Ты, я и апокалипсис

Глава 37 Тихо мигающий телевизор бил в лицо Сары, заставляя ту морщится. Приоткрыв глаза, она зевнула, увидев, что по каналу показывали какой-то музыкальный клип. Полуголые девушки извивались во тьме, освещаемые бликами софитов и огней. Звук был выключен и потому, без ритма, их танец скорее походил на поклонение каким-то темным божествам, нежели на что-то иное. Потянувшись рукой к лежащему на столе пульту, Сара выключила телевизор, подняв голову. Неужели она так и заснула за столом? За окном уже была ночь. Черт, Сэм, наверное, заждалась ее. Но от этой мысли ее отвлекло ощущение омерзительного онемения пальцев. Потерев ладонь в районе старой раны, она сморщилась, разминая конечность. На столе были разложенные открытые упаковки от пиццы. В парочке из них еще лежало несколько кусков, уже остывших. Вокруг было темно и тихо. Сара помассировала тяжелые, уставшие веки. В животе заурчало и она поняла, что перекуса в виде пиццы и лапши этим вечером ей было мало. Тихонько поднявшись и оглядывая кухню, девушка подбрела к холодильнику, стараясь открыть его как можно более беззвучно. За обклеенной стикерами дверцей красовались запасы спаржи, которых, как казалось Саре, хватило бы на несколько месяцев. Еще стояло парочка банок пива, детское питание, набор для быстрого приготовления тако, который вчера притащила на кассу в последний момент Оливия, несколько соков разных вкусов, диетические соусы для салатов, пачки с заварной кашей разной степени паршивости и пара банок консервов, одну из которых Лили открывала вчера. Сара потянулась за банкой, обнаружив, что это фасоль. Консерв был еще наполовину полон и девушка решила, что это будет неплохой ночной перекус. Вообще у нее не было привычки лазить в чужие холодильники и доставать оттуда еду без спроса. Но Роуз не раз говорила ей, что она может взять себе что приглянется, если хочет поесть, однако Сара не была голодна. Зато сейчас проголодалась и была уверенна, что Роуз бы точно не возмутилась. С трудом нашарив на столе вилку в кухонной темноте, Сара присела, принявшись с аппетитом пережевывать фасоль в томатном соусе. В ночи что-то сверкнуло и она дернулась, словно ее ударило током. С холодильника на нее таращилось два пугающих огонька. Переливаясь золотистым цветом, угли-зрачки Бастет следили за тем, как она медленно, вилка за вилкой, поглощала консервы. В свете тех неоновых вывесок, что били сквозь жалюзи в окно, виднелся недовольно скользящий туда-обратно в темноте кошачий хвост. Это жуткое лысое создание пугало Сару. Оно походило не на кошку, а на оживший кошачий труп, особенно сейчас, в темноте. — Что смотришь? — пережевывая фасоль, тихо сказала Сара, уставившись на Бастет в ответ. Животное, махнув хвостом, моргнуло и глаза-угольки блеснули во тьме. Вальяжно скрывшись из виду, сфинкс растворилась в мраке квартиры. Окончив с фасолью, Сара поняла, что не отказалась бы и от кусочка пиццы. Чтобы никого не разбудить, девушка решила не греть его в микроволновке и принялась доедать оставшийся холодный ломтик. Он был не слишком вкусным, но, чтобы набить живот, подходил вполне. Затем взяв пачку сока, Сара решила наполнить себе бокал, в темноте не разобрав, что уже переборщила. Остановилась она, лишь услышав, что стекающие капли начинают барабанить по полу. Отставив в сторону упаковку и протерев стол второпях найденной тряпкой, она присела у окна, раздвинув жалюзи и принявшись попивать клубничный нектар. Хлопья снега сыпались, с мерцанием отражая блеск городских огней. Сара прикрыла рот рукой, чтобы приступ кашля не разбудил никого из хозяек квартиры. Скорчившись от боли в легких, девушка отошла к раковине, сплюнув комки мокроты внутрь. Присмотревшись, она поняла, что вообще-то раковина забита посудой. Оглянувшись, она на одну секунду включила воду, чтобы поток смыл исторжения из ее легких с тарелок и моментально закрыла ее. После перекуса сонливость как рукой сняло, хоть глаза все еще и стонали от этого полуночного