Тихая гавань

Куратов со своим надвигающимся Днем Рождения, традиционно позвал меня праздновать его на свою дачу. Вот что-что, а традиции я соблюдаю — не менее традиционно забыл про его праздник. Но раз обещал, надо быть. В машине было уготовлено два места, очевидно, для меня и для Нины, но приглашать ее я не спешил. В последнее время мне все чаще кажется, что непринужденные отношения между нами становятся все более принужденными, а я не люблю, когда меня принуждают. В общем, внезапно, после занятия, взял и пригласил поехать со мной доктора Чехову. В процессе немного запинался, волновался, но выпалил все, как на духу. Она, ожидаемо, растерялась. Испуганно переспросила про ночевку и обещала подумать. Боже, зачем я вообще это затеял. Опять я в ее глазах выгляжу каким-то подозрительным. Надеюсь, мне удалось убедить ее, еще в ту ночевку у меня дома, что я не собираюсь набрасываться на нее, как похотливая скотина. Да, она мне нравится и я, определенно, испытываю к ней симпатию, и похоже, что это взаимно. Ну не просто же так она пригласила меня на свой День Рождения? Не просто же так? Пусть мое приглашение будет ответным жестом, если она, конечно, его примет. Хотя я уже в этом сомневаюсь. Старый идиот. С чего-то взял, что ей будет интересно в компании великовозрастных врачей. Как я и догадывался, Валерия вежливо отказалась от моего приглашения, сославшись на домашние дела. Зря я все это придумал. Я корил себя за свой глупый порыв, но Нину приглашать со мной на праздник не хотел. Я уже и сам не знаю, хочу ли ехать на дачу. Опять придётся слушать эти задушевные песни и кормить комаров… В общем, от дачи я, все-таки, отвертеться не смог. И как только у Вадика получается быть таким убедительным? Каждый раз на это ведусь. Я заканчивал дела в больнице и уже открыл шкаф, чтобы переодеться, когда мой телефон зазвонил. «Валерия Чехова» — высветилось на экране. Я нервно забегал глазами и взял трубку. Ее голос был каким-то расстроенным, но, вопреки этому, меня она обрадовала — она, все же, согласна поехать со мной. Еще с нами будет ее младший брат Денис. Это и к лучшему, ей так будет спокойнее, да и мне тоже. Я засобирался быстрее, и поймал себя на странном волнении. — Ну, друг Гордеев, ты меня озадачил, — качал головой Вадик, когда мы ехали к дому Лобовых. — Нет, до меня долетали какие-то сплетни. Так, получается, это не сплетни? — Что ты от меня сейчас хочешь услышать? — вздохнул я и загадочно улыбнулся на его любопытство. — Да я знаю, что ты не признаешься, но мог хотя бы предупредить, знаешь ли! Я тут перед Старковой чуть не подставился, а ты… — О, ну это твоем стиле, — уколол его я. — И что она? — Ничего, — пожал он плечами, глядя на дорогу, — виду не подала. Я промолчал. Уверен, что она все поняла. Я не сдержал горькую ухмылку. У Куратова зазвонил телефон. Это была Ира. Она уже находилась на даче и готовилась к приезду гостей. — Сань, — отвлекся от трубки Вадик, — тут Ирка спрашивает, если мы вам спальню на втором этаже выделим, а братишку на диване уложим, сойдёт? Я, опешив, взглянул на друга. Вопрос застал меня врасплох. — Я на диване посплю, — буркнул я ему. Куратов недоуменно покосился на меня и растерянно ответил супруге: — … э-э-э, короче, стели, на месте разберёмся, кто где спит. Они распрощались, и Вадик кинул телефон на приборную панель. — Ты чего? — задал он мне вопрос. — Чего «чего»? — Так у вас ничего не было еще? — удивленно любопытствовал друг. — Ты давай лучше за дорогой следи, — ответил я раздраженно. Он усмехнулся и посмотрел на меня с нескрываемым умилением. — Ну хватит уже глазеть на меня, — чертыхался я, указывая на знак. — Ты, вон, поворот проехал! — Ничего, на следующем повернем, — утешал меня он, веселясь. — Вас за стол на пионерском расстоянии усадить? Я вздохнул и, насколько мне хватило терпения, промолчал. — Не слышу ответа, Гордеев, — не унимался он. — Я тебе сейчас втащу, тебя такой ответ устроит? — Ну все-все, — закатился смехом друг, — умолкаю. Мы забрали Валерию и Дениса, и двинулись на дачу. Они сидели на заднем сидении, и дорога проходила в неловком молчании. Я не хотел давать новых поводов для подколок Куратова, поэтому перекинулся с ними парой непринужденных фраз, и потянулся к плееру, чтобы включить радио и заполнить эту тишину. Обстановку разрядила веселая музыка, и мы быстро добрались до нашего пункта назначения. На даче уже все ожидали именинника