Рыжий и Бесстыжий

Стоило бы признать, что когда тебе протягивают руку помощи, главным фактором является то, что вы скрываете весь спектр эмоций, или же наоборот, вываливаете на человека весь груз вашей беспомощности. Скорее, вам хочется, чтобы вас успокоили, поддержали, дали надежду на то, что вы своими же руками сможете перевернуть все горы этого несправедливого мира и вскоре осознаете, что всё в вашей жизни зависит только от вас. От ваших поступков, от ваших слов, от ваших решений. Главное — дорожить, не терять, благодарить, улыбаться, радоваться мелочам. Непринуждённо шутить, не думая о плохом. Не всегда это помогает, ведь человек не какой-нибудь там робот. Чувства есть. Да такие глубокие, что запросто смогли бы сравниться с Кольской сверхглубокой скважиной, такой же таинственной, непонятной и неизвестной. Вновь повторяются мысли, повторяются действия, моменты, словно дежавю. Такое мимолетное мгновение посещает не раз, не два, а целых…много. Невыносимо много. Мысли путаются, связываются в один большой ком. Трудно переварить всё, что произошло за последние дни. Трудно принять. — Черт, почему опять этот неудобный диван? — тихо ругнулся Костя, нехотя приподнимаясь на локтях, мутным взглядом оглядываясь по сторонам. — Проснулся, Костик? — как-то подозрительно радостно бросил неожиданно подошедший Ренат. — Ага. Всё благодаря тебе, — послышались нотки сарказма. По всей видимости, обнажённое тело Рената было хорошенько закрыто белым халатом с какой-то синей надписью. Костя не разглядел, но слегка удивился этому «наряду». — А чего это ты в халате? Не жарко? Может, снимешь? Умолк, поймав недовольный взгляд Агзамова и тут же переведя взгляд на его серьёзно надутые губки. — А я теперь хоть голый могу ходить, всё равно теперь все знают о наших с тобой отношениях, любимый. — Чего-чего? Повтори, милый? Ренат, сложив руки на груди, взглядом указал на газету жёлтой прессы. Костя недоверчиво покосился на кондитера, а уголки губ сами собой приподнялись от усмешки. Он молча дотянулся до газеты, раскрывая и читая содержимое. — Полина Гагарина долгие годы скрывала свои отношения…бла-бла-бла.– начал вслух Ивлев, — Её роман оказался правдой! — Тридцать шестая страница, нижняя строчка. — строго проговорил Ренат. — Угум, — перелестнул странички. Сенсация! Знаменитый шеф-повар Константин Ивлев позволил себе поцеловать «короля тортов» Рената Агзамова прямо на публике!» Они всё же не просто друзья, или же это очередная шутка, которая зашла слишком далеко? Что они скрывают за кадрами совместных съёмок? Как долго они держали в секрете свои отношения, несмотря на жён? На следующей странице красовалось их совместное фото, сделанное кем-то в баре прямо в тот момент, когда разъяренный Ренат приехал за Костей, а тот в свою очередь, будучи не в трезвом состоянии, чмокнул его почти что в самые губы. Напряжённое молчание. Улыбка с лица Кости резко пропала, и он, состроив мутную и чуть испуганную гримасу, поднял голову на Рената. Секундное молчание, война между взглядами, и слышится еле сдержанный хохот, переходящий в заразительный и более заливистый. — Ты серьёзно? Это ж жёлтая пресса, от неё можно чего угодно ожидать, — удивился недовольству Агзамова Костя, продолжая посмеиваться, — Как будто бы это дерьмо кто-то ещё читает… — Читает, Костенька, как и несколько тысяч, а может уже и больше, человек в соц.сетях! — Ой, да ладно тебе, какая вообще разница. Как будто тебя это когда-то беспокоило. — Меня эти бредни не беспокоили до того момента, пока это фото не разлетелось по всему интернету! Какого хрена ты вчера учудил? Тяжело вздохнув, Костя постарался на минуту сохранить сдержанное молчание, поднимаясь наконец с чертового дивана. — Костя, — окликнул его вновь Ренат, когда тот направился на кухню, — Ты мне ответишь? — Иди в жопу, Рафинатыч, мне сейчас не до этого. Заприметил графин с водой, неспешно выискивая кружку. Картинно закатывая глаза, Агзамов, переводя взгляд на диванное «ложе», по-случайности заметил телефон Ивлева, на дисплее которого высвечивалось сообщение. Недолго думая, он наклоняется к мобильнику, убедившись перед этим, что Костя занят водой, а точнее, её истреблением, и торопливым взглядом прочёл строчки слов:

Я должна забрать свои картины. Приеду в три.

