Самайн
12 марта 2023 г., 20:19
Гарри, заваленный чертежами, сидел в гостинной у Грейнджер. Он уже потерял счет тому, сколько раз заглядывал в книгу и обратно на темноискатель. Последний круг заклинания не стыковался, все нити разрушались снова и снова. Парень запустил одну руку в волосы и шумно выдохнул, оттягивая пряди назад.
Что-то было не так, только вот ему еще было неведомо, что не так и как сделать так, чтобы было в самый раз. Он, к сожалению, не был знаком ни с кем из артефакторов, поэтому и попросить помощи не было возможности. А может дело совсем не в книге и не в заклинаниях, а в сегодняшнем дне. Вечером был самайн и все совершеннолетние волшебники могли отпраздновать его на золотой поляне. Сегодня они либо украдут это чертово кольцо, либо потерпят сокрушительный провал. Гарри расхаживал по комнате, забыв про проект, все мысли крутились вокруг плана, который с каждой минутой казался все больше неосуществимым.
— Оу, дружище, да ты сейчас сотрешь пол, — выглядывая из-за двери, просмеялся Рон, — хотя я не слышал, чтобы стертый пол вошел в моду, разве, что у маглов.
— Я никак не могу успокоиться, — останавливаясь, сказал Гарри и посмотрел на рыжеволосого, — у меня плохое предчувствие, — Поттер сжал медальон и отвернулся, — понимаешь?
— Успокойся, мы столько готовились, просто вспомни, — Рон подошел к Гарри и положил руку на плечо друга, — вспомни, ради чего мы это делаем.
— Ты прав, — после затянувшейся паузы, Гарри вновь подошел к столу и кивнул головой своим мыслям, принимаясь заново накладывать чары.
Рон, почесывая затылок, минуту потоптался в комнате, а потом решил направиться в кухню, где уже хозяйничала Гермиона. «Видимо шел просить прощение за забытое обещание отправится на прошлых выходных вместе с Мией к её родителям, » — подумал Гарри. И как только это могло вылететь у Рона из головы? Поттер отлично знал, что подруга хотела представить своего партнера родителям, но как это сделать, когда этот самый партнер не пришел? Гарри был рад, что Уизли все-таки решил извиниться перед Мией за свой опрометчивый поступок.
Парень прикрыл глаза, выдохнул и начал выводить чары. Капля пота стекала по лбу, волшебник вытер её тыльной стороной руки и нахмурил брови. Нить заклинания вписалась в последний круг и порвалась. Гарри шумно выпустил воздух из легких, сжимая край стола, настолько сильно, что дерево под пальцами прогнулось и смялось.
— Черт, — сквозь зубы процедил он, разжимая руку и отходя, — репаро, — стол вмиг принял свою прежнюю форму.
Гарри взял сумку и пошел в коридор за курткой. Размашисто открыв дверь, он вышел из маггловского подъезда.
В Лондоне было все так же туманно, как и всегда, люди перебегали по улице, пытаясь спастись от дождя. Рядом с домом Мии была маленькая кофейня с лиловой вывеской, она была выполнена в розовых тонах и напоминала их преподавателя Долорес Амбридж. Гарри никогда туда не заходил.
Неспешно идя дальше по улице, он рассматривал дома, заведения, вывески и все еще не понимал, что нашла здесь Гермиона? Может все это было из-за его родственников Дурслей, что год после комы родителей воспитывали Гарри, тогда Сириусу очень долго пришлось собирать документы на опекунство, да и Дамблдор уверил его, что с крестником все будет в порядке у родственников. Гарри никогда не винил директора за то, что он посоветовал Сириусу не беспокоиться. Поттер прекрасно видел в каком состоянии был сохатый. После он узнал, что первые несколько месяцев Сириус пил не останавливаясь, у него были приступы агрессии, некоторые раритетные вазы сильно пострадали от рук крестного. Благо Сириус смог взять себя в руки, в этом очень помогли Рабастан и Ремус. Они вытянули его из этой ямы. Гарри всегда восхищался Люпином, который стойко переносил всю эту ситуацию, попутно вытягивая ещё и всех остальных.
Гарри дошел до дырявого котла примерно через полчаса. Он зашел в уборную и сменил маггловскую куртку на мантию, чтобы не привлекать к себе внимание магов. Рюкзак он уменьшил и положил в карман брюк.
Прогуливаясь по косой аллеи, Поттер заметил лавку Оливандера, где покупал свою первую палочку. Он никогда не сможет забыть тот день, Гарри улыбнулся своим мыслям и решил зайти к старому знакомому. Дверь тихо скрипнула и отварилась. В нос ударил приятный аромат пергамента и свежего дерева. Олливандер выкатился на лестнице из угла.
— Мистер Поттер, рад вас видеть, — спускаясь, произнёс волшебник, — неужели с вашей палочкой из остролиста что-то случилось, вы хотите подобрать себе новую? — Олливандер приподнял бровь и начал рыться в записях.
— Нет, что вы, моя палочка в хорошем состоянии, просто я решил зайти к вам, — Гарри подошёл близко к прилавку и начал рассматривать ассортимент. Тут то он и вспомнил, что создание палочек это тоже артефакторика, и Олливандер владеет ей в совершенстве. Осознание нахлынуло неожиданно, стараясь сдерживаться парень продолжил, — создание палочек поистине удивительное занятие, сэр.
— Это правда Гарри, каждая палочка требует к себе индивидуального подхода. Они все очень своенравные. Я рад, что ваша спутница в порядке, вы же знаете она особенная, — Олливандер загадочно улыбнулся, — можно мне еще раз посмотреть на неё, если вы, конечно, не против, мистер Поттер.
— Да, разумеется, — Гарри аккуратно передал древко создателю.
— Она к вам очень привыкла, — мужчина начал рассматривать палочку, — и все еще идеально подходит, одиннадцать дюймов, из остролиста и с сердцевиной пера феникса, она прослужит еще очень долго, вы многое совершите с ее помощью, мистер Поттер, — Олливандер посмотрел на Гарри и отдал обратно свое творение. — Вы уже нашли её сестру-близнеца?
— К глубокому сожалению, нет, мы не встречались, — Гарри покрутил деревко между пальцев, ощущая мелкое покалывание магии.
— Хм, значит время еще не пришло. В общем, я рад, что у тебя нашлось время навестить меня.
— Надеюсь я вас не отвлекаю?
— Что вы, я всегда рад компании, в это время клиентов почти нет, все готовятся к празднику.
— Мистер Олливандер, у меня на самом деле есть к вам просьба, — Гарри придвинулся ближе, — я сейчас работаю над одним из экспериментов, но прогресса в этом деле нет. Я имею наглость просить вас о консультировании, если вас это не затруднит, — Сжимая кольцо, произнес Поттер.
***
Праздник Сайман был для волшебников одним из главных в году. В это время можно было даже услышать гул земли. Явление возникает из-за перенасыщение магией, граница с миром мертвых и живых истончается. Именно в это время проходят большинство кровных, невероятно опасных и незаконных ритуалов. Каждый волшебник чувствует пылинки магии витающие в атмосфере, для кого-то это праздник, а для кого-то это шанс совершить свои самые страшные злодеяния. Если бы когда-то Гарри сообщили, что он собирается воровать, да ещё у самого министра, он бы тут же дал в нос этому недоумку. Время было пять часов вечера, он приближался к золотой поляне. Людей было очень много, на входе установили арки выявления, каждый шаг давался все труднее. Гарри слился в компанию старых волшебников и встал в очередь. Сердце бешено колотилось в груди, Поттер пытался выглядеть более непринужденно, но не мог. Если зелье Гермионы даст сбой его сразу же уведут, переход через арку с оборотным зельем был запрещен. Безопасность волшебников в приоритете, особенно чистокровных, министр Риддл не только выставил арки на всех входах, но и загородил все магическим барьером, не дающим использовать особо опасные заклинания, а также аппарацию. К тому же Гарри сильно смущало количество авроров, они были буквально повсюду. Все было на высшем уровне, как и всегда. Вера в хороший результат падала с каждой секундой. Еще три волшебника, столько отделяло его от арки. Гарри поправил складки на мантии и пригладил торчащие усы, которые все время кололи его щеку. За это время он точно понял одно: никаких усов он отращивать точно не будет. Очередь наконец дошла до Поттера. Он сглотнул накопившуюся слюну, делая шаг. Арка молчала. Гарри прошел дальше, разжимая пальцы. — Здравствуйте, сеньор, прошу показать приглашение, вам также надо предоставить личные данные, — Человек в алой мантии явно был уставшим, он даже не взглянул на Поттера, протягивая руку. — Да, минуточку, — хрипло сказал Гарри, доставая волшебную палочку и отдавая один конец аврору. Мужчина приложил к ней маленькую карточку, держа ее до тех пор, пока она не станет зеленой. Операция продлилась меньше секунды. Все это время Поттер не отпускал древко, руки до жути вспотели, видимо, аврора никак не смущало поведение Гарри, — это играло на руку, пока все шло хорошо. Поттер протянул хранителю закона конверт с приглашением, который истлел после вскрытия. — Поздравляю вас с Самайном, сеньор Ратценберг, надеюсь, вы отлично проведете время, — Аврор кивнул и отошел в сторону. Гарри отвернулся, быстрым шагом добрался до ближайшего дерева. Руки тряслись, на лице застыла безумная улыбка, он коснулся дерева и попытался перевести дыхание. По немногу дыхание начало приходить в норму, Гарри потер глаза и посмотрел на поляну, со стороны казалось, что там даже яблоку негде упасть. Шум толпы успокаивал, он сделал это. Гермиона сделала что-то невозможное, как хорошо, что они друзья и она на его стороне. Эта маленькая победа вселила уверенность в парня, адреналин растекся по венам. Поттер уверено пошел на вершину холма, там пахло пряностями, всюду раздавались радостные возгласы. Краем глаза Гарри заприметил темную фигуру Рона в цилиндре, он стоял у стены закусочной. Министр должен приехать к шестому часу. Гарри подошел к фонтану и сбросил туда жетон. После прошелся к главному костру, у которого стояло больше всего волшебников и кинул жетон под лавочку. Пытаясь быть как можно не примечательнее, Поттер лавировал между людьми и смотрел только себе под ноги. Заворачивая за угол, он кинул жетон в клумбу, а после в мусорный бак. Гарри сел возле киоска и достал газету, бегая глазами по заголовкам. Министр должен был прийти с минуту на минуту. Риддл открывал праздник. По обычаям, сначала он зажигает церемониальный костер и приносит в жертву свою кровь и магию. Затем тоже самое делают любые желающие, чем лучше резерв у волшебника, тем выше горит огонь. Чистокровные волшебники на этом празднике проверяют своих детей и выбирают главного наследника рода. Поддержание этого праздника позволяет не только выявить могущественных волшебников, но и насытить землю магией. Если хочешь чем-то обладать, нужно что-то отдать взамен, именно эти слова сказал министр на первом открытии Самайна. Поттер выглянул из-под газеты в сторону, там стоял старый господин, усердно вытирающий свои маленькие очки на веревочке, желтая тряпочка дрожала в морщинистых руках. Гарри заметил как к нему направлялась молодая черноволосая леди, она шла сквозь толпу, гордо задрав длинный крючковатый нос. Поттер оставил газету на столе, легкой походкой он шел к месту церемонии открытия, там уже собралось множество зевак и лордов. По всему периметру кишили авроры в своих алых мантиях. Гарри сжал руку, родового перстня с ним не было, тогда он думал, что это хорошая идея оставить его дома, но сейчас Поттер отдал бы многое, чтобы почувствовать холодный метал. Из далека начали выплывать освещающие дорожку к поляне огоньки. Статная фигура Лорда Малфоя показалась из-за деревьев. Он шел медленно, едва переставляя трость. Его надменный взгляд Гарри мог чувствовать из далека. «Чертов Малфой, » — подумал он и переключил внимание на показавшегося министра. Риддл шел не менее горделиво, но Малфоя ему все равно не переплюнуть, злостно усмехнулся Гарри. Они остановились у костра под бурные аплодисменты, министр улыбнулся и поприветствовал всех. Репортеры, как назойливые мухи кружили по периметру, вспышки колдокамер не останавливались ни на секунду. Риддл начал свою торжественную речь, в процессе которой он обходил костер по кругу. Остановившись на прежнем месте, он поднял палочку и сделал надрез на ладони. Алая кровь стекала прямо на древесину костра. И все же совсем не голубая. — Пусть этот костер будет ознаменованием чего-то нового и могущественного, давайте же напитаем землю нашей магией, — Риддл закрыл глаза, волны его магии окутали поляну, лицо обожгло ветром, а фонари начали безумно вращаться по всей оси. По всему телу Гарри пробежали мурашки, он прикрыл глаза, делая глубокий вдох, пытаясь освободится от тисков чужой магии, что не давала нормально дышать. Тем временем Риддл Зажег костер, пламя которого вознеслось к небу. Маги с расширенными, словно блюдца, глазами смотрели на огонь, наступила тишина, которая вскоре нарушилась громогласным счастливым ревом толпы. Празднование самайна было открыто. Министра тут же со всех сторон окружили волшебники, которые наперебой представлялись самому сильному магу на континенте. Гарри презрительно фыркнул, его раздражала толпа лебезевшая перед магом, он не видел ничего особенного в Риддле, кроме его раздутого самомнения, которое хватило бы для того, чтобы заполнить весь Туманный Альбион. Поттер скорее ощущал, чем видел, что Министр очень наслаждается этим раболепием, но в то же время и презирает их, не воспринимая никого себе в ровню. Осталось только думать, почему эти идиоты сами этого не видят. Гарри притупил желание отвернутся от этого безобразия и ретировался в темный угол, надевая мантию невидимку. Теперь ему осталось только одно — выжидать. Час за часом он следил за Министром, пока все складывалось наиболее удачно, Риддл принес в жертву свою магию и кровь, тем самым ослабив себя. Гарри не думал, что сейчас смог бы победить его в честном бою, но он и не собирался быть честным. За все время слежки Гарри значительно утомился от чистокровных лиц, которые сменялись раз за разом, удивительно, но Риддл помнил имя каждого, кто здоровался с ним. Поттер уже представил как он, сидя в своем кабинете, заучивает список гостей, запоминая их имена, род и степень чистокровности. В один момент в кармане штанов Гарри начал нагреваться галеон. Это было задумкой Гермионы, которая решила воспользоваться этим как условным знаком начала действий. Поттер нашел в толпе Риддла и стал всматриваться, вдруг поляну начало укутывать дымом, началось, Гермиона и Рон должны были уже обезвредить авроров, охраняющих Риддла. По всюду слышались звуки негодования и крики, пока в толпе была неразбериха, Гарри снял мантию и промочил глаза зельем. Теперь он отлично видел в дыме, Поттер побежал к уходящему Риддлу, сбивая его с ног. — П…п.про…шу про…щения, — заикаясь пробубнил Гарри, вставая с мужчины и хватая его за руку, — п…по-з… вольте. вас, — Гарри быстро стянул кольцо с пальца, незаметно пряча его в кармане. — Я сам, — министр презрительно отдернул руку, протирая ее о свою мантию. С нескрываемым отвращением он встал и поднял глаза, но уже никого перед собой не видел. Гарри стремительно пытался пробраться сквозь паникующую толпу, люди не знали, что делать и куда бежать, некоторые начали выкрикивать заклинания, пытаясь рассеять дым, другие просто кричали. Авроры пытались успокоить и вывести всех, Гарри знал, что действие газа, рассеивающего внимание продлится еще пару минут. Он был почти у выхода, несколько метров отделяли его до победы, ему не верилось, что все получилось, что он смог снять это кольцо. Дрожащими пальцами он достал его из кармана и сжал. Осталось дело за малым, вот он уже подходит к арке, как вдруг своим чутьем ощущает опасность. Поттер тут же разворачивается, группируясь и выкидывая щит. — Вы в курсе, что нельзя трогать чужое мистер… — с противоположной стороны на него смотрели холодные глаза министра, он тяжело дышал, раздувая крылья носа, — вы хотя бы попробовали снять отслеживающий маячок с кольца, Мерлин, поверить не могу, что такой маг смог обокрасть меня, — саркастично проговорил Риддл, бросая невербальное заклинание. Гарри успел уклонится от красного луча и кинул в волшебника экспеллиармус, который сразу поглотил щит противника. Риддл на это усмехнулся и начал посылать невероятное количество бытовых чар, не произнеся при этом ни слово. Поттеру пришлось тратить все свои силы на уклонение и возведение щитов, но и это не помогало, некоторые заклятья задевали его и на плече, и животе уже красовались порезы. Гарри решил пойти в наступление и опять призвал экспеллиармус, Риддл бросил жалящие проклятье и произошло то, что никто не мог ожидать. Две нити заклинаний соединились в единую. Гарри сначала не поверил своим глазам, он никогда в жизни не видел такого явления, но перехватив сильнее палочку он начал подходить ближе. На его губах играла возбужденная улыбка, еще никогда ни одна дуэль не приносила такую бурю эмоций. Риддл, казалось, находился в таком же состоянии, зрачки его глаз расширились, почти скрывая радужку, которая отливала красным. Вдруг его лицо приобрело хищное выражение, он разорвал связь и быстро призвал кольцо, Гарри попытался перехватить его, но у него ничего не получилось. Метал приземлился в руку министра, его грудная клетка заметно поднималась, а пальцы дрожали. На губах у мужчины расцвела победоносная ухмылка, он перекатил палочку между пальцев и опять направил ее на Гарри. Поттер понимал, что скоро действие оборотного развеются, а силы почти на исходе. Надо было отступать, но как, если находишься под зорким взглядом хищника, который был готов в любую минуту слабости разорвать тебя на куски. Слева из-за деревьев Гарри услышал хруст веток, галеон в кармане опять нагрелся, Гермиона. Парень облегчённо выдохнул и рванул в левую сторону, за ним Риддл послал заклинание, но оно пролетело над головой парня. Гарри уже завернул за дерево, встречаясь с обеспокоенным взглядом своей подруги, которая сжимала в руках его нимбус 2000. Поттер улыбнулся схватил метлу и взмыл в воздух вместе с Гермионой, которая захватила их в плотный щит. Мия плотно прижалась к спине парня, обнимая его и утыкаясь в плечо. Рассекая воздух, Гарри маневрировал между деревьями, несколько капель скатились с глаз по его щеке, уходя в сторону и скатываясь вниз. Он сильнее сжал метлу дрожащими пальцами нежные руки подруги на груди успокаивали продрогшее тело. В голове крутилось лишь одно, он всех подвел, не справился, был слишком слаб и самонадеян, смеялся над Риддлом, но сам же и проиграл. Гермиона чувствовала под пальцами стук сердца волшебника, она видела, как Риддл забрал кольцо, у них ничего не получилось, но ведьма не отчаивалась и не винила Гарри. Любой другой волшебник вряд ли выстоял бы больше него. Девушка отлично понимала, что он сделал все возможное. По правде говоря, сейчас она думала совсем не об этом. В момент дуэли произошло нечто невозможное, Мия прочла почти всю библиотеку рода Блэков, Хогвартса, Министерства и многие другие книги, которые покупала сама, но ни в одной никогда не описывалось, даже не упоминалось такое явление, она бы точно запомнила, уж в этом Гермиона нисколько не сомневалась. Она бы не смогла пропустить нечто настолько увлекательное, а значит этого либо раньше не случалось, либо случалось настолько редко, что никто об этом не знает. Девушка закусила верхнюю губу и нахмурила тонкие брови, ведьма не считала, что это была случайность, нет, она в них не верила. С каждой минутой в ней начинал загораться неподдельный интерес. Возможно, у неё был шанс узнать что-то новое, доселе неизвестное, может быть, это когда-нибудь станет прорывом. Каштановые волосы Гермионы разлетелись в разные стороны, залезая на лицо, она тряхнула головой, пытаясь убрать эту буйную шевелюру. Действие оборотного закончилось. Они были уже далеко от поляны, но Гарри мчался не останавливаясь. Мия тряхнула его за плечи, пытаясь привести в чувство, но друг никак не реагировал. Тогда она сжала плечо, впиваясь в кожу ногтями. — Гарри, Гарри, куда ты так несешься? — Дрожащим голосом спросила ведьма, еще сильнее сжимая руку, вероятно там будет синяк, подумалось ей, — ты хотя бы слышишь меня? Нужно остановится, иначе ты угробишь нас, — озираясь по сторонам, Гермиона кричала, что есть силы, но холодный ветер уносил ее слова, заглушая своим свистом, — Гарри! Парень будто очнулся от транса, он вздрогнул, сбавляя скорость, и направился к земле. Они находились в каком-то лесу, Поттер уселся на траву, свернувшись калачиком. Гермиона в это время прошлась по округе, выставляя барьер, который смог скрыть их от других магов и магических существ, после подруга сняла мантию и постелила ее на пол, садясь рядом с Гарри. Она накинула на них согревающие чары, трансфигурировала камни в две кружки, наполнила их водой с помощью агуаменти и согрела её. Гарри смотрел на подругу из-под ресниц, Мия была талантливой волшебницей, рядом с ней он почувствовал себя недостойным, ни её дружбы, ни её помощи. Девушка протянула ему один стакан, Поттер взял его и отпил теплой воды. Они сидели молча двадцать минут, Мия решила дать парню время собраться с мыслями, а Гарри просто не знал, что сказать волшебнице. Они потратили столько сил на эту операцию, его друзья несколько месяцев занимались подготовкой, пытаясь помочь ему. И когда оставалось несколько несчастных метров, чтобы опарировать, он проиграл. Ему хотелось просто рыдать от несправедливости, почему именно ему пришлось столкнуться с этим? Неужели судьба не нашла никого другого, он был не готов к такому испытанию, но он не имел права просто злится, у него не было на это времени. Поттер был обязан спасти своих родителей, ему нельзя отпускать руки. О, Мерлин, знал бы кто-то, как он ненавидит этого Риддла, пусть это и абсурдно винить во всем его, но сейчас ему нужно было направить на кого-то весь накопившийся негатив. — Мия, мне очень жаль, я не справился… я — Не надо Гарри, — Подруга обняла за плечи Поттера, — может у нас и нет кольца, но это не повод раскисать, мы обязательно, придумаем что-то еще. Ты не подвел нас, Гарри, это самый сильный волшебник в Британии, он внес огромный вклад в науку, а также у него намного больше опыта и… — Это всего лишь оправдание, — перебил парень подругу. — Нет, — Мия покачала головой и обхватила ладонями лицо Поттера, заставляя смотреть ей в глаза, — это не оправдание и ты знаешь это, мы попытаемся еще, а если не получится и в следующий, мы будем пробовать столько, сколько будет достаточно, нельзя после первой попытки сдаваться, не дай этому маленькому провалу сломить себя, — Гермиона прислонила свой лоб ко лбу Гарри. Поттер стиснул в объятьях подругу, скрывая влажные глаза в густых волосах, пахнущих сосной. Это был любимый шампунь подруги, он нежно провел рукой по кудряшкам. В этот момент все проблемы были забыты и ничего больше не имело значения, хотелось вечность сидеть под раскидистым дубом, смотреть на звезды, отыскивая весь род Блэков. Гарри улыбнулся этой мысли, вспоминая Сириуса, пусть Вальбурга и казалось ему сумасшедшей, но имя она подобрала в точности описывающего крестного. Для Поттера он сиял так же ярко, как и звезда в ночном небе.