пробуждения. Девушка не нашла ничего лучше, кроме как усесться, согнув ноги, на стул и принялась рассматривать их с Сэм совместную фотографию. Еще раз потерев глаза пальцами, она с улыбкой посмотрела на родное лицо, прикрывая свою часть на фотографии большим пальцем. Уж слишком сильно она себе здесь не нравилась. Отгородив себя наушниками от остального мира, Сара села напротив окна и начала разглядывать город. Если присматриваться к этим рекламным плакатам, можно было заметить много чего интересного. От того, что очередной модный дом выпускает почти идентичную прошлой партию черных пальто, которая отличается лишь орнаментами на рукавах и дизайном пуговиц, однако выдают это за последний писк моды. На соседнем плакате красуется реклама пресловутых духов «Запах ночи» со Спаркл. Рядом - анимированные постеры идущих в кинотеатрах блокбастеров. Чуть ниже - реклама протезирования конечностей под гордым заголовком «Жизнь без ограничений». Сара никогда не задумывалась, как это жутко, заменять конечность на ее механический аналог. Наверняка больно. И наверняка не привыкнешь к тому что теперь это стальное чудо часть тебя. Некоторые из имплатнтов выглядели стильно, другие - сущая безвкусица. Но Сара понимала, что она едва ли бы решилась на это. Даже понимая, что лишь замена легких на эти жутковатые механические протезы - единственное, что ее спасет. Да и вообще, не ощущала она, что умирает. Этот кашель и легочная боль теперь рутина. Не так ей представлялась ее смерть. Интересно, как это будет? В какой-то момент она просто закашляется настолько, что уже не сможет вдохнуть? Какой вообще бывает смерть от удушья? Наверное, очень жуткой. Она бы хотела умереть быстро. И желательно безболезненно. Но жизнь, однако, выписала ей несколько иной путь на тот свет. Что было не очень-то честно. Железный барабан револьвера отражал бесконечный блеск билбордов за окном. Сара прикоснулась к его ледяной рукояти. Знакомый холод. Ей не привыкать прикасаться к чему-то леденящему. Она покрутила в руках оружие, глядя, как блики расползаются по нему. Металл оживает этими пятнами света, словно извиваясь при каждом движении ее руки. А может это не так сложно? Сара закрыла глаза, прислонив кончик дула к виску, но, приличия ради, убрав палец с курка. Сталь прижгла кожу, заставив девушку вздрогнуть. Каждая частичка ее тела трепетно задрожала от этого прикосновения. Между ног свело. Разве не прекрасно показать судьбе средний палец и самому выбирать, когда твой путь кончится? Послать к черту обстоятельства и пусть небеса подавятся своим всемогуществом. Они начертили тебе неказистый и полный препятствий путь? Словно с издевкой дали тебе мгновения с теми, кто тебе дорог, чтобы медленные мучения забрали их у тебя? Пусть судьба заглотнет поглубже. Разве нету ничего чудесного, буквально волшебного, когда одним движением пальцев, ты можешь порвать всю эту паутину ненависти и переплетенные нити страданий, которыми она тебя оплела? Одно нажатие - и тебя нет. Одно мгновение - и ты исчез. И, наверное, даже ничего не почувствовал. Только в этот момент Сара ощутила свою власть. Власть над собственной жизнью. Когда никто не может указать тебе, что делать. Только ты сама решаешь. Только тогда, когда в твоей руке холодная сталь пистолета, упершегося в висок, ты по-настоящему делаешь выбор. Только тогда - ты свободен. Глаза заслезились, то ли от мыслей, то ли от режущих зрачки голограмм и надписей за окном, украшавших каждый небоскреб. Оторвав оружие от виска, Сара медленно опустила его на стол, слушая тихую музыку в наушниках. Все-таки жизни так ничтожны. Они ничего не стоят. Ни ее жизнь, ни жизнь кого-либо еще. Их так легко отнять. И уже никак не вернуть. Не потому ли каждый второй говорит, что «жизнь бесценна», потому как возвртить ее уже не выйдет? Спустишь курок - мгновенья не вернешь. Она снова посмотрела на пистолет. Не стоит так много думать. Мысли редко доводят ее до чего-то хорошего. Не просто же так какой-то