Я никогда не была твоей

В кафе все старались говорить чуть оживленнее. Они хотели поднять настроение, Омару, который пытался улыбнуться нескольким появлениям Ребеки, которая не переставала говорить. Молодая делала это, так как не хотела представлять, почему Самуэль решил остаться позади и так долго возвращался. Каждый раз, когда она переставала говорить, она начинала представлять себе своего друга и маленькую Маркизу в компрометирующей ситуации. И это так взволновало ее, что она хотела бежать домой, чтобы нанести пару ударов по ее боксерской груше. Гусман и Надя смотрели друг на друга, высыпая искры. Время от времени они невольно терлись о его руку, руку и колени. Они делали вид, что ничего не происходит. Больше никто не замечал. Это был тихий диалог, игра, в которую никто из них не осмеливался играть хорошо. Они говорили то, что не могли сделать их уста. В то время как Омар просто хотел проснуться от этого кошмара. Он бы предпочел чтобы, Андер тусовался на вечеринке, пытался наслаждаться и забывать обо всем, чем сейчас он застрял в больничной палате, не зная, жить ему или нет.   Самуэль последовал за Карлой по аварийной лестнице и, прежде чем она добралась до следующей двери и затерялась в толпе, он взял ее за руку и повел к себе. - Черт, что с тобой такое?- переспросила Карла, хмуро глядя на него. - Мы еще не закончили разговор, - ответил он с несколько учащенным дыханием. - И когда мы начнем? - усмехнулась Карла. То, что было наверху, на самом деле не было разговором. -В участке, - прошептал Самуэль, словно это было запрещенное слово. Это место означало боль для обоих, хотя никто не знал о волнении другого. - По-моему, я была достаточно ясна, - сказала она мрачным, сильным тоном. Самуэль остановился, чтобы снова рассмотреть ее. Он понимал, за что она так с ним. Но у него тоже были причины злиться и обижаться. - Ты не дала мне ничего тебе объяснить, - сказал он, не отпуская ее. - Тебя нужно объяснение? Да ладно, Самуэль, мы оба знали, с чем имеем дело, - сказала она, понизив голос. - Что ты имеешь ввиду?, - Спросил Самуэль. Он терял хладнокровие. Только она могла так расстроить его. - Игра окончена, - проговаривала Карла, поглаживая щеку парня, вызывая у него холод. Через несколько недель это был первый контакт, который он получил от нее. Одно простое растирание пальца, и его тело начало просыпаться. - Игра? Это была не игра, черт возьми, - сердито сказал ему Самуэль. Карла наблюдала за ним с притворной улыбкой. Она не знала, как он может быть таким настойчивым. Почему он не сдался? Последние несколько дней ему было хорошо, что он не приближался к ней. Почему он пытался снова? - Что не было для тебя игрой? Подойти ко мне, чтобы попытаться выяснить предполагаемую «правду», поиграть в прятки и выдать себя за «пропавшего», «трахнуть меня»? скажи мне, что из этого всего не была игрой?- перечислила Карла, делая ударение на последнем слове каждой фразы. - Не было... - Самуэль произносил эти слова столько раз, сколько было необходимо, он придвинулся к ней чуть ближе, но не теряя расстояния от ее тела. - для меня да ... это была всего лишь игра, - холодно и с легкой улыбкой сказала она. Если слов в полицейском участке было недостаточно, Карла хотела нанести ему последний удар. Самуэль чуть не сделал шаг назад. Словно эти слова были толчком. Но он на мгновение посмотрел ей в глаза. Эти зеленые шары трепетали от огня, от гнева, от растерянности, но он также видел скрытую теплоту, которую обнаружил в ней. Он видел ее раненую и знал, что именно это заставило ее говорить. И что-то глубоко внутри себя пробормотало ему, что она не позволит себе этого. Что это были слова, а не реальность. Карла видела, что он сомневается, думала, что он отпустит ее, однако ей удалось лишь разжечь в Самуэле большую решимость, которая волновала ее. Она просто хотела оттолкнуть его, но казалось, что ее план не сработал. Как она могла защитить его, если он не бросил ее? - Это была не игра, - проговорил Самуэль в последний раз, после минутного молчания между ними. Уверенность и уверенность, с которыми он говорил, поразили обоих. - Я знаю, что ты злишься после всего, что произошло. Хотел бы я понять, что это было единственное, что пришло мне в голову, чтобы наконец все выяснилось, - голос его становился все более напряженным, Самуэль чувствовал каждое произнесенное им слово. Карла смотрела на него, не меняя выражения. Хотя внутри ей удавалось воспринимать искренность в том, что он ей говорил. - Если бы ты знала, как мне жаль, что пришлось это сделать ... - закончил Самуэль, его руки пытались отыскать ее кисти, но он раскаялся прежде, чем нашел их. Карла потеряла дар речи. Ей так хотелось верить ему, но если она сделает это, все может закончиться хуже. Зеленоглазая не могла позволить себе, чтобы с ним что-то случилось. Она была уверена, что ее отец что-то с ним сделает. Судьба обоих была ознаменована, и она была уверена, что они больше не переступят черту запретного. - Что сделано, то сделано, - осмелилась сказать Карла, прежде чем отойти еще немного. Она направилась к спасательной двери и небрежно закрыла ее. Стук прогремел на лестнице, как яростный грохот, но Самуэль, казалось, был поглощен изображением исчезающей Карлы. Вздохнув с сожалением и досадой, грусть заставила его опустить голову. Он жалел, что все обречено, но выхода уже не видел. Он попытался, чтобы найти хоть какую-то взаимность, однако наткнулся на такой тупой ответ, что в это мгновение потерял всякую надежду. Он прислонился к стене головой вниз, немного оправившись от всего случившегося. Он должен был вернуться к своим друзьям, и они поймут, что что-то случилось. Он не хотел давать объяснений или искать оправданий. Он знал, что Гусман и Ребека, даже Надя, заподозрят, что Карла причастна к измене его настроения. Он был так погружен в свои мысли, что не почувствовал, как дверь снова открылась. Он знал, что что-то происходит, только когда почувствовал, как мягкая, но твердая рука берет его лицо. Ему не удалось визуализировать ни одну фракцию до удара губ. Он широко раскрыл глаза и на тысячную долю секунды столкнулся с тем зеленым оттенком глаз, который его поймал. Оба закрыли глаза и углубили поцелуй. Началась языковая война. Каждый хотел получить от другого все, что мог. Их возгласы слились в одно целое. Глубокий, страстный, голодный, соблазнительный поцелуй. Самуэль положил руки на спину Карлы и прижал ее к себе. Не хотел отпускать ее. Он был похож на человека, умирающего от жажды, который только что нашел источник, который оживил его. Карла провела одной рукой по волосам Самуэля и запутала там пальцы, другой рукой положила их на напряженную шею парня. Она чувствовала себя непринужденно, в безопасности, несмотря ни на что. У них перехватило дыхание, губы задрожали. Их сердца начали биться все быстрее и быстрее, а их тела начали просить больше. Этого было недостаточно. Они разошлись, задыхаясь, Самуэль с по-прежнему закрытыми глазами вздохнул, чтобы набрать побольше воздуха. Карла посмотрела на него и грустно улыбнулась. Она отвернулась от него прежде, чем он среагировал, и ушла также быстро, как и появилась. Самуэль снова был ошеломлен. Менее чем за 5 минут Карла дважды оставила его потерянным, глядя на эту дверь. Хотя на этот раз в нем снова росла маленькая надежда. - Может быть, еще не все потеряно, - сказал он себе и улыбнулся, вспомнив поцелуй, которым они только что поделились.