Зависть (3) Боги оступаются

До упомянутых мировых событий кое-что происходило в моей собственной жизни.  Иногда Зоя брала меня на мероприятия. Я общалась там с разными людьми. Они были по-настоящему взрослые, нарядные и образцово цивильные. Это было так непривычно, ново и волнительно, что я чувствовала себя почти на вершине мира. Периодически я ловила на себе взгляд Зои, а дома меня ждал жаркий секс. При необходимости, отвечая на вопрос, Зоя представляла меня хорошей помощницей. Она так и говорила: «Это моя хорошая помощница». Что подразумевалось в значении хорошая, никому не ведомо, но ко мне относились хорошо. Хотя чаще всего Зоя никак меня не характеризовала (не было нужды и вопросов), я просто ходила с ней рядом. И ко мне тоже относились хорошо, а иногда как будто на равных. Как жаль, что мы не начали посещать это милое общество чуть раньше (а не позже)! Я бы тогда легко забила на отношение прошлых подруг, которые меня сторонились по возвращении в московский институт (ведь думали: зачем сближаться, вдруг я опять слиняю). Нелли помогла восстановить связи, благородно протянув сигаретное устройство (мне потребовалось изображать дым, чтобы участвовать на перекурах). С тех пор я оказалась в ее должницах. А потом у Нелли по дерзости характера возникли проблемы с одной училкой по фамилии Рашилкина. — Рашилкина-Душнилкина! — причитала Нелли, когда мы были в туалете. Она выбежала из аудитории, а меня отпустили в след. Мол, образумить подругу. К тому же, у нас с Нелли совместный проект в паре, а за его защиту будет оценка экзамена. — Я хочу нормально трахаться, а не испытывать накопленный стресс! — негодовала Нелли, а с недавней поры у нее была интрижка с девушкой из параллельного курса. — Ну так трахайся! — воскликнула я. — Постоянный стресс затыкает все репродуктивные функции, и желание секса тоже! Это тебе любой нейробиолог скажет. Отсюда депрессии, сердечные болезни и язвы желудка. — Ну так не стрессуй! — снова воскликнула я. — Давай про секс! — Это девиз Африки с высокой рождаемостью? Но она нищая! — Нелли будто получила ньютоновским яблоком по башке, и вела себя не адекватно. — Ненавижу эту экономику! Мы кормим бездонную рыбу бесконечными цифрами, а в жизни за ними совсем другое, и все совсем не так, а на перекосяк, и надо учить перекосяк, а не то, что мы учим! Это же кринжово бестолково. — Учим по плану. Зачем усложнять? Это же просто арифметика, и надо всего-то нарисовать правильные цифры. — уговаривала я, взяв подругу за руку. — У нас еще экзамен у Рашилкиной, ты же не хочешь ходить на пересдачи? — Рашилкина-Страшилкина! — не унималась Нелли. — Она же старая и страшная, как черт! Рашидкина, блин. — Из-за моноброви некоторые действительно называли училку именно так (Рашидкина). — Зато вроде ходит в церковь, как говорит. — я. — Хоть бы там ей кто сказал, насколько она страшная! — Нелли возвела глаза, но тут же устремила их на меня. — Но нет, кажется, никого не пугает, потому что до сих пор не осознает. — Красота в глазах смотрящего. — я просто говорила, хотя точно не знала, какое мне иметь мнение. — Многие даже ценят Рашилкину, а ее старость причисляют за мудрость, хотя она часто ссылается к СССР. — Но СССР атеистическая и репрессивная идеология! Как она может при этом ходить в церковь?! — Нелли возмутилась еще больше. Я только пожала плечами, имея вид: ты у меня спрашиваешь?  — Что ты предлагаешь? — спросила я конструктивнее. — Пойти в деканат? Типо вдвоем? Потому что все остальные просто хотят хорошие оценки, а не доказывать, что какие-то понятия устарели. А вот те не устарели, а вот эти устарели. Полвека будем разбирать и оспаривать, какие именно: никого не убедим, закопаемся первее. Да и я хочу хорошие оценки. Да и ты, может, хочешь? А? — Ладно, пойдем в класс. — после некоторых раздумий Нелли подняла вверх руки. Она смотрела на меня с каким-то странным вниманием и добавила полуедко-полумягко (мы все-таки подруги?): — Какая же ты приспособленка. Ею была, ею осталась. — Но я не такая приспособленка! Я же мост! — Ты что, мостиков на физре обделалась? Так прошла зимняя сессия. Мы обе успешно ее сдали. Нелли пыталась протащить истину перекосяка, но переправа не удалась. Рашилкина была непреклонно незнающей, о чем речь, и чуть не закопала Нелли со всеми яблоками. А потом были праздники. Когда же случились мировые события февраля, Зоя вдруг сказала, что мы совсем не идем на очередное (давно намеченное) мероприятие. Совсем-совсем не идем. Я очень огорчилась. Как же так? Я только-только начала смаковать радости беспечного общества! У меня же там много друзей в красивых платьях и с шампанским, они нуждаются во мне! И еще я хотела секса (а он теперь не ждал?!).