Знаки зодиака. Хранители

      — Она должна быть где-то здесь, — послышался голос Овна из-за стеллажей.       Ребята сидели в библиотеке, ожидая, пока друг найдёт книгу, о которой он недавно рассказал. «Ceritia dé Costallion». Та до сих пор не выходила у парня из головы, и хоть он вряд ли бы понял, что в ней написано, просто оставить её в покое Овен не мог. Изображение человека в огне всё ещё стояло перед глазами, а слова Рыцаря о двух магах, преуспевших в этой области, натолкнуло на мысли о том, что в книге рассказывается именно о них.       Между шкафами послышалось активное копошение, а потом что-то несколько раз упало на пол. Овен тихо ругнулся, зашелестели страницы поднимаемых книг. Остальные поморщились от громкого звука.       — Потише, — сказал Водолей. — Не хватало, чтобы нас услышали.       На этих словах Близнецы поднялась, быстро подошла к двери и выглянула в коридор. Когда она опустилась обратно на стул, то покачала головой, говоря, что никого нет. Ребята пришли сюда без ведома Хранителей, не спрашивая их дозволения на это. Реакция Рыцаря ясно дала понять, что те не хотели, чтобы избранные рылись в некоторой литературе Костэллиона, что только больше подстёгивало это сделать.       — Нашёл! — наконец донёсся голос Овна из-за шкафов, и через пару секунд он показался в проходе.       Приблизившись к друзьям, парень возгрузил на стол тяжёлый фолиант. Ребята подались вперёд, склонившись над книгой.       — Ceritia dé Costallion, — прочитала Скорпион и подняла взгляд на Овна: — и что это значит?       — А я откуда знаю? — пожал плечами парень.       — И как ты собирался что-то понять? — вновь подал голос Водолей.       — Ну, может тут есть словарь…       Овен повернулся обратно к шкафам, а друзья хором вздохнули. Стрелец поднялся со стула, и они с парнем вновь скрылись за книжными полками.       — Кто-нибудь знает, как будет «слово» на костэллианском? — спросил Овен.       — Конечно, — саркастично кивнула Скорпион. — Мы же свободно им владеем.       Ребята откинулись на спинки стульев, слушая копошение и приглушённые голоса друзей. Лев создавала маленькие сферы и играла с ними, перемещая вокруг пальцев. Козерог принялся поднимать и опускать телекинезом стоящие на столах подсвечники, пока хмурый взгляд Рака не заставил его прекратить. Близнецы подсела ближе к книге и стала листать её, но, ничего не понимая, быстро сдалась.       Сквозь высокие окна лился свет, в лучах солнца кружились пылинки. В библиотеке было душно, но ребята не нашли никакого способа впустить свежий воздух, кроме как выбить стекло. Они сняли куртки и кофты, но это мало спасало ситуацию. Однако, несмотря на жару, Скорпиона вдруг пробрал озноб. Она вздрогнула и завертела головой, пытаясь найти источник внезапного холода. Это заметил Рыбы и, встретившись с ней взглядом, обеспокоенно нахмурился:       — Что такое?       — Никому не холодно? — спросила девушка.       — Нет, жарко ведь, — отозвался Рыбы.       — Скорп, — тихо позвала её Лев.       Скорпион перевела взгляд на подругу, и по её глазам поняла:       — Ты тоже почувствовала.       — Что почувствовала? — вмешался Телец.       — Холод. Словно мороз по коже, — отозвалась Скорп.       Парень инстинктивно завертел головой, пытаясь найти место, откуда тот мог исходить, но как и Скорпион ничего не добился. Стрелец и Овен продолжали рыться между шкафами, из чего девушка сделала вывод, что и их внезапный холод не тревожил. Скорпион вновь переглянулась со Львом, и в глазах подруги мелькнула догадка, посетившая и саму девушку. Тёмный путь магии, которому их обеих учили. Хранители сказали, что у того есть последствия. Так может, это они и есть? Но почему сейчас? Скорпион не колдовала, даже вчера такого не было. Девушка подняла взгляд на Льва. Та смотрела на свои руки, потом создала сферу, но, видимо, ничего не почувствовав, позволила ей исчезнуть. Она посмотрела в глаза подруги и пожала плечами. Скорпион перевела взгляд обратно на книгу и вновь прочитала название:       «История Костэллиона»       Она замерла и уставилась на обложку. Витиевато выведенные буквы вдруг сменились на известный ей язык. Скорпион выпрямилась и притянула фолиант к себе. Открыла и пролистала несколько страниц, поражённо смотря на понятный текст. Друзья, заметившие её оживление, тоже склонились над книгой и удивлённо выдохнули.       — Стрел, Овен! — позвала Скорпион.       Через несколько секунд друзья подошли к столу, и их глаза округлились, стоило им увидеть текст.       — Как вы?.. — начал Овен. — Что вы сделали?       — Ничего, — ответила Скорп. — Оно само.       Но на этим словах девушка не смогла не переглянуться со Львом. Уж больно странное совпадение: сначала холод, который чувствуют лишь они, а потом книга, которая им так нужна, сама переводиться на понятный язык. Лев качнула головой, словно отвергая такую возможность. С чего какому-нибудь тёмному существу помогать им искать информацию?       Овен придвинул фолиант к себе и открыл последние страницы, быстро пробежав по оглавлению.       — Здесь есть про магию, — радостно объявил он и собирался найти нужную страницу, когда его остановила Скорпион.       — Может лучше прочитать с самого начала? — спросила она, положив ладонь на открытую книгу.       — Зачем? Мы же итак знаем историю Костэллиона, — отмахнулся Овен.       — Да, но…       Скорпион не договорила, вздохнув. Она оглянулась на Рыбы, и друг понял причину её просьбы. Хранители, очевидно, о многом врали или, по крайней мере, что-то не договаривали. Что если здесь написана правда, которую их наставники так пытаются скрыть?       — Давай с самого начала, — сказал Рыбы Овну.       Тот вздохнул, но отлистал в самое начало и подсунул книгу к Скорпиону. Девушка глянула на друзей, что придвинулись ближе, прочистила горло и начала:

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ,

Повествующая о судьбе мира сего

      По замыслу Вселенной появился Костэллион, сотворённый из хаоса и света звёзд, и каждый из них внёс свой вклад. Хаос породил тьму, что заполнила скрытые уголки мира, а звёзды даровали жизнь тем, кто был призван защищать его от тени. Воинами света прозвали их, Хранителями, чей высшей целью была борьба со тьмой, войско которой вели семь лордов.       Многие годы они жили в мире. Высшие Хранители, как и тьма, росли, набирались сил и знаний; появлялись первые люди, заселявшие Костэллион. И установилось время расцвета мира: тьма не нападала, Хранители учили, а люди не знали бед. И солнце тогда светило ярче, и зеленее были леса, и весь Костэллион словно полнился чудесной песней.       Но наступил переломный момент, когда лорды начали войну, и вмиг тогда изменилось всё. Землю окропила кровь, солнце скрыли тучи, горели леса и гремели волны. Многие десятки лет сражались свет со тьмой, страдали земли и люди Костэллиона. Смертные, кои не должны были, ибо не были они равны по силам, вступали в битвы с тёмными созданиями, но гибли в них, лишь больше заливая мир кровью и скорбью.       И тогда двенадцать из числа людей, подчинивших себе магию, собрались и пришли к Хранителям, желая стать их ближайшими помощниками. Воины света сочли это даром Вселенной и приняли отважных смертных, сделав их Младшими Хранителями, даровав им бессмертие и силы, равные их собственным. И уже двадцать четыре воина стояли против войска тьмы, не превосходя по силе, но давая ей достойный отпор.       