french kiss

— ты нахуй мелкого с собой притащил? тэхён отворачивается от старших, не вслушиваясь в разговор, состоящий в основном из пререканий и мата, и без интереса разглядывает трёхэтажный большой коттедж, из которого немилосердно гремит громкая музыка. у него в одном рабочем наушнике играет какой-то трек бонса, и парень нехотя вытаскивает его из уха, аккуратно сворачивая и пряча в карман чёрных спортивок. — да чё такого-то? он же пить не будет, просто потусит с нами и всё. недовольно сплюнув, юнги достает пачку кэмэла и чиркает зажигалкой. смотрит на хосока через струящийся дым и тяжко вздыхает. — потусит, блять. скорее понесёт твою пьяную тушу на себе, когда ты нажрёшься. хосок отмахивается и закидывает на не сопротивляющегося тэхёна руку. внутри дома душно, накурено и стены дрожат от ревущих из колонок звуков. куда ни глянь — нетрезвые тела, дошедшие до нужной и не очень кондиции, пепельницы с горами окурков, алкоголь, и пары очередной убойной травки, которую хёны непременно попробуют, но ему ни в коем случае не разрешат. маленький ещё, да и со спортом на «ты», и похрен, что у тэхёна в свои шестнадцать несколько партаков на теле, проколотое по приколу цыганской иглой ухо и несколько банок пива и пачек дешманских сигарет, спрятанных от отца под завалами вещей. он с трудом втискивается на узкий диванчик и наливает себе колу, игнорируя сидящего рядом чимина, который откровенно лапает хосока за голые коленки. хосок же, наконец, отлепляет от себя загребущие руки своего парня и переводит взгляд на самого младшего в их компании, что сейчас безэмоционально пялится перед собой, хмурит густые чёрные брови и строит слишком уж угрюмое лицо, сосредоточенно болтая в длинных пальцах стакан с тёмной жидкостью. — тэ, а ты юнги не видел? парень качает головой, подтягивая под себя ноги, что не помещаются под совсем уж крошечным столиком. — он испарился как только мы вошли. — он пошёл нашу француженку искать, — бормочет в шею хосока чимин и недовольно стонет, когда тот вдруг резко дёргается и разворачивается в его руках. — что?! гук-и разве сегодня должен был прилететь?! бля, какого хрена, пак? ты почему мне ничего не рассказал? — гук-и, француженка?.. тэхёна предсказуемо игнорируют и он, тяжело вздыхая, поднимается с насиженного места. здесь, с ругающимися хёнами, ему ловить нечего. ночной воздух кажется таким приятно свежим и чистым после задымлённого помещения, что парень жадно вдыхает его носом и только после этого осматривается. он хмурится, когда видит воркующие парочки у самого входа, и отворачивает от них голову, замечая возле бассейна высокого юношу в коротких подвёрнутых широких шортах и распахнутой цветастой рубашке. его слишком длинные блондинистые волосы, полные розовые губы с проколом на нижней и небольшим камушком в крыле носа, подведённые розовой подводкой чёрные глаза и узловатые пальцы с крупными кольцами притягивают внимание. тэхён ещё с секунду сверлит их внимательным взглядом, а затем медленно переводит его на загорелые мясистые бёдра и татуировку какого-то непонятного цветка на внутренней стороне одного и понимает, что безбожно зависает на этих крепких и явно тренированных ногах. как потом эти самые ноги охуенно сжимали его бока и соскальзывали с мокрой от пота поясницы при особенно глубоких и резких толчках, тэхён вспоминает с дрожью, волнением и диким стыдом. потому что их обладатель оказывается на три года старше самого парня, хорошо (даже слишком) знает всех его друзей и имеет погоняло «француженка», из-за того, что уехал во францию вместе с родителями в возрасте тринадцати лет и прожил там до тех пор, пока не решил вернуться назад в родные пенаты. хёны только недоумённо переглядываются, когда обнаруживают их вместе, тем более, что вид явно затраханного и довольного чонгука, который кошкой ластится к их вечно угрюмому и непробиваемому на эмоции мелкому, что смотрит на них глазами оленёнка бэмби и сверкает пунцовыми щеками невольно заставляет задуматься. правда, задуматься заставляет этот сконфуженный и загнанный вид тэхёна исключительно проницательного юнги. — ого, вы уже познакомились, — искренне и без задней мысли улыбается хосок и плюхается рядом, пялясь в открытую на парней. чонгук улыбается в ответ и кивает, всё так же подозрительно близко прижавшись к пришибленно замершему тэхёну. юнги ловит напуганный лихорадочно блестящий взгляд мелкого и щурит лисьи глаза, которые немилосердно соскальзывают на чужую смуглую шею и замирают в районе крепкого тёмного засоса, налившегося кровью. — они переспали, — безжалостно припечатывает юнги, складывая руки на груди. улыбка хосока как в замедленно съёмке съезжает куда-то в бок, а чимин рядом полузадушено выдаёт: — не понял... — бля... ну, переспали мы, да. а что такого-то?.. как будто вы никогда на вечеринках не трахались, — морщится чонгук, раздражённо дуя зацелованные распухшие губы, и разморенно укладывает уставшую голову на плечо тэхёна. парень же по-прежнему не двигается, всё ещё пребывая в глубоком и полнейшем ахуе от произошедшего. у него перед глазами до сих пор обнажённый, соблазнительный и слишком громкий чонгук-хён, со своими этими загорелыми дрожащими бёдрами и дурацкой татуировкой на внутренней стороне. его звонкий голос и сбивчивый шёпот на красивом французском, сильные пальцы, полосующие спину и нежные отзывчивые губы, целующие жадно, нетерпеливо и очень влажно. как такое забыть тэхён не знает, как после этого относиться к старшему и что более важно, как старший теперь будет относиться к нему он не знает тоже. — не хочешь сбежать отсюда? — тихо шепчет ему в ухо чонгук и смотрит расслабленно из-под длинных ресниц. убирает кудрявую чёрную прядь парня за розовое от смущения ухо, в то время как друзья продолжают бурно обсуждать их спонтанное и неожиданное секс-знакомство. тэхён тяжело сглатывает, зависая на слабой улыбке с чуть выпирающими передними зубами, и медленно кивает. безумно хочет. и сбежать, и чонгука.