Книжный опыт

- Как ты сюда пробрался? - зло шипит Кракен. Боннет в капитанской каюте “Мести” кажется ему призраком, плодом его воображения, очередной пьяной фантазией. Но видение не может пахнуть, не может излучать тепло от кожи. Не может быть таким манящим. - Я строил этот корабль и знаю его как пять пальцев. Я оставил пару потайных ходов на всякий случай, - улыбается Стид и делает шаг навстречу Эдварду. - Отойди, - испуганно отстраняется Тич. Что за хрень?! Он не должен бояться какого-то там Стида Боннета! Это он - Кракен, Черная Борода, гроза морей, легендарный морской разбойник! Это при виде ЕГО флага моряки всего Карибского бассейна дружно срутся в штаны! Он не должен пятиться от гребаного Стида Боннета в тень и дрожать всем телом, как трусливая псина! А Боннет смотрит, смотрит прямо внутрь Эда, глубоко и уверенно, как не осмеливался никогда раньше, и Кракен теряется. Куда делся старый Стид? Тот пижон в шелковых халатах с золотыми кудрями? Аристократ, который жеманно закатывал глаза, трепетал от рассказов Черной Бороды и кривился от вида крови? Перед ним стоит Стид в обычной белой рубашке, потрепанной от солнца и морской воды. В черных брюках, самых простых моряцких брюках, которые - Эд нервно сглатывает - подчеркивают стройные ноги лучше, чем все шелковые кюлоты секретного гардероба. Кракен тяжело дышит, загнанный в угол каюты. Между ним и Боннетом не меньше двух метров, но он будто уже чувствует его дыхание на своей шее, его запах на своей коже. Стид подходит все ближе, словно подкрадываясь к дикому зверю. С каждым его шагом внутри Эдварда плотным узлом перекручиваются и дерутся холодная дрожь обиды и горячая волна предательского возбуждения. Черная Борода отрубил бы себе руку за возможность просто и хладнокровно приблизиться к Стиду и убить его посреди каюты. Может, у него еще получится?  Кракен резким движением пытается схватиться за рукоятку ножа, и в следующий момент застывает, прижатый к стене гребаным Стидом Боннетом.  - Эд, - Боннет дышит ему на ухо, и Кракен понимает, что он пропал. Растворился внутри мягкого, чувствительного Эдварда Тича, расплавился под жаром едкого желания, растекшегося по венам. - Я люблю тебя, - шепчет на ухо пирату Стид, вжимаясь в него всем телом, и Эд не может ничего ответить. Он хотел бы сказать “Я тебя ненавижу”. Он хотел бы оттолкнуть Боннета и плюнуть ему прямо в лицо. Он хотел бы раздавить его сердце голыми руками. Но вместо этого Эд рычит и впивается в губы Стида, прерывисто дыша. Этот поцелуй совсем не похож на тот, что был на причале. Стид яростно отвечает, захватывая любимого жаркими, требовательными губами. Он напористо касается языком Эда, и тот протяжно стонет в мокрый, абсолютно не аристократический поцелуй. Тич лихорадочно проводит руками по прижатым к нему чужим бедрам, плечам, груди, словно не зная, за что ухватиться. Стид же напротив, медленно повторяет его движения и отстегивает многочисленные кожаные ремешки, так плавно и уверенно, будто раздевал Эдварда уже не один раз. Морской дьявол, что ты сделал с джентльменом-пиратом Стидом Боннетом? На пол падает кожаная куртка, Боннет хватается за черный крават на шее Эда и притягивает его еще ближе, прежде чем рывком стянуть полоску ткани. Сам Стид не торопится раздеваться и жадно целует Тича, прерываясь только на горячий шепот.  - Эдвард… я был идиотом, я так хочу тебя… Тич закрывает глаза и быстро дышит, подставляя под жадные поцелуи то плечи, то шею, то пальцы рук. Его спина уже мокро скользит по деревянной обивке каюты, но Боннет крепко прижимает пирата всем телом и не дает даже сдвинуться. Горячая рука Стида спускается по груди к животу. Эд снова чувствует, как все тело дрожит, но уже иначе. Он так часто представлял этот момент наедине со Стидом в своих мечтах, неужели сейчас он наконец почувствует его наяву… Стид расстегивает пояс Тича и запускает вниз руку, обхватывая возбужденный до боли член под кожаными штанами. - Эд, - низким голосом произносит Боннет, почти рыча. Его рука двигается медленно, заставляя Черного Бороду, прославленного разбойника морей, слабо скулить от восторга. Стид плавно проводит большим пальцем по головке, и Эд с резким выдохом отстраняется от него, чтобы не кончить в ту же минуту. - Я так долго не продержусь, - почти умоляюще шепчет Тич во влажные губы Боннета. - Хочу тебя внутри, сейчас, давай… Стид поднимает глаза, его взгляд совсем пьяный, рот приоткрыт, грудь под расстегнутой рубашкой тяжело вздымается. Боннет медлит только лишь секунду, а затем резко отрывает Эдварда за бедра от стены и вжимает в край стола напротив. Этот стол делали для него на заказ три месяца, но сейчас Стиду плевать. Он готов испачкать его чем угодно, готов безнадежно исцарапать и ободрать его, лишь бы на нем лежал Эд. Так, как сейчас. Узкие кожаные штаны легко стягиваются со смуглых ног, а вот рубашка Боннета предательски застревает на нем на несколько драгоценных секунд, поэтому Стид стягивает ее, чуть не разорвав. Эд проводит пальцами по обнаженной спине и рукам любимого, подносит его руку к собственному лицу, обводит языком пальцы Стида и запускает один из них в свой раскрасневшийся рот. Боннет глубоко дышит, наблюдая как Эд облизывает и посасывает его палец, и закидывает ногу Тича себе на талию. На секунду он закрывает глаза, уткнувшись в шею Эдварда, будто переводя дыхание. - Какой же ты... Эдвард, - приглушенно стонет Боннет от немыслимых поглаживающих движений языка. Наконец Стид вынимает палец из теплого влажного рта Тича, опускает руку ниже, между его бедер и поглаживает по сжатому колечку мышц, медленно вводя палец внутрь. Эд издает преступно жаркий стон, и Боннет сам закрывает в восторге глаза. Он мог бы отвлечься и поискать в каюте что-то, что облегчило бы им задачу, но прерваться даже на секунду не готов никто из них. Поэтому Стид добавляет на пальцы все больше и больше слюны, пока внизу не становится совсем мокро.  Боннет вводит внутрь второй и третий палец, делая движения более резкими и быстрыми, пока, наконец, не ускоряется настолько, что выбивает скользкой рукой из Тича одновременно жадный и жалобный стон. - Стид, твою мать, - издает Эд. - Трахни меня, блять, уже скорее. - Сейчас, сейчас, - шепчет Боннет, торопливо расстегивая свободной рукой кюлоты и вынимая давно уже стоящий член. Его влажные пальцы легко выскальзывают из Эда и проходят по стволу. Стид размазывает еще немного слюны, подтягивает Тича за бедра и подставляет дрожащую головку члена к растянутому входу.  Стид медленно входит, чувствуя сжавшиеся мышцы и останавливается, закрывая глаза и поглаживая Эдварда по бедру, животу. Он обхватывает его член, мягко и крепко проводит по нему, и Тич расслабляется, позволяя Боннету войти в него полностью.  - Как же хорошо… Как же в тебе хорошо, - жарко шепчет Стид и начинает двигаться. Эд вцепляется ногтями в край стола и подается вперед, со стоном насаживаясь на член. Боннет толкается преступно плавно и медленно, но этого хватает, чтобы грозный пират сладко постанывал, закатив глаза. - Стид, пожалуйста, глубже.., - наконец произносит Тич, и Боннет шумно выдыхает, резко входя в него. Эдвард протяжно кричит, забыв и забив на то, что его может услышать команда. Пусть знают. Пусть весь мир знает, как охуенно его трахает чертов гребаный Стид Боннет. В этот момент Боннет теряет контроль. Он обхватывает Эда за талию и врывается в него резкими толчками на всю длину члена.   - Эд… Блять, Эдвард, - сквозь зубы стонет Стид. Тич готов уже кончить без помощи рук, но джентльмен-пират не собирается давать ему такого шанса. Он крепко обхватывает его влажной от слюны рукой и надрачивает, подстраиваясь под свой темп. Эдвард запускает руки в светлые волосы Боннета и кончает в его руку, запрокинув в выдохе голову на бархатную обивку дорогого стола. Стид властно сжимает загривок Эда, вглядываясь в него бешеными глазами. Тич восхищенно смотрит на Боннета в полусознании, но готов поклясться, что никто еще не видел более грозного пирата, чем этот безумец. Стид кусает Эдварда в губы и вбивается последними толчками, кончая внутрь него с протяжным низким стоном. - Как ты? - спрашивает Боннет, наконец подняв голову. Он поднимается на руки и нависает над лежащим на столе Эдвардом, взволнованно рассматривая его. - Лучше, чем когда-либо в жизни, - искренне произносит Эд, глядя на нового Боннета. На лице Стида появляется счастливая улыбка. Он устало падает на стол рядом с Тичем и переводит дыхание.  - Я и не думал, что у тебя есть опыт… Ну, в этом всем. Откуда ты столько знаешь? - ревниво взглянул на Боннета Эдвард. - Откуда… Зря ты все-таки выбросил мои книги, - с улыбкой потянулся Стид и счастливо уткнулся носом в серые волосы Эда.