Ещё несколько столетий продолжалась война, пока Хранители не придумали, как остановить её. В горах Костэллиона далеко на севере были созданы Врата, способные сдерживать тьму. Когда пробил час последней битвы, воины света согнали тёмных существ в нужное место и наложили чары, ставшие печатью и плотно закрывшие Врата. Но не рассчитали Младшие Хранители свои силы, и, когда накладывали печать, лишились их всех. Они погибли, но перед смертью завещали, что каждые тридцать лет к Высшим Хранителям будут являться двенадцать избранных и усиливать печать, не позволяя тьме вырваться наружу.       Так и происходило многие сотни лет. Теперь мир Костэллиона был неразрывно связан с миром Терры, и судьба одного стала влиять на судьбу другого. Избранные, приходящие из того мира, приносили силы, восстанавливающие раз за разом разрушающуюся печать, отстрачивая свободу тьмы. Высшие Хранители становились им наставниками, учили и направляли, а в час их отсутствия делали всё, чтобы сохранить в Костэллионе мир и покой, и не позволить начаться новой разрушительной войне.       Скорпион закончила и подняла голову, переводя дух. Друзья сидели вокруг стола, обдумывая услышанное.       — Младшие Хранители? — наконец подал голос Водолей.       — О них нам не рассказывали, — подхватила Лев.       — Что ещё раз подтверждает, что наши «великодушные» наставники многое утаивают, — язвительно проговорила Скорпион. — И лорды. О них тоже ни словом не обмолвились.       — Может, посчитали не нужным? — вклинился Рыбы. — Они же заточены за Вратами, значит нам не предстоит с ними встретиться.       — Печать на Вратах почти разрушена, — парировала Скорп, повернувшись к парню. — Нам, возможно, придётся создать новую и если…       Она оборвала саму себя, словно боялась произнести то, что хотела, но остальные поняли. На всех опустилась тяжёлая тишина. Рыбы смотрел в глаза девушки, и на его лице читалось беспокойство и сомнение. Да, это может произойти. Не должно, но может. Они вполне могут повторить судьбу Младших Хранителей.       — Скорпион, нет, — наконец твёрдо произнёс Рыбы. — Это не повторится.       — С чего ты взял? Что заставит Хранителей этому помешать? Они не спасли тех, так отчего спасут нас?       — Скорп, — Рыбы вдруг протянул руки и взял ладони девушки в своих. Скорпион на секунду замерла и широко распахнутыми глазами уставилась на него. — Это не повторится, — с нажимом проговорил парень. — Мы этого не позволим. Плевать на Хранителей и чего они хотят, если возникнет угроза нашим жизням. Ты сама это говорила.       Скорпион ничего не ответила, продолжая смотреть на друга. Беспокойство в душе чуть поутихло, то ли от осознания его слов, дошедших до разума, то ли от тепла рук, от которого наконец сошёл холод, пробравший её. Они сами могут контролировать ситуацию, сами решать, что делать, а что нет. Хранители не сумеют так просто управлять ими, как управляли другими избранными.       На спину опустилась ладонь, и Скорпион, обернувшись, встретилась с глазами Льва. Её взгляд вновь согревал теплом, и девушка выдохнула, не сумев сдержать улыбку. Подруга улыбнулась ей в ответ, и убрала ладонь лишь тогда, когда Скорп повернулась обратно к книге. Она вздохнула и подняла взгляд на друзей.       — Ладно, — кивнула она. — Хранителям определённо стоит задать некоторые вопросы.       — Мы теперь можем приступить к магии? — вклинился Овен.       — Нет, — хором отозвались друзья.       — Ищи что-то про Младших Хранителей, — сказал Водолей.       Скорпион пролистала несколько страниц вперёд, потом открыла оглавление и пробежала взглядом по содержанию, но ничего не нашла. Ни имён, ни их деяний, словно Младших Хранителей попытались стереть из истории.       — Это… странно, — наконец выдохнула Скорп. — Если бы хотели скрыть всё, не стали бы упоминать их в истории.       — Может, эти Младшие Хранители не сделали чего-то значимого, что стоило бы записи? — предположил Стрелец.       — Ага, пришли, помогли и умерли. Какая прекрасная судьба, — саркастично кивнула Скорпион. — Более вероятно, что кто-то не хочет рассказывать о них всей правды.       — Скорп, — вздохнул Рыбы. — Не надо везде искать обман Хранителей. Мы ничего не знаем о тех временах.       — Но ведь Младшие завещали избранным являться, — возразила Лев. — Это было их деяние, а значит они были связаны с вратами и, наверное, сильнее, чем Высшие Хранители. Младшие были равны им по силам, но как так вышло, что во время битвы только они израсходовали все? Что делали Высшие Хранители?       Ребята замолчали, переглядываясь друг с другом. Ответа они не знали. Наставники рассказывали им лишь свою версию событий, перекраивая её так, как хотелось им, и не было никого, кто мог бы поведать правду. Книги в библиотеке написаны рукой или под диктовку Хранителей. Им негде искать ответы, кроме как выбивать из наставников.       — Лорды, — наконец заговорил Козерог. — Поищи что-нибудь про их.       Скорпион кивнула и вновь опустила взгляд в книгу. Через несколько секунд она усмехнулась:       — А вот лордам отведена отдельная глава.       Она открыла нужную страницу, и друзья вновь придвинулись ближе.

ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ,

Повествующая о тёмных лордах

      Тёмные лорды, как и воины света, появились на заре мира. Являясь порождениями хаоса, они должны были встать во главе тёмного войска и вести его в битву против света. Многие годы лорды прятались в тени, набирались сил, строили планы. Ширилось количество их последователей, появлялись новые оплоты их силы, и когда лорды посчитали себя готовыми, — начали войну. Мир погрузился во тьму, огонь сжигал леса, волны дробили скалы, лилась кровь невинных людей и духов — и всё это были деяния лордов, им угодные и их радовавшие.       Так продолжалось многие годы, но не могла тьма одержать верх над светом. Высшие и Младшие Хранители давали ей достойный отпор, не позволяя утопить мир в крови и хаосе. Но вот пробил час поражения тёмных лордов. В ходе битвы при Вратах Вечности одержали они своё первое большое поражение и магией воинов света были заточены за Вратами. Их армия последовала за ними. Лишь двоим лордам удалось избежать заточения, ибо пали они в последней битве, и куда сгинули их осквернённые души неведомо никому. Некоторые прислужники лордов успели сбежать, но быстро были нагнаны они и отправлены в небытие.       С тех пор в Костэллионе установился мир и покой, тени ушли и свет вновь заливал луга и равнины, растил новый лес и даровал жизнь новым существам. Тьма силилась ломать врата, крошила печать, но каждый раз по завету Младших Хранителей являлись избранные, которые продолжали дело своих предшественников.       Но скажем и несколько слов о самих лордах. Было среди них четыре мужчины и три женщины, но мало они походили на людей, ибо души их и помыслы был осквернены, и внешний вид выдавал это. Почти все они могли обращаться в каких-то существ и использовали это в своих тёмных целях.       Главным из них был Волк, не старший и не самый мудрый, но самый жестокий и дикий из лордов. Он обращался в волка, но и в человечьем обличье походил на зверя не меньше. Жёлтые глаза его всегда горели злобой, и острые клыки ничто скрыть не могло. Волк всегда носил меха, что позволяло ему легче обращаться в зверя, и перенял животные повадки. От него ведут свой род волки Костэллиона, и во многих до сих пор живут его злоба и жестокость.       Его верной помощницей была Гидра, не менее жестокая, но более рассудительная. Черты её лица походили на змеиные и глаза были, как у рептилий, которых она породила. Гидра славилась непобедимостью, ибо быстро восстанавливала утраченные силы и конечности. Её дыхание было настолько ядовито, что убивало всё вокруг. Любимцами Гидры были василиски, которые часто сопровождали свою мать-прародительницу, что делало её ещё более неприкасаемой.       