12:09

Написанное сообщение принадлежало Лере, уже почти бывшей жене Кости. Рената смутило то, что уже который раз она говорит, что забыла что-то забрать, а тот случай с беспорядком ещё больше заставлял задуматься. « С одной стороны, она же предупреждала, что заедет за оставшимися вещами. Но с другой стороны, какого хрена она так бесцеремонно что-то искала?» — Ладно, я поеду за машиной, — Костя, поправляя воротник темно-синей кофты, равнодушно зашагал в прихожую. Молчание. Ренат буквально побежал за ним, приостановив. — Ты куда? — Куда-куда? Домой. — И как ты поедешь? — Облегчённо, Бисквитыч. — Нет. Уже начал было надевать ботинки, как Агзамов ухватился за крепкую руку. Снова тот строгий и испепеляющий взгляд, говорящий о том, что если Костя сейчас сделает что-то не так, то ему однозначно придётся потерпеть поражение в его глупой игре. Разумеется, это не так. Ренат просто хотел предупредить. Поговорить. Или. Предложить что-то? — Ты чего? Я уже понял, что ты беспокоишься, но я уже не маленький мальчик. — Я же вижу, что даже такому взрослому дядечке, как ты, требуется помощь. — Давай-ка ты не преувеличивай и отпускай меня. Руку не отпустил, а лишь сильнее поджал губы. Косте не пришлось долго выжидать, он вырвался сам, не отводя насмешливого взгляда. На лице вновь заиграла улыбка. — Спасибо. Я поеду. Благодарность вышла краткой. Сухой. Не похожей на что-то искреннее. Но Ренату так не показалось. — Давай я тебя хотя бы отвезу до этого злосчастного бара? — В халатике? — Без. — Тогда я обеими руками «за». К чему были эти игры? Во что они вообще играют? Что на публике, что на камере, что в жизни… И их взаимоотношения везде одинаковые. Всё, кроме взгляда. — Жди, я быстро, — приказал Ренат, удаляясь на второй этаж. Костя сложил рук за спиной, улыбаясь вслед уходящему мужчине, как-то по-детски и тихо посмеиваясь. Всё таки мало было таких людей в его жизни. А таких, как Ренат, уж тем более. Он был каким-то… Другим. Лишь с ним можно было подурачиться так, как это привыкли видеть все, глядя на их объятия, шутки в экранах телевизора. Ясно, что это всё ради того, чтобы, наверное, было интереснее наблюдать, словно они два клоуна. А если нет? Вдруг то, что происходит исключительно в кадре, нельзя назвать их импровизацией? Это нравилось Косте. То, что происходит, безусловно должно иметь конец. Он чувствовал себя в этот момент таким..живым. Свободным. Ему не приходилось выдумывать, лгать, стесняться. Он мог быть каким угодно: пьяным, грустным, потерянным, весёлым, глупым, раздраженным, непонятным. Но всё равно Ренат был готов гладить его по головке, как маленького, и всё равно в этом жесте скрывалось то, что было понятно лишь этим двоим. А что именно? Сложно определить. Ренат спустился в чёрном свитере, прикрывающий горло, и синих джинсах. Начал надевать верхнюю одежду, обратив затем внимание на Костю. — Ты чего ещё не одет? — А ты почему одет? — А я сейчас ремень достану. За плохое поведение детишки не получают конфет. — Хорошо. Всё же натянул пальто после этих усмешек, следуя за Ренатом, как за своим отцом. Нет, спасителем. Погода морозная. Не бушующая, какой привыкла пребывать. Даже солнышко виднелось. Такое умиротворяющее, спокойное, радостное. — Кстати, – немного волнительно начал Агзамов, когда они уже присели в ледяную машину, — М-м... Не думал позвонить продюсерам? Ты же не болеешь. Сказал он это, дабы Костя заглянул в телефон с веской причиной, но этого не произошло. — Да не, потом, – отмахнулся Ивлев. — Нет, ты позвони. Откуда такая безответственность? — Не беспокойся, я позвоню, как буду настроен. — Вот же... — Чего-чего? — Твою