В глубине твоих обсидиановых глаз

Весна. Легкий ветерок развевает ткань штор у приоткрытого окна. По кабинету расползается тонкий запах травы, недавно увлажненной дождем. Изредка в отдалении еще слышен гром, который вызывает смешанные чувства опасности и успокоения. Природа негодует. Но природа это естественно. Природа – это не бомбы, которые разрывались над городом полтора месяца назад, оставляя после себя едкий запах гари и дыма. В кабинете спокойно, слышится только размеренное дыхание человека и тихое шуршание бумаг. Еще один тяжелый день переговоров и интервью закончен. Однако работа на этом не прекращается: все время нужно анализировать, продумывать варианты событий и делать все, что позволит приблизить спокойное, мирное время. Михаил отрывается от бумаг, устало потирая глаза и пытаясь сфокусироваться на картине за окном. Весна пришла так неожиданно. Не спрашивая никого, уместно это или нет. И вместе с весной укрепилась надежда. Надежда на свет. Тепло. Перемогу. Они обязательно выстоят. И тогда придет настоящая весна – яркая, солнечная, безмятежная. Темные бездонные глаза снова вернулись к просмотру документов. Однако продолжить работу не получилось, потому что в дверь постучали. В комнату ворвался терпкий запах крепкого кофе и сладкой выпечки. – Может ненадолго прервешься? Немного углеводов точно не помешает. Леша довольно улыбается и опускает еду на стол. Варианта, что ему откажут, он даже не рассматривает. Незаметно наблюдая за своим другом, он садится и достает еду из пакета. Запах выпечки становится все более заманчивым. Арестович с удовольствием отмечает, что его товарищ отрывается от своих дел, откладывает листы бумаги и встает из-за стола, потирая затекшие плечи. И слегка улыбается. Кто бы что ни говорил, им обоим по душе такая забота. – Дякую. Теплые обсидиановые глаза Михаила смотрят прямо в карие глаза Алексея, заставляя его слегка поежиться. Теплая темнота – необычное сочетание, к которому он еще не до конца привык. Мягкая улыбка, спокойный взгляд, яркие и обволакивающие глаза. То, что одновременно и сжигает, и воскрешает. Успокаивает и распаляет. Сводит с ума и возвращает разум. Мужчина, которого Леша одновременно готов назвать хитрим і підступним, но в тоже время м'яким і податливим. Как такое может быть, он – человек, прекрасно знающий и анализирующий людей – не может объяснить логикой и разумными доводами. Каждый раз, когда появляется уверенность, что он полностью разгадал своего друга, происходит что-то, что полностью рушит его представления и заставляет искать ответы снова. Не сказать, что его это расстраивает. Скорее, наоборот – увлекает. Так и сейчас, наблюдая за Михаилом, который аккуратно берет горячий стаканчик и делает маленький глоток кофе, Леша улыбается и неосознанно облизывает пересохшие губы. Жест настолько машинальный, что никто из них уже давно не воспринимает его как завлекающий или обольщающий. За окном медленно садится солнце, окрашивая кабинет в нежно розовые тона. От дождя остались только воспоминания в виде нескольких капель на окне. Кабинеты Офиса медленно пустеют. И только в одном кабинете на этом этаже еще присутствует жизнь и движение. Миша делает последний глоток кофе и собирается вставать. – Еще раз спасибо за заботу. А теперь мне надо закончить с документами. Деликатно намекает, что Леше пора уходить. Однако Арестович не готов так просто оставить друга. – Мне кажется, ты сегодня достаточно сделал, чтобы немного отдохнуть. Я же вижу, что твои глаза уже с трудом фокусируются на предметах. Леша аккуратно сжимает плечо Подоляка, не позволяя тому подняться. Обсидиановые глаза смотрят пристально, напряженно. Но без раздражения или возмущения. На подбородке притаилась маленькая крошка. Леша машинально протягивает руку, чтобы ее убрать и уже не может отвести руку от такого родного, теплого и уставшего тела. Он медленно поднимает руку вверх и проводит по горячим губам, все еще пахнущим терпким кофе. Обсидиановые глаза продолжают смотреть прямо в душу, а рука советника накрывает Лешину руку, не отталкивая ее и не мешая пальцам медленно двигаться по губам. Наконец, Арестович не выдерживает глубины этих глаз, убирает руку и нежно целует их обладателя в теплые, мягкие губы. Чувствует, как Михаил слегка улыбается и аккуратно запускает руку в его волосы, вызывая поток мурашек по спине и шее. Как вообще такое возможно, чтобы одно движение вызывало такой отклик – как на физическом, так и на эмоциональном уровне? Миша проводит рукой по спине Арестовича, при этом сокращая расстояние между ними. В ответ Леша одной рукой обхватывает своего