Часть 4. Судные дни

      — Так ты скажешь, куда мы идем?       Я задавался этим вопросом кучу раз, но Хабупэйн так мне и не отвечал.       — Слушай, мы сейчас с Сайко развернемся, если ты не скажешь в чем дело.       — Пожалуйста, потерпи, — говорит он. — Ты должен увидеть все своими глазами, а иначе ты мне не поверишь.       «Значит, я был прав, — подумал я. — Это опять что-то связано с мистикой. И если что-то связано с мистикой, то это говорит о том, что демоны начали действовать и что-то предпринимать. Хотя я до конца не понимаю их намерения».       Хоть убийств давно не было, мне почему-то кажется, что духи находятся где-то возле нас. Возможно, они просто скрывают свое присутствие.       — Я видел кое-что очень серьезное, — продолжает он. — Я не знаю почему, но это как-то связано с демонами.       — То есть?..       — Они где-то рядом, но я не понимаю, чем они пытаются этим добиться.       Я задаюсь такими же вопросами. Демоны давно не подавали признаков жизни, и меня это пугает. Да, убийств больше нет. После того, что случилось во сне, — они ни разу не попадались.       И чем дольше я об этом думаю, тем больше я сомневаюсь в своих словах.       Почему я вдруг чувствую в своих словах дыру?..       — Вот оно, — сказал Хабупэйн, и мы на мгновенье останавливаемся. Я почувствовал, как Сайко слегка ударилась лицом моей спиной, так как сложно разглядеть перед собой дорогу, когда на тебя светит утреннее солнце.       Я делаю из рук что-то вроде козырька, чтобы точно понять, что он такого здесь увидел. Все что я смог здесь разглядеть, так это белые стены дома Хацунэ, и на них было что-то странное. Очень странное.       — Что за?..       Когда я присмотрелся, то я увидел, как на стенах были черные символы. Другие были ничем не выдающиеся, однако справа от меня они были необычными. Они словно пульсировали, а по их жилам течет алая кровь, будто они сгорали на солнце.       «Я такое уже видел, — подумал я. — Во сне было тоже самое, когда…       Когда клятва реагировала на демона».       — Это странно, — говорит Хабупэйн, слегка наклоняясь к символам. — Клятвы не могут реагировать без особых причин. И тем более без наличия демона.       — И? Что ты хочешь этим сказать? — Я делаю вид, будто ничего не понимаю.       — Я хочу сказать, что духи никуда не уходили. — Он перестает рассматривать символы, и поворачивается к нам лицом. — Не хочу говорить, но… — Он пытается найти нужные слова, хотя и так понятно, что он имеет ввиду. — Сайко-чан. Прости, но кажется, что в тебе находится демон.       Она не сразу ему ответила, и какое-то время просто молчала. Она была не то, что напугана, она была в ужасе.       — Ч-что?..       — Послушай, — рявкнул я. — Это ведь просто невозможно. Какого черта в ней может находиться дух, если… Если в этом нет никакой логики?       В его словах что-то не складывалось. Был какой-то огромный пробел, и я его как раз и замечаю; Сайко до сих пор охвачена демоном? Серьезно? Если это было так, то он мог бы просто всех убить. Однако все живы.       — Я не верю, что это так, — продолжаю я. — Ты можешь доказать, что внутри Сайко все еще находится демон?       — Я… точно не знаю, но все это очень странно, — говорит он. — Это не может быть так, но факты здесь налицо.       — Если ты в этом не уверен, то лучше бы не говорил!       Хабупэйн хотел мне возразить, но он только успел открыть рот и не выдать ни одного звука. Мы стараемся забыть этот случай, но мы всегда возвращаемся к этой теме снова и снова.       Мы бы могли к ней возвращаться, если это нужно, но только ни при Сайко.       — Послушай. Мы будем к ней возвращаться, потому что еще ничего не закончено, даже если прошло несколько недель. — Он наклоняет голову и делает сожалеющий взгляд. — Ты и вправду думаешь, что все так легко?       — Нет, — отвечаю я. — Но…       — Вот и отлично. Акира, пока демоны не оставят нас в покое, — мы не можем держать это где-то в прошлом. Оно все-равно поглотит нас по уши, потому что они все еще живы.       Я поубивал бы их всех, если была бы такая огромная возможность. Точнее, она есть, только духи не собираются показываться нам полностью. Они ведь знают, что они в какой-то мере уязвимы.       — Я поработаю над этим, — предупреждает Хабупэйн. — Так что я все сообщу, когда я буду в этом уверен.       — Да. И не забудь про провалы в памяти, — подмечаю я. — Может, в этом есть подсказка.       Он кивнул, и мы зашли внутрь дома, чтобы обследовать его полностью. Еще он сказал, что у него пересохло в горле, поэтому не помешало бы выпить пару кружек воды.       — Я делал символы и в комнате Сайко, чтобы они лучше подействовали, — говорит Хабупэйн. — Я знаю, что ты недолюбливаешь меня, но уверяю, что это необходимая мера.       — Я не говорил, что нарисованные символы меня как-то удивляют, — говорю я, хотя я не на шутку удивился, когда встретил своих знакомых «друзей».       — Символы не действуют прямо на Сайко-чан. Они защищают от злой нечисти. Вроде экзорцизма, который ты использовал в своем кошмаре.       — Ты про рисунок с кроликом? — пытаюсь понять я.       — Они отрицательно действуют на этих духах. Как я знаю, они все боятся кроликов, словно для них это Божий крест.       — Ох, только не начинай про японскую религию, — прошу я. — Ты ведь знаешь, что я пойму лишь половину из твоих слов.       — Окей, я даже и не собирался.       Хабупэйн пожал плечами и улыбнулся легкой улыбкой.       Забыв про свою раннюю жажду выпить стакан воды, он поднимается по лестнице и удаляется за углом, оставляя нас с Сайко в полном одиночестве.       — Сэмпай, может, мы уже пойдем домой? — спрашивает она, дергая меня за рукав свитера.       — Да. Сейчас этот идиот закончит свое расследование, и вернемся к завтраку. Ты не против, если мы его подождем?       Она опустила глаза и ее лицо почему-то стало грустной. Она что, совсем не хочет оставаться у себя дома? Или ее беспокоит тема про демонов, которую мы недавно загнали? Возможно, ее волнует и то и другое.       — Я знаю, что тебе тяжело, но давай его подождем? — спрашиваю я. — Я хочу с ним кое-что обсудить.       — Если ты так хочешь, то я буду не против, — отвечает она.       Я посмотрел на нее, и я сам того не замечаю, как на моем лице вытягивается улыбка, а сделал я ее почти неосознанно.       — Сайко-чан, ты постоянно зависишь от моего мнения, — подмечаю я. — Мне как-то даже неловко…       Если так подумать, то Сайко ни разу мне не указывала что-либо делать. Она… просто следовала за мной. Я помню, как она хотела совершить суицид, чтобы закончить мои страдания. Она не ценит себя и свою жизнь. Она просто хочет, чтобы я жил счастливо.       «Похоже, она до сих пор винит себя в случившемся, — подумал я. — Это плохо».       — Тебе нужно поднять самооценку, — говорю я. — Если не будешь ценить себя и свои стороны, то ты так и останешься застенчивой девушкой.       Она насмешливо фыркнула.       — Ну-ну, кто бы говорил. — Затем Сайко возвращается в привычное положение. Теперь ее взгляд стает хитрым, а руки бегут к спине. — Ты ведь сам стесняешься, когда я к тебе близка.       — Любой бы постеснялся, — раздраженно парирую я. — И даже ты. Просто ты сама того не замечаешь.       И чтобы не продолжать этот глупый разговор, я прошелся прямо по залу и подошел к тумбочке, не давая Сайко сделать задуманное.       «Не знаю, почему она так себя ведет, но такая Сайко мне точно не по душе, — мысленно говорю я. — Слишком уж озабоченная…»       Я тяжело рассматривал белую комнату, однако краем глаза я замечаю кое-что… необычное. Я бы даже не сказал слово «странное», это действительно необычно.       Переведя взгляд обратно на тумбочку, я замечаю, как на ней есть фотография с матовой поверхностью. И я бы ни за что не обратил на нее особого внимания, если бы не одно «но».       Ошейник.       — Что-то случилось, сэмпай? — Голос Сайко доносился возле входной двери, и мне повезло, что она ко мне еще не подошла.       — Нет, все нормально, — отвечаю я. — Просто слегка задумался.       Сделав вид, что со мной все в порядке, я обратно вернул взгляд, взял фотографию в руки, и начал ее внимательно разглядывать.       — Какого черта? — прошептал я, и я крайне удивился, когда на ней я увидел Элиссу.       Она стояла возле стены школы и делала «чиз», как будто ни в чем не бывало. Однако на ее шее красовался яркий красный ошейник, словно она находилась в заложниках или под чьим-то влиянием. Но больше всего меня напрягает обстановка.       Ее фальшивая счастливая улыбка…       Рука, которая держит поводок, случайно попавший в кадр…       И самое главное… Что она здесь делает? И почему на Элиссу прикрепили ошейник? Это не похоже на безобидную шутку.       «Мне что-то подсказывает, что это как-то связано с отношениями близняшек, — подумал я. — Неужели она терпела выходки вместо Сайко-чан? Или она добровольно согласилась, чтобы защитить свою сестру? Ничего не понимаю…»       — Я здесь! — воскликнул Хабупэйн, и я сразу же кладу фотографию на место и делаю улыбку. — Акира, там все так же, как и на стенах. Теперь я уверен, что клятвы действуют именно на Сайко-кун.       — Ясно… — киваю я. — Значит, она все-таки проклята…       — Я сделал пару выводов, и могу точно сказать, что мы под воздействием злой ауры, — говорит он, и мне чертовски не понятно, что он имеет ввиду. — Я хочу сказать, что мы не помним те события, которые стоило бы помнить.       — Ты хочешь сказать, что это все из-за проклятия Аяно? — уточняю я.       Он пожимает плечами.       — Возможно. Может быть. Я точно не знаю, как он работает. — Хабупэйн ненадолго замолчал, и затем уверенно продолжил: — В старых традициях говорилось, что оно изменяет реальность, но я не понимаю, что хотели сказать этим народ.       — Ого! — восклицаю я. — Сама загадка не знает ответа на самые загадочные вопросы.       — Знаешь, я, как бы, не сверхчеловек, — говорит он, и я слышу, как его голос раздражается. — Мне не дано понимать все с первого раза. Думаешь, я легко догадался, как сделать нож, который способен разжигать слизь?       — Наверное, не с первой попытки, — усмехаюсь я. — Но спасибо тебе, что ты нам помогаешь.       Он сдержанно улыбнулся, будто не хотел принимать мои благодарности.       — Не за что. Главное, что все целы. — Хабупэйн дошел до входной двери и положил руку на ручку. — Я не потерплю, если кто-то из нас погибнет.       — Я обещаю, что все будет в порядке, — говорю я. — Будет глупо умереть в самом конце…       Я снова сделал улыбку и на мгновенье представил, как может сложиться жизнь без надоедливых демонов. Представить только, у меня появится много времени. Из-за них я даже не могу нормально учиться, и я боюсь, что до окончания триместра я могу не закончить школу, и остаться на второй год. Потом уже я буду всем объяснять, почему мои оценки вдруг ухудшились, когда в мою жизнь вторглась Сайко.       «Я точно не скажу учителю Крово, что меня преследуют демоны, — подумал я. — Так до психбольницы рукой подать».       Когда я вспомнил про «психбольницу», то я сразу вспомнил и таблетки, которая употребляла Сайко, чтобы избавиться от своей болезни. Но никто, никто не ожидал, что эта болезнь превратится в настоящий ад. Боль, которая никогда не угаснет. И только я могу помочь ей обрести нормальную жизнь, которую она так долго мечтала.       — Извини, что вторглись в дом, Сайко-кун, — извиняется Хабупэйн. — Совсем забыл спросить разрешения.       — Ничего, — отмахивается Сайко. — Все нормально. Нужно возвращаться домой, пока не вернулись мои родители.       Мы вышли из дома, а я все еще плавал в своих мыслях и раздумывал о Хацунэ. Чего она действительно желает добиться? Я знаю, что я ей нравлюсь, но чего она хочет на самом деле? Если нам и вправду удастся избавиться от демонов, то что будет дальше? Чего хочет она и… чего хочу сам я? Если я продолжаю помогать ей, то что мне это в итоге даст?       Если будет возможно, то ты должен признаться ей в любви.       Хабупэйн очень настырный. Получается что… Я должен полюбить Сайко? Да, она мне нравится, но чтобы я к ней что-то почувствовал… Нет, я не знаю, о чем даже думать. Я не знаю, могу ли я ответить взаимностью Сайко-чан, или же оставить так, как все есть? Как мне правильно поступить?       Честно говоря, я предполагаю, почему я не могу быть уверенным. Где-то в глубине души я ненавижу Сайко, и хочу, чтобы она ушла от меня куда-то подальше. Но где-то есть и другая сторона, которая хочет, чтобы я проводил с ней больше времени.       Разве я не говорил себе, что мне нравится проводить с ней время? Разве жизнь не стала веселее, когда я встретил Хабупэйна и дружных сестер? И я даже не говорю про духов, которые сидят у нас в горле. Было мне весело, когда я мог заниматься спортом и бессмысленно общаться с Синдзи?       Мне нужно в этом разобраться.

* * *

      Мы втроем доходим до моего дома, и во время дороги мы успели поговорить с Хабупэйном и обговорить важные вещи.       Он сказал мне, что демоны — это возможные умершие студенты, которые жаждут возмездия нашей школы. Они планируют превратить школу в настоящее кладбище, которая не запомнится кровавой резней. Так он мне и сказал. Она не запомнится, потому что никто и не вспомнит, что в школе когда-то произошел геноцид. Он говорил, что духи «веселились» и раньше, однако они потеряли своего жертву и им пришлось искать другого, пока они не наткнулись на Сайко. Они ценят ее как орудие, и им будет несладко, если она вдруг погибнет. Возможно, один из духов может воспользоваться ее телом, но я буду приглядывать за ней и смогу убедиться, что она не будет предоставлять нам никакой опасности. Интересно, сколько мы еще сможем продержаться? И сумеем ли мы вообще уцелеть?       — На выходных я попытаюсь все разузнать, — убеждает нас в сотый раз Хабупэйн. — Вы пока отдыхайте и насладитесь свиданием, пока это возможно.       — Хватит придираться, — говорю я. — Я просто пригласил Сайко, потому что ей совсем одиноко.       — Я знаю, — со смехом сказал он. — Но все же… Будет жаль, если ты не возьмешь инициативу на…       Я захлопываю дверь, оставляя Хабупэйна одного на улице, и я крайне рад, что он не успел ничего договорить.       — Инициативу «что»?.. — спрашивает Сайко, слегка наклоняя голову.       — Забей, — говорю я. — Просто он несет всякий бред, вот и все.       — Хм-м…       Сайко посмотрела на меня так, словно в чем-то подозревала, и похоже она догадывается, что имел ввиду Хабупэйн.       — Я думаю, что он просто завидует, — говорит она. — Я видела, как он косо смотрел на мою сестру.       — В каком смысле? — спрашиваю я, не до конца понимая слова Сайко.       — Ну, сэмпай, не делай такое лицо. — Ее взгляд снова стает хитрым, и я прекрасно знаю, что он может означать. — Ты ведь знаешь, о чем я говорю.       — Нет…       Заметно покраснев, я отворачиваю от нее голову, однако она делает несколько шагов и продолжает смотреть мне прямо в глаза.       — Он думает, что мы пара, хотя у него самому ничего не получается, — продолжает она, и я замечаю, как она пытается сдержать свой смех. — Ты не думал помочь ему?       — Во-первых, мы не пара, — говорю я, и это прозвучало так, будто я разрушаю что-то огромное. — Во-вторых, я не думаю, что ему нужна моя помощь. Он ведь большой гений.       После моих слов, Сайко надула щеки и недовольно зыркнула на меня.       — Не понимаю, чем я тебе не нравлюсь…       — Дело не в том, — подмечаю я. — Ты мне нравишься, но чтобы… — Я пытаюсь найти нужные слова, чтобы случайно не сказать «я тебя люблю», а иначе она на меня точно обидится. — Как бы сказать…       Мы как-то раз уже возвращались к этой теме, вроде как… Точно не знаю, но я когда-то сказал, что мне нужно время подумать. Или у меня просто заиграло воображение?       — Ты же не будешь встречаться с другой девушкой, — говорит Сайко, снова поднимая палец к верху и делая такой тон, словно она сделала открытие или говорит важную речь.       — У меня есть много знакомых подруг, — отвечаю я. — Просто все мои друзья учатся в других школах.       Да, я сказал очень правдоподобно, однако это полная ложь. Я знаю лишь несколько подруг, но я имею с ними тесные связи, так что мы почти не пересекаемся. И тут к этому делу подошел мой друг, который хочет, чтобы я завел больше друзей противоположного пола. Конечно, у меня ничего не получилось.       — Блин, — фыркнула она. — Мог бы хоть немного подыграть.       — Так что, Сайко-чан, я не могу сказать, что я тебя люблю. — Все-таки моя воля позволила это произнести. Интересно, как она отреагирует?       — Со временем ты полностью убедишься, — говорит она, указывая на себя большим пальцем. — Никто тебя не полюбит сильнее, чем я, сэмпай.       — И с чего ты так решила? — спрашиваю я.       — А ты подумай: я к тебе сильно привязалась, потому что ты мне помог, а еще ты очень симпатичный. — На ее лице вырисовывается счастливая улыбка. — Однако тебя не полюбят, потому что все они идеальные. У них ведь есть друзья, цели… А я… — Затем ее улыбка исчезает, мгновенно превращаясь в грустную. — Наверное, со мной не весело, потому что я постоянно жалуюсь…       О нет, я не люблю этот прием, ни за что на свете! Сайко делает из себя бедную ученицу, у которой мало друзей. И еще что она не идеальная, потому что раньше ее постоянно отвергали. Как мне теперь сказать, что я ее ни за что не брошу?       — Прошу, не надо все драматизировать, — говорю я. — И если ты думаешь, что я брошу тебя ради другой, то это не так.       Если так подумать, то… А что, если я буду встречаться с другой девушкой, а Сайко оставлю в дружеских отношениях, то будет ли это считаться предательством?.. Она и вправду привязалась ко мне, а я, скорее всего, тоже.       «Я ведь разобью ее сердце, — осознаю я. — Если я так поступлю. Но разве Сайко не та идеальная девушка, с которой можно по-настоящему веселиться? Да не только с ней, но и с Хабупэйном и с Элиссу, ведь мы столько всего пережили вместе».       Я думаю, что нужно ценить то, что подкинула мне судьба. А иначе я и вправду стану предателем, и все они меня возненавидят.       — Ты мне очень нравишься, — добавляю я, будто это может что-то «исправить».       — Ну конечно нравлюсь! — восклицает она. — А иначе ты бы не обнимал меня и не делал свои жалостливые штучки.       — Чего?! — Ее слова застали меня врасплох. — Что ты хочешь этим сказать?       — Сэмпай, опять ты делаешь из себя невинного!       Странно, но она начала походить на мою маму. Она почти говорит же таким тоном, когда речь идет о Сайко.       — Ты забыл, что ты делал утром?       — А что я делал утром?..       — Блин! Я не хочу говорить это вслух!       Нет, теперь она начала походить на Элиссу, когда речь идет о том, что я трогаю Сайко без ее разрешения. Почему я вдруг чувствую себя виноватым?       — Прошу, давай забудем это… чтобы это ни было, — говорю я, и я, кажется, совсем подумал о другом, потому что Сайко, скорее всего, имела ввиду что-то другое, а не то, что я мог к ней приставать утром.       — Ты делал это с большим удовольствием, — сказала она обвиняющим тоном. — И не дал мне выйти из хватки…       Сайко приложила руки к щеке, и я вижу, что она едва покраснела.       — Постой! — восклицаю я. — Я ведь ничего утром не делал!       — Нет, делал! — парирует она. — Но я тебе ничего не скажу, потому что я хочу тебя подразнить.       Она сделала самодовольное лицо, потому что она знает какую-ту сверхсекретную информация, которая подвластна лишь мудрым людям. Однако я и вправду не знаю, что она хотела этим сказать.       Утром… я делал что-то еще?..       Я помню, как мы готовили завтрак, сушил ей волосы, и затем мы пошли вслед за Хабупэйном, который хотел показать нам кое-что важное. Но неужели я что-то упускаю? Что-то очень важное?       «Проклятие Аяно изменяет реальность, — подумал я. — Если Хабупэйн в этом разберется, то я думаю, что я все до конца пойму. Хотя в голове у меня полная каша».       Я уже натерпелся тем про кровожадных демонов и старых народов, которые как-то связан с японской религией. Я просто хочу веселиться, а не терпеть то, как в меня вонзают нож.       Он мне даже живот вскрыл…       — О чем задумался?       Когда я прихожу в себя, то вижу, как лицо Сайко было почти вплотную с моим.       — Еще раз так сделаешь… — говорю я, и хватаю Сайко за плечи, чтобы ее немного отодвинуть.       — А? А то что, сэмпай? — говорит она, снова делая хитрое лицо. — Неужели ты сделаешь что-то плохое? — Потом Сайко имитирует невинность, прикрывая рот своей рукой, который вызвал мне жуткое чувство дежавю.       — Ничего я тебе не сделаю, — признаюсь я. — Я что, похож на тех, кто любит приставать к девушкам?..       Конечно, некоторые меня считают развратником, однако в этом нет ни капли правды. Это меня окружают извращенцы, которые не могут держать себя в руках. Особенно этот загадочный Хабупэйн.       — Блин, — дуется она. — Ты чего такой правильный?       — Что? — Я моргаю глазами и затем прикрываю их, будто из меня высосали все надежды. — Ты кем меня вообще считаешь?..       — Ты прав, сэмпай. Если ты будешь приставать, например, к моей сестре, то она будет против.       Чего?.. Что это за сравнение такое?!       — Потому что вы недостаточно близки. Но…       — Постой, — останавливаю я ее. — Мы с Элиссу просто друзья. Тем более ей нравится Хабупэйн. Так что не выходи за рамки нормального.       — Нет, я делаю пример, — говорит она. — У вас ничего не получится, потому что у вас нет похожих интересов. Однако… — Она слегка наклоняется и коварно смотрит на меня. — Мы с тобой достаточно близки. Очень.       Сайко выделила слово «очень» от остальных, как будто это играет важную роль.       — Блин, ну сам подумай! — продолжает она, и мне что-то подсказывает, что с этим нужно заканчивать. — Мы даже спали вместе!       — Да остановись ты уже! — сказал я, и это немного прозвучало грубо, однако я не мог быть серьезно настроен, видя ее милое личико. — Ты тогда просто перепутала диваны!       — В любом случае это правда. Так что я думаю, что мы идеально подходим друг к другу.       Прошу… Остановите ее, кто-нибудь!       — Все, я понял тебя, — говорю я, кладя руку на ее волосы, чтобы ее угомонить.       Я стал ее гладить, хотя сделал я это почти неосознанно.       — О! — восклицает она. — Ты дотронулся до моих волос самостоятельно!       Почему она сказала так, будто я сделал огромный подвиг?..       — А что, не должен был?.. — неуверенно спрашиваю я.       — Нет. — Сайко покачала головой. — Ты стал более ближе ко мне. И мне это нравится!       Я точно не понял, что она хотела этим сказать, но я был рад, что это было так. Со временем она бывает пристает ко мне, и мне, в какой-то мере, нужно от нее «защищаться».       «До сих пор не понимаю, почему она так странно себя ведет, — мысленно сказал я. — Может, Хабупэйн знает?..»       — Можно тебя обнять? — спрашивает она умоляющим голосом.       — Нет, — строго говорю я, но на самом деле я просто ее дразнил. — Я тебе никогда разрешу обнимать, Сайко-чан. Так что держи от меня дистанцию.       Я знаю, это звучит грубо, но это для того, чтобы она ценила то, что она делает, а иначе у меня не будет времени остаться наедине с собой.       — Блин, ну почему?.. — Мне казалось, что она расплачется, но я пока вел себя гадко.       — Ты не заслужила этого, и никогда не заслужишь.       — А если я ослушаюсь? — Она поднимает на меня глаза и, кажется, она совершенно не обиделась. — То что ты со мной сделаешь?       Черт… Она решила на меня напасть. И все же… Как я могу ответить на это, если ее это так заводит?       — Ну… — Я пытался хоть что-то придумать, но ничего не лезло в голову. Я же не могу после этого сделать что-то гадкое. По-настоящему гадкое. — Не знаю. Но точно то, что тебе не понравится.       — Ну, скажи! — Она воскликнула, и я перестал ее гладить. Теперь ее глаза почему-то светились. — Ты можешь сделать задуманное, если я правда нарушу обещание.       Нет, ее это правда заводит! Сайко, в каком-то смысле, сущая мазохистка!       — Забудь, — с тяжестью произношу я. — Ты ведь знаешь, что я на такие вещи не способен.       — Хм-м… — На ее лице выросла самодовольная улыбка. — Какой же ты правильный, сэмпай.       После того, как мы зашли в дом, начали этот бессмысленный разговор. Я думал, что мы поедим в тишине, но вместо этого мы обсуждаем «это».       — Я тебя люблю, и я не против, если ты сделаешь что-то необычное.       — А… — Я будто дар речи потерял, когда услышал первые слова. — Что ты?..       — Но ты все еще меня стесняешься, — продолжает она. — Разве ты не должен себя сдерживать?       Я потерял суть нити разговора.       — Как это?.. Стоп, подожди. — Я останавливаю ее руками. — Я тебя не стесняюсь. Просто ты делаешь такие вещи, которые меня удивляет. Вот и все.       — Тогда почему ты краснеешь, когда просто гладишь себя по голове? — спрашивает она.       Это что… правда заметно?..       — Разве?       — Ну конечно! Сэмпай, вместе со мной ты не чувствуешь себя в полном комфорте. Ты ведь знаешь, что я не буду от этого против.       Я знаю Сайко с ног до головы, но она абсолютно права. Я чувствую себя эгоистом, когда позволяю себе слишком многого. Даже дотронуться до ее головы слишком сложный поступок.        — Например, если ты будешь обнимать меня каждое утро, то я тоже буду не против! — вставляет она.       — Это будет лишним, — отвечаю я. — И вообще… Когда я делаю что-то «невообразимое», то Элиссу начинает на меня неровно дышать.       — Правда? — Ее голос был удивленным, но в то же время разочарованным.       — Д-да… Она не хочет, чтобы я к тебе как-то приближался.       Она недовольно фыркнула.       — Это неважно, сэмпай. Просто она мне завидует.       А я думал совсем иначе…       — Не бойся, со временем моя сестра привыкнет. Я ведь тоже не против, если ты это будешь делать!       — Я и не собираюсь это делать! — восклицаю я. — Я ведь тогда умру от стыда…       Это приятно обнимать человека, особенно сзади, сам убедился. Но я уже не буду чувствовать себя прежним, а эгоистом, который без особых причин обнимает ученицу.       «Дружеские объятия?.. — подумал я. — Нет, это точно будет что-то другое…»       — Ты потом привыкнешь, — говорит она. — Я уверен, что ты примешь меня такой, какая я есть.       — А, ага…       Я спокойно улыбнулся, и очень зря, что я расслабился в нужный момент. Сайко словно взрывается внутри и внезапно обнимает меня. Я даже не сразу этого замечаю, так как я плавал в своих мыслях.       — Знаешь, а ты мне нравишься таким, каким ты сейчас есть, — говорит она. — Я очень рада, что ты не из тех, кто любит всякие развратные вещи.       Слово «развратный» здесь вообще ни к чему.       — Да о чем ты говоришь?.. — тяжело спрашиваю я, и я чувствую, как мои ребра могут сломаться от ее крепких объятий.       — Обычно я встречала таких парней, которые только и думают о том, как залезть под юбку, — говорит она.       — Постой! Этот разговор вообще ни к чему!       Какого черта мы об этом говорим?!.. Мои внутренности могли сгореть от стыда!       — Поэтому я тебя сильно люблю, — продолжает Сайко. — Ты тот человек, которого я так давно искала!       И когда она сказала последнюю фразу, я почему-то вдруг успокоился. Я что, так сильно этому рад?       — Правда… что ли?..       — Ага, — кивает она. — Ты единственный, кто понимает меня с полуслова. Лучше, чем моя сестра.       Неужели я и вправду так много ей значу? Я ей намного важнее, чем ее родная сестра?.. Нет, это совсем неправильно.       — Не говори так, — сказал я, хватая ее за плечи, и она убирает руки с моей спины. — Элиссу тоже для тебя важнее. Как и Хабупэйн. Он ведь помог тебе избавиться от проблемы.       — Это другое, — недовольно говорит она. — Сэмпай, неужели ты не понимаешь?       — Не особо…       — Они мне просто друзья, а ты больше, чем просто друг. Мы даже готовили вместе, хотя с сестрой я никогда не готовила. — Она улыбнулась, но в улыбке я видел легкое разочарование. — Я всегда оставалась одна, но ты помог мне вернуться в клуб, и я смогла с ними заговорить. Ты дал мне уверенности.       Вот оно. Теперь все стало на свои места. Значит, для нее я и вправду больше, чем просто какой-то друг. Я ее подлинный спаситель.       — Если бы не ты, то я бы не могла быть счастливой, — говорит Сайко. — А если бы не я, то ты бы скучал на выходных. Разве это не судьба?       — Я понял, — говорю я, делая сдержанный смех. — Похоже, нас связала сама судьба.       Она счастливо кивнула.       — Здесь нам суждено добиться счастья, сэмпай!       Я улыбнулся, и я рад, что все заканчивается на хорошей ноте. И чтобы она была еще лучше, я впервые за все время обнимаю Сайко первым. Я уже и вправду не мог себя сдерживать.       — Ха! Я выиграла! — говорит она. — Говорила же, сэмпай, я тебе нравлюсь!       — Ну да, — неуверенно произношу я. — Так и есть.       — Еще ты считаешь меня милой, но не хочешь этого признавать!       — Я такого не говорил. — Я отпускаю Сайко и отхожу от нее на пару сантиметров. — Знаешь, у тебя особенная красота.       — Я знаю, правда… — Она указывает руками на волосы. — Только не понимаю, что делать с волосами. Они никак не хотят быть ровными.       Действительно. Я за долгое время замечаю, что после той ночи у нее до сих пор не вернулась прическа. Как она не пыталась их выровнять, они все еще оставались такими, какими они есть.       — Ты и так мило выглядишь, — говорю я, и я почему-то почувствовал себя смелым. Может, я наконец снял с себя тот барьер? — Есть вариант еще раз постричься, однако я не думаю, что из этого можно сделать нормальную прическу.       — Думаю, они со временем срастутся, — говорит она. — А тебе больше нравятся распущенные волосы, или короткие?       — С чего такой вопрос?       — Я хочу, чтобы ты мной восхищался. Ну, скажи, что тебе больше нравится?       Я стал размышлять над ее вопросом.       — Ну-у… Мне скорее зайдут короткие, — отвечаю я. — Хотя тебе и распущенные подойдут, я полагаю.       — Когда будет новая жизнь, я обязательно сделаю распущенные! — восклицает она, и я вижу, как она была этим довольна еще сильнее. — Тогда ты точно не сможешь сорвать с меня глаз.       — Да, только… Разве с длинными волосами комфортно ходить?       — Хм-м… — Она призадумалась и окунулась в пищу размышлений. — Их можно просто завязать, и они не будут тебе мешаться.       — Ясно…       Еще раз сделав улыбку, я наконец замечаю, что мы долгое время стоим на одном месте. У меня даже начали затекать ноги.       — Застоялись мы, как-то… — говорю я.       — И правда. — Она посмотрела на меня и затем ринулась в ванную, чтобы скорее всего переодеться. — Я быстро, сэмпай!       — Хорошо!       Сайко удаляется за дверьми ванной, и я остаюсь в комнате один.       — Хм… странно…       С мыслями в голове я сажусь возле стола и облокачиваюсь, потому что именно в такой позе мне лучше все думается.       — Я что-то делал еще утром, — размышляю я. — В этом явно замешано проклятие.       В старых традициях говорилось, что оно изменяет реальность, но я не понимаю, что хотели сказать этим народ.       — Народ. — Я невесело усмехнулся. — Что за народ?..       Изменяет реальность…       Проклятие Аяно может менять реальность.       — Есть у меня предположения…       — Я вернулась!       Услышав веселый голос Сайко, я тут же отхожу от своих мыслей и обращаю на нее внимание. На ее теле снова была надета футболка.       — Я вот что заметила, сэмпай. Ты как-то легко согласился дать мне свою одежду. Разве это не должно тебя смущать?       — Нет, — отвечаю я, и это чистая правда. — А что?       — Просто… — Она переводит взгляд на футболку и слегка растягивает ее. — Она контактирует с моей голой кожей. Я думала ты скажешь, что это совсем за грани нормального.       — Я это делаю не один раз, — говорю я. — Поэтому я к этому привык.       — Что? Ты давал свои вещи еще одной девушке?       — Да нет! Просто эти вещи забирает кто-то другой, поэтому…       — А! Так вот в чем дело! — улавливает она. — Нет, сэмпай, ты должен носить ее после меня! Это сблизит нас еще сильнее!       — Нет, ни за что. — Я стараюсь скрыть смущение, будто меня это никак не волнует. — Я не буду носить футболку. Можешь забрать ее себе, как подарок.       — Так нечестно! — Ее тон становится недовольным. — Сэмпай, устроим состязание?       Черт… Так и думал, что она придумает что-то глупое.       — Какое еще состязание?       — Если я выиграю, то ты наденешь мою футболку. А если я проиграю… Можешь сделать со мной, все что захочешь!       — Все что… — Я резко поднимаюсь со стула. — Подожди! В каком это смысле «все что захочешь»?       — Но только в рамках разумного, — подмечает она. — Я не позволю тебе сделать что-то пошлое, или сделать мне больно.       Я прикрываю глаза.       — Да за кого ты меня вообще принимаешь?..       — В любом случае на твой выбор. Ну что, ты согласен?       После ее предложения я раскидывал умом, что можно такого сделать после выигрыша. Нужно придумать что-то такое, что будет в мою пользу…       «Точно! — врывается идея. — Я ведь могу сделать что-то интересное. Например, надеть в костюм горничной. Или нет, это будет слишком?..»       — Ладно, — соглашаюсь я. — Во что будет играть?       — В «камень, ножницы, бумага», — говорит она. — Если ты выиграешь, то можешь сделать со мной все что захочешь. А если проиграешь… — Теперь ее голос стает более коварным. — Ты наденешь футболку, которая у меня на теле!       — Понял. — Я готовлю руку к бою. — Ну что, ты готова?       — Ага!       Она тоже выставила руку, и через мгновенье игра начинается.       — Камень, ножницы, бумага! — говорит Сайко, и мы оба выставляем ножницы. — Хм, ничья…       — И что, мы на этом закончим?       — Нет-нет! Пока кто-то из нас не выиграет, — игра не закончится.       — Вот оно как…       Мы продолжили играть.       Камень…       Ножницы…       Бумага…       Все это напоминает мне игру на выживание. Я словно борюсь за свое существование, которое может внезапно прекратиться. Однако это просто безобидная игра, и если я проиграю, то ничего особого не случится. Я ведь не умру после этого, правда?.. Это просто безобидная игра.       — Ну что, сэмпай?       — А?       Когда я вышел из раздумий, то я вижу, как моя рука превратилась в камень, а у Сайко…       — Бумага…       — Ха! Я выиграла! Снова!       Она радостно поднимает руку, а я глотал горечь поражения, который поглощал меня полностью.       — Ну что, сэмпай? Как ты себя чувствуешь?       — Да я тебя…       Я думал уже защекотать ее до смерти, но я держал себя в руках. Я ведь сам виноват, что отвлекся в нужный момент.       «Как у Хабупэйна всегда удается выигрывать? — подумал я. — Мне кажется, что именно я не умею правильно в это играть».       — Ладно, давай сюда футболку. — Я тихо фыркнул и протянул к ней руку.       — Ты что… — начинает она, — хочешь, чтобы я сняла футболку прямо здесь?       Черт, совсем забыл!       — А-а! Нет! — Я размахиваю руками. — Просто задумался…       — Я не против, но… Я думаю, что мы до этого еще не дошли.       — Еще? — повторяю я.       — Не думала, что ты такой забывчивый. Я сейчас, сэмпай.

* * *

      Я бы не сказал, что я могу умереть от стыда, но кажется, что это может и вправду произойти, потому что я надел на себя футболку, которая недавно носила Сайко.       — Сэмпай! — смеется она. — Ты красный как помидор!       — Заткнись! — говорю я. — Меня это никак не волнует!       И меня бы это и вправду не волновало, если бы не ее запах. Я чувствую запах ее тела, и именно это меня сейчас волнует. Я будто с ней стал единым целым.       — Я знаю о чем ты думаешь. — Сайко сзади обхватывает меня руками и прижимает к себе. — И я думаю, что в этом нет ничего плохого.       «Как она могла догадаться, что меня волнует запах? — подумал я. — На лице, что ли, написано?»       Мы сидели на диване, а под ногами была толстая простыня.       Что-то мне не нравится вся эта обстановка…       — А зачем меня тогда обнимать? — тяжело спрашиваю я.       — Сэмпай, если ты еще не понял, то таким способом мы можем стать ближе, — говорит она. — Так ты привыкнешь ко мне еще больше.       И я не просто надел на себя футболку, так мы еще ими и обменялись. Я краем глаза видел, как она принюхивалась к моей одежде.       — Правда, что ли?..       — Да…       Я чувствовал ее дыхание, и то, что ее руки потянулись к плечам.       — Что ты?..       Она стала их сжимать, а на мгновенье я почувствовал такое огромное облегчение, которое я хотел бы иметь после школы. Однако…       «Все-таки меня пугает сама атмосфера, — мысленно говорю я. — Слишком уж мне спокойно. Тем более мы только и делаем, что отдыхаем. Неужели демоны оставили нас в покое?»       «Нет, — отрицает внутренний голос. — Оставь эти мысли где-то позади. Сейчас ты можешь просто отдохнуть от всего этого. Ты заслужил настоящий отдых. После всего, что ты пережил».       Да… это действительно так. Я заслужил немного себя побаловать.       — У тебя крепкие мышцы, — подмечает Сайко.       — Тренировки не пропали даром, — говорю я, и меня ненадолго охватывает чувством дежавю, хотя я почти на него не обращаю внимания. Я потерял рассудок, когда она сжимала мне плечи медленными движениями. — Зачем… ты это делаешь?..       Ее чертовские маленькие ручки так и просили меня отложить сомнения. Однако я не могу полностью расслабиться.       — Ты в последнее время напряжен, — отвечает Сайко. — Неужели я тебе мешаю?       — Нет. — Я медленно качаю головой. — Просто я не могу расслабиться, зная, что еще ничего не закончено.       — Блин… — Ее руки переместились немного ниже. — Если ты не дашь своему телу достаточного отдыха, то ты будешь раздражительным.       «Я знаю, — отвечаю я не вслух. — Я был раздражительным, когда в моем сне встречали две крольчихи. Однако это давно позади».       — Поэтому я хочу, чтобы ты меня не стеснялся, — продолжает она. — Я хочу отблагодарить тебя сполна, что ты подарил мне надежду.       — Надежду, значит… — тихо произношу я.       — Ты помог мне, а я никак не могу тебе заплатить. Разве это честно?       — Но я не просил тебе что-то мне делать, — вставляю я.       — А тебе и не нужно, — парирует она. — Я сама вижу, когда тебе нужна помощь.       Возможно, это даже так. Я никому не говорил про свой день рождения, хотя я планировал просто его оставить. Я ведь… редко праздную вместе с родителями. Но они попросили моих друзей приглядеть за мной, и все удалось на «ура». Я ведь был тогда счастлив? Несомненно. Тогда чего я хочу, лишь валяясь на кровати, смотря на темный потолок, который с каждым разом становится ко мне все ближе? Я просто должен принимать помощь. Хоть это поступок эгоиста.       — Так что просто расслабься, — говорит Сайко и, словно по приказу, я расслабляю все мышцы, и мне становится намного комфортнее.       «Наверное, не все так уж и плохо, — думаю я. — Мне просто нужно отложить сомнения. Вот что сейчас важно».       Теплота ее тела. Руки, сжимающие мои мышцы. Что может быть лучше?       — Ты очень милый, сэмпай. — Она перестает делать мне массаж и ложится мне на колени, будто мы поменялись ролями.       — И к чему это было? — со смехом спрашиваю я.       Лицо было повернуто к залу, и я не видел, что она сейчас чувствует. Могу догадываться, что ей комфортно находиться на моих коленях.       Я принял то, что есть, и просто погладил ее по голове. Я услышал тихие довольные мычания, и мне это показалось забавным.       «А как она отреагирует, если я…»       Я решил и вправду позабавиться, переместив руку с головы прямо до ее плеч. Как она на это отреагирует?       «Молчит, — замечаю я. — Похоже, это ее ни капли не волнует».       Но я решил идти дальше. Медленными движениями я перемещаю руку по ее телу, пока она не доходит до боков живота, и теперь я точно уверен, что ее это смутит. Однако я не услышал ни одного недовольного фырканья, будто в этом нет ничего плохого, и это правда.       «Я думал, это ее смутит, но она мне доверяет. Больше всего на свете».       — Эй, Сайко-чан…       Внезапно она меняет положение, и ее нос встречается с моим животом, а руки обводят мою талию.       — Она что, уснула?..       Нет, это такого не может быть. Она просто притворяется. Притворяется, ведь…       Я мог бы уснуть вместе с ней, если бы не мой телефон. Он завибрировал, и я сразу же просыпаюсь, когда я резко достаю его из кармана.       — Хабупэйн, — тихо произнес я. — Что ему нужно?       Я открываю вкладку с сообщениями и начинаю изучать содержимое.       «Я понял, почему символы были сожжены, — написал он. — Вы ведь придете завтра в школу?»       Несколько раз прочитав сообщение, я наконец ему отвечаю.       «Да, — пишу я. — Почему бы и нет?»       «Потому что это очень важно, — резко отвечает он. — Это не из-за демона. Это еще хуже».       «Хуже?»       «Просто приходите завтра. Мне нужно кое в чем убедиться».       Я глубоко вздыхаю и убираю телефон обратно в карман. Сайко слегка пошевелилась у меня на коленях.       — Не могу поверить, что она заснула, — говорю я. — Еще и Хабупэйн написал…       Это не из-за демона, но это намного хуже.             Значит… внутри нее нету духа? Неужели она проклята?       — Нет, бред какой-то…       Вместе с этими мыслями, я засыпаю с Сайко за компанию.       «Не могу поверить, — подумал я. — Демоны решили дать мне отпуск».       Хоть так и кажется, что я давно с ними не встречался, но я уверен, что они все еще рядом. Просто они не выдают себя, а наблюдают за нами, чтобы выбрать подходящий момент.       Мы не можем об этом молчать, пока демоны живы.       Хабупэйн прав. Абсолютно. Пока они живы — нам ни за что не удастся начать новую жизнь.       Интересно, скоро ли она настанет?