тест из подросткового журнала Дейзи назвал ее меланхоликом. Уж слишком мысли ее задевали. Даже свои. Не говоря уже о чужих. Она дернулась от испуга, почувствовав, как что-то подперло ее ногу. Взвизгнув, она выдернула наушники, глядя на пса, рычащего у ее ног. Животное снова начало таранить ее ногу мордой и девушка встала. — Эй, лохматый, что случилось? — прошептала она, присев. Пес зарычал, развернувшись и пошагав в темноту. Девушка опешила, оставшись на кухне, но, когда животное вернулось, тявкнув и потоптавшись на месте, решила пойти за ним. Шаг за шагом преодолев мрачный коридор, Сара остановилась, глядя, как Бастет, выгнув спину и выпятив хвост, шипит в сторону дверей. Пес обошел кошку, тявкнув и тоже зарычав, обернувшись на дверной проход. Сара выглянула из-за угла, прислушиваясь. Она не сразу поняла, что за дверью кто-то копошится. Щелканье и тычки были ели слышны, но в мраке ночи и ее бескрайней тишине они все же врезались в уши. Она отошла на пару шагов, чувствуя, как ее сердце бьется все чаще. Немного поразмыслив, она рванула в сторону кухни, чуть было не споткнувшись о стул и схватив со стола револьвер. Щелчки у двери стали еще громче. Пес больше не рычал и вовсе пропал из виду. Сара, выставив вперед оружие, прошагала пресловутый коридор, не спуская прицела с двери и, аккуратно топая и прищуриваясь, направилась в комнату к Роуз. Глаза начинали привыкать к темноте. Пес пытался достать до ручки двери. Сара подсобила ему, открыв проход и вслед за животным вошла в комнату Роуз. Пес прыгнул ей на кровать, начав пинаться и, схватив зубами одеяло, стянул его с спящей журналистки. Сара подскочила рядом, тряся Роуз за плечо. — Что такое? — пощупав лицо Сары, присела в кровати Роуз. Девушка вновь поразилась мягкой теплоте ее ладоней. — Там, — тихим дрожащим голосом указала пистолетом в сторону прихожей Сара. — там, у двери. — Что у двери? — зевнула Роуз, взяв очечник с тумбочки рядом. — Кто-то у двери. — чуть ли не паникуя, потрясла ее свободной рукой Сара. — Хотят войти внутрь. — Кто хочет войти? — Роуз поправила очки, потерев глаза. Ответить Сара не успела, электронный замок двери щелкнул, заскрипев. Однако, кто бы ни был за ней, открыть дверь до конца не вышло. Цепочки и замки, навешанные Роуз на дверном проеме, преградили путь нежданным ночным гостям. Этот звук подействовал на журналистку похлеще любого адреналина. Она тут же вскочила. Ее силуэт в ночном халате метнулся в сторону комнаты, увешанной материалами ее расследований. — Что мне делать?! — стараясь не повышать тон, Сара с трудом могла контролировать себя. — Спрячься. — Роуз вышла из-за занавеси, с щелчком вставляя обойму в свой пистолет. Лунный свет падал на ее лицо, придавая ему волшебный оттенок. Однако выражение на нем не сулило ничего сказочного. — Куда?! — подскочила к ней Сара, схватившись за пистолет обеими руками, чтобы хоть как-то унять дрожь. — Подальше от входа. — прошептала Роуз, уверенно сделав шаг вперед. Пес, юркнув вслед за ней, исчез в темноте. Оставшись одна в темной комнате, Сара на цыпочках спряталась за углом, чувствуя, как ее тело дрожит. Взломщики неудачно дергали дверь, в попытках избавится от замков, но вскоре затихли, понимая, что этот гром может разбудить хозяев. Роуз прошагала мимо тихой тенью, уверенно держа прицел на небольшой щели, образовавшейся в попытке открыть входную дверь. Прижавшись к стене, она отошла на кухню, укрывшись за холодильником и присев, ни на секунду не опуская пистолета. Пес юркнул за комод, скрывшись под ним. Лишь блеск его глаз выдавал его в темноте. Только Бастет, выпятив хвост и навострив уши, тихонько шипела в прихожей. Лили с сыном и Пинки мирно спали в своих комнатах крепким сном, который звон замков прервать явно не мог. Сара закрыла глаза, тяжело вздохнув. Пистолет в ее руках не слишком то придавал ей уверенность теперь. В дверь резко последовал удар. Часть замков слетела, а цепочки сорвались с петель, но некоторые, с самыми крепкими засовами, остались на месте. Роуз стиснула зубы, разминая шею и поправляя очки. Бастет отскочила во мрак квартиры, зашипев напоследок. Когда новый удар не смог снести замки, два выстрела, с тихим свистом глушителя, убрали препятствие с пути взломщиков. Пули врезались в стену напротив, с хрустом оставшись в ней. Дверь медленно отворилась, поскрипывая. Сара взглотнула тяжелый, вставший в горле комок. Сливаясь с пустой темнотой квартиры, двое людей в черных плащах прошли внутрь, затягивая глушители на оружии и медленно, почти беззвучно, переступали с ноги на ногу. Один из них остановился, оглядываясь по сторонам. Обернувшись на напарника, он сделал какой-то жест, вероятно знак. Сара всем своим телом вжалась в стену, прижав пистолет к груди. Сердце билось о грудную клетку с частотой пулеметной очереди. На лбу и ладонях выступил пот. Человек в плаще сделал очередной шаг, как вдруг, с диким кошачьим визгом, Бастет выскочила со шкафа, вцепившись в лицо незнакомца. Он закричал, схватившись за хвост кошки, и с диким воплем сорвав ее, ударил животное головой об шкаф и откинул. Шепот стволов простонал среди ночи и добрый десяток пуль превратил тело Бастет в решето, расплескав ее кровь и внутренности по полу. — Какого черта?! — простонал стоящий первый, держась за исцарапанное лицо. — Ты убил мою кошку, ублюдок! — голосом полным боли и презрения закричала Роуз, открыв огонь вслепую из-за холодильника. Первые несколько пуль попали человеку в плаще в грудь и еще две угодили в голову. Тот свалился во тьме рядом с кошачьим тельцем, однако, не расплескав и капли крови. Второй нападавший, захлопнув дверь, прильнул к стене, прижав пистолет к груди и медленно вытащил ствол за угол, не издавая ни звука. Сара потерла свой пистолет, не решаясь выскочить и открыть огонь. Ступор страха и приток адреналина заставили ее конечности онеметь. В соседней комнате закричал Бен, явно проснувшись и послышался шорох встающей с кровати Лили. Когда Роуз медленно начала высовываться из-за холодильника, черный плащ выпустил несколько пуль вслепую, заставив девушку тут же скрыться обратно в укрытие. Послышался звон разбитой посуды, которую повалили выстрелы. Ребенок жутко кричал в соседней комнате и Лили, взяв его в руки, вскрикнула из-за двери. — Что там за шум? — донесся ее голос. — Не смей выходить! — закричала Роуз сестре. — Что? — непонимающе, сонным голосом крикнула Лили. — Запри дверь! — закричала журналистка, но Лили, вопреки сестре медленно потянула дверь на себя. Оружие убийцы резко дернулось в сторону входа в комнату Лили, но выскочивший из-под комода пес прыгнул на него, с диким рыком вцепившись в руку и острыми зубами разорвав ему запястные мышцы. Выронив пистолет, второй закричал, отпинываясь от собаки, но пес прыгнул на него, вгрызаясь в глотку. Кровавая струя брызнула из раны на шее. Убийца резко врезал по морде пса кулаком, вцепившись ему в челюсть и не давая смыкать ее. Собака зарычала, сильнее сжимая зубы. Роуз выскочила из кухни и, перескочив через тело первого нападавшего, направила пистолет в голову полулежащего в борьбе с животным убийцы, выпустила две пули ему в лицо. После того, как эта вспышка озарила прихожую, в квартире не осталось ни одного звука, кроме плача испуганного Бена. Лили щелкнула переключателем на стене, озаряя квартиру светом. Зрелище перед ее глазами, заставили девушку ошарашенно замереть, выпучив глаза и прижать стонущего ребенка лицом к груди. Сара, щурясь от бьющего в глаза света, переступив с ноги на ногу, выглянула из-за угла. Помимо омерзительно разорванного пулями кошачьего трупа и облизывавшего кровь с морды и лап пса, на полу лежали два тела, распластавшись по линолеуму с подогревом. Сара сделала шаг вперед, выставив на них свой пистолет, понимая, что те еще могут подняться. Пули с резиновыми наконечниками лежали рядом с ними, оставив нападавших без сознания. Роуз сделала несколько шагов назад, перегородив своим телом взгляд Лили на все это. Судя по ее глазам и трясущимся рукам, судорожно потирающим рукоять пистолета, девушка была ошарашена не меньше сестры. Лили, с непонимающим взглядом покачивая ребенка на руках, подняла взгляд на Роуз. — Ты... — она шагнула назад. — ты убила их? Из соседней комнаты вышла Оливия, зевая и потягиваясь, она была одета в одни только стринги и лифчик. Протерев глаза, девушка прошлась взглядом по телам перед ней и ее глаза чуть было не вылезли из орбит, а челюсть сама по себе отвисла. Опустив взгляд, она увидела, что кровь, лужицей расползающаяся из тела мертвой Бастет, уже достигла ее ноги и закричав, ринулась в свою комнату. — Боже, — Лили выглянула в коридор вновь, прижимая ребенка к груди. — они мертвы. Они... Ты убила их! — Это травматические патроны. — прошептала Роуз, разглядывая пистолет в своих руках. Она не оглядывалась на тела за спиной. — Судя по тому, как неестественно вмята внутрь черепушка того парня, это их не спасло! — сорвалась на крик Лили, отступая в свою комнату. Бен закричал сильнее прежнего. Пес обнюхивал тела людей, а затем подошел к Саре, тявкнув. Девушка же, опустив пистолет, засунула его за пояс, потирая дрожащие руки. Она чувствовала себя мерзко не от зрелища перед глазами. А от того, что это зрелище уже не казалось ей настолько пугающим. Роуз посмотрела на Сару, не опуская взгляд на пол. В ее глазах блестел потерянный огонек, они молили о поддержке. О поддержке, которую Сара оказать не могла. Она сама была в не меньшем ступоре, чем журналистка. Перешагнув через тело убийцы, девушка подошла к Роуз, потерев ее предплечье. Это все, что пришло ей в голову сейчас. — Нам надо убираться отсюда. — прошептала Роуз, глянув на Лили. — Что? — стиснула зубы ее сестра. — Господи, да у нас трупы в гостиной! Два чертовых тела! Какого фига?! — Коллинз. — тяжело вздохнула Роуз, нахмурившись и вновь взглянув на пистолет. — Вот ублюдок. — ее голос дрожал. Кажется, говорить ей было трудно, но ярость внутри забирала свое. — Это самая жуткая фигня, в которую ты нас когда-либо втягивала! — закричала Лили, отступая все дальше в свою комнату. — Собирайтесь. — тихо сказала Роуз, щелкнув предохранителем пистолета. — Мы уходим. — Куда? — одновременно сказала Сара и Лили. Бен простонал. — Подальше отсюда. — расправив плечи, Роуз пошагала в свою комнату. — И поживее. Следующие несколько минут прошли для Сары как в тумане. Она лишь накинула куртку и сапоги, потому как остальная одежда итак была при ней. Сев в прихожей, она бесчувственно потирала свой пистолет, не обращая внимания на тела рядом. Из разодранного псом горла того, что лежал ближе к двери уже вытекло столько крови, что кажется, хватило бы на троих. Он точно был мертв. А тот, что вошел первым, и впрямь лежал с настолько нереально выгнутым лбом, что шансы на его выживание показались Саре очень сомнительными. Пес, присев между двумя телами и поглядывая на кошачий трупик, мерно помахивал хвостом. Роуз, уже одетая в свое вечное темное пальто, выскочила с мусорным ведром в руках, доверху набитым газетными вырезками, бумажками и документациями. Поставив его на кухне, она сорвала с масла крышку, щедро поливая свои труды горючим. Чиркнув спичкой, она бросила ее ведро, отскочив и глядя, как все эти некогда связанные детали запутанной паутины событий превращаются в хаотичные угли внутри мусорного ведра. — А как же твое расследование? — смущенно подняла глаза Сара, потирая ствол револьвера. Журналистка обернулась на нее, достав карту памяти из кармана и покрутив ее в пальцах. Убрав свою верную флешку обратно в пальто, она удалилась, не решившись досматривать, как годы ее работы превращаются в пепел. Бен плакал в соседней комнате, пока Лили одевала его вслед за собой. Все эти стоны, запах гари с кухни, режущий невыспавшиеся глаза свет и розоватые внутренности Бастет на полу доставляли Саре дискомфорт. Все это так нереально. Или, ей просто хочется, чтобы было нереальным. Она устала от всего этого. Лучше бы она не просыпалась этой ночью на кухне. — Вот же черт. — прошептала Роуз, оглядывая тела убийц в коридоре. — Лучше не смотри. — вздохнула Сара, перещелкивая предохранитель револьвера. Она знала, о чем говорила. — Живо помоги мне! — сквозь истерику протараторила Лили, взывая к сестре о помощи. Роуз, помешкав с трудом оторвав взгляд от трупа, побрела к ней. Сара поняла, что им стоит предупредить Оливию. Поднявшись и убрав револьвер за пояс, она вновь перешагнула через труп, направившись в комнату к Пинки. Та сидела на своей кровати в углу, прижав ноги коленями к груди. Пес заглянул в ее комнату вслед за своей хозяйкой. Пинки подняла мокрые глаза на Сару, потирая колени. Девушка села напротив, стеснительно посмотрев на дрожащую Оливию. Она никогда не была мастаком по части всех этих бесед, помогающих людям прийти в себя. Но глядя на Оливию, ненароком все же решилась начать первой. — Я понимаю, что страшно. — взглотнула комок мокроты в горле Сара. — Проходила уже через это. — она положила ладонь на колено Пинки. Та поначалу поёжилась, на затем обхватила ладонь Сары своими худенькими стройными ручками. — Не плачь. — опустила взгляд Сара. Ей казалось, что она говорит абсолютную банальщину. Но Роуз была слишком шокирована, а Лили слишком в истерике, чтобы помочь своей подруге. Кажется, Сара была единственным в этом доме сейчас, кто еще сохранял трезвость ума. И, говоря честно, это было жутковато, учитывая ситуацию. — Они мертвы, да? — дрожащим голосом спросила Пинки, потирая ладонь девушки. — Зачем? Зачем они пришли сюда? — Они хотели убить нас. — прошептала Сара, не раздумывая выпалив это. — Мне... — по щеке Оливия сползла слезинка. — мне так жаль... — Запомни, никто их них не пожалел бы тебя. — она уверенно сказала эту фразу, так отчетливо сейчас всплывшую у нее в голове. Оливия, посмотрев на нее намокшими глазами, бросилась к ней, обняв за плечи и прижимая Сару к себе. Девушка обняла ее в ответ, заодно подметив, что у Пинки очень даже упругая грудь. И мягкая, шелковистая кожа. Саре стало не по себе от того, что в этот момент она вообще позволила себе думать об этом. Попытавшись отогнать совершенно неуместные фантазии, которые полезли ей в голову, Сара прижала Оливию к себе, поглаживая ее по спине. Кожа девушки от этого покрылась мурашками. Они просидели так несколько мгновений, пока Сара не опомнилась, зачем вообще сюда пришла. — Одевайся. — как можно более нежно отслонив Пинки от себя, она погладила ее по щеке. — Нам надо идти. Она встала, взяв вещи Пинки со стула, на котором та их оставила и протянула их девушке. Кейси, опустив взгляд, принялась натягивать колготки, удивительно красиво обтягивающие ее стройные ноги. Сара прикусила губу, отвернувшись и покинув девушку. Чтобы отвлечься, она потрепала пса за ухом. На кухне тлели, выбрасывая из урны язычки пламени, газетные вырезки и документации, оставляя копоть на потолке. Роуз и Лили вышли из комнаты, пока вторая укачивала малыша, прикрывая ему глаза. Сара ждала их в коридоре, почесывая собачий подбородок. Лили с отвращением посмотрела на остывающий труп бывшего домашнего животного. Она застыла на месте, пока Роуз не приобняла ее за плечо, прижимая к себе и не помогла переступить через мертвых убийц на полу. Оливия вышла из своей комнаты, поправляя шляпку и укутавшись в куртку. Она вздрогнула, подняв взгляд к потолку. Сара подошла к ней, протянув ей руку и помогая пройти. Дверь захлопнулась за ними и девушки, дрожа от холода и страха, поспешили на выход. Роуз шла первой, не выпуская руку из-за пазухи, где у нее висела кобура с пистолетом. За ней, стараясь не так сильно трястись от страха, шла Лили, покачивая ребенка. Не для того, чтобы успокоить его, ибо Бен уже вновь заснул, а для того, чтобы хоть какое-то монотонное действие отвлекало ее от увиденного. За ними шли за руку Сара с Пинки и бредущий рядом пес. Девушка вела за собой явно пребывавшую в состоянии аффекта юную Кейси. Она еще никогда не видела Оливию такой молчаливой, напуганной и разбитой. Никто из них даже не оглянулся в сторону злополучной квартиры, дверь которой так и осталась открытой. В лифте все они ехали молча, неуютно осматриваясь по сторонам и никто из попутчиц не взглянул друг на друга. Холодный уличный ветер, прокрадывающийся под одежду, все же отрезвил хотя бы Роуз и та, остановившись в переулке, позволила Лили и Оливии присесть на ближайшую скамейку, чтобы перевести дух, после пробежки из здания и кивком подозвала к себе Сару. — Мы должны уходить. — прошептала она, поправляя очки и разглядывая полуночный город, пестрящий огнями. — Это я уже поняла. — вздохнула Сара. — Я не знаю куда нам деться. — Роуз перевела на нее усталый взгляд. Выражение ее лица было донельзя непохожим на нее саму. Такое кислое, депрессивное и обмякшее. — Может хоть эту ночь мы сможем переждать в вашей с Самантой квартире? Я не могу заставить Оливию и Лили с ребенком бродить тут в холодную ночь после этого. — Можем пойти. — помялась Сара. — Но Сэм и сама хотела уходить оттуда быстрее. Это место и для нас больше не безопасно. — Куда безопаснее, чем морозный город, полный лишних глаз. — опустила взгляд Роуз, потерев Сару по плечу и пошагав к девушкам на скамейке, молча глядящим на ночные огни, чтобы привести их в чувство. Пес у ног Сары тявкнул, оглядывая этих троих, столпившихся у скамьи и помахал хвостом. Сейчас ей как никогда захотелось закурить. Затянуть полные легкие дыма и плевать на этот удушающий кашель. Пусть хоть трижды разъест ее легкие, но сейчас у нее внутри было слишком уж тяжело. Но привычной сигареты в кармане у нее на нашлось, там она нащупала лишь твердую рукоять пистолета. Дорога до дома Клэр пролетела незаметно. Саре в голову не лезли никакие мысли и она, торопливо переставляя ноги и потирая руки, лишь бы не окоченеть, провела девушек прямиком до их с Сэм обиталища. Роуз постоянно оглядывалась по сторонам, норовя схватиться за пистолет. Лили же была вдвойне загружена. Ей приходилось нести ребенка одной рукой, а другой - вести не приходящую в себя Оливию, которая только и делала, что поправляла на себе эту осточертевшую шапочку. Поднявшись на нужный этаж, они пошли к дверям квартиры и уже тогда Сара поняла, что что-то не так. Из-за приоткрытого входа, который Сэм всегда запирала, доносилась ругань и крики. Рванув туда, Сара потянула руку к пистолету, пока Роуз следовала за ней, взяв ребенка у уставшей сестры. Благо, оружие Саре не понадобилась, хоть ситуация внутри и не была лицеприятной. — Я вырежу тебе, нахер, сердце и сожру его! — закричала взъерошенная Сэм, пошатываясь и почти не стоя на ногах, однако, достаточно уверенно приставив большой столовый нож к груди парня, которого зажала у стены. Клэр, прикрываясь руками, забилась в угол комнаты, резко вцепившись в Сару взглядом в поиске помощи. Сэм, скалясь словно собака, пошатнулась переместив лезвие ножа к горлу испуганного паренька. Тот, прижавшись к стене, забавно выгнулся, лишь бы не напороться на лезвие у своего лица. — Сэм, какого черта? — крикнула Сара, запихивая пистолет обратно за пояс. — О, подруга. — не отрывая нож от своей жертвы, улыбнулась, пошатываясь, Сэм и Саре все тут же стало ясно. Судя по валявшимся на полу банкам пива и голубоватой капле, сползающей из ноздри Саманты, Клэр и ее парень не очень вовремя решили вернутся в свою квартиру. На кухонном столе Сара подметила разорванный пакетик и остатки дорожек от голубого порошка. Ей вспомнилось ее жуткое состояние после той ночи в Саванне. Однако сейчас это заботило ее меньше всего. Она подошла к Сэм, дернув ту за халат. — Что ты вообще, нахрен, творишь?! — крикнула она подруге. — Этот недоразвитый мудозвон сказал, что в его квартире я не имею права делать, что хочу! Ты только вдумайся нахер! Он решил мне приказывать! — Ты что, на его глазах вынюхала целый пакет этой дряни? — покачала головой Сара. Кажется, она действительно единственная адекватная этой ночью. — Какого фига?! — поднялась из угла Клэр, грозно посмотрев на бывшую одноклассницу. — Что это за подружка у тебя такая? Она же натуральная маньячка! — Заткни хлебало! — откинула в сторону парня Сэм, переведя лезвие ножа в сторону Клэр. — Иначе я тебе его распорю, сучка! — Опусти нож! — схватилась за ее руку Сара, попытавшись вырвать оружие, но хватка сильных пальцев Сэм была непреодолима. — Они вздумали мне приказывать! — Сэм утерла нос, растерев по губам синюю жижу. — Ты только, бля, представь! Да как они посмели? — Может потому что это их квартира? — возмущенно развела руками Сара. — Да мне похрен! — взмахнула ножом Сэм, не унимаясь. — Ты под кайфом! Хватит нести бред, живо одевайся! Нам пора! — Я никуда не уйду! — закричала Сэм, попятившись к Клэр, которая тут же, трусливо, отпрыгнула от настигающего ее ножа. — Нет, уйдешь! — Сара повысила тон, одернув подругу и чуть было не попав под лезвие. — Одевайся! Сейчас же! — Нахер? — скривилась Сэм. — Да потому что нас убить хотели! — крикнула Сара. Пес гавкнул из-за дверей, пока Роуз, Оливия и Лили удивленно смотрели на ситуацию в комнате. — Кто? — почесала затылок острием Сэм. — Да какая разница! Хватит устраивать тут побоище! — взяв ее под руку, она повела Сэм к шкафу с одеждой, помогая ей снять халат. — Господи, да где вообще твои трусы? — Откуда, типа, мне знать? — покачиваясь, Сэм с грохотом отворила ящик, сорвав с вешалки свою кофту и джинсы, и принявшись натягивать их на голое тело. Клэр осторожно обошла ее, прижавшись к своему парню, но, когда увидела, на что именно обращен его взгляд, врезала ему по щеке. Тот покраснел, отвернувшись от Сэм. Сняв с вешалки кожанку, Сэм неряшливо натянула ее на себя, встав напротив зеркала. Кое-как подправив свою растрепанную прическу ладонями, она взяла отложенный нож и вышла с ним в коридор. — Здравствуй, Саманта. — помявшись, посмотрела на нее Роуз. — А, это ты. — с размытым пеленой взглядом ответила ей Сэм. — Я тоже рада тебя видеть. — поправила очки Роуз. — Ты собираешься идти с ножом? — недоверчиво покосилась на нее Лили. — Что-то не нравится? — процедила сквозь зубы Саманта. Лили, вжав голову в плечи, промолчала. Сара, подхватив наконец-то найденный рюкзак, поправила джинсы, в которые у нее был заправлен пистолет и застегнула куртку. Она торопясь налила себе воды из-под крана, выпила ее и поспешила за девушками, обернувшись и помахав Клэр как можно более радушно. — Спасибо за квартиру! — бросила она, закрывая за собой и оставляя ошарашенных Клэр с пареньком глядеть ей вслед на закрытую дверь. Роуз, с Беном на руках, и Саманта первыми спешили выбраться из здания. Сэм чихнула, утирая сопли рукавом. Оливия с трудом спускалась по лестнице вслед за Лили и Сара плелась позади нее, подстраховывая Пинки. Пес ковылял рядом с ней, обнюхивая лестничный пролет. Снаружи ветер бил с еще более жутким напором. Все девушки, плетясь за Роуз, которая вела их, как поводырь, засунули руки в карманы и вжались в свои куртки, лишь бы не промерзнуть насмерть. Сэм потирала рукоять ножа, на который оглядывались все прохожие. В воздухе, ослепляя прожекторами и оглушая гулом плазменных двигателей, медленно пролетел над их головами патрульный самолет. — Отлично, теперь вариантов ночевки у нас вовсе нет. — причмокнула языком Роуз, потирая руки друг о друга и выдыхая на них пар. Сара, помогая Оливии, чьи ноги переплетались, идти вдоль улицы, нагнала Саманту, которая со своим опьяненным потерянным видом и пустыми стеклянными глазами, разрыхляла снег сапогами. Лили тоже старалась держаться к ним ближе, все-таки забрав ребенка обратно. — Это вот так ты пыталась «представить, что нам делать дальше»? — осуждающе глянула на подругу Сара, рассматривая нож в ее руке. — Да, я даже придумала. — промычала Сэм неестественно спокойным голосом и снова чихнула, сплюнув голубоватую слюну на снег. — И что же ты придумала? — покрепче взяв Пинки под руку, приподняла бровь Сара. — Хер его знает. — вновь почесала ножом затылок Сэм, скривившись, явно от того, что обрезалась. — Уже забыла.