Господин Аято, я не могу сделать это, пока вы пьяны

Дверь в покои Аято отворилась, за ним показался Тома. Запах спиртного тут же ударила в нос. В покоях горели лишь две свечи. Казалось, находящийся внутри человек не хотел, что бы его поймали с поличным. Заметив его, он, вздохнув, произнёс: «Господин Аято, вы снова за старое…» После этих слов, он начал убирать бутылки алкоголя со стола. Тот поднял на него свои покрасневшие от алкоголя глаза и, смирившись с тем, что в очередной раз ему запрещают наслаждаться времяпрепровождением, оперся подбородком о руку, пристально глядя на Тому. — Тома, подойди, — рассеянно сказал он. Мужчина, убрав все бутылки, сел напротив него и ждал. Аято всё смотрел на него, не желая отводить взгляд. Тома в это время смотрел по сторонам, не смея взглянуть тому в глаза. Молчание заполнило комнату. Наконец, Аято не выдержал и чуть раздраженно произнёс: — Посмотри на меня. Конечно же Тома подчинился. Хоть у них и были хорошие отношения, но Аято, все же являлся его господином. Их взгляды встретились и несколько мгновений спустя Аято, тихо пробормотал, будто опасаясь, что его услышат, но с другой стороны желал иного: — Давай займёмся сексом. — … — На самом деле ты сексуальный. — … — Тома, смотря на тебя, у меня звездочки в глазах… Это признание..? Похоже, звездочки, на самом деле, от алкоголя. Хоть Тома и понимал это, но сказанное ранее тоже заставило его смутиться: от удивления у него округлились глаза, чуть отпрянул и залился румянцем. Не веря своим ушам, запинаясь переспросил: — Что вы имеете в виду? — Мне повторить?… давай займ… - не успел он договорить, как Тома, весь смущенный, прикрыл ему рот. Аято, видимо, напротив раззадорило поведение Томы. — Господин Аято, вы хмельны, пожалуйста, идите спать… Он уже собирался убрать руку, но Аято тут же схватил его и через мгновение лизнул. Тома выхватил руку из хватки и отскочил. Он опустил голову, словно о чём-то размышляя. Подняв голову, увидел перед глазами своего господина. Он стоял на четвереньках. И смотрел на него налитыми кровью глазами, только уже не от алкоголя. У него не было верхней одежды, из-за чего ключицы и грудь открылись взору Томы. Конечно же, он каждый день одевает его, однако в такой ситуации невозможно было держать невозмутимость в лице: он тут же залился цветом. Он всё смотрел туда, как завороженный, пока Аято не приподнял его за подбородок. Ещё мгновение, и их губы прижались друг другу. Тома, от изумления, ещё не решил, как ему следует поступить, когда захватившие его в плен губы сделались дерзкими, а язык, не позволяя зубам сомкнутся, проник внутрь. Тома ощутил, что стало трудно дышать и хотел было отвернуться, но его тут же развернули обратно, сжав подбородок. Тома, наконец, пришёл в себя и оттолкнул его. Отдышавшись, сказал: — Вы, -- помолчав, повторил: — вы хмельны, вам нужно поспать. Говоря эти слова он смотрел куда-то в пол, не в силах посмотреть своему господину в глаза. Аято, нахмурившись, повалил того и навис над ним. Тома не стал в этот раз сопротивляться, так как заметил странный блеск в глазах мужчины. Да и он сам был не шибко против. — Я тебе столько раз намекал, но ты, дурень, не понимал. Разницы нет в хмельном состоянии или нет, я всегда хотел этого. Тома раскрыл глаза в изумлении. Не говоря ничего, Аято начал снимать верхнюю одежду Томы. Последний схватил его за предплечье и повалил, теперь он навис над ним. О чём-то размышляя, Тома схватил его за воротник и поцеловал. В это время Аято жадно снимал его одежду, тот поддался и позволил ему это сделать. Они всё целовались. Кажется, Аято это надоело и полез трогать Тому внизу. Почувствовав это Тома, наконец, перестал его целовать и коротко взглянул на него. Оба были залиты румянцем, а губы припухли. Тома, целуя шею Аято, начал медленно снимать с последнего одежду. Теперь, на нем были лишь белоснежные брюки. Тома всё спускался ниже и ниже лаская и целуя Аято. Тот, ощущая неимоверное наслаждение от тёплых губ и языка, содрогался и стонал при каждом таком ощущении. Увлечённый приятными прикосновениями отпустил Тому. -Ха-а-а… Тома..- взволнованно продолжил, - я люблю тебя… - едва слышно пробормотал он. Тома округлил глаза и еле ощутимо вздрогнул, но придя в себя продолжил целовать его. Последний продолжал звать его, тогда он, приблизившись к уху Аято тихо сказал: — Господин Аято, вы издаёте такие соблазнительные и страстные звуки, что в порыве возбуждения, я могу взять вас, пока вы пьяны. После этих слов он прижался губами к губам Аято и начал ласкать последнему грудь. Аято держал его за запястье, словно говоря, чтобы тот не останавливался. Тома отстранился от поцелуя и посмотрел на него. Ему нравилось наблюдать за ответными действиями Аято на его прикосновения, возбуждаясь от этого сильнее. Аято, уходя в сон, произнёс: -Тома, ты.. - но не успел он закончить, как уже уснул. Тома вздохнув взял мужчину на руки: лопатки оказались на правой, а колени на левой. И понёс в кровать, одев его в нижнюю одежду, удалился в уборную. Вспоминая недавние события, он мастурбировал. Держась левой рукой стены, а правой лаская себя, он воспроизводил в памяти ключицы, лицо, губы, грудь, дрожь, стоны, поцелуи, каждый миллиметр тела своего господина.