мать, загляни в телефон. Костя недовольно цокнул языком, доставая из кармана смартфон. Следующие секунды он посвятил себя в чтение короткого сообщения от жены. Брови чуть нахмурились, губы остались в обычном положении. — Ты чего? — Да Лера написала, что за картинами заедет. — Я тебе говорил, что она вчера беспорядок оставила в спальне.. — Бля. Ренат вопросительно наблюдал за выражением лица Кости и то, как оно остаётся всё таким же хмурым и мрачноватым. — Не хотел бы я с ней видеться. Пошла она к черту. К своему стриптизеру ебаному. Раздражённо сунул телефон обратно, проводя рукой по затылку. — Да ты не такой уж и старый, – подбодрил его Агзамов, но потом вдруг подумал, что это прозвучало уж слишком нелепо. Костя в ответ лишь покачал головой, одаривая друга безнадежным взглядом. — Поехали уже, – поторопил его Ивлев. Несколько напряжённых минут ушло на то, чтобы понять, что они вовсе не к бару держат путь. Это немного смутило мужчину, поэтому он слегка недоуменно отрезал: — Куда это мы? Бар в другой стороне. — Правда? Ренат полностью игнорирует его взгляд и лишь крепче сжимает руль автомобиля, продолжая ехать по иному маршруту. « Че он задумал?» – крутился в голове вопрос, пока машина наконец не остановилась через какое - то время неподалёку от многоэтажных зданий. Выйдя на улицу, Ренат махнул рукой Косте, намекая, чтобы он сделал то же самое. — Мы, че, на Борисовских? – недоуменно и чуть удивлённо спросил Ивлев, выходя следом и разглядывая окружающее их зимнее пространство. — Ага. — И что нам здесь делать? Ренат лишь пожал плечами. — Зашибись. Молча направились к водоёму. Агзамов по-прежнему таинственно умалчивал. Странно с его стороны было так необдуманно приезжать сюда. Да и для чего? Цель не ясна. Зато ясно одно – Ренат хотел добиться чего-то, или же вообще устроить какой-то сюрприз, но это было бы ещё глупее. Какой вообще к черту сюрприз? Они прошли через замерзшие и покрытые снегом пруды. Сугробы не приходилось преодолевать, ведь дорожки были аккуратно почищены. Парк располагался в удобном положении скорее для тех, кто живёт рядом, и было очень спокойно прогуливаться по утрам, разглядывая высокие деревья, покрытые снегом. — Ха-а, – дыхнул Костя, отчего образовался лёгкий туманный пар, — И долго мы ещё будем идти? Какого вообще ху... — Ш-ш-ш, – резко и недовольно шикнул на него Ренат, не давая больше и слова сказать. « Вот подонок. Зачем мы вообще сюда приехали? Весь нос отморозил уже..» Приблизились к местечку между деревьями. Внизу была немного крутая дорога по которой можно было бы спуститься на какой-нибудь ватрушке. Агзамов присел на твёрдую поверхность, что была покрыта слоем холодного снега. — Я не понимаю.. – вновь начал Ивлев, но внезапно почувствовал, как теряет равновесие, ноги скользят по месту, в котором незаметно расположен лёд, а руками старается за что то уцепиться, но не за что, поэтому, кажется, вот-вот встретится лицом со снегом. К счастью, если бы не Ренат, то он бы точно не обошёлся без какой-нибудь маленькой травмы. Он успел словить, правда вот Агзамову в этот момент тоже пришлось нелегко. Они оба свалились на землю в сопровождении с нецензурной бранью. — Костя, твою ж.. Блять! Ты чего такой тяжёлый? Обнаружил, что Костя лежит сверху, как тюлень, чуть ли не ломая ему все кости, конечности и ребра в том числе. Костя молча и ошарашенно разглядывает красные от мороза щеки Рената, впервые так внимательно улавливая каждое движение и глядя на то, как он переводит взгляд сначала на один глаз, потом на другой, потом опять, потом снова... На всё это ему далось мгновение. Никогда