Неукротимый ритм

Он игнорировал невыносимое жжение в груди ради того, чтобы удрать от бегущего за ним Такера. Если попадётся, то для Марша и вправду всё закончится плохо. Пока он хватал ртом побольше воздуха, уже успел представить, как будет корячиться с гипсом на руке или даже на ноге; как будет терпеть тянущуюся боль в животе и в спине; и как будет пытаться неуклюже заклеивать пластырями пол лица и намазывать мазь на огромные кровоточащие ссадины. — Ёбанный индюк! — от безысходности крикнул Стэн, лишь бы как-нибудь усмирить Такера, но навряд ли его оскорбления сейчас играли роль, — Ладно-ладно! Сейчас куплю тебе сигарет, только отъебись уже! — Мне твой хлебальник нужен для моего кулака! — выкрикивал тот в ответ. Марш истерично забежал в первый попавшийся переулок и выругался трёхэтажным матом, когда увидел перед собой стену. — Хочу сдохнуть… — согнулся брюнет, чтобы успеть восстановить немного сил. — Попалась, сучка. — Такер, — Марш попятился назад, — Факер, — приготовился уворачиваться, — Да твою ж… Дай передохнуть. Крэйг опустил голову, помотав ею, и что-то невнятно с ухмылкой пробубнил, но затем резко поддался вперёд, и Стэн в самую последнюю секунду проскользнул, как мог. Он только обрадовался своему везению, но длинная цепкая рука успела схватить за капюшон, грубо оттаскивая назад. Стэн валится на асфальт, попутно отбивая от себя руку Крэйга, однако в ответ рефлекторно попадает кулаком прямо тому в подбородок. Ой. — Теперь мне точно конец… Крэйг прикусил язык, морщась и сплёвывая кровавую слюну. Он в мгновение ока хватает Марша за шкирку и аж приподнимает вверх, припечатывая к стене. — На этот раз ты не встанешь, — заносит руку, но получает пинок в грудь. Схватка продолжалась, не имея определённого времени. И когда Стэн чувствовал, что вот-вот его же дрожащие ноги теперь не могут держать, вцепился в Такера, падая с ним на бок. В глазах засверкало от жгучего удара по скуле, хотя Такер и сам отхватил немало. — Мудак! — Стэн настолько разозлился, из-за чего ему казалось, что открылось второе дыхание. Крэйг наваливается всем весом, перехватывая тонкие руки в воздухе и оставшейся силой прижимая их к асфальту. Стэн рыпается, ногами пытается задеть все больные точки на теле другого, но и тот вовремя сообразил, вдавив коленом бедро так, что крепкая мышца заныла. — Ну что, обсос, силы кончились? — Крэйг устало улыбается. Издевается одним лишь взглядом. — Н-гг… П-пошёл ты… — Стэн показывает средний палец и продолжает пытаться освободить руки, — О-отпусти, тва-арь… — Размечтался. От безразличного отказа Марш выпал из реальности, а долбанный ингалятор вовремя дал о себе знать. — И…Ингалятор… — кряхтел он, пересекаясь с растерянными синими глазами над. Тогда Такер испугался, отступил. — Блять, где… Какой, к чёрту… — Карман… Куртка… Крэйг бросился нервно лазить в чужих глубоких карманах, доставая нужную вещь. Стэн обхватывает чужие ладони, прижимаясь губами к краешку трубки и успев нажать на кнопку. Другой вздрагивает от столь странных прикосновений к своей коже и совсем теряется, когда Марш не собирался отпускать его руку. Ему казалось, что будто Стэн в чём-то очень нуждался сейчас. Его пальцы на удивление такие же прохладные, но весьма мягкие и гладкие. Они невольно скользили по тыльной стороне кулака, и Такер вновь дёрнулся на месте от своеобразных, но не неприятных касаний. Несколько секунд Стэн приходит в себя и после начинает ненавидеть своё бессилие. — Меня заебала эта штука… Мягко отпихивает от себя Крэйга, облокачиваясь спиной о стену. Хотелось ныть от негодования, но Марш слишком горд, чтобы давать слабину перед кем-то. Он лениво поджал к себе колени и уткнулся в них лицом. — Сигареты есть? — глухо спрашивает Стэн. — Есть, — неожиданно для того отвечает Крэйг, поджигая одну, — Но не получишь. — А чего тогда у меня просил? — беспристрастно улыбнулся Стэн уголком губ. — Не хотел лишний раз свои тратить, — признаётся тот, проявляя жадность, — И вообще, чё с тобой проис… Обоих отвлекает гудок на телефоне Крэйга, и он достаточно быстро отвечает на звонок. Стэн даже не старался угадать, кто это мог быть. — Да, милый? — помялся на месте, — Хорошо, скоро приду, — закончил разговор и глянул на ещё никакущего Марша, — Ладно, я пошёл. — Ага. Не заставляй своего Твика ждать, — Стэн неуклюже поднялся, отряхиваясь. — До дома доплетёшься? — вдруг интересуется Такер, заставив обратить на себя чужое внимание. — Мне не нужная твоя забота, — перед тем в какой раз красовался средний палец, — У тебя поважнее дела с твоим дружком-геем. — С чего ты взял? — Крэйг выгнул одну бровь. — Только не притворяйся сейчас тупым. Ты сам сказал, что у вас всё сложно. Да пошли вы все! Сладкие парочки, блять. Этот эмоциональный бзик Стэна загнали Крэйга в затруднительное положение. И только чисто случайно он смог уловить в ярких небесных глазах нескрываемое чувство тоски и отвращения. Марш казался распиздяем на всю голову, но параллельно смог запомнить каждый диалог. И Крэйгу это почему-то стало нравиться.

***

От усталости и поднявшейся духоты в комнате брюнет делает последний толчок внутрь и вымотанным валится на блондина. Они в глухой тишине переводили сбившиеся дыхание, а капли пота, катившиеся с шеи и вплоть до спины, неприятно щекотали кожу. Такер ощущал, как простыня пропиталась их собственным потом и вознёй. По привычке тянется за поцелуем, но губы Твика ускользают от него. Ускользают холодно и бесчувственно. — Я в душ. Родители скоро придут, так что… Сам знаешь, — бросает Твик, собираясь скрыться в ванной. Крэйг в замешательстве, Крэйга поглощает обида и подталкивает на агрессию. Да, он сказанул Маршу, что у него в личной жизни не всё ярко, но даже сам не ожидал ТАКОГО от своего возлюбленного. Раньше они ссорились, много ссорились, но быстро находили общую нить, и весь конфликт сводился к горячим прикосновениям и пониманию. А сейчас Твик, сделав некое одолжение, отвернулся. Его предупреждение о скором приходе родителей подтолкнуло брюнета на мысль о том, что тот напрямую не желал дальше разделять с ним своё время. — Подожди!.. Крэйг, как маленький ребёнок, побегает к Твику, с детским взглядом непонимания заглядывая прямиком в душу. Наивно ждёт реакции, лишь сильнее злит. — Ну, отпусти! Мы грязные, — тот вырывается, — В чём дело? — Ты ещё обижен? — спрашивает Такер, прикусывая свою губу. — А ты думал мы всё решили? Нет конечно! Нет! Ведь снова случайный секс ничего не решает! Случайный, значит… — Так какого хуя ты позвонил мне?! А? — Крэйг не выдержал, — К чему это всё тогда? М?! — Ты сам захотел трахаться! У тебя ещё претензии ко мне?! — Твик не собирался позволять на себя давить. — Ах это я, значит, «захотел»? А то, что ты сам раздвинул свои ноги без каких-либо колебаний, тебя вообще не волнует? В комнате раздался смачный звук пощёчины. — Вали уже! Задрал! И не подходи ко мне! — распсиховавшийся Твик захлопнул дверь в душевую. Ещё ужаснее себя Крэйг никогда не чувствовал. Он, словно статуя, стоял молча, прежде чем треснул кулаком по стене, пропуская боль в и так красных костяшках. Такую ненужность по отношению к себе он не мог терпеть, не мог держать свой невозмутимый образ и не мог принять тот факт, что от него так просто смогли отвернуться. — Сука! Небрежно надев свою помятую одежду, Такер грубыми шагами покинул чужой дом. В следующий же день почти вся школа узнала об их расставании. — Пацаны, тут о таком говорят! Пацаны, пацаны, вы просто должны э-т-о знать! — Эрик как обычно со свежими новостями, которые могли быть вообще выдуманными, — Говорят, что эти два педика расстались! Кайл вопросительно поднимает зелёные глаза. — Кто? — Твик с Крэйгом. Кто ещё-то! — Картман с фиолетовым синяком под глазом без стеснения издевательски смеётся. — Тебе мало, что ты и так фингал заработал? — спрашивает Кенни, параллельно ловля взглядом Такера на всякий случай. — Так, молчать. В тот раз и ситуация была другой, — пухлая личность сразу отстала и вскоре замолкла. Стэн лишь что-то хмыкнул и задумчиво нахмурился. Он отвлёкся от реальности, но Брофловски нетерпеливо пихнул его в бок. — Эй, ну ты играешь или что?! Нас сейчас тут размажут! — Кайл снова сосредоточился на игре, в которой они играли совместно. — А, да, да. Синие радужки изучающе смотрели на компанию из четырёх друзей, чуть больше выделяя в ней тихого Стэна, но который заметно чувствовал себя на одной волне с ними. Но только он единственный, с кем Такер вдруг почувствовал себя понятым. Он лучше бы снова вступил с ним в драку, а затем покурил в каком-нибудь чёртовом переулке, нежели испытывал сейчас гадкое ощущение провала в отношениях. — Чел, может, поговоришь с Твиком? — за целый день Клайд спрашивает уже третий раз, то и третий раз Такер даёт отрицательный ответ, — Да ладно тебе! Мы же все знаем, какие у него проблемы… Мало ли ему что-то ещё в голову пришло, либо его ненормальные предки снова затюкали. — Нет, — отрезает Крэйг, будто смотря в пустоту, но на самом деле глаза были устремлены лишь на одного человека, — Он просто не любил меня. На уроке они пересеклись взглядами. Оба не интересовались друг другом, не интересовались самочувствием друг друга после вчерашнего, которое одарило ещё одними заметными синяками. Кайл пыхтел, рассматривая побои на руках Стэна и сверкая ядовитыми взорами в сторону Такера. Маршу же в свою очередь равнодушно было на эти болезненные фиолетовые круги. Он не мог смириться только с одним… Что Крэйг сидел прямо за ним. Стэну, как параноику, мерещился его взгляд. Взгляд, который просверливал в спине дыру. — «Я слишком много накручиваю себе…» — он устало лёг на парту, незаметно достав телефон. Всё равно за широкой спиной, как Великая китайская стена, Картмана его почти не было видно. Включив камеру и направив на себя, чтобы рассмотреть не лучший вид на лице, Марш чуть отвёл телефон в сторону и вздрогнул, когда Крэйг внезапно облокотился правее, попадая в объектив. Телефон с характерным стуком упал на пол. Стэн хотел провалиться сквозь весь этот несправедливый мир, Кайл в недоумении мотал головой, Крэйг пускал тихие смешки, только провоцируя, а Клайд накрыл ладонью своё лицо. Злобные очи учительницы математики устремились на последние парты и обязательно сразу на ту выделяющуюся четвёрку. Стэну хотелось ныть. — Чей телефон на полу?! Стэнли Марш, твой?! — Нет, это Фа...Такера, — неожиданно выдаёт обладатель имени, рискуя всем. Парень почувствовал грубый удар чужой ноги по своему стулу, но специально проигнорировал. — Снова ничего делать не хочешь?! — учительница поверила клевете, — К доске иди. — Но это не мой! — Крэйг начал сопротивляться. — Сейчас два получишь! Быстрее. Класс не заставляй ждать! Брюнет ещё раз врезал по стулу Стэна, намекая, что тот не уйдёт нетронутым. Марш сразу же поднял руку, отпрашиваясь в туалет. — Это прямо срочно необходимо, Марш? — женщина начинала выходить из себя. — Дело срочной важности. — Быстрее. Стэн остановился в дверях, из-за плеча глянув, как Такер чуть ли не вминал бедный мел в доску, с угрожающим видом и безумием не сводя с того глаз. Не медля, юноша поспешил удалиться. Крэйг делал всё возможное и невозможное с этими непонятными цифрами, в конце концов решив их, даже не особо думая. Только одну дробь посчитал наоборот, но в итоге был наконец освобождён, мысленно послав учительницу на все четыре стороны вместе со своим излюбленным жестом. — Можно выйти? — без колебаний спрашивает он. — А ты куда?! — В туалет. Дело срочной важности. Крэйг нагло вышел по собственному желанию, не дожидаясь точного согласия. — Но это же… Телефон Стэна… — в недоумении проговорила Венди, уловив испуганный взгляд Кайла. Стэна охватила маленькая паника, когда услышал уж больно знакомые шаги, приближающиеся к определённой двери на третьем этаже. Прям как знал, что ли. Дверь распахивается, ударяясь ручкой об стену, и Такер, уже не спеша, тихо идёт вдоль каждой кабинки, иногда наклоняясь, чтобы увидеть запомнившийся цвет обуви. — Я знаю, что ты тут, мудак. Выходи. Кулак бьётся в третью кабинку, и Стэн дёргается, сидя на бачке унитаза, чтобы тот не смог увидеть его ноги. Но продолжает молча слушать и наблюдать. Такер ухмыляется. Такера забавляют подобные игры. Такер не мог отрицать, что ему это нравилось. Голубоглазый не понимает, почему за стеной раздались странные шуршания и возня, но когда устремляет взор вверх, то взвизгивает, увидев целенаправленно лезущего в его кабинку Крэйга. Одна длинная нога уже свисала на чужой стороне. — Твою мать! — Стэн подскакивает, открывая замок. Нужно со всех ног успеть добежать до класса. Но Марш не искал лёгких путей, поскольку ушёл в самый дальний туалет, а класс математики находился в другой части здания. Спотыкается, бьётся коленом о керамический пол, но гордо терпит. Останавливается буквально в трёх шагах от спасительной двери, когда его за шкирку потянула назад чужая рука, затаскивая обратно и припечатывая лицом к стене. — Я не умру в туалете! — Марш отбивается, безуспешно пытается и наивно надеется. Большая ладонь закрывает ему рот, а руки перехватывают за спиной, не давая двинуться. Ощущает горячее дыхание Крэйга рядом с затылком. Кажется, он начинает сходить с ума. — Сволочь ты, Марш. Зачем ты так сделал? — запыхавшись, спрашивает Крэйг, не давая тому шевельнуться ни на сантиметр. Стэн напрягается от колена, упершиеся ему в зад, возможно, в силу их роста. Выглядело безобразно и многозначно, из-за чего он снова начал брыкаться. — Мн-ф! С-сука! — Марш укусил его за ладонь от безысходности, но подборок с силой сжимают длинные пальцы. — Ух! Да что ж ты такой неугомонный, — сердился Крэйг, — Спрашиваю ещё раз. Почему ты так сделал? — Захотел, — признаётся Стэн, думая, что ответ вполне устроит. — И всё? Хочешь уйти отсюда побитым? Или… Что-нибудь другое с тобой сделать? Стэна заметно затрясло от гадких словечек. — Ебаный ты гей. Я не Твик тебе! — шипит он, вертя головой, лишь бы не ощущать, как Крэйг дышал ему почти в ухо. — Мы расстались. — нехотя отвечает тот, ослабив хватку. — Знаю. А какая разница? Я — не он. Не гей я! Такер вскидывает брови, резко повернув Стэна к зеркалу. — И поэтому ты снова делаешь такое лицо? Марша вжимают в раковину, сильнее приблизив к зеркалу. Ладонь Крэйга скользнула ниже, слегка обхватив шею, но оставляя голову Стэна в том же положении. — Что с лицом, Марш? А? — прижимается носом к виску, — Нравится? — Ни хера не нравится! Сукин сын, извращенец! Он вздрагивает под напором мурашек и соприкосновения спины к крепкой груди. Казалось, что волоски на затылке встали дыбом, а тело пробил электрический разряд. Мотает головой, лишь бы не видеть себя в отражении. — Ты так ущемился, потому что Венди отшила? И выбрала какого-то жирдяя? — Крэйг попал в точку. По больному. — Закрой рот. Уж лучше подумай, почему тебя Твик кинул. Ему твой член не понравился? Стэн понял, насколько легко можно было вывести Крэйга из себя, и пожалел о сказанном, когда тот сильнее надавил коленом. — А тебе, смотрю, любой понравится. — Не в этой жизни, ублюдок, — плюёт Стэн на отражение брюнета в зеркале. — Тц, как же ты бесишь. Такер брезгливо отстраняется, отходя к приоткрытому окну и нервно закуривая сигарету. Марш благодарит небеса за спасение и умывается холодной водой, приводя красноватое лицо в прежний бледный цвет. Он косо глянул на задумчивого Крэйга, даже немного печального, и сел на подоконник, тоже делая привычную затяжку невкусного дыма. Оба молчат. Они друг другу уже достаточно сказали, чтобы вывести наружу свои скрытые проблемы. Проблемы любви? Слишком банально. — Мы оба решили, что так будет правильно, — продолжил Крэйг, и первому не надо было спрашивать, о чём сейчас он говорил, — Всё было слишком сложно. — Сложно да сложно. Почему? — Я сам не знаю. Крэйг присел на другой конец пыльного подоконника, не обращая внимания, как тот тихо хрустнул под общим весом. — Он… Ничего не чувствовал к тебе? — наугад спросил Марш, решив проверить себя на верный ответ. — Может и так, — пожал плечами тот, — Я сам так и не понял. Нам обоим нравилось всё. Эти сраные поцелуи, секс и прочая дичь. Но я могу ошибаться. Может мне одному это и нравилось. Впервые Стэн увидел, насколько открытым мог быть «мистер каменное лицо». Стало непривычно, словно перед ним сидел другой человек. Но не Стэну ли загоняться по этому поводу, если напротив он видел почти копию себя? Так иронично, что смешно. — Любовь сама по себе штука дерьмовая, Такер. Она нелогичная и жрёт вообще все нервы. — Если ты так говоришь, то почему удивляешься, что Тестабургер выбрала не тебя? Чёртов Крэйг. Он, видимо, обладал умением задеть личное не только физической силой. — Уже сам не знаю, — пустым тоном ответил Стэн, пытаясь скрыть своё признание проигрыша, — Получается, мы с тобой лохи. — Типа того. Чтобы не мучиться от неловкости рядом с ним, Стэн поспешил надеть наушники, включая первую попавшуюся песню. Он старался смотреть в окно и одновременно понять, почему с него до сих пор не сводят глаз. — Что слушаешь? — вдруг спросил синеглазый, придвинувшись. — Музыку. — отрезает тот. Когда Стэн успел осознать, Крэйг уже украл один провод от наушников, находясь на опасном расстоянии между ними, беспристрастно приложив один к уху, вслушиваясь в слова песни. — Arctic Monkeys? Недурно, — хвалит он, теперь сидя плечом к плечу. Каждая строчка песни несла определённый смысл. Парни вливались в ритм, совсем позабыв об уроке и не собираясь возвращаться назад. Не хотелось прерывать столь спокойный и даже приятный момент. Сигареты, музыка, безответные чувства и пустой туалет — всё, что сейчас они имели. И об этом ни чуть не жалели больше. Приходило принятие и смирение. Начиналось новое и пока необъяснимое. Стэн не размышлял о том, почему решил осмелиться и осторожно посмотреть на лицо Крэйга. На его прикрытые глаза с чёрными ресницами и на довольно-таки выразительное умиротворённое лицо с слегка лохматыми бровями. Крэйг неожиданно поворачивает голову и делает так же в ответ. Удивлённая реакция Стэна рассмешила. — Ха-ха! Видел бы ты свою мину! — заглушая ладонью смех говорит Крэйг, так и не сводя взгляд. Пальцы вжимаются в край подоконника, а ноги поджимаются от возникшего тепла в груди. Стэн резко спрыгивает, отчего прослушивание песни обрывается. Изо всех оставшихся сил стараясь не смотреть на потерявшегося Такера от странного поведения того, Стэн раздражённо пробубнил фразу «пора на урок», поспешив скрыться за дверью. Он бесится от эмоциональных качелей и матерится себе под нос, пиная пластиковый валяющийся стаканчик. Марш окончательно теряется в самом себе и в том, что ему сейчас понравилась улыбка ненавистного Крэйга. Стэн считает это неправильным. И боится подпустить к себе это неправильное тепло.