Дракон тоже был близок к Волку, но имея буйный нрав, часто вступал в споры с ним. Он прародитель драконов, и те во многом походили на него. Лорд мог обращаться в крылатое чудовище и был искуснейшим магом огня, сливаясь с пламенем в единое целое и уничтожая всё на своём пути. Его голос громогласным рокотом проносился сквозь горы и вызывал обвалы, что не меньше огня вредили Костэллиону.       Водами и её чудовищами повелевала Ремора. Её рыбьи глаза казались пустыми, волосы всегда были мокрыми, а под одеждами скрывалась чешуя. Ремора была также непостоянна, как и вода: то спокойная и не проявляющая особо интереса к делам другим лордов, то жестокая и смертоносная, как штормы и бури, кои сама и создавала. Многие корабли и прибрежные поселения сгубила Ремора. Все морские чудовища её дети, и сама она обращалась в существо ужасное. Она была одной из тех, кто пал в битве при Вратах Вечности, но остатки её силы и её наследие по-прежнему живут в мире и несут разрушение, что так любила она.       Самым старшим и мудрым из лордов был Оркус, но редко к нему прислушивался Волк. От рождения старец, Оркус всегда выглядел дряхлым и выцветшим, но обманчив был его вид, ибо сила в нём скрывалась немалая. Он был связан с тенями сильнее других и имел связь с миром мёртвых, умел подчинять себе души ушедших. Но сильно изматывало это старца, и делался он всё более худым и блеклым, осыпались перья из его чёрных крыльев. Оркус почти погиб в последней битве, и, возможно, дух его за время заточения покинул Костэллиона, оставив после себя лишь тень и скорбь.       Ещё одним существом, связанным с огнём, была Феникс. Она обращалась в огненную птицу, и часто пламя охватывало её, но не причиняло вреда, принимая как хозяйку. Её свободный и дикий нрав нередко служил причиной разлада с другими лордами, но была она предана Волку как никто другой. Глаза её всегда горели, а одежды были украшены янтарными перьями, что так любила собирать Феникс из своего птичьего обличья. Она не даровала никому жизнь, огонь её нёс лишь смерть.       Последним и самым отдалённым лордом был Орёл. Такой же свободолюбивый, как и Феникс, он, однако, не хранил такой верности союзникам, но никогда не предавал тьму. Обращаясь в орла, лорд часто скрывался меж скал и строил собственные планы, не уступавшие в своей беспощадности помыслам остальных. Человеческий облик Орла походил на птичий, он тоже украшал одежды перьями, а когти его были острее многих клинков. Его, так же как и Ремору, постигла смерть в битве, но не сильно горевали лорды о его потере. В мире остались орлы, созданные им, но, как и их прародитель, они не близки с детьми других лордов.       Стоило Скорпиону закончить, как Овен придвинул книгу к себе и уставился на изображение рядом с текстом про Дракона. Это был тот самый человек, охваченный огнём, которого парень нашёл несколько дней назад. Дракон и Феникс, видимо, и были теми магами, о которых говорил Рыцарь. Тогда неудивительно почему он ушёл от ответа и ничего не знал о их дальнейшей судьбе.       Друзья тоже склонились над книгой, рассматривая изображения. Каждый лорд был нарисован в своём человеческом и «зверином» обличье, но рисунки были не точными, сделанные, видимо, по памяти. Последние страницы главы были отведены под два изображения, на одном из которых была крепость меж гор, а на втором башня, в который ребята побывали во время своего первого испытания. Оба этих строения в своё время принадлежали лордам. Говорилось, что после падения хозяев крепость разрушилась и пришла в негодность, а башня, которая и раньше полнилась тёмной магией, скрылась от чужих взоров, но силы, заточённые в ней, по-прежнему жили, меняли башню и порождали новые чудовища, что оставались запертыми в ней.       — Они отправили нас в логово врага, — выплюнула Скорпион, откинувшись на спинку стула. — Знали, что там запросто можно умереть, и всё равно отправили.       — Скорпион, это испытание, — в который раз возразил Рыбы. — Они лёгкими не бывают. И если ты помнишь, некоторые Хранители были против.       — Кроме Часов, — скрестила на груди руки Скорп. — Он, кажется, очень хочет от нас избавиться.       Друзья ничего не ответили на её слова. Стрелец вспомнил Охотника, с которым они успели неплохо сдружиться, и не мог представить, что тот захочет от них избавиться. Рыцарь и Сфинкс, тоже проводившие с ними много времени, хоть и изматывали, но точно не хотели причинять вред. Все они словно прекрасно понимали, что нуждаются в избранных и не могут их потерять.       — Я видела Врата Вечности, — вдруг заговорила Скорпион, отлистывая книгу почти в самое начало, где были нарисованы врата в горах. — Ещё тогда, перед башней. Но Часы не объяснил, зачем показал их. Просто сказал ждать. Но если Хранители стремятся утаить от нас как больше информации, то зачем ему это делать? Тем более сейчас.       — Может это был не Часы, — предположил Козерог. — Кто-то другой из Хранителей.       — А если не из Хранителей? — спросила Весы.       — Только они имеют связь с нами. По сути лишь им известно о появлении избранных.       — Уже не только, — заговорила Близнецы. — Дриады сказали, что разнесут весть о нас всему лесу. Только вот я теперь не уверенна, что нам это надо.       Близ покосилась на Рака, вспоминая о Галате и её реакции на избранных. Не исключено, что найдётся кто-нибудь ещё, кто захочет от них избавиться.       — Мы теперь можем перейти к магии? — вклинился Овен.       Скорпион вздохнула, но отодвинула книгу к парню и вновь откинулась на спинку, словно дальнейшее её совсем не интересовало. Зато ближе придвинулась Лев, наблюдая за тем, как друг перелистывает страницы. Наконец найдя нужную, он начал вслух читать:       Магия издревле существовала в мире Костэллиона. Она пронизывало само существо мироздания, даровала жизнь земле, воде, воздуху и огню. Изначально магия подчинялась лишь Высшим Хранителям и тёмным лордам, которые использовали их для битвы друг с другом, но в последующем она покорилась и людям. Тогда стали появляться новые кланы, которые и принадлежали этим людям — магам. Объединяла их магия, ибо собирались кланы в зависимости от их сил: огненные, земляные, те, что могут влиять на разумы живых существ. Со временем их количество увеличилось, маги уходили всё дальше от людей, занимали для себя новые территории. В конце концов маги совсем отделились от простого народа и их даже перестали причислять к людям, хотя и внешне, и душевно они оставались ими.       Младшие Хранители были выходцами из четырёх стихийных кланов. Каждый из них в совершенстве владел своей стихией, осваивал новые приёмы, и должно быть, если остались живы, они стали бы прекрасными учителями, которые собрали бы вокруг себя много пособников. Но судьба распорядилась иначе, и Младшие Хранители сгинули в небытие, но остатки их сил продолжают жить в избранных, которых и сейчас можно делить по четырём основным стихиям.       Но и судьба других магов была непроста. Тьма, которой порой удавалось вырваться из-за врат, всегда преследовала магов, ибо помнила, кто приложил руку к её заточению. Многие из них погибли, сократились численности кланов, некоторые и вовсе перестали существовать. Сейчас от магов осталось совсем немногое. В них нет былой силы и величия, свою мудрость они тоже утеряли. Теперь для многих людей они не более, чем отшельники, скрывающиеся ото всех, в попытке сохранить остатки прежнего могущества. Их сторонятся, и они сторонятся других. И вряд ли когда-либо маги достигнут тех высот, которые с лёгкостью покоряли в век Младших Хранителей.       Глава закончилась, и Овен остановился. Он перелистнул несколько страниц.       — Здесь рассказывается про кланы и выдающихся магов, — сообщил парень. — Но ничего про обучение или приёмы.       — Ну что ж, это история, — заметил Водолей. — Другого можно было и не ожидать.       — И ни слова о том, почему магов так ненавидят, — вставила Близнецы.       — Ты же слышала слова элеоним, — посмотрела на неё Весы. — Маги уничтожали лес. Видимо, после гибели Младших Хранителей они стали обычными варварами.       — Определённо, — кивнул Телец. — Галату уж точно не назовёшь великой и мудрой.       Парень инстинктивно посмотрел на Рака, предполагая, что она тоже что-то скажет, но девушка продолжала молчать. За сегодняшний день она говорила всего пару раз и лишь тогда, когда иного выбора не было. Сейчас Рак сидела с таким же отрешённым лицом, что и вчера, и Телец задался вопросом, слушала ли она вообще их разговор.       — И снова ничего полезного, — вздохнул Овен, откидываясь на спинку стула.       — Ну я бы не сказала, — возразила Скорпион. — Мы узнали много нового о том, о чём Хранителям следовало бы рассказать.       — Не вздумай после этого идти к ним с расспросами, — заговорил Рыбы. — Попробуем как-нибудь поаккуратнее выведать, почему они об этом умолчали. И уж точно не у Часов, — он строго посмотрел в глаза Скорпиона.       — Он здесь главный. Если хотим что-то выяснить, надо идти именно к нему.       — Скорп, нет, — возразила Лев. — Не надо. Сама знаешь, это может быть опасно. Пока это не имеет такого большого значения.       — Не имеет? А если печать разрушится? Если нам придётся создавать её снова?       — Вот тогда об этом и подумаем, — заговорила Дева. Она поднялась на ноги. — А пока вернёмся к тренировкам. Они сейчас определённо важнее.       Остальные тоже начали вставать и собирать вещи. Скорпион обвела друзей взглядом, вздохнула, и тоже поднялась. Она притянула книгу к себе, закрыла и, взяв в руки, повернулась к Овну:       — Показывай, где стояла.       Парень повёл её между стеллажей, и пока Скорпион ставила книгу, отошёл к другому шкафу. Девушка застала его за рассматриванием надписи на боковине «Scrivreonis edo magica iné imprareonis edo innom»       — Чего застыл? — спросила Скорп.       — Рыцарь говорил, что учения о магии здесь. Я просматривал книги, но все они на костэллианском. Какова вероятность, что они тоже перевелись?       — Вряд ли это произошло. История Костэллиона изначально была на костэллианском, и мы, клянусь, ничего не делали. Не думаю, что другие книги тоже решат перевестись сами собой.       — Да, наверное, ты права, — вздохнул Овен.       Они повернулись и двинулись обратно по проходу. У одного из стеллажей стояла Лев, ожидая их. Но когда Овен прошёл вперёд, девушка коснулась руки Скорпиона, притормозив.       — Мы ничего не делали, по что-то всё же произошло, — заговорила Лев. Видимо, она слышала их с Овном разговор. — Что-то или кто-то книгу перевёл. И этот кто-то связан с тёмной магией.       — Не думаю, что какое-то тёмное чудовище чтит историю Костэллиона и хочет, чтобы как можно больше людей её знали.       — Это мог быть кто-то из Хранителей.       — Только Змееносец или Рыцарь. Хотели бы рассказать, сделали это более простым способом.       — Не только, — возразила Лев. Она вдруг понизила голос. — Хранителей ведь двенадцать. Последнего здесь нет. Он…       — На тёмной стороне, — вспомнила слова Змееносца Скорпион, кажущиеся сейчас очень далёкими. — Но если он сам присоединился ко тьме, зачем ему нам помогать? Он же нам враг.       — Мы не знаем всего. Только версию Хранителей.       Скорпион нахмурилась, в очередной раз испытывая сильное желания вытрясти из наставников всю известную им информацию. Кто этот двенадцатый Хранитель? Почему предал остальных и где он сейчас?       — Скорп, Лев, вы идёте? — долетел до них голос Рыбы.       — Да, — отозвалась подруга.       Она наконец отпустила плечо Скорпиона, но взяла за ладонь и потянула её к выходу. Девушка последовала за ней, пытаясь придать лицу спокойное выражение. Рыбы говорил не спешить, но и Хранители не спешат раскрывать все карты. А если от этого зависит их безопасность, их жизнь, Скорпион согласна нарушить данное ему обещание.

***

      Когда ребята вошли в тренировочный зал, там их уже ожидали Сфинкс и Рыцарь. Их, видимо, совсем не заботило своеобразное опоздание учеников, что, впрочем и неудивительно. Друзья никогда не назначали определённого времени, ибо не знали во сколько освободятся в своём мире, и уже тем более не знали, во сколько это будет по здешнему времени. Единственное радовало, что Хранители, видимо, не чувствовали, когда именно ребята появлялись в Костэллионе, а значит их визит библиотеку по-прежнему оставался тайным.       Они начали с тренировок с оружием. Вновь стояли по парам, нанося и парируя удары, пока Сфинкс ходила между ними.       — Во время испытания вы все старались использовать оружие, а значит наши тренировки прошли не зря, — говорила Сфинкс. — А ещё это, я надеюсь, значит, что вы понимаете, что полагаться исключительно на магию нельзя. Вы можете её лишиться, и будет намного лучше, если при вас будет что-то ещё, способное вас защитить. К слову, что-то посильнее стрел и ножей, — она покосилась на Льва и Стрельца, что стояли в стороне, у мишеней.       Лев смерила хранительницу хмурым взглядом, посильнее сжимая рукоятку ножа. Стрелец вытянул из ножен кинжал, показывая, что орудие посильнее стрел и метательных ножей у него есть. Этот кинжал парень выпросил у Охотника почти сразу после возвращения с испытания, не желая больше оставаться без хоть какого-нибудь клинка.       — Вы же говорили, что мы скоро сможем выбрать себе оружие сами, — сказал Овен Рыцарю, блокируя его новый удар.       — Сможете, — отозвался Рыцарь. — Уже очень скоро. Это так сказать контрольная тренировка.       Он вдруг сделал резкий выпад вперёд, целясь куда-то вверх. Овен пригнулся, уклоняясь, но не успел и выпрямиться, как его сбила с ног подсечка хранителя. Парень повалился на пол, едва успев выставить руки и выпустив меч. Рыцарь ударом ноги откинул клинок ещё дальше.       — И по-моему мнению, — заключил он, — ты ещё не готов.       Овен поднял голову и увидел на губах хранителя ухмылку. Он сам усмехнулся, а потом быстро крутанулся, тоже делая подсечку. За его ногой последовало пламя, и Рыцарь спешно отступил в сторону. Овен метнулся к своему мечу и успел подняться ровно в тот момент, когда хранитель подлетел к нему с новой атакой. Их клинки скрестились, но Овен вновь метнул между ними всполох огня и ушёл в сторону. Бой продолжился. Сфинкс, наблюдавшая за ними, удовлетворённо хмыкнула.       Она отошла к другой паре. Близнецы и Рак кружили друг вокруг друга. Близ была быстрее и всегда приближалась слишком близко, из-за чего мечу не хватало места для удара. Рак такой же скоростью не отличалась, но била чётко и выверено, словно ничего кроме боя её больше не интересовало.       — Рак, аутогенизм, — в который раз напомнила хранительница.       Девушка ничего не ответила, только бросила на неё острый взгляд.       — Она не станет его применять, — прозвучал рядом с хранительницей мужской голос. Сфинкс повернула голову и увидела Тельца. Тот оставил на время Водолея и тоже наблюдал за поединком девушек.       — Она должна, — возразила хранительница. — Выбора нет. Таков её дар, и он ей нужен.       — Не в тех целях, о которых думаете Вы, — Телец посмотрел ей в глаза. — Не заставляйте её это делать.       Сфинкс хотела вновь возразить, по парень уже развернулся и ушёл к своему напарнику. Хранительница перевела взгляд обратно на девушек. Близнецы подлетела к Раку и хотела атаковать, но девушка ловко ушла в сторону и через несколько секунд, без видимого труда, выбила из рук напарницы меч. Никакого аутогенизма, только уже выработанная точность.       