прежде не приходилось с интересом наблюдать за его мимолетными сменами эмоций на лице, но они постоянно возвращалось к удивлённым, недоуменным, таким родным и, казалось, тщательно продуманным. Костя осознал, что знает их наизусть, как и самого Рената. Такого предсказуемого и одновременно наоборот. Дурачливого и в то же время строгого, серьёзного, необыкновенного. Щадя Агзамова и, конечно же, его кости, Ивлев старается аккуратно подняться, но перед этим он решает чмокнуть его в раскрасневшийся и холодный нос, как в прошлый раз, дразня всей этой нелепой ситуацией, которая произошла между ними. — Я убью..тебя.. – прохрипел Ренат, ударив мужчину в грудь. Тот рассмеялся и наконец встал, оттряхивая от снега джинсы. — Чего не встаёшь? — Жду, пока твоя совесть проснётся. — Она давно сладко спит, Ренатик. — Просто помоги мне подняться.. Протянул руку, крепко хватая и притягивая к себе, помогая кондитеру. Тот в свою очередь не спешил приводить в порядок одежду, которую слегка потрепало это глупое падение, а снег был виден даже на заднице. — Че так смотришь? Я не специально, – Костя приподнял руки вверх, говоря о том, что враждовать сейчас не собирается. Ренат ухмыляется и обходит его со стороны. — Короче, давай уже уе... Отводит взгляд. А зря. Ведь через несколько секунд чувствует, как что-то твердое попадает ему на пальто, оставляя белый снежный след. — Эй! Ты охренел? Теперь настала очередь Рената смеяться. Но это продлилось недолго. — Подожди, подожди..! Следующий снежок полетел прямиком в Рената, но Костя, наверное, переборщил, попав другу чуть ли не в лоб. — В яблочко. Момент мести настал почти моментально, когда Ренат стал торопливо подготавливать целую партию снега. Костя увернулся и насмешливо показал на него пальцем, но Агзамов, решив не терять возможности, проявил себя в следующем комочке снега, медленно отходя затем на пару шагов от мужчины, когда тот, приняв удар на себе, приподнимает подбородок, строго сложив руки за спиной. — Тише, тише, Костик, – успокаивает его Ренат и срывается с места, когда Ивлев делает один шаг, а потом смеётся, как настоящий злодей из книги или мультфильма. Побежал за ним, попутно набирая в руки снега, тщательно вылепливая из него твёрдые снежки. Его примеру последовал и кондитер, только вот тогда, когда скрылся за скамейкой, выигрывая немного времени. — Давай, давай, выходи! Ренат выжидает ещё секунд 10, прежде чем, рискнув, выходит из укрытия и бросает в Костю сразу два снежка, попадая на одежду и чуть ли не на лицо. Костя резкими порывами кидает в ответ, пока друг старается укрыть себя руками. — Ха-ха-ха! Не поможет! Старается увернуться, становясь спиной к Ивлеву, вновь собирая из снега небольшие комочки. Словно дети, они убегают, скрываются, снова бросаются снежками и уворачиваются. Стало жарко от этих игр, но Ренат угадал: это было действительно то, чего не хватало Косте. Так невинно и весело это выглядело со стороны. Казалось, что они взаправду попали в детство, но снежки не были единственным фактом этого. — Фу-ух, – выдохнул морозный пар и присел. Рядом пристроился Ренат, точно так же пытаясь отдышаться и прийти в себя. — Это...было единственным, ради чего..ты меня сюда привёз? — Не-а.. Я.. Это.. Само собой получилось.. Я хотел...напомнить тебе кое-что.. — И..что же? — 9 лет назад мы..здесь..собрались вроде компанией целой...познакомились.. Я подумал, тебе надо..обязательно отвлечься.. — Это..правда. Я тебе никогда не говорил... Но спасибо тебе за всё, Ренат. За то..что вообще существуешь в моей жизни... Я рад. Спасибо.. Притянул его ближе к себе, приобнимая за плечи. — Я тоже..