Зависть (3) Боги оступаются

Из путаных рассуждений Зои я снова и опять ничего не понимала (при чем там бисексуалки типа меня — тем более). Я догадывалась только, что мы спешно уносим ноги. Еще я догадывалась, что Зоя некогда переспала с кем-то (или спала — много раз). Если точнее — с какой-то замужней (и полезной) бисексуалкой, которую Зоя шантажировала и которая могла обеспечить опергруппу в Питере. Зоя не хотела использовать этот рычаг — по крайней мере не хотела сейчас, для меня (хотела припасти для чего-то более стоющего?). Но так вышло. А дальше вышло непредвиденное. Супруг все узнал (через детектива), а поговорив с женой, принял на веру, что ее насиловали (то есть Зоя насиловала его жену). Хотя со слов Зои, не по правде (возмутительнейше: я бы посмотрела, кого бы насиловала Зоя — да кто там такая, чтоб ее насиловала Зоя!). Все это складывалось в какой-то лютый кринж. Абсолютно. Но за неимением лучшего я была вынуждена довольствоваться своими сомнительными догадками. Хотя я нихренашеньки не знала, насколько они верны или нет. Однако вовсе не это обстоятельство совершенно выбивало из колеи. Из колеи выбивало, что у Зои по-прежнему была та часть жизни (большая часть жизни), о которой я имела столь же смутные представления, как у северного медведя — об африканских сафари. Какая колея — не было никакой колеи!.. Было лишь мое страдание! И обида. Я чувствовала себя полным ничтожеством. Я бы хотела представлять из себя хоть что-то. И не быть такой скучной. И одинокой. Потому что что бы я ни делала и с кем бы ни находилась, я чувствовала себя одиноко без Зои. А у Зои била ключом интересная насыщенная жизнь — и без меня. Это было так несправедливо! Иногда мне казалось, что я могу и без Зои, что мне может быть хорошо без Зои. Но все это было таким дешевым, таким тусклым, таким зыбким… таким наделанным. Я устала испытывать себя вторым сортом, устала желать и ждать ее милости (а вдруг ударит, прогонит, уйдет?). Почему кому-то все, а мне — ничего?! Стоп-стоп, кажется, это немного из другой оперы. Мне же не то чтобы ничего? Но я уже не знала, что еще думать печальней. Может, что мне повезло? Даже сейчас — сидеть в такси вместе с этой невероятной женщиной. Зоей. Но я действительно устала. Устала или повезло? Меня как будто раздваивало. Зоя отвела руку с молчащим телефоном в сторону. Только что закончила разговор. Она сидела рядом, задумчиво приложив пару пальцев второй руки к губам. Зоя вздрогнула под моим испытующим взглядом и посмотрела сразу прямо на меня. Ее синие глаза, секунду назад устремленные в какую-то свою мысль, в какую-то нереальность, в какое-то наверное обдумывание — изменились вмиг, стали внимательными и требовательными. — Что? — Зоя вопросительно. — Нам обязательно молчать? — А ты собралась поболтать? О чем? Это все не важно. Ты остаешься в Питере, я еду в Москву. Планы изменились. Больше не обсуждаем. Но я и так собиралась в Москву — правда, через пару дней и с Максом, на выходных. Со всем скарбом (и семейными ценностями впридачу). — Я еду с тобой. — твердо произнесла я. Зоя рассмеялась — хрипло, не совсем как обычно. Она была на взводе. Пролегли ее милые ямочки-ложбинки по щекам, но я заметила, как непроизвольно дрогнула ее губа. — У тебя хоть паспорт при себе? — с издевкой. Я больная что ли, носить с собой паспорт по притонам, с угрозой быть разоблаченными и прочее? Но вообще-то я его носила — в тайнике за подкладкой пальто. — Да. — Ты что, глупее, чем я думала?! — удивленно-возмущенно. — А ты… холодно одета! — я давно об этом переживала, еще когда мы спешили к такси, но мы держали достаточно быстрый темп, чтобы не замерзнуть в осенней прохладе. — На тебе же один мужской костюм, и никакой верхней одежды! — Некогда об этом! Сейчас главное попасть на отходящий Сапсан… Надо позвонить. — Зоя нажала на телефоне графу последнего вызова. — Два билета. — сказала она в трубку. — Не один, мне нужно два. Сейчас вышлю данные.