прежние чувства

      Вэй Ин устал бороться. Ванцзи этого не понимает.       Что бы он ни делал — звал по имени, касался плеча, брал за руку — ответ всегда был один. Поджатые губы, поворот головы, невидящий взгляд. Вэй Ин устал.       Устал стучаться в закрытые двери, выпрашивать внимание, которого, как он считал, был достоин.       «Посмотри, Лань Чжань, я так же силён, как и ты. Видишь, Лань Чжань, я тоже умён. Даже твой старший брат признал это, Лань Чжань ЛаньЧжаньЛаньЧжань»       У него было всё. Покровительство главы клана, забота шицзе, плечо брата. Дружба Нэ-сюна, восхищение А-Нина, уважение Вэнь Цин. Но он был жаден. И за жадность свою поплатился.       Вэй Ину казалось, что для полной гармонии нужно ещё совсем немного, самая малость. Хоть капля тепла во взгляде, едва заметный изгиб рта, маленький кивок в ответ.       Сначала было непонимание, раздражение, даже гнев. Но потом и они сменились безразличием. Холодным, скользким, вызывающим желание поёжиться       без-раз-ли-чи-ем.       Вэй Ин продержался удивительно долго. Ванцзи так привык не обращать внимания, что не успел заметить, как прекратились чужие попытки пробить его скорлупу, забраться под кожу. А когда заметил — было уже поздно.

***

      Он тяжело сглатывает. Из-за движения кадыка кожа шеи касается острого лезвия, приставленного к его горлу. Кожа лопается, вниз течёт, щекоча и словно издеваясь, тонкая струйка крови.       — Вэй Ин.       Человек, к которому он обращается, стоит напротив. И держит меч. За его плечом маячит улыбка Сюэ Яна, едва ли настолько же сумасшедшая, как его, Вэй Ина.       — Знаешь, что забавно, Лань Чжань? Даже сейчас я не могу понять, что ты чувствуешь, когда смотришь на меня. И чувствуешь ли вообще. Как же меня раздражает твоё лицо.       Ванцзи грустно усмехается. От такого проявления эмоций у Вэй Ина расширяются глаза.       — Я не сдамся.       Удивление на лице Вэй Ина вдруг сменяется весельем. Он громко, наигранно смеётся.       Ванцзи понимает, что скучает по старой улыбке Вэй Ина, полной искреннего света и, казалось, неиссякаемой любви к жизни. Новая, являющая миру тёмную сторону его души, пугает.       Неожиданно смех прекращается. Так же резко, как и начался. Вэй Ин смотрит на него с жестокостью во взгляде.       — Нет, Лань Чжань. Ты сдашься. Точно так же, как сдался я. И только потом я убью тебя. Я хочу видеть, как гаснет надежда в твоих глазах. — Ванцзи упрямо молчит. — Быть может, ты продержишься дольше меня. Великий Ханьгуан-цзюнь, второй господин клана Лань, гораздо лучше какого-то там Вэй Усяня. Но и ты не сможешь остановить меня. Потому что тебя гложет вина. Ты думаешь, что только ты виноват в случившемся. Какой эгоизм! Я скажу тебе: ты действительно виноват. Но это тебе никак не поможет.       Ванзци рассматривает лицо Вэй Ина. Растянутые в ухмылке губы, насмешливый наклон головы, ненавидящий взгляд.       Вэй Ин устал бороться, только не с Ванзци, а с тьмой внутри себя. Теперь Ванцзи понимает.