друга за талию, а второй – блуждает по его телу, касается лопаток, поясницы, копчика. Легкий ветерок продолжает развевать шторы на окне, но холода в комнате не чувствует никто. Алексей жадно кусает губы советника, стремясь то ли покорить его, то ли самому раствориться в глазах цвета ночи. Он отрывается от такой вожделенной спины и расстегивает толстовку, снимает ее, проводя пальцами по гладкой обнаженной коже. Толстовка летит в сторону, а руки пробираются под футболку, заставляя Мишу слегка дернуться от холодных прикосновений. Леша замирает, однако руки лишь крепче впиваются в его волосы, как бы говоря «Даже не думай останавливаться». Дыхание становится сбивчивым, а движения более требовательными. Обладатель обсидиановых глаз разрывает поцелуй и кусает Алексея за шею, вдыхая аромат чистой кожи. В отместку Арестович проводит руками по животу советника, поднимется выше, слегка царапая нежную кожу и задевая соски. Сдавленный вздох говорит о том, что он все делает правильно. Вырисовывая на податливом теле причудливые узоры, Леша понимает, что сам начинает медленно таять от удовольствия. Это кажется, таким правильным и успокаивающим, что он не может остановиться. Ему кажется, что он может вечность провести за таким занятием, открывая все новые и новые грани этой бескрайней темноты. Из расслабляющего транса Алексея выводят руки, которые уверенно касаются его бедер. Обсидиановые глаза смотрят выжидающе, их обладатель явно хочет большего, чем невинные обжимания под покровом темноты, которая опустилась на город. Арестович понимает, чего от него хотят. Он упрямый и обычно так просто не соглашается, но сегодня его руки сами тянутся к пряжке ремня. Ведь он обещал быть заботливым, и он будет заботливым до конца. Сьогодні і назавжди. Расстегивая ремень и опускаясь на колени, он не прекращает смотреть в темные глаза, в которых нашел и страсть, и успокоение, и любовь. Два упрямых и сильных человека нашли друг друга и утонули друг в друге безвозвратно. Давать и брать. Покоряться и покорять. Любить и отдавать всего себя. Полностью. Без остатка. Пальцы Леши касаются Миши, заставляя того нетерпеливо прогнуться навстречу. Не спеша он двигает рукой то вниз, то вверх, опаляет горячим дыханием, но не спешит продолжать. Он наслаждается тем, как на вечно спокойном лице проступает испарина, тонкие губы слегка подрагивают, а обсидиановые глаза становятся еще темнее и еще теплее. Ему нравится наблюдать за тем, что он творит с таким спокойным и уравновешенным человеком. Брови Михаила неудовлетворенно хмурятся, и тогда Леша проводит языком по головке, вырывая из губ советника шумный вздох. Он начинает двигаться, чувствуя теплые руки на своей голове. Пальцы вплетаются в волосы, посылая новые электрические импульсы в шею и спину. Чтобы отвлечься от этих ощущений, Арестович начинает двигаться более энергично, стараясь концентрироваться на сбивчивом дыхании и усиливающихся стонах. Не сказать, что это сильно помогает отвлечься. Наоборот возникает жгучее желание пойти намного дальше, чтобы чувствовать сильное, но мягкое и податливое тело в своих руках как можно дольше. Доводить до хриплых криков, стонов, мягкого шепота. Гладить и целовать каждый миллиметр драгоценного и такого родного человека. Тонуть в бездонных глазах и не отпускать из крепких объятий. И все это будет. Обязательно будет. А пока он обещал, в первую очередь, самому себе, что он будет заботиться и оберегать. И делать все, чтобы теплота обсидиановых глаз ни за что не потухла. Леша чувствует, что Миша уже на грани, его пальцы вцепляются в волосы, не контролируя силу. Немного больно, но терпимо. Пара мгновений, и он обмякает, закрывая глаза и ослабляя хватку. Арестович поднимается и касается щеки Подоляка, который благодарно трется об его руку, не открывая глаз. Довольный кот, что тут еще сказать. Леша обнимает его и тихо шепчет на ухо: – Думаю, от работы я тебя сумел отвлечь. Теперь самое время пойти спать. Миша нехотя открывает глаза и невесомо целует Лешу в щеку, а затем тычется носом в его шею, как бы говоря спасибо и за заботу, и за удовольствие. Такое проявление любви заставляет Арестовича улыбнуться и еще сильнее сжать его в объятиях. Как бы долго ни длилась зима, весна обязательно приходит. Какой бы темной ни была ночь, рассвет всегда разрезает тьму. Какой бы тяжелой ни была битва, перемога всегда будет на стороне добра. Они оба знают это. И сделают все, чтобы этот день настал как можно скорее. И в этот день они наконец-то смогут без тревог, волнений и страхов за жизнь другого, сказать друг другу «я люблю тебе сьогодні і назавжди».