и моего фирменного шашлыка. Вадика встретили поздравительными возгласами, песнями и объятиями, и уселись за стол, начиная праздник. В руки мне вручили бокал с вином. Дениска отпросился у сестры и убежал за дом пинать мяч, а я занял свое, уже привычное, место у мангала, и насаживал мясо на шампуры. Валерия подошла ко мне с предложением помочь. Я вежливо отнекивался, цитируя классику советского кино про то, что шашлык не терпит женских рук. — Мне кажется, или вы чем-то расстроены? — спросил я, заметив ее грустную улыбку. Она, нехотя, отмахнулась, но, все же, ответила: — Дома не ладится. Глеб привел своих друзей, и они устроили вечеринку. Мне надоело смотреть на эти пьяные лица. Я и Дениску поэтому оттуда забрала. Я сочувствственно взглянул на нее. Кажется, это впервые, когда она лично призналась мне в своих проблемах, а не я выведал их у третьих лиц. — Здесь у нас тоже лица не особо трезвые, — усмехнулся я, — но обещаю, что все будет прилично. Природа, вино, шашлык…ну, разве что, придется потерпеть заунывное пение под гитару, но эта пытка будет недолгой, уж я приложу к этому все свои усилия. Валерия весело улыбнулась, и я невольно залюбовался ее ямочками на щеках. — Мне правда здесь нравится, — она сделала глоток из своего бокала, — рядом с вами мне так спокойно. Я смущенно улыбнулся и почувствовал, как залился краской. Хорошо, что на улице уже был полумрак. Мне вдруг захотелось ее обнять, но мои руки были все в маринаде, и я был вынужден пойти в дом, чтобы вымыть их. Я включил ледяную воду и умылся. Выпил всего бокал вина, а уже будто захмелел. Или это не от вина? Шашлык был готов, мы встали в традиционную высокодуховную композицию для фото и изобразили веселье. Вспышка фотоаппарата осветила наши лица, и мы, наконец, расселись за столы и приступили к трапезе. Посыпались тосты и теплые слова в адрес Куратова. В ответ он начал одаривать всех комплиментами, мне тоже досталось. Потом начались песни под гитару, о которых я предупреждал Валерию. Я уже было закатил глаза и приготовился терпеливо слушать этот вой, но вдруг, прислушался к словам и проникся песней. На меня нашло какое-то лирическое настроение, и, никогда не думал, что это скажу, но мне это понравилось. Я закурил и засмотрелся на Валерию. Она завернулась в плед и обнимала брата, украдкой глядя на меня. Я заметил ее взгляд и улыбнулся ей в ответ. Она скромно поежилась и отвела взгляд. На моей душе вдруг стало так тепло. Вечер получился душевным, я даже и не помню, когда так отдыхал в последний раз. Не раздражали ни песни, ни танцы, ни комары. Валерия с Денисом тоже выглядели довольными. Я был рад этому. Ближе к ночи все разошлись по комнатам. Я остался в гостиной возле рояля и зажигал свечи. Не знаю, что на меня нашло, но раз уж я такой лиричный сегодня, можно и вина при свечах выпить. Валерия вышла из спальни, которую Ирка уготовила для них с Денисом. Пригласил ее со мной к огню. Мы расположились у рояля, и я предложил ей вина. Она отказалась, но я нашел повод подойти к ней ближе и решил укрыть ее пледом. Моя руки покоились на ее плечах. Я хотел что-то сказать ей, она взглянула на меня. Ее губы так близко. Больше не в силах терпеть, я поцеловал ее. Она, вздрогнув, ответила на мой поцелуй. Ее горячие губы сводили меня с ума и мне пришлось приложить немалые усилия, чтобы оторваться от них. Я почувствовал, что захотел большего, но не смел напугать ее. Тяжело дыша, я крепко сжимал ее плечи в руках, боясь сорваться. Она смотрела на меня удивлёнными глазами. — Ну и как мы это объясним? — прервал я молчание. — Кому? — она непонимающе пожала плечами. — Боюсь, что сами себе, — улыбнулся я. Валерия взволнованно пыталась подобрать слова. — Александр Николаевич… Мне резануло слух. Я давно хотел на это решиться, но не мог найти подходящего момента: — Стоп, — прервал я ее, укрыв ладонью ее губы, — стоп. Давайте перейдем на «ты»? Я думаю, это будет логично. Саша. Лера закивала и попыталась мне что-то сказать. Предложил оставить все разговоры на завтра. Я сейчас не смогу с ней ни о чем говорить. Я смотрел на ее губы и пытался вновь не коснуться их своими. Я предложил, все-таки, отправиться спать. Она ушла в свою спальню, а я остался в гостиной, возле рояля, и облегченно выдохнул. Не знаю, как мне хватило сил сдержать себя. Неужели я это сделал? Я поцеловал ее! Как спать-то теперь? Я потянулся за сигаретами и вышел покурить на крыльцо.