Больше жизни

Серый свет сочится сквозь высокие окна. Дождливые капли громко барабанили по стеклу. Комнаты Когтеврана небольшие, но уютные — как раз на троих. Луна уже проснулась и расчёсывала светлые пряди, тихо напевая незатейливую мелодию. Миранда ещё потягивалась, но её любопытный взгляд уже шарил по комнате в поисках чего-нибудь. Лейси стояла перед небольшим зеркалом, втиснутым в угол комнаты, и пыталась натянуть водолазку так, чтобы не задеть высоко собранный хвост. Ткань неприятно скользнула по лицу, и она мысленно выругалась. Чёрная, с высоким горлом — идеально, чтобы скрыть то, что Тео оставил на её шее вчера. Она уже успела рассмотреть в отражении багровые пятна чуть выше ключицы и на груди. «Вот же… Нотт, ты невыносим». Она поправила ворот, убедилась, что ничего не видно, и потянулась за мантией. — Палмер, ты что, заболела? Лейси замерла. В зеркале отразилась Миранда — растрёпанная, в синей пижаме с кроликами, но уже с тем огоньком в глазах, который не предвещал ничего хорошего. Она подошла ближе, бесцеремонно разглядывая подругу. — В Хогвартсе пока достаточно тепло. — Мне просто… холодно, — Лейси попыталась сделать голос безразличным и отвернулась, притворяясь, что ищет что-то в сумке. — Простыла, наверное. — Ты не умеешь врать. — Пресли, отстань, — Лейси отмахнулась. Цепкие пальцы когтевранки ухватились за край воротника и потянули вниз. Миранда ахнула, прикрывая рот ладонью. — Мерлин всемогущий! Палмер! Лейси закатила глаза и поправила воротник. Луна, сидевшая на своей кровати, на мгновение подняла взгляд, но тут же вернулась к расчёсыванию, словно ничего не произошло. — Это… аллергия, — буркнула Лейси, чувствуя, как щёки заливает краска. — На новые духи. — И с какого факультета твоя «аллергия»? — Миранда сложила руки на груди. — Подумать только, у Лейси Палмер появился парень! Ещё и такой страстный! В тихом омуте действительно что-то да водится… — Тише ты! — Лейси закрыла увела её подальше от двери. — Да, есть. И я не хочу, чтобы об этом знала вся школа. Пожалуйста, Миранда… Миранда сменила тон на заговорщицкий. Она придвинулась ближе и зашептала, но достаточно громко, чтобы Луна тоже слышала: — Так кто он? Как зовут? С какого курса? Высокий? Давно вы вообще вместе? Выкладывай! Лейси вздохнула, понимая, что отвертеться не получится. Нужно было придумать правдоподобную ложь, чтобы Миранда успокоилась и перестала копать. — Он… не с нашего факультета, — начала она осторожно, подбирая слова. — Мы пока не афишируем, потому что… всё сложно. Мы просто хотим побыть вдвоём, без чужих глаз. Миранда понимающе закивала, но её глаза всё ещё горели любопытством. — Ой, Палмер, ты меня убиваешь! Хоть имя скажи! Или факультет. Гриффиндор? Пуффендуй? Не Слизерин же? — Она скривилась. — Не люблю их. Наглые, высокомерные змеи, прямо как их символ. Ещё и бывшие пожиратели. Лейси внутренне сжалась. Она ненавидела это предвзятое отношение. У многих ребят не было выбора, они не могли не принять чёрную метку. Обычно Палмер бы вступила в спор, но сейчас это могло вызвать подозрения, так что она натянула на лицо беззаботную улыбку. — Не Слизерин, — немного помедлив, добавила, — Гриффиндор. С пуффендуйцами Лейси не общается, было бы странно назвать его. — Гриффиндор?! — Миранда чуть не подпрыгнула. — Серьёзно? Кто? Не Уизли, нет? Он, конечно, рыжий… не мой типаж, но о вкусах не спорят… — Нет, не Уизли, — быстро перебила Лейси. — Миранда, пожалуйста, давай я сама расскажу, когда буду готова. Обещаю. А сейчас… просто дай мне немного времени. Миранда надула губы, но под умоляющим взглядом Лейси смягчилась. — Ладно. Но учти, я всё равно узнаю. Я всегда всё узнаю. — Она пригрозила пальцем и, уже поворачиваясь к своей кровати, добавила: — И передай своему гриффиндорцу, что если он тебя обидит, будет отвечать передо мной. Лейси не могла доверить Миранде ни один из своих секретов, да и подругами они не были, но эта шуточная угроза заставила улыбнуться. Когда Мира скрылась в ванной, Лейси выдохнула и встретилась взглядом с Луной. Та смотрела на неё своими светлыми, немного отсутствующими глазами и спокойно произнесла: — Тайны до добра не доводят. Лейси не нашлась, что ответить и просто кивнула.

***

Высокие стеллажи библиотеки тонули в полумраке. Запах старой бумаги, пыли и воска витал в воздухе. Студенты разных курсов сидели за длинными столами. Кто-то пришёл позубрить, кто-то лихорадочно писал эссе, кто-то спал на раскрытом фолианте. Лейси выбрала стол в дальнем углу, подальше от прохода, чтобы спокойно поработать над заданием по Трансфигурации. Перед ней лежало несколько раскрытых книг, пергаменты с черновиками, перо и чернильница. Рядом сидела Полумна Лавгуд, углубившись в какой-то потрёпанный журнал, и время от времени тихо хмыкала. Напротив же — Миранда Пресли. Она скучающе уложила голову на стол и вырисовывала какие-то узоры на краях своего листа. Всё шло хорошо. Обыденно. Как раньше. Из-за соседнего стеллажа показался Финниган. Вид у него был решительный и неуверенный одновременно — как у человека, который долго репетировал речь перед зеркалом, а теперь забыл первые строчки. Он мял в руках клочок пергамента, переминался с ноги на ногу и наконец, собравшись с духом, подошёл к столу Лейси. — Привет, — выпалил он чуть громче, чем позволяли библиотечные правила, и тут же съёжился под суровым взглядом мадам Пинс. — Э-э… можно присесть? Лейси подняла глаза и вежливо улыбнулась, указывая на соседний стул. Она знала, что этот разговор рано или поздно состоится. Мира выпрямилась на своём месте и взяла один из учебников. Имитировать занятость у неё выходило плохо — книга была перевёрнута. — Привет. Он сел напротив и положил свой пергамент на стол. Судя по всему, это был вовсе не учебный материал, а что-то вроде шпаргалки с заготовленными фразами. — Лейси, — начал он, пытаясь придать голосу непринуждённость, но получалось скорее взволнованно. — Я хотел ещё раз поблагодарить. За помощь с трансфигурацией. Ты тогда меня здорово выручила. Я даже получил «отлично». — Не за что, — ответила она, подмечая, как Миранда покосилась на него: она всё внимательно слушала. — Я тут подумал… — Симус прочистил горло и бросил быстрый взгляд в шпаргалку. — Может, сходим куда-нибудь? В «Сладкое королевство», например? На выходных? Или в «Три метлы»? Можем просто погулять или посидеть где-нибудь. Слышал, ты любишь такое. Я знаю одно место у озера, там сейчас очень красиво. Правда пока идёт дождь, но мне кажется он закончится к концу недели. Жёлтые листья, ветерок, горячий кофе — должно быть здорово! Я могу принести какую-то книжку, вместе почитаем, необязательно разговаривать… — Симус, — мягко перебила его Лейси. — Мне очень приятно, правда. Но… Учёба, подготовка к экзаменам, да и вообще… не думаю, что это хорошая идея. — Да ладно тебе! — он улыбнулся, но в глазах мелькнуло разочарование. — Всего один раз. Нельзя же вечно сидеть над учебниками. Ну пожалуйста, — он немного придвинулся к её лицу и прошептал. — Или у тебя кто-то есть? Скажи только кто, и я докажу, что лучше. — Всё не так, — твёрдо сказала она. — Просто сейчас не лучшее время. Извини. Повисла неловкая пауза. Симус кивнул, стараясь не показывать, как сильно расстроился. — Ладно. Понял. Но если вдруг передумаешь… я рядом. И если будет нужна помощь… тоже. Приходи. Буду только рад. Он встал, забрал свои вещи и побрёл обратно, опустив плечи. Миранда и Луна бросили на неё молчаливые взгляды, и Палмер знала, что вечером её ждёт допрос. Лейси почувствовала лёгкий укол совести — Симус был хорошим парнем, искренним, добрым, и он действительно ей нравился. Но не в том смысле, в каком ему хотелось бы. И, Мерлин свидетель, не в том смысле, в каком ей нравился Теодор Нотт. Лейси почувствовала его присутствие раньше, чем увидела. За дальним столом, у окна, сидел Тео. Перед ним лежала раскрытая книга, но взгляд его был прикован к ней и к тому месту, где только что стоял Симус. Челюсть сжата, глаза потемнели, а пальцы левой руки впивались в край столешницы — верный признак того, что его нервы на пределе. Сидящий рядом Блейз, казалось, не обращал никакого внимания на состояние друга. Палмер быстро отвела взгляд и заправила локон за ухо. Его взгляд горячий, почти осязаемый, словно выжигал в её плече дыру. Она знала, что сейчас он прокручивает в голове тысячу сценариев, как навалять Финнигану. И пяти минут не прошло, как Тео поднялся из-за стола. Миранда уже тихо дремала. Нотт прошёл мимо стеллажа, сделал вид, что ищет книгу, и «совершенно случайно» ударился бедром о стол Лейси. Один из её пергаментов полетел на пол и слизеринец нагнулся, чтобы поднять. Он молча сунул его ей в руки и пошёл дальше. Лейси опустила взгляд. Помимо её листа, Теодор передал записку. Когда его шаги стихли, она осторожно развернула клочок. Почерк неровный, будто писали второпях, поэтому Палмер разобрала с небольшими усилиями: «Астрономическая башня после отбоя. Ещё одна улыбка этому уроду, и я за себя не ручаюсь». Она прикусила губу, чтобы не рассмеяться, и быстро спрятала записку в карман. Луна, не отрываясь от «Придиры», тихо произнесла: — Обычно ревность пахнет сыростью. Или керосином. Передай ему. Лейси повернулась к подруге, но та уже перелистнула страницу, будто не сказала ничего особенного. — Обязательно передам, — пробормотала Лейси и вернулась к эссе, хотя мысли её уже были далеко.

***

До самого отбоя Палмер пряталась то в библиотеке, то в туалете плаксы Миртл. Она знала, что вернувшись в спальню, выйти без вопросов не сможет. И, честно говоря, не хотелось сейчас обсуждать Симуса. Ветер стих. Ясное небо усыпали звёзды. Воздух немного прохладный — идеальная осенняя ночь. Лейси поднималась по винтовой лестнице медленно, стараясь ступать бесшумно. На полпути она остановилась перевести дыхание и поправила съехавший с плеча ремень сумки, в которой позвякивал термос. Домовики на кухне уже привыкли к её ночным вылазкам и начали оставлять чайник горячим как раз к этому времени. Когда она наконец вышла на открытую площадку, то увидела его. Тео стоял у парапета, опираясь локтями о каменный край, и смотрел куда-то в темноту. Его мантия небрежно висела на перилах. Он был в одной рубашке и нервно стряхивал пепел в пустоту. Лейси тихо подошла сзади и, не говоря ни слова, осторожно вытащила сигарету из его пальцев. Тео вздрогнул, но мгновенно узнал её прикосновение. Напряжение немного отступило. — Ты обещал, — мягко напомнила она, магией избавляясь от окурка. — Это какая по счёту? Он достал из кармана брюк жестяную упаковку мятных леденцов и закинул один из них себе в рот. — За день? Третья, — признался он хрипловато, поворачиваясь к ней лицом. — И все три — после встречи в библиотеке. Ненавижу своё богатое воображение. Я успел представить всё: как вы сидите в «Сладком королевстве», как ты лежишь на его коленях и читаешь свои книжки, как ты смотришь на него, пока рассказываешь о том, как прошёл твой день, как вы встречаетесь после отбоя на астрономической башне или в тайной комнате, как ты смеёшься над его шутками… — Тео, — перебила она, кладя ладонь на его щёку, — я отказала ему. В который раз за две недели. Чего ты ещё хочешь? Он притянул её к себе и крепко поцеловал. Скорее напоминая себе, что она выбрала его, а не кого-то ещё. Его конфета оказалась у неё во рту. Лейси слегка покраснела. — Хочу, чтобы он перестал на тебя так смотреть, — пробормотал он, прикрывая глаза и прижимаясь своим лбом к её. — Чтобы он перестал подходить к тебе со своими убогими попытками пригласить куда-то. Я понимаю, что это невозможно. Ты… ты красивая, умная, интересная, весёлая и… — И твоя, — закончила она за него. — Полностью и бесповоротно. Так что прекрати изводить себя. Он выдохнул и открыл глаза. В лунном свете его черты казались особенно острыми, а тени под глазами — глубже, чем ей хотелось бы. Он почти не спал. — Я бы так хотел перестать скрываться. Показать всем, что ты занята. И что любую твою проблему решу я, а не какой-то жалкий гриффиндорец, — она поцеловала его в щёку, успокаивая. — Я принесла чай, — Лейси достала из сумки термос. — Иди сюда. Она уселась на каменный выступ у перил и похлопала по месту рядом с собой. Тео послушно опустился рядом, и она тут же придвинулась ближе. Их бёдра соприкоснулись, её голова легла ему на плечо, а его рука обвила её талию, притягивая ещё ближе. Несколько минут они просто сидели молча, глядя на звёзды. Лейси чувствовала, как постепенно замедляется его дыхание, как расслабляются мышцы под её пальцами. Она открутила крышку термоса, разлила чай. Они пили по очереди, передавая чашку друг другу. — Ты сегодня какой-то… взвинченный, — заметила Лейси, покосившись на него. — Что-то случилось? Тео хмыкнул, отводя взгляд. — Устал на тренировке. — Какая тренировка? — она нахмурилась. