Рыжий и Бесстыжий

Каждый человек хотя бы раз задавался вопросом о смысле своего существования. Когда дело доходит до глубоких мыслей по ночам, то кажется, словно вы — невидимая частичка в воздухе, которая, казалось бы, способна существовать, но окружающее пространство и наполняющая его грязь угнетает. Скорее, сравнение с чем-то несущественно малым должно было бы вызвать у человека чувство свободы и невесомости, а происходит наоборот. Как будто бы в мире ещё миллиарды таких же частичек, но они, признаться, могут иметь чуть больше сил, чем частичка, которая думает, что так оно и есть. Все одинаковые, и в то же время невыносимо разные. Мир сложный, как и его понятия. Могло бы быть стыдно за свои же мысли, за свои поступки, слова, действия, за свое присутствие, что кажется кому-то неловким и легкомысленным. Однако у людей, чьё самолюбие бывало не единожды задето, мысли по возможности иные. Кому-то может показаться ваша сторона такой, какой она и есть. Может показаться самой лучшей на планете, самой яркой, харизматичной, самой безбашенной, пускай иногда и неловкой. Ренат искал в нем то, чего Костя тщательно старался в себе скрывать. Показатель того, что человек в себе уверен, совсем не значит, что этот показатель является правдивым. Остраненная ухмылка, говорящая лишь о том, что, да, его правда проиграла очередную войну, получив дозу осуждения не со стороны того, кто посмел её разузнать, а со стороны того, кто посмел придумать, выдав за явность, какой она на самом деле не бывает. Да и не бывала, наверное, никогда. Кто знает? Людям свойственно примерять своего рода маски. А какой она является — зависит от присутствия того или иного человека, тех или иных обстоятельств. Возможно, этой маски не существует, и человек пытается это доказать, но каждый раз обвиняет себя в том, что на самом деле является обратным. Изнанку чужих чувств свойственно понять ли тем, кто этого желает, кто этого не боится и не стыдится, потому что любит и понимает. Любит. Не так, как в романтических мелодрамах или сказках о счастливой семейной жизни. Это всё ложная картинка, которую привыкли видеть люди, потому что им так, скорее всего, удобнее. Два человека могут быть терпеливее ко всему. К тому, что судьба так сложилась. К тому, что всего сразу не бывает. К тем трудностям в их жизнях, которые за небольшое количество времени начинают принимать странные обороты, а если так произошло, значит, так надо. Иначе никак. — Блять, ты с ума сошла? — голос срывался, боясь показаться чужим, — Лер, я всё понимаю, но ты..это уже слишком. Рядом, сосредоточенно разминая тесто руками, стоял Ренат, вслушиваясь в каждое слово, пытаясь сложить незнакомый ему пазл, ведь то, что говорила бывшая жена Кости, не было им услышанным. Что вообще, черт возьми, происходит? Сбросил трубку, вложив всю свою агрессию в нажатие красной кнопки и в то, чтобы нервно бросить смартфон на диван. — Всё. Я поехал. — Эй, подожди, я ещё не доготовил первую порцию фисташкового печенья! — Ты извини, Бисквитыч, но я уже не один день мешаю тебе со своими проблемами, которые решать должен исключительно я. Ренат состроил чуть удивленную гримасу на лице, вопросительно приподняв бровь. Руки поспешно оторвались от мягкого теста, а на фартуке красовались следы от муки. — А..что там с Лерой? — настороженно, боясь показаться навязчивым, спросил Агзамов. — Ничего. Пьяная она. Поговорить хочет. Один к одному — и первые кусочки пазла сложились в одну слегка растерянную, но так же и очевидную мысль. Ренат прокрутил у себя её в голове несколько секунд, пока сквозь зубы не процедил: — Она хочет извиниться? — Она хочет денег. Подумала, что совершила ошибку. Да это я ошибку совершил, как она вообще...Твою мать, пошла она! — У вас же развод через... — Через три дня, да, я знаю. Я поеду. — На чем? Тут возникла ещё одна проблема, которую необходимо было решить ещё несколько часов назад, как минимум. Машина Ивлева до сих пор находилась возле того треклятого бара. Впрочем, проблема проблемой, а Костя привык к ним, как к бесконечным съёмкам теле-шоу. Кстати, о съёмках… « Ещё нужно позвонить продюсеру. Через неделю снимаем «На ножах», а я — придурок, притворившийся больным. » — На такси. Ты не волнуйся, маньяки любят полненьких мальчишек, ростом ниже 170 сантиметров, и ты идеально подходишь под их параметры. — А ты, что, маньяк? Костя с улыбкой, но с паршивым настроем направился в прихожую, крикнув оттуда: — Да. Дайте ему ручку с огромным листом, и не хватило бы времени, места и чернил, дабы описать всё, что думает о Косте Ренат. Повседневные мысли надолго прервали события, которые заставляли их видеться слишком часто, постепенно узнавая друг в друге какие-то новые качества, но потом оказывалось, что эти качества были выучены у них наизусть. Неожиданно, это повлияло лишь на то, как они стали воспринимать окружающий мир, а если быть точнее, то краски стали ярче, словно кисточку макнули в только что купленную детскую гуашь и разукрасили серый мир, делая его таким, каким видят только дети. Бумажник скудно лежал где-то в кармане, а взгляд был сосредоточен на мелькающих в окне людях, на падающих без остановки снежинках, на свете фонарей. « Что за ебаные приключения на задницу? Это ведь всё из-за тебя, Ренат.» Подумал он это в усмешку тому, что случилось относительно недавно. Всего часа два назад, когда они, словно два беззаботно живущих мальчика играли в снежки, и всё, что произошло, казалось чем-то..особенным? Возможно, раз Косте хотелось вспоминать об этом всё чаще, будто бы это действовало на него как успокоительное. — С вас 320 рублей, — произнёс водитель, обернувшись к Ивлеву с нескрытой заинтересованностью, которую боялся проявить всю поездку до бара. — Держи. Без сдачи, — протянул 400 рублей, уже собираясь выйти. — Извините за нескромный вопрос. — Да, я — Константин Ивлев, тебе не показалось. Ответ прозвучал чрезвычайно грубо, и Костя всё же безумно хотел обойтись без каких-то тупых вопросов со стороны таксиста. — Да не, я понял! Просто хотел спросить. А вы правда разводитесь? « Что, блять?» Эта информация уже успела появиться каким-то чудным и невообразимым образом в общем доступе. После того, как Костя добрел до замерзшего автомобиля, почистил его от снега, сел, тогда включил телефон, со смешанным чувствами набирая в поисковике «Ивлев разводится», чтобы удостовериться, что об этом действительно уже говорят. « Твою мать. Будь ты проклята, ебучая шлюха.» И не на такие жестокие мысли способен человек, когда его нервы сильно потрёпаны. А уж тем более, если эта нервотрёпка длится уже около нескольких дней. Благо на то, чтобы это пережить, у него был медовый торт под названием "Ренат". Нехотя он стал держать путь к дому, который теперь ассоциировался у него с уже чужим человеком. Да и дом не казался домом. Не казался уютным. Не хотелось приезжать, но разве у него был выбор? Свет в окнах горел. Костю разделяла лишь дверь и его смелость, которая в этот момент соизволила покинуть его или выйти покурить, а глядеть в лицо человека, которого ты любил, но сейчас он резко сменил свою маску, показавшись тем, каким, наверное, не должен был никогда — подлое наказание. « Выскажу ей всё, что думаю.» С твёрдым решением Ивлев неторопливо засунул ключ в замочную скважину, покрутив его несколько раз. Открыл дверь. Вроде всё как всегда. Только стоило ему прислушаться, как услышал музыку, что доходила из ванной. Неуверенно последовав к источнику звука, Костя, уже приблизившись к двери, спросил, тихо и коротко постучавшись: — Лер, ты тут? Ему ответило молчание в сопровождении с песнями Лолиты, « Что она, черт её побери, делает в ванной?» — Лера, выходи! Мы должны поговорить. Он не стал заходить, потому что картина происходящего была довольна ясна. Лера наверняка решила принять ванну, налив себе бокал шампанского и включив что-нибудь лёгкое и непринужденное. Не совсем ясно, как она себя ведёт и сколько до этого выпила алкоголя, но у неё явно в голове был до мелочей продуманный план. Хотя, возможно, и не настолько продуманный, раз она упустила такой очевидный момент. — Я не буду заходить! Полминуты прошли как бесконечность, но дверь наконец открылась. Вместе с горячим паром показалось пьяно-весёлое выражение лица Леры. Она была в белом халате и держала в руках бокал красного вина. — Ты пришёл.. Кости-ик! — Эй-эй! Лер! Приди в себя! Мы разводимся через три дня. — Ты, что, меня больше не..любишь?! Девушка обиженно надула губки, опустив взгляд в пол и, чуть пошатнувшись, подошла к Косте почти вплотную. — Ты с ума сошла? Сама же заявила, что устала от меня. Собрала все вещи, а теперь, когда нужны деньги, ты подумала, что я положительно к этому отнесусь? — Ну Кости-ик! Я была не права.. Она обвила его шею руками, но он отстранился, демонстративно нахмурив брови и делая шаг назад. — Забирай оставшиеся вещи и уходи. Я вызову тебе машину. Даже не поговорив тогда, она решила так грязно и громко забыть о том, что было между ними. Свадьба, радостные моменты, чувства. А самое главное, что теперь и в каких-либо форумах, соц.сетях, статьях, красуется эта информация. Не хотелось бы знать, как это произошло. Но есть ли смысл злиться, если об этом и так рано или поздно узнали бы? — Ты меня не простишь?.. – Лера, уперевшись о дверь, жалко закрыла лицо руками, что-то невнятно произнося. — Я не обижен. Ложь. — Успокойся. Подошёл ближе, касаясь руками её плеч, стараясь успокоить. Понимал, что совсем не видит в ней то, что было ранее. Тот огонёк чувств бесследно пропал. Сколько раз может убеждаться в этом, наверное, не перестанет. Отныне всё по-другому. Она успокоилась, но эмоции скорее были неправдоподобными, чем явными. Она пыталась добиться того, что уже потеряла. Она исчезла в мгновение, как радуга после дождя в солнечный день. Она разбила вазу с воспоминаниями, оставляя осколки и до сих пор стараясь ими поранить. Она заставила забыться, а потом пожалеть. Посадив ее на такси, Костя старался не казаться взволнованным даже самому себе. Признаться, равнодушие и даже лёгкая свобода постигла его в тот момент, и последнее, о чем сейчас хотелось думать – ни о чем. Хотя голова гудела, пытаясь всеми силами переварить всё. Это, что, новая страница, или, быть может, старая? Возможно, вырванная кем-то, расцарапанная, непонятная. От неё хотелось бы избавиться, а к новой привыкнуть. Как там говориться? Начать всё с чистого листа? А с кем? С самим собой? Тогда на его похоронах близкие, виня себя, будут перечитывать всё одни и те же слова: "Умер от одиночества и закопался к чертям." Не очень счастливый исход. Впрочем, нужно было взять себя в руки, привести в порядок мысли в невыносимо кипящей голове, отдохнуть хотя бы несколько часов, ведь работа никуда не денется, а спрятаться от неё было невозможно, увы. Приняв тёплый душ и расслабившись, Костя с мрачными мыслями погрузился в чтение статей в смартфоне, прежде чем осмелился набрать номер продюсеров.

Неужели разводу

Константина Ивлева и Валерии поспособствовал роман между шефом и Ренатом Агзамовым? И

правда ли это?

Мерзкие, грязные посты о том, как известный шеф-повар бросил свою жену. Не просто бросил, а, как сказано в одной из статей, втоптал в грязь, ради кондитера. Теперь все думают, что он – гей. Какого вообще черта? Когда людям стало выгодно писать о том, о чем им знать не положено? Они даже не знают правды, не знают сути, не знают того, что творится в его голове, в его жизни. Однако, без этого никак. Теперь даже стыдно было бы с привычной ухмылкой глядеть в глаза Ренату, но он всегда поймёт, выслушает и успокоит. Он правда на данный момент являлся самым близким для него человеком, а мысли об их крепкой дружбе порой переходили границы, ведь становились они всё чаще и чаще. Это порой казалось странным, но что именно? То, что Косте действительно повезло с другом, или то, что он казался ближе родной матери? Кем он вообще для него являлся? — Алло, да, это Ивлев. Привет. — Тебе уже легче? — Да-а.. Всё в порядке. Как и говорил, за несколько дней оклемаюсь. Когда там съёмки? — "На ножах" снимаем через неделю. В Екатеринбурге. — Супер. К счастью, продюсер не стал допытывать его какими-либо вопросами, а тон звучал очень настороженно, неуверенно и, наверное, чуточку боязливо. Ренат одиноко колдовал над фисташковым творением в полной тишине. Не хватало лишь музыки или разборок по телевизору, чтобы не было слишком тихо. Как-то надоедливо тихо. Взгляд невзначай бросился на телефон, лежащий на кухонном столе. « Лучше завтра позвоню. » Обернулся к печенью, что молча таилось в духовой печи, вдыхая приятный фисташковый аромат. « А вдруг, ему нужна помощь? Поддержка?» Навязчивые мысли. Просто старался прекратить об этом думать. Костя сильный, целеустремлённый и умный человек. Ренат же отныне постоянно пользовался случаем, искренне помогая лучшему другу, думая, что без этого потеряет смысл их внезапно частого общения. Что ж, он и вправду чувствовал себя неким психологом, которому, возможно, тоже не помешала бы помощь. Следующее утро выдалось нейтрально-зимним, обыкновенным и морозным. Костя покрутился возле зеркала в чёрном костюме и рубашке. — Нет, херня какая-то.. Прекращая позировать, он хмуро уселся на край кровати, задумчиво глядя на отражение. « Может, мне вообще не праздновать чёртов день рождения? А он через 5 дней. Блять. » Скорее всего, это был единственный раз, когда желание праздновать этот день умерло так же неожиданно, как и появились все пережитые Костей события за последнюю неделю. Тем не менее, свое 49-летие праздновать он планировал в кругу близких. Совсем-совсем близких. А это указывало лишь на родителей, лучших (занятых) друзей, из них которым являлся Ренат. Снова он. А что поделать? « Ай, хуй с ним. С этим бессмысленным днем. Я только старею, а оно мне надо?» Долгожданный телефонный звонок. Только вот от кого? — Привет, Костик. Ещё не напился? — А, это ты, Рафинатыч. Нет. Можем напиться вместе. — Тебе хреново? — И да, и нет. Заходил в интернет? — Угу. Подробно ознакомился с информацией. — Короче, приезжай.