Спустя минут двадцать хранительница велела ребятам разойтись. Они опустились на лавки и пол, ожидая, чего она попросит. Сфинкс о чём-то переговорила с Рыцарем и повернулась к избранным.       — Сейчас будут ваши последние поединки, мы оценим ваши способности и на основе этого предположим с каким оружием вам заниматься в дальнейшем. Исключение для Льва и Стрельца, ибо вы, я так понимаю, уже нашли себе подходящее. Первая пара, — они обвела друзей взглядом, — Телец и Близнецы.       Друзья переглянулись, но поднялись на ноги и стали друг напротив друга.       — Применять магию можно? — спросил Телец.       — Не думаю, что в вашем случае возможно, но да, — отозвалась Сфинкс. Она взглянула на каждого и махнула рукой: — начали.       Близнецы метнулась к Тельцу, нанося удар, но парень смог парировать его и отступил в сторону. Когда ударил сам, девушка проворно увернулась. Сфинкс, Рыцарь и остальные ребята внимательно наблюдали за их сражением. Телец был крупнее Близ и движения его были размашистыми, но более медленными. Девушка же двигалась намного быстрее, подлетая к парню и также быстро отскакивая, но из-за этого не могла нормально замахнуться слишком длинным мечом. Они обменялись несколькими ударами, когда их клинки скрестились, и ребята замерли на несколько секунд. Близнецы бросила взгляд за плечо парня, на Хранителей, и когда встретилась с глазами Тельца, качнула головой, говоря, что не знает, когда им заканчивать.       Они продолжили поединок. Телец сделал несколько выпадов, девушка едва смогла увернуться. В следующий раз уже она атаковала, но все её удары были отбиты. Близнецы скользнула парню за спину, когда тот резко обернулся, целясь мечом ей в ногу. Девушка успела подставить свой клинок, отбивая удар, но не удержала равновесие. Телец тут же протянул руку, чтобы схватить её, но не успел, и Близнецы упала на пол, больно ударившись коленями.       — Достаточно, — тут же заговорила Сфинкс.       Близнецы поднялась, опираясь на меч. Встретившись взглядом с Тельцом, она кивнула, говоря что всё в порядке.       — Кинжалы, — сказала хранительница, смотря на девушку. — Ты их заслуживаешь.       — Заслуживаю?       — Ты быстрая, — ответила Сфинкс. — Меч для тебя слишком велик и неудобен. Кинжалы — короткое оружие, но ты сумеешь с ними работать. Можешь гордиться. Немногие их заслуживают, только лучшие воины.       Близнецы выдавила слабую улыбку. Заслужить оружие лучших воинов это, конечно, прекрасно, только вот никто не говорит о трудностях, с которыми ей придётся столкнуться, пока она будет их осваивать.       — Ты можешь остаться при мече, — продолжила Сфинкс, переводя взгляд на Тельца. — Либо присмотреться к чему-то другому: топор, молот и тому подобное.       Телец кивнул. Крутанув в руке клинок, он глянул на хранительницу.       — Пока меч, а там посмотрим.       — Хорошо, — согласилась Сфинкс. Она махнула рукой, разрешая ребятам вернуться на места, и вновь присмотрелась к остальным. — Дева и Водолей.       Парень с девушкой поднялись и тоже встали друг напротив друга, ожидая команды хранительницы. Когда Сфинкс разрешила начать поединок, оба пару секунд стояли, выжидая действия противника. Потом Водолей таки ударил. Дева парировала выпад, и атаковала сама, но вскоре оба ушли в оборону. Они кружили друг напротив друга и, выжидая подходящего момента, наносили редкие удары. Но даже в таком не сильно активном сражении была видна разница в их стилях боя. Движения Водолея было более резкими, и он больше внимания уделял защите. Дева двигалась плавнее, но била решительнее, чем парень. Магию никто из них применить не смог. Через несколько минут Сфинкс таки велела остановиться.       — Вам обоим стоит поработать над атаками, — заговорила она. — Пока можете остаться при мечах, если захотите, опробуете что-нибудь ещё. Следующие.       В этот раз она вызвала Козерога и Весы. Девушка нервно тряхнула рукой, в которой держала меч. Парень был почти на две головы выше неё. С другой стороны тот факт, что она меньше и быстрее может сыграть ей на руку. Тем более уроки по уклонениям не прошли даром.       — Начали, — махнула рукой Сфинкс.       Козерог помедлил, заглянув в глаза Весы. Она недоуменно нахмурилась, но потом еле заметно кивнула, говоря, что всё хорошо и он может спокойно её атаковать. Парень сделал ловкий выпад, но Весы качнулась в сторону , уходя из-под атаки. Она ещё несколько раз уклонилась, и прицелилась для удара. Тот пришёлся достаточно низко, но Козерог спокойно его отбил. Они оба были достаточно быстры, но Весы проворнее. Она в основном уклонялась, иногда отбивая меч парня лёгким порывом ветра.       — Весы, заканчивай танцевать, — сказала Сфинкс.       Девушка нахмурилась, но в последний раз увернувшись, попробовала ударить. Её атака, как и все последующие, была отбита. Козерог вновь пошёл в наступлении, и Весы постаралась не увертываться, а отбиваться. Получалось, впрочем не сильно хорошо. Каждый раз, когда клинки сталкивались, отдача болью шла в руку, и Весы еле удерживала меч. Их клинки в очередной раз скрестились, когда девушка почувствовала, как рукоять выскальзывает из её ладони. В следующий миг меч откинуло в сторону — Козерог применил телекинез. Весы тут же скользнула назад и ударила ветром парню в спину. Того откинуло вперёд, он потерял равновесие, и девушка воздушной струёй выдернула из его рук меч. Клинок, как и её собственный мгновение назад, со звоном отлетел в сторону.       Сфинкс подняла руку, останавливая поединок. Потом махнула другой, и мечи, поднявшись в воздух, аккуратно подлетели к своим владельцам.       — Козерог, ты достаточно ловок, — заговорила она, глядя на парня. — Опробуй копьё, думаю тебе оно подойдёт. Ты же, — она со вздохом повернулась к Весы, — не сильно похожа на воина. Уклоняешься прекрасно, но сражаться всерьёз вряд ли сможешь. Впрочем, ничего удивительного. Ты маг воздуха.       Весы постаралась сохранить спокойное выражение лица. За последние дни она много раз слышала чужие убеждения о том, что воин из неё плохой. Да, отчасти это было правдой, ей действительно было страшно сражаться с кем-то вблизи. Но она спокойно могла бы стоять поодаль и применять магию.       — А если дальнее оружие? — предложила Весы. — Лук, нож или что-то подобное.       — Я подумаю, — лишь ответила Сфинкс, продолжая внимательно смотреть на девушку.       Весы поёжилась под её взглядом, пытающимся, казалось, заглянуть внутрь самого её существа. Она нервно повела плечами, когда хранительница таки оторвала от неё взор.       — Садитесь, — велела она. — Скорпион и Рыбы.       Парень с девушкой встали напротив друг друга. Рыбы вдруг поднял уголок губ в усмешке, и Скорпион тоже не смогла сдержать улыбки. Когда Сфинкс объявила начало, они, не медля, кинулись друг к другу, обмениваясь быстрыми ударами. Скорпион была резче, да и била посильнее, в то время Рыбы плавно парировал все её атаки. Он несколько раз ударил сам, но тогда вокруг девушки возникал защитный барьер.       — Нечестно! — крикнул Рыбы, но в голосе его не было ни капли недовольства.       — А монстры с тобой будут очень честно сражаться, — усмехнулась Скорпион.       Она сделала выпад вперёд, но парень ушёл в сторону. Стоило девушке развернуться, как вокруг её меча обвилась плотная струя воды. Скорпион вновь создала щит, и вода, утеряв форму, разлилась на пол. Девушка постаралась уйти в сторону от образовавшейся лужи, но к ней тут же подлетел Рыбы, атакуя.       — Не ты одна можешь жульничать, — улыбнулся он.       Они обменялись несколькими ударами, Рыбы теснил девушку обратно к луже. Скорпион взмахнула рукой, создавая щит, но тот вышел совсем прозрачным. Две водные струи, взметнувшиеся вверх, спокойно пробили его. Одна оплелась вокруг ноги девушки, а вторая вновь схватилась за меч. Скорпион попробовала вырваться и смогла отскочить в сторону, но клинок всё же выдернуло из её руки. Тот перекочевал в руку Рыбы, и парень тут же кинулся к девушке, орудуя двумя клинками.       Скорпион уклонилась, создала несколько щитов, а когда оказалось за спиной друга, резко присела, делая подсечку. Рыбы повалился на пол и угодил прямо в лужу. Мечи выпали из рук. Но ни падение, ни промокшая на спине футболка его не расстроили.       — Выиграла даже без оружия, — усмехнулся он. — Ну что за девушка.       На лицо Скорпиона выползла чуть смущённая улыбка. Она подошла к парню и протянула руку, помогая подняться. Выпрямившись, Рыбы бросил взгляд через плечо на мокрую спину.       — Это тебе к Овну, — кивнула Скорп, и парень вновь усмехнулся.       — Скорпион, — заговорила Сфинкс, и ребята повернулись к ней. — Ты молодец. Хоть твоя магия и защитная, но сражаешься ты хорошо. Оставайся при мече, ты к нему хорошо приловчилась, но можешь рассмотреть и другие варианты. Рыбы, — перевела взгляд на парня хранительница, но её вдруг прервал Рыцарь.       — Тебе удобно с двумя клинками? — спросил он.       — Вполне, — кивнул парень.       — Парное оружие, — сказал хранитель, посмотрев на Сфинкс. — Сабли?       — Вполне, — кивнула хранительница. — Корабль научит. — Она перевела взгляд обратно на парня и повторила: — Сабли.       — Научишься управлять водой с помощью оружия — будешь крутиться водяным волчком, — бросила парню Скорпион.       — Кто бы говорил, воительница недосягаемая, — отозвался Рыбы.       Они, посмеиваясь, вернулись на свои места. Рак и Овен, единственные оставшиеся, поднялись на ноги.       — Постараюсь не поджарить, — с ухмылкой бросил Овен.       Рак одарила его холодным взглядом. Они подготовились к началу сражения, Сфинкс махнула рукой, и парень с девушкой устремились навстречу друг другу. Овен бил чаще, пользуясь каждой возможностью, даже не самой удачной, в то время как Рак чётко рассчитывала каждый удар. Парень едва успевал их отбивать, но не сбавлял быстрый темп своего движения. Когда Рак вдруг оказалось слишком близко, Овен метнул между ними всполох огня, заставив девушку отскочить в сторону. Парень тут же обеспокоенно нахмурился, всматриваясь в реакцию подруги, но та и бровью не повела. Она вновь ринулась к Овну, выверенным движением целясь в бедро.       Они ещё несколько раз сходились в поединке, Овен пару раз выпускал огонь. Он всё сосредотачивался на своих мыслях, пытаясь понять, влияет ли на них Рак, но никаких изменений не чувствовал. Девушка с холодной методичностью продолжала орудовать мечом.       — Рак, — сказала Сфинкс, явно указывая на то, чтобы девушка применила магию.       Рак бросила на неё быстрый взгляд, а потом с разворота ударила по Овну. Парень успел подставить меч, парируя выпад, но поморщился. Удар вышел сильнее, чем он ожидал. Девушка тут же ушла в сторону, планируя новые атаки. Через несколько минут, пока Рак с Овном кружили друг вокруг друга, Сфинкс наконец подняла руку.       — Достаточно, — сказала хранительница. — Вы оба хорошо сражаетесь, постарайтесь больше задействовать магию, — она задержала взгляд на Раке. — Думаю, вам обоим удобна с мечами, не так ли?       — Да, — отозвался Овен, крутанув в руке клинок. Рак лишь молча кивнула.       — Хорошо. На сегодня с оружием закончим. Скоро за вами придут наставники, позанимаетесь с ними. Завтра начнёте с новым вооружением.

***

      Охотник вновь повёл Стрельца на охоту. Как и в прошлый раз они шагали через лес, но парень понял, что изменилось направление. Ни берёзовая роща, ни поляны, которые они видели прежде, теперь не попадались. Стволы деревьев утолщились и поросли мхом, крона над головой сплеталась плотнее, а земля под ногами приобретала всё более тёмный цвет. Стрелец невольно вспомнил болото, и его пробрал озноб.       — Болото, где мы были, находится в этом лесу? — спросил он у Охотника.       — Да, — отозвался хранитель. — Лес очень большой. Он делится на несколько частей, названных от сторон света. Сейчас мы находимся в восточной части, она граничит с храмом.       — Да, вы говорили.       — Болото, в основном, окружает центральную часть, а центром самого леса является...       — Сердце леса. Знаем.       Охотник обернулся к парню и улыбнулся.       — Вы быстро вникаете в устройство нашего мира.       «Точно. И вы даже не представляете насколько», — подумал Стрелец, вспоминая из сегодняшнюю вылазку в библиотеку. Появилась мысль, а не расспросить ли Охотника о Младших Хранителях и лордах, но парень не отважился.       — Почему Сфинкс звала тебя Орионом? — вместо этого спросил он, наметив на лице привычную ухмылку.       — Так звучит моё имя на костэллианском, — отозвался Охотник, улыбнувшись.       — А Часы — Цефей?       — Да. Откуда ты знаешь?       — Сфинкс как-то так к нему обратилась.       — Она не сильно любит ваш язык, — усмехнулся Охотник. — И чтит традиции. До появления первых избранных никто нас так не звал.       — А я могу звать тебя Орионом?       — Если хочешь, — оглянулся на парня хранитель. — Но знай, в именах сокрыта большая сила. Ни одним из них не стоит разбрасываться просто так.       Стрелец хотел было фыркнуть, но заметил, как переменился в лице Охотник. В его взгляде вдруг промелькнула давно залёгшая печаль.       — Знаешь, избранные никогда не звали нас настоящими именами, — сказал он.       — Почему?       — Они и не хотели их узнавать. Я уже говорил, избранные обычно не проявляют большой интерес к нашему миру. Хотят поскорее усилить печать и вернуться в свой. Даже подготовку, навроде вашей, не проходят. Но вы, к сожалению, вынуждены.       — Возможно, это не так и плохо. Мы можем лучше узнать ваш мир и... вас тоже.       — Ты пытаешься меня подбодрить. Знаю ведь, далеко не все в восторге от происходящего.       — Не все, — согласился Стрелец. — Но всё же. Правда, это интересно: магия, всякие существа. В нашем мире такого нет.       — Да, я знаю. Вы все удивляетесь Костэллиону.       Охотник вдруг отвернулся, молча продолжая путь. Стрелец ускорил шаг, чтобы не отставать от широких шагов хранителя, и бросил на него обеспокоенный взгляд. Тот словно ожидал другого ответа от парня. Слов не о том, как интересен Костэллион. Охотник сказал, избранные редко интересуются их миром и уж тем более самими Хранителями. Ребята были одними из немногих, кто это в какой-то мере делал, и Хранителям это казалось... нравится. Охотник улыбался, когда Стрелец расспрашивал его, о мире или о нём самом, когда просил научить чему-то. И так же Колесница реагировала, когда Водолей предлагал ей помощь, и с таким же желанием перешучивался Рыцарь с Овном во время поединков. Каким бы неправильным и, наверняка, запрещённым это не было, но Хранителям нравилось с ними общаться.       — Вы не близки, — негромко, но с непоколебимой уверенностью сказал Стрелец.       — М? — Охотник перевёл на парня вопросительный взгляд.       — Вы не близки между собой, — повысил голос Стрел. — Вы столько лет прожили бок о бок, но вас и друзьями не назовёшь.       Хранитель продолжать смотреть на парня, и Стрелец испугался, что тот разозлится, но в глазах Охотника читалась только печаль. Очень глубокая, всегда там лежавшая, но не всегда видимая. Он ничего не ответил, но и это молчание давало понять очень многое.       — Вы особенные, — вдруг сказал Охотник. — Немногие избранные, кто действительно близки, вообще знакомы. Вами движет не только цель поскорее справиться с задачей, но и желание защищать друг друга. Поэтому вы проще справляетесь с испытаниями, поэтому быстрее осваиваетесь. Вы есть друг у друга. Ты прав, мы, Хранители, не близки. Да, между некоторыми из нас есть дружба, как у меня, Сфинкс и Рыцаря, как у Пегас и Колесницы, но это не то. Она не идёт ни в какое сравнение с вашей.       — Это ужасно, наверное. Жить столько лет и не иметь близких.       — Мы привыкли, — пожала плечами Охотник. — Нам не знакома дружба, подобная вашей, поэтому нам не о чем горевать.       — И всё же ты об этом задумался.       — Ваше влияние, — улыбнулся хранитель.       Стрелец тут же улыбнулся в ответ, надеясь не увидеть в глазах наставника той глубокой грусти. Охотник встрепенулся, поправив лук и колчан, и цепким взглядом окинул деревья, словно наконец вспомнив, зачем они здесь.       — Сегодня попробуем изловить кабана, — сказал он. — Недалеко отсюда место их лежки, так что не шуми. Бегать за ним по всему лесу — удовольствие ещё то.       Стрелец кивнул. Охотник вновь выступил вперёд и внимательно всматривался в следы на земле и просветы между деревьями. Стрелец следовал за ним, стараясь смотреть под ноги, чтобы не трещать ветками. Через несколько минут они вышли к глубокому оврагу, плотно поросшему кустами. Охотник потащил Стрельца к дереву с его краю.       Они затаились за стволом и парень окинул овраг взглядом. Внизу, прячась от солнца, спало несколько кабанов, негромко похрюкивая. Наклонившись ближе к Стрельцу, Охотник тихо заговорил:       — Вепри крепко спят, но, почуяв опасность, могут атаковать. Прежде, чем стрелять, лучше найти место, где можно спрятаться. Подходи как можно ближе к зверю, но не рискуй впустую. Кабан может и убить.       — Понял, — кивнул Стрелец. Он было потянулся к луку, но Охотник придержал его руку.       — Не отсюда, — возразил он. — Обойдём овраг, чтобы подойти ближе. Было бы неплохо перекрыть им отступ, но мы поднимем слишком много шума.       Стрелец вновь осмотрел низину. Овраг уходил вперёд и скрывался за поворотом, по краям росли деревья и кусты. В некоторых местах земля обвалилась, и были видны корни. Если они с Охотником начнут стрелять, то кабаны наверняка бросятся бежать. Действительно, было бы неплохо перекрыть им путь отступления, но как закрыть овраг, тем более тихо, Стрелец не знал. Сюда бы Деву, которая могла бы сплести преграду из корней. Или Овна с его огненной стенной.       Охотник выпрямился и лёгкими, почти неслышными шагами, стал обходить овраг. Стрелец поспешил за ним, хотя такой же тишиной не отличился. Они перешли на другую сторону впадины, когда хранитель вновь присел и велел парню достать лук.       — По одному стреляем или по разным? — осведомился Стрелец, накладывая стрелу на тетиву.       — По одному. Стреляй первый, я его добью.       — А если сбежит?       — Пойдём по следу.       — Ты сможешь его выследить?       — Ну, с собакой, конечно, было бы лучше, но мы их не держим. Выслежу, не волнуйся.       Охотник вдруг тихо шикнул, веля замолчать. Один из кабанов пошевелился во сне, но глаз не открыл. Стрел медленно выдохнул и вновь взвёл лук.       — Целься в голову, шею или грудь, — прошептал ему на уху Охотник.       Стрелец кивнул. Он выбрал ближайшего кабана и примерился для выстрела. Бросив взгляд на наставника и убедившись, что тот тоже взвёл лук, парень отпустил тетиву. Стрела угодила в грудь вепря, к небу тут же взвился пронзительный поросячий визг, от которого проснулись и другие кабаны. Раненый заметался из стороны в сторону, словно пытался найти противника, а потом устремился за другими вепрями, что бросились бежать по оврагу. Охотник тут же подскочил, чтобы обзор не перекрывали кусты, и, не медля, выстрелил. Кабан успел отбежать достаточно далеко, но стрела с удивительной чёткостью поразила его. Вепрь свалился на землю, проехав по инерции пару метров, и остался лежать.       Охотник поманил Стрельца за собой. Они нашли более пологий склон и спустилась вниз. Парень устремился к кабану, когда хранитель преградил ему дорогу.       — Стой, — сказал наставник. — Он может быть жив и попробует атаковать. Если уши и хвост прижаты, а шерсть стоит дыбом, значит он жив.       Стрелец присмотрелся к кабану. Тот лежал неподвижно и никакие из названных Охотником признаки не просматривались.       — Он мёртв, — заключил Стрел.       — Да. На будущее: если не уверен, жив он или нет, подходи только сзади или сбоку, и всё равно не теряй внимательности.       — Я понял. Куда ты попал?       — Сердце. Смерть при одном выстреле.       — С твоим-то умением это неудивительно.       Охотник улыбнулся Стрельцу. Они спрятали луки и склонились над кабаном. Остальные вепри скрылись в глубине оврага, даже топот их ног уже не слышался.       — Снова тащим в храм? — спросил Стрелец.       — Да. Потом вернёмся обратно, проверим силки. Те, которые ты вязал.

***

      — Я говорила, что телекинезом можно не только перемещать предметы, но влиять на их, изменяя форму, к примеру. Сегодня ты попробуешь это сделать, — сказала Сфинкс.       Она подняла руку, и металлический кубик, лежавший на столе, взмыл в воздух. Он приблизился к хранительнице и замер между её ладонями. Тогда Сфинкс повернулась к сидящим Рак и Козерогу, и чуть сжала пальцы. Поверхность кубика покорёжилась, словно кто-то ударил его, стенки смялись внутрь. Хранительница выпрямила ладони, и к предмету вернулась изначальная форма.       — Это требует больше усилий, чем передвижение предмета, но опять же всё зависит от его размера. Попробуй.       Сфинкс вытянула руку с парящим над ней кубиком. Козерог поднялся и протянул ладони — куб перекочевал к нему. Парень повторил положение рук хранительницы и сосредоточился на предмете.       — Представь, что ты сжимаешь его, — подсказала Сфинкс.       Козерог вспомнил, как изменился кубик под действием магии хранительницы, и сосредоточившись на этом образе, направил силы в предмет. Поверхность куба совсем немного искривилась. Козерог приложил больше усилий, почувствовал секундный звон в ушах, но кубик над ладонью таки сжался. Сфинкс кивнула.       — Хорошо. Со временем станет легче, как и с перемещением. — Она кивнула на смятый кубик: — верни ему начальную форму.       Козерог вновь сосредоточился на предмете, представляя, как его стенки выпрямляются. В ушах снова зазвенело, а кубик стал возвращаться к прежней форме.       — Теперь попробуй воздействовать на два предмета одновременно, — сказала Сфинкс.       Козерог поместил кубик над одной ладонью, а вторую протянул к столу. Такой же куб поднялся в воздух и подплыл к парню. Теперь ему намного проще было контролировать несколько предметов сразу. Он держал по кубику над каждой ладонью и постарался сосредоточить внимание на обоих. Вновь надавил, и стенки кубов чуть смялись. Усилия, которые он только что приложил, были равны тем, которые потребовали полного сжимания одного кубика.       — Больше, — велела Сфинкс, наблюдая за ним.       Козерог попробовал ещё надавить на кубики, но голова отозвалась секундной вспышкой боли, словно противясь, и парень отпустил контроль. Кубики упали ему в ладони.       — Хорошо, — кивнула хранительница, скорее не хваля, а соглашаясь с подобным раскладом. — Тренируйся пока. Чтобы тратить меньше сил, положи кубики на поверхность, а не держи в воздухе. Это тоже отнимает энергию.       Козерог кивнул и отнёс кубы обратно на стол. Став рядом, он поднял руки и стал то сминать, то расправлять их стенки. Сфинкс же повернулась к всё ещё сидящей Рак. Девушка подняла на неё взгляд.       — Ты преуспела во время испытания, — заговорила хранительница. — Хоть и на секунду, но подчинила себе разум старой ведьмы.       — Вынужденная мера, — глухо отозвалась Рак. — Я бы этого не сделала, будь у меня выбор.       — И всё же ты это совершила. Это хорошо, если тебе начинают подчиняться разумы людей. Сегодня попробуешь воздействовать на меня.       — Нет, — тут же отрезала Рак.       — Рак, это нужно, — возразила Сфинкс. — И ты сама это прекрасно понимаешь. К тому же, то, что ты попробуешь, не означает, что получится.       Рак вновь заглянула в глаза хранительницы. Да, она понимала. Прекрасно понимала, особенно теперь, когда они знали, какая судьба постигла Младших Хранителей. Если те, обладая силой, равной силе Высших Хранителей, погибли у Врат, то что смогут сделать они, если не освоят свою магию полностью?       И всё же чувство страха и отвращения поднималось откуда-то изнутри, старательно гонимое доводами разума. Она должна. Должна, если хочет спасти себя, спасти других. Разум приказывал встать и что-то делать, но тут же отметал это решение. Сфинкс продолжала пристально смотреть на девушку, и Рак, ещё не до конца решив, что хочет это сделать, поднялась.       Сфинкс тут же одарила её короткой улыбкой и отошла в сторону, создавая между ними расстояние. Рак вздохнула и моргнула, покрыв глаза пеленой. Серебряные нити вокруг головы хранительницы ярко светились, но когда девушка попробовала на них влиять, те не поддались. Сквозь пелену Рак увидела, как Сфинкс, ни сдвинувшаяся ни на миллиметр, вопросительно вскинула бровь, словно спрашивая: «Ты вообще начала?».       Рак нахмурилась и снова попыталась потянуть за нити, но вновь ничего. Она-то и на разум Галаты воздействовала с трудом, а контролировать хранительницу, которая в разы сильнее и старой ведьмы, и самой Рак — дело заведомо бесполезное.       — Я не могу, — сказала девушка, сгоняя пелену.       — А с ведьмой сразу получилось? — отозвалась Сфинкс.       Рак тяжело вздохнула, но всё же посмотрела на хранительницу магическим взглядом. Она устремила внимание к разуму Сфинкс, пытаясь пробиться внутрь, как делала с Галатой, но её словно выкидывали прочь.       — Вы специально? — спросила Рак.       — Я ничего не делаю. Даже не пытаюсь защищаться.       Девушка вернулась к прежнему занятию. Казалось, мозг хранительницы защищала сильнейшая стена и пробиться сквозь неё не получалось. Рак вновь попробовала тянуть за нити, но те по-прежнему не поддавались. Тогда она выдохнула, и просто уставилась на наставницу, думая, что ей делать.       Сфинкс молчала, не помогая, но и не язвила. Рак в какой-то момент показалось, что она засыпает, словно погружается в сон на несколько секунд, но тут же пробуждается. Девушка тряхнула головой, сгоняя пелену, но стоило ей вновь взглянуть на хранительницу, как странное ощущение вернулось. Её мысли вдруг смешались, спутались, словно кто-то пытался вплести с них что-то чужое. В голове зазвучал не собственный, но знакомый голос.       Чего же ты ждёшь? Неужели совсем не можешь?       Рак нахмурилась, не понимая, к кому тот обращается. Упрекает её за что-то, или это адресуется совсем не ей? В голове всё ещё больше спуталось, а потом десятки голосов вдруг хлынули внутрь, вытесняя собственные мысли. Женские и мужские, говорящие на понятном и непонятных языках, они наслаивались друг друга, мешались в неразборчивый гомон, который, казалось, мог свести с ума. Он бил изнутри по черепу, словно пытался сломать его, и голову девушки вдруг пронзила вспышка боли.       Рак вскрикнула и отшатнулась в сторону. Она присела и закрыла уши, отвернувшись от остальных, словно это могло помочь. Но рой голосов вдруг действительно оборвался, оставив в голове ставшую непривычной тишину. Рак настороженно отвела руки от ушей, слушая быстрое сердцебиение и сбитое дыхание, и только сейчас поняла: среди множества голосов она всегда слышала один. Женский, знакомый и отчасти ненавистный. Она слышала, как громогласно тот звучал, когда его обладательница отдавала приказы на поле боя; как понижался до шипения, когда та злилась; как раз разом приказывал ей самой использовать свои способности. Она слышала голос Сфинкс. К ней обращались её именем, порой называли каким-то другим, порой и вовсе не осмеливались обратиться никаким из них. Она слышала, читала мысли хранительницы.       — Рак? — голос Сфинкс ударил по ушам, когда наставница вдруг оказалась за спиной девушки.       Рак вздрогнула, неуклюже вскочила и шарахнулась в сторону, запутавшись в ногах и чуть не упав.       — Не подходите! — выпалила она.       За плечом хранительницы Рак увидела Козерога, который обеспокоенно смотрел на подругу. Он, видимо, хотел сразу подойти к ней, но, услышав слова девушки, замер, как и Сфинкс. В глазах той не было беспокойства или страха, скорее недоумение, озадаченность, словно она силилась понять, что произошло.       — Что ты сделала? — наконец спросила Сфинкс.       Рак отвернулась от хранительницы, пытаясь успокоить дыхание. Ей казалось, если она вновь взглянет на наставницу, то голоса, разрывающую голову изнутри, вернуться. Но время шло, а внутри звучал лишь её собственный, лихорадочно перепрыгивающий с одной мысли на другую.       — Что ты сделала? — с нажимом повторила Сфинкс.       — Я…       — Рак, — голос хранительницы вновь требовательно ударил по ушам, заставив обернуться. Сфинкс посмотрела девушке в глаза, словно пыталась развязать ей язык.       — Я... Я читала ваши мысли, — наконец выдохнула Рак.       Лицо Сфинкс изменилось. Она смотрела на девушку озадаченным взглядом, и Рак не могла понять, та сердиться из-за того, что девушка «сидела» в её голове, или её удивляет сам факт произошедшего. Наконец хранительница заговорила:       — Тебе... доступна телепатия?       — Видимо...       Сфинкс вздохнула, глядя на неё, и отвела взгляд в сторону. Девушка подумала, что сейчас наставница разразиться какой-нибудь гневной тирадой или, что не лучше, станет спрашивать о том, что смогла услышать Рак.       — Это возможно, — однако спокойно проговорила хранительница. — Хотя, я не думала, что избранным могут быть доступны несколько способностей. Впрочем, и телепатия, и аутогенизм — это силы разума, так что неудивительно, почему ты можешь читать мысли.       — Это... — Рак помедлила, думая стоит ли говорить. — Это не первый раз.       — Не первый? — Сфинкс вновь посмотрела на неё. — Давно она открылась?       — Нет. На болоте. Я случайно прочитала мысли Галаты.       На имени старой ведьмы хранительница поморщилась, и Рак задумалась, снова пытаясь понять из-за чего. Либо Сфинкс не нравилось то, что имя старухи в принципе прозвучало, или же она догадалась, что именно могла услышать Рак.       — Это часто происходит случайно, — меж тем сказала Сфинкс. — В этом проблема телепатии. Если при использовании аутогенизма, на разум нужно давить, то при чтении мыслей наоборот. Расслабиться, отпустить контроль над собственным сознанием и направить внимание на разум другого человека. Ты, видимо, отвлеклась, поэтому и смогла прочитать мои мысли.       Рак смотрела на хранительницу и боялась, что та таки спросит, что же девушка смогла услышать. Она не понимала, нравился ли Сфинкс факт того, что ей доступна телепатия или нет. Но наставница лишь сказала:       — Впредь постарайся не забываться. В таком случае, с твоей телепатией разберёмся позже. А сейчас вернёмся к аутогенизму.       Сфинкс вернулась на своё прежнее место, и они продолжили занятие. Однако, как ни старалась Рак, ни подчинить себе хранительницу, ни даже прочесть ещё раз её мысли (впрочем, девушка была этому только рада) у неё не получилось. Только Козерог, продолжая упражняться в другом направлении телекинеза, периодически бросал на подругу обеспокоенные взгляды.