к груди, ощущая, как по всему телу проходит волна умиротворяющего спокойствия и удовлетворения. Теперь не осталось никаких неразрешённых вопросов и дел. Пусть они не были ни знаменитым, ни богатыми, но иметь возможность для них проводить вместе дни и ночи, наедине или на улице, просто держаться за руки, шептаться и прикасаться друг другу – это была лучшая реальность для них двоих.