Дарт Вейдер: Герой Набу

— Это ловушка, — мрачно заметил Оппо Ранцизис, скользя к магистру Ордена. — Знали мы это, когда отправлялись сюда, — мудро заметил Йода, вглядываясь в Силу и полностью игнорируя Сидиуса со всей его очевидной злобой. Здесь и впрямь присутствовал кто-то ещё, но очень хорошо скрытый. С другой стороны, ярость и ненависть этого Дарта Сидиуса, волнами расходившиеся через Силу, сами по себе служили отличной маскировкой для других тёмных адептов. — Иногда единственный выход — сознательно угодить в ловушку, — мрачно произнёс Квай-Гон. — Этому ты учишь своего падавана? — хмыкнув, спросил Эвен. — Именно так мой учитель учил меня, а его — его учитель, — невозмутимо ответил Квай-Гон. Потребовалось некоторое время, чтобы остальные поняли намёк и перевели взгляды на Йоду. Тот лишь пожал плечами. — Не ошибается он. — И всё же нам следует проявлять осторожность, — вмешался Дуку. — Мы не можем позволить себе слишком распылять силы, если вообще будем разделяться. — Не больше трёх групп, — твёрдо заявил Винду, окинув взглядом собравшихся. Здесь присутствовали почти все члены Высшего совета, за исключением двоих, а также ещё дюжина мастеров, оказавшихся поблизости, когда началась вся эта суматоха. Двадцать два мастера-джедая. И кто знает, скольким из них суждено увидеть следующий день. — Но я бы предпочёл ограничиться двумя, — добавил Мейс. — Небольшая группа должна остаться здесь на случай, если один из них или оба попытаются сбежать, — заметил Оппо Ранцизис. Само собой разумелось, что эта группа также сможет вызвать подкрепление или... сообщить в Храм и Республику об их гибели. Мейс Винду кивнул. — Магистры Нат-Сем, Воно, Сайнубе, Требор, Краталей и Дуку пока останутся здесь на страже. Остальные же попытаются выследить и выманить этих лордов ситхов. Дуку нахмурился, но кивнул. Были веские причины оставить его здесь: и с Йодой, и с Квай-Гоном его связывали давние узы. Если не брать его в меньшую группу, у оставшихся будет лучшее представление о происходящем. Все напряглись, и их лица помрачнели. — Нетерпеливый он, не так ли? — заметил Пуф, нахмурившись, когда они ощутили крайне нежелательное развитие событий. Сидиус вновь терзал Храм через Силу. Тем временем Оби-Ван поморщился, стараясь не сбиться с шага, пока шёл по коридорам. Во второй раз справляться с коварным шёпотом этого ситха в Силе оказалось легче. Либо он просто начал привыкать к тому, что Тёмная сторона непрерывно атакует его разум. Эту мысль ему совершенно не хотелось обдумывать слишком долго. Он замер на полушаге, вспомнив, что не один. Обернувшись, он увидел, что Асока упала на колени, но уже пыталась подняться. Возможно, он ошибался. Возможно, этот натиск был просто слабее. Он очень на это надеялся — ради юнлингов. Последние события тяжело сказались на всех них. Некоторое время он наблюдал за Асокой, проверяя, не нужна ли ей помощь. Она стиснула зубы и прижимала ладони к голове, но всё же медленно продолжала идти вперёд. Оби-Ван смутно помнил её — маленькую тогруту, которая раньше была рядом с Энакином. Будь обстоятельства другими, он бы уже мысленно готовил пару шуток о том, как быстро Энакин сумел обзавестись новой подругой. Он заставил себя сосредоточиться и устремил взгляд вперёд, на двери зала Совета. Он не был уверен, что собирается делать и в чём вообще теперь смысл всего этого. Но если ничего другого, то хотя бы это давало ему задачу, способную отвлечь от... —взрывающегося Храма, Корусанта в руинах, бесчисленных военных кораблей, заполнивших небеса, миллиардов погибших, а также выживших, которых живыми забирали для чудовищных, извращённых, безнадёжн— Он глубоко вдохнул и отогнал ужасающее видение прочь... стараясь не обращать внимания на завывающий голос, насмехавшийся над его слабостью. —какой он жалкий, как Квай-Гон взял его в ученики лишь из жалости— Он резко вдохнул, почувствовав импульс в Силе, пришедший через связь с его учителем. Оби-Ван мысленно послал мужчине чувство благодарности. Падаван положил ладонь на дверь, цепляясь за реальность, чтобы не провалиться в очередное видение внутри видения. Раньше ему казалось, что он понимает Тёмную сторону. Возможно, не до конца, но достаточно хорошо, чтобы противостоять ей и не поддаваться так легко. Он думал, что подавляющее присутствие Вейдера подтвердило это. Он ничего не знал. Вейдер был силён, но его холодная аура оказалась лишь слабым потрясением по сравнению с этим по-настоящему злобным существом. Да и вообще… был ли Сидиус вообще живым существом, разумной и мыслящей формой жизни? Как нечто, наполненное бесконечной, почти бездумной ненавистью, вообще может по-настоящему иметь самосознание? Он отогнал эту мысль, почувствовав, что Асока догоняет его, и заставил себя вспомнить, как открываются эти двери. Они разошлись в стороны, и оба испытали облегчение. Оби-Ван глубоко вдохнул, быстро оценивая круглую комнату. Она была почти полностью пуста. В центре сидела мастер Йаддль, медитируя и паря в воздухе, окружённая мощным потоком успокаивающей энергии Силы. На её лице было сосредоточенное выражение, глаза закрыты, и время от времени она едва заметно морщилась. Оби-Вану не потребовалось много времени, чтобы понять, что происходит. Йаддль пыталась блокировать воздействие этого ментального штурма — не только здесь, но и по всему Храму, смягчая самые страшные видения, обрушивавшиеся на разум. Как маяк в великом шторме, она также удерживала и поддерживала других джедаев. В каком-то смысле это напоминало боевую медитацию. — Скайрокер! Крик Асоки заставил его отвлечься от зелёной разумной, и он увидел, как юнлинг бежит к телу, лежащему за одним из кресел Совета. Он последовал за ней и нахмурился, обеспокоенный. Энакин был без сознания — просто лежал там. В других обстоятельствах Оби-Ван решил бы, что мальчик просто потерял сознание после долгого, очень долгого дня. Со многими другими юнлингами уже такое было, или, без сомнения, ещё будет. Но в этом было что-то неправильное. В Энакине. Если бывший раб потерял сознание из-за атаки Тёмной стороны, он должен был бы лежать в холодном поту, терзаемый кошмаром за кошмаром. Но он выглядел полностью спокойным. Слишком спокойным. И ведь Энакин уже выдерживал ментальное воздействие Марша Вейдера без видимых усилий. Этот Дарт Сидиус был противником совершенно иного рода, но всё равно казалось… маловероятным, что Энакин так легко оказался бы выведен из строя, пока он и Асока оставались в сознании. И он лежал прямо здесь, в Башне Безмятежности, рядом с мастером Йаддль, которая служила своего рода щитом от Тёмной стороны. Это должно было быть самым безопасным местом для незащищённого разума. — Qa iniban ar jeo? — спросила Асока на своём родном языке. (Что с ним случилось?) К счастью, Оби-Ван неплохо понимал этот язык. — Do go ktei, — признался он, положив руку на голову Энакина. (Я не знаю.) Он быстро взял себя в руки, не желая тревожить Асоку, даже несмотря на то, что холодный пот стекал по его шее. Он почти с облегчением воспринял эту массовую ментальную атаку — хотя бы потому, что ему не нужно было объяснять, почему дрожат его руки. Он ничего не чувствовал. Он не мог уловить ничего в этом очень, очень сильном ребёнке. Там было просто… ничего. Но это не могло быть правдой. Это означало бы… это означало бы… Он с трудом сглотнул ком в горле. Неужели… неужели Энакин мёртв?! Тем временем Мастера-джедаи поднялись по внешней стороне здания к дыре, из которой валил дым. Использование любого обычного входа автоматически считалось частью очередной ловушки — или чего-то подобного. Мейс Винду лишь на мгновение окинул взглядом помещение: импровизированный ангар и мастерская, в которой явно произошло серьёзное разрушение. Все выходы из зала, кроме того, через который они вошли, были закрыты и, судя по всему, запечатаны. Рядом находились обломки взорвавшегося корабля; пол под ним выглядел так, будто вот-вот обрушится. Для этого не нужно было видеть «уязвимые точки», чтобы это понять. По всему помещению была полная разруха. И повсюду лежали уничтоженные дроиды — одни световыми мечами, другие нет. И на полу было необычно много световых мечей. — Вейдер говорил правду о том, что Ученик сражается с Учителем, — мрачно произнёс Иит Кот. — Здесь больше, чем просто ненависть: предательство, разочарование, смирение, отчаяние. — Как они могли так хорошо скрывать этот бой, находясь на одной планете? — нахмурившись, спросила Ади Галлия. — Сильно Тёмная сторона окутала это место, — заметил Йода, наклоняясь и проводя когтями по медальону какого-то древнего ситха. Он ощущал, как Тёмная сторона естественным образом прилипала к этому предмету — настоящий артефакт ситхов. — Мы были слепее, чем предполагали. — Но они же прекратили сражаться, — с обеспокоенным видом сказал Мунди. — Мы уверены, что Вейдер не обманул нас, заставив их остановиться, отправив за ними нас? — Если бы он это сделал, он бы не стал предупреждать нас о том, что идти сюда опасно, — неохотно сказал Оппо Ранцисис. В его понимании, скорее всего, это была последняя, отчаянная попытка ученика убить учителя. — Ученик здесь, и я уверен, что он следит за каждым нашим шагом, — заметил Квай-Гон, оглядываясь вокруг с любопытством. Не имело смысла делать вид, что они ничего не знают. Шансов, что этот ситх не понимает, что мы знаем о его наблюдении, не было. — А что насчёт учителя? Йода кивнул ученику своего ученика, разделяя его чувства. Сила предупреждала его — всех их — быть осторожными, не терять бдительности. Но Йода прошёл через бесчисленные битвы и сталкивался с несчётным числом тех, кто цеплялся за Тёмную сторону Силы. Он знал, когда перед ним один враг, двое или множество. Почему же сейчас ему казалось, что враг всего один? Неужели Вейдер был прав? Но если Вейдер был прав, это означало, что он был честнее, чем они предполагали. Или чем им хотелось бы думать — в некоторых случаях. Мейс Винду и несколько других джедаев посмотрели на Сэйси Тина. Обычно замкнутый и молчаливый член Совета встретился с их взглядом и значимо покачал рогатой головой. Винду кивнул — между ними произошёл целый разговор без слов. Народ Тина был от природы телепатическим и в разной степени обладал предвидением. Однако сейчас, когда Сидиус обрушивал через Силу всевозможные тёмные видения, джедай-иктотчи не мог позволить себе полагаться на какие-либо предсказания, пока находился в самом сердце территории врага. Тем не менее иктотчи также были естественными телепатами. А то, что он был джедаем, лишь усиливало эту способность. Винду незаметно кивнул в сторону обломков небольшого корабля. Тин на мгновение приподнял бровь, но сразу же согласился. Он взмахнул рукой, и пол застонал и треснул, после чего корабль начал проваливаться сквозь повреждённое перекрытие. Ранцизис, Эван и Депа спокойно отпрыгнули в сторону, пока отверстие расширялось и всё больше металла обрушивалось на уровень ниже. Над всеми повисла жуткая тишина. Чувства джедаев были полностью раскрыты, напряжены до предела в ожидании того, что должно было произойти. Световые мечи были крепко сжаты в руках, все ждали первого признака, первого звука врага. Уши Йоды дрогнули. Раздалось шипение. Не как у живого существа — нет, как у воздуха. Как у газа. И исходило оно не из провала. Он, Пиелл, Луминара и Мунди успели почувствовать это вовремя. Их взгляды резко устремились вверх, руки поднялись к дискообразному устройству, закреплённому на потолке, — они ощутили… что-то, исходящее от него. В тот же миг из центра провала вырвались массивные потоки зловещих синих молний, ударив в Йоду и Пиелла в момент их отвлечения. Йода сумел уклониться, но одноглазому мастеру повезло меньше. Он закричал в агонии, когда атака полностью подавила его и отбросила через всю комнату. Всё произошло так быстро и так мощно, что уклонение или отражение удара даже не было возможным для невысокого джедая. Йода сузил глаза, наблюдая, как его коллега по Совету падает, и как его подхватывает мастер-родианец по имени Талсми Инчерн. Низкорослый джедай был жив — пока что. Все джедаи активировали свои световые мечи в тот же момент, когда ударила молния ситха, а Кот и Мунди одновременно подняли по одной руке, сдерживая газ. — Он в обломках! — крикнула Депа, и многие из них потянулись, чтобы рассеять дым… И Сидиус помог им: всплеск Тёмной стороны выдал его присутствие во всей скрытой злобе, и он стоял, глядя на джедаев с неприкрытой ненавистью. И никто из них ни на секунду не посчитал его безоружность признаком меньшей опасности. — Всё это… ради одного старого сенатора? Поведение Винду стало ещё более мрачным, когда несколько джедаев напряглись, услышав этот голос — голос, который многие из них уже слышали в последнее время. — И даже кажется, что это почти нечестно, — сказал Сидиус мягким голосом… слишком мягким. Настолько мягким, что невольно возникал вопрос: как они вообще могли считать его настоящим? Он усмехнулся, затем рассмеялся, и с этим смехом сбросил капюшон, открывая лицо сенатора с Набу. Горькое чувство охватило большинство из них при этом подтверждении. Если бы ситуация не была столь опасной, Йода бы хлопнул себя по старому лбу. Сколько? Сколько лордов ситхов под маской он, сам того не зная, встречал за почти тысячелетнюю жизнь джедая? Как долго они скрывались рядом — так близко к джедаям, прямо среди них? Этот человек, этот ситх, находился в положении, которое давало ему шанс стать Верховным канцлером. Шанс, подобный вторжению на планету Торговой федерацией. Сотни деталей сложились в единую картину, пока Йода собирал воедино то, что на самом деле происходило в последнее время. Блокада целой планеты как средство достижения цели, игра на обе стороны конфликта. Всё это было частью какого-то гораздо более масштабного плана, о котором он, вероятно, имел лишь смутное представление. Сидиус поймал его взгляд, и Йода увидел злобу в этих хищных жёлтых глазах — как у зверя, впервые за десятилетия вкусившего свободу. — Вы ведь согласны? — спросил он, и его голос перешёл в рычание, становясь ненавистным, почти нечеловеческим. — Мастер Йода? Лорд ситхов знал, к какому выводу пришёл Великий магистр. Йода наконец признал истину: ситхи изменились. А джедаи — нет. — Сенатор Палпатин. Или, точнее, Дарт Сидиус, — холодно произнёс Винду. — Вы аресто... — Да-да, к вам я ещё вернусь, молодой человек, — пренебрежительно отмахнулся Сидиус, явно наслаждаясь тем, как Винду вспыхнул от этой реакции. — У вас у всех ещё будет шанс умереть. Но у меня есть послание для вас, мой маленький зелёный друг. — Не попадусь я на твои трюки, — твёрдо заявил Йода. — Твоим словам не поверим мы. — Даже если это последние слова умирающего джедая? — продолжил Сидиус. Он тихо напевал, словно довольное урчание какого-то ужасного зверя, и, обернувшись через плечо, посмотрел прямо на Депу Биллабу. — О нет, моя дорогая. Боюсь, мне нечего передать от вашей драгоценной сестры. Её голос оборвался задолго до того, как я мог бы что-либо ей предложить. Кулаки Депы сжались, но она не поддалась на провокацию. — Нет, о ком я говорю, так это о Ронхаре Киме. Совсем недавно посвящённом мастере, — задумчиво произнёс Сидиус, затем добавил с видом притворной задумчивости: — Или почти мастере? Прошу прощения, не могу точно вспомнить, — он усмехнулся, и этот смех мог бы поколебать волю многих. — У нас с ним было столько разговоров. С тех пор как я занял место его покойного отца в Сенате, он был весьма заинтересован в том, чтобы наладить мост между джедаями и Сенатом. Как же я это сформулировал? Ах да: «Через меня вы могли бы получить голос в формировании Республики. Через тебя я лучше понимаю джедаев и их пути», — безупречно процитировал Сидиус, с тем самым показным обаянием и «скромной харизмой». Это было недвусмысленное хвастовство — насмешка над ними всеми, напоминание о том, как долго он водил их за нос. О том, как их же соратники жадно принимали ложь из его рук, словно голодные псы. — Какая жалость, что он решил вмешаться в мою маленькую размолвку с моим Мастером, — продолжил он. — У меня было для него гораздо больше применений. Но, пожалуй, это немного не по теме. Я ведь обещал вам его последние слова. И он сказал: «Шив?» Йода смотрел на лорда ситхов, который упивался и хохотал, вспоминая собственные убийства, предательства и пытки. Древний джедай оставался невозмутим — он просто наблюдал и анализировал. — Даже когда я стоял прямо перед ним, без маски и кромсал его товарищей, этот бедняга так и не смог принять, что его скромный, добрый, политический друг способен на нечто… настолько варварское, как обращение джедаев в пепел, — продолжал Сидиус с усмешкой. — Поэтому я оказал ему милосердие и лишил его зрения. Вместе с верхней частью мозга, хотя световые мечи никогда не отличались малым уроном. Никто не атаковал. Никто не позволил себе поддаться порыву броситься на врага и угодить в его ловушку. Сидиус недовольно хмыкнул. — Что ж. Похоже, мне придётся начать самому, — сказал он. Молнии сорвались с его пальцев, и все напряглись в ожидании атаки. И сразу поняли, что что-то не так, когда удар Сидиуса пришёлся в пол перед обломками, на которых стоял сам лорд ситхов. — НАЗАД! — крикнул Тин, когда он, Йода, Винду, Квай-Гон и Ранцизис попытались создать барьеры Силы по краям провала. Однако было уже слишком поздно: из провала вверх вырвался огромный поток огня — словно перед ними мгновенно вспыхнула гигантская колба. Несколько джедаев поморщились от жара, другие прикрыли глаза, но никто не отвёл восприятие от Сидиуса. — Saud iw ri Jin'! — разнёсся его голос, наполненный тёмной, ужасающей мощью. — Titiai ki atki diâ tirji karw ki zûtaikima! — Магия ситхов, — понял Винду, когда пламя стало тёмно-холодного синего цвета и превратилось… в нечто живое, если вообще можно так сказать. Лазурное пламя ударило в щит Силы Квай-Гона и легко пробило его. Ученик мастера Дуку успел отпрыгнуть в сторону — все его связи с Силой внезапно вспыхнули тревогой, словно сигнал опасности. Не глядя и не раздумывая, он притянул обломки туда, где только что стоял, — как раз вовремя. Сидиус уже успел прыгнуть вперёд и выпустить молнии Силы в джедая, уроженца Корусанта, с усмешкой наблюдая, как обломки начинают рассыпаться, хотя всё же прикрывают джедая от удара. Мейс Винду, Иит Кот и Ади Галлия одновременно атаковали Сидиуса со спины. Лорд ситхов даже не обернулся — его гигантское творение из Ситхского Пламени само поднялось, чтобы защитить его, отбросив Иита и ударив по щиту Винду. Из рукава Сидиуса выскочил световой меч и с почти невозможной грацией и скоростью развернулся, отражая удар Ади. Удар её красного светового меча. — О, да, ты, — с раздражением вспомнил Сидиус. — Единственный джедай, который использует красный световой меч. — Жаль, что ситхи вернулись. Мне нравился этот цвет, — сухо ответила Ади и перешла в наступление. — Тогда я вырву его вместе с твоим сердцем, — уверенно заявил Сидиус, отбиваясь одной рукой в агрессивном стиле Шем, в то время как Ситхское Пламя нависало над ними, как огромное горящее головоногое чудовище, отмахиваясь своими холодными щупальцами от джедаев-мастеров по всей комнате. Особенно сосредоточившись на Мунди и Луминаре, эти два мастера-джедая использовали Силу, чтобы сдерживать Ситхскую магию. Ади не смогла скрыть удивления, когда Сидиус перешёл в наступление. Не потому что каждый его удар был столь же быстрым и мощным, как молнии, которыми он владел, а потому что он делал это, одновременно вытянув свободную руку в сторону и отправив молнию Силы через весь провал — прямо в Луминару. Джедай с зелёной кожей поморщилась, когда ей и её защитникам пришлось отпрыгнуть от атаки. Мейс Винду, перепрыгнув холодную огненную конечность, мрачно понял, что замысел противника становится очевиден. Ситхское Пламя было не оружием, а отвлечением — способом не дать им сосредоточиться на газовом устройстве и не позволить его содержимому распространиться по комнате, в то время как сам лорд ситхов заставлял тех, кто уже удерживал устройство, тратить всё внимание на выживание. Однако они не собирались позволить событиям идти так, как хотел Палп… нет, как хотел Сидиус. Йода использовал взрывной толчок Силы, чтобы безопасно проскочить сквозь языки пламени, появившись над головой Сидиуса. В тот же момент Луминара спрыгнула вниз, на обломки внизу, используя их как опору, чтобы под другим углом рвануть к Сидиусу, извиваясь и уклоняясь от Ситхской магии. Сидиус усмехнулся, толчком Силы отправив Ади назад скользящим ударом — настолько мощным, что она на мгновение потеряла равновесие и оказалась отброшенной прямо в пламя, которое её тут же сковало и поглотило. Лорд ситхов отразил стремительную и агрессивную атаку мириаланки световым мечом, а другой рукой направил волну молний Силы в сторону Великого магистра. Йода нахмурился, протянув руку и заставив молнии Силы сжаться и нейтрализоваться в своей ладони — техникой ту’таминиса. Однако Великий магистр понял, что просчитался. Хотя он сумел подавить атаку, её инерция всё равно отбросила его в воздухе назад. Сосредоточившись, он притянул кусок металла и заставил его зависнуть под ногами, используя его как опору. Ади же приходилось тяжело: пламя накрыло её и прижало к обломкам. Оно не жгло — нет. Это было похоже на утопление… в вакууме. В этом смысле пламя всё же оставалось пламенем, выжигая кислород и не оставляя возможности дышать. Если точнее, оно будто выжигало даже тот воздух, что ещё оставался внутри её тела. Она не могла двигаться, не могла собрать Силу, не могла... Ади Галлия резко вдохнула, когда пламя было отсечено ударом Силы Мейса Винду. Он на мгновение посмотрел на неё, и она коротко кивнула, давая понять, что всё ещё может сражаться. После этого он вновь рванул вперёд. Сидиус уже вытащил второй световой меч, отбиваясь от Луминары, к которой присоединились змееподобный Оппо Ранцизис и человек Джекрам Вораме. Даже в бою трое против одного Сидиус демонстрировал такую скорость и мастерство, что ни один клинок не оставлял на его одежде даже следа. Ади сжала губы, и её световой меч снова вернулся ей в руку, готовый вновь вступить в бой... Сидиус усмехнулся, почувствовав, что джедаи активировали один из ЕГО световых мечей. Мейс Винду резко остановился, когда за его спиной прогремел взрыв. Ади Галлия была покрыта ожогами и задыхалась в беззвучном крике боли, прижимая к себе свою руку: её кисть была полностью оторвана, остался лишь обугленный и кровоточащий обрубок, а правая сторона тела была покрыта множественными, пусть и менее серьёзными, травмами. Сидиус воспользовался этим шансом, отрубив Вораме руку и ногу, а затем пронзив грудь Луминары. Он отскочил в сторону, как раз в тот момент, когда Ранцизис чуть не разрубил его пополам. Он усмехнулся, почувствовав, как кто-то, Сейси Тин, пытается проломить пол, на который он приземлится. Достойная попытка, но рогатый джедай стиснул зубы, обнаружив противодействующую Силу, удерживающую пол на месте. Сидиус рванул вперёд, позволив полу обрушиться позади него, и набросился на ничего не подозревающего Мастера Ордена, всё ещё смотрящего на раненую Ади Галлию. Или, по крайней мере, вроде как не подозревающего. Сидиус ожидал, что Винду отразит его атаку. Но он не ожидал, что световой меч будет прикрыт Силой, которая вырвала и сорвала металл с пола, направив осколки прямо в его голову. Он вынужден был признать: это было умно со стороны джедая. Тем не менее, противник ещё не был полностью побеждён. Защищаясь Силой от осколков, он разорвал с Винду дистанцию и, используя рывок Силы ногами, буквально взмыл в воздух, приземлившись на низко расположенную сломанную турбину, одновременно выпустив молнию в сторону Винду. Удар был отражён, но с осторожностью, чтобы не задеть союзников. Сидиус продолжал наступление, прыгнув прямо в массу голубых языков пламени. — У меня плохое предчувствие, — заметил Квай-Гон, когда щупальца пламени ушли внутрь, оставив Сидиуса в какой-то куполообразной форме в центре. — Тогда давайте это исправим, — сказал Тин, подняв руку. Сила усилила его врождённую телепатию, и он направил большой обломок корабля прямо в голубой огонь. Он отскочил от барьера, но часть пламени явно исчезла и больше не восстанавливалась, купол слегка уменьшился. — Он не сможет так защищаться долго! — воскликнул Кот, осознав происходящее. Сидиус на мгновение скривился, пока джедаи начали метать предметы и использовать Силу против пламени. Верно, это была неэффективная защита. Эти языки огня не предназначались для такого применения: вмешательство снаружи разрушало магию, поддерживающую их. Но пока они держались, он был почти неуязвим для этих простых атак… Его глаза расширились, когда он поднял взгляд и приготовился к атаке, но было слишком поздно — Йода рванул сверху вниз, высвобождая мощную, непрерывную волну Силы. Грандмастер приземлился прямо на Силу, давящую на пламя Сидиуса, разрывая его слишком быстро. Низкий джедай стоял на своей собственной энергии, опуская световой меч вниз в пламя, всё сильнее разрушая его. Было мгновение, когда Йода уже был на полпути к Сидиусу, и их взгляды встретились. Лорд ситхов вдруг понял, что делал грандмастер всю эту битву, почему пожилой джедай держался в стороне и не проявлял всей силы до этого момента: он изучал его, наблюдал за стилем боя и планирования. Жаба незаметно применял боевую медитацию уже половину этого боя. Похоже, недооценивать старых «глупцов» становилось у него дурной привычкой. Он и так знал, что грандмастера нельзя списывать со счетов, но не ожидал подобного. Впрочем, стоило бы ожидать. Йода был почти ровесником самих Руусанских реформ. За столь долгую жизнь, за весь накопленный опыт он наверняка научился просчитывать противника на уровне отдельных действий и решений. Если он не проявит осторожность, Йода может переиграть его прямо посреди сражения. «Похоже, вы были правы, Мастер. Я слишком наслаждаюсь своими мелкими победами», — с лёгким вздохом признал Сидиус, после чего оскалился и резко вскинул руки, словно пытаясь разорвать сам воздух. Все взгляды устремились вверх, к баллону с газом. Точнее, к потолку, к которому он был прикреплён. Металл начал скручиваться и содрогаться, ломаясь и разрываясь, пока огромный кусок конструкции не был вырван. Мунди стиснул зубы, но в итоге был вынужден отпустить щит, чтобы вместе с остальными увернуться от падающих обломков. Йода оглянулся через плечо, а Сидиус приготовился нанести удар, прожечь грандмастера в тот же миг, как только тот попытается оттолкнуть обломки. Сидиус поднял бровь, когда Йода не сделал ни малейшего движения. Грандмастер дождался последнего возможного момента, прежде чем отскочить от Сидиуса и вместо этого направил падающий кусок потолка прямо на окружённого пламенем ситха. Сидиус хмыкнул, отступая на другую сторону огненного барьера, а обломок, пробиваясь сквозь пламя, уничтожил как минимум половину оставшегося синего огня. Ситхская магия издавала странный звук, будто умирающее существо. Не говоря уже о продолжающем просачиваться в помещение газе. — Zûtarwasi ir ri mudasoki iw surubtini! — произнёс Сидиус, и оставшееся пламя вспыхнуло ярко, прежде чем рассеяться мощным взрывом Силы Тьмы. Все джедаи напряглись, готовясь к удару. Сидиус воспользовался моментом, нырнув в дыру, подальше от того, что наполняло воздух. — Депа, Бемик, Садетт! Выведите раненых отсюда! — срочно крикнул Мейс Винду. Если они хотели спасти хоть кого-то, нужно действовать немедленно. Трое устремились к своим раненым товарищам, в то время как остальные восемь мастеров-джедаев последовали за ним в погоню за Сидиусом. Ученик Плэгаса ухмыльнулся в победе, нащупав кнопку, спрятанную на поясе его одеяния. Глаза Иита Кота расширились: он почувствовал, что что-то идёт не так. — Нет, подождите, нам нужно верну… — он не успел договорить, как Сидиус мгновенно выскочил обратно вверх, ускользнув от всех и застигнув Кота врасплох силовым толчком в лицо, мощностью, словно протонная торпеда. Все джедаи были готовы действовать мгновенно, но их планы нарушил уже частично закрывающийся провал: жидкий металл стремительно стекал по щели, словно заполняя дыру сам собой. Ранцизис и Мунди успели спрыгнуть внутрь до того, как проход окончательно закрылся — отчасти благодаря тому, что Йода на мгновение сдержал это вещество. Но остальные не успели последовать за ними, прежде чем дыра полностью запечаталась. Винду нахмурился и запрыгнул на верхушку обломков корабля. В этом веществе не было ни слабости, ни «точки разлома», которую он мог бы увидеть. Для проверки он вонзил в него свой аметистовый световой меч. Его глаза расширились: вместо того чтобы расплавиться, материал начал обтекать клинок, пытаясь расшириться «вокруг» него. Он резко выдернул оружие, поняв, что пробиться они не смогут. Он мрачно окинул взглядом пятерых мастеров, оставшихся с ним, и все они осознали, в какой тёмной ситуации оказались. Они угодили прямо в ловушку. И теперь половина из них вместе с ранеными осталась один на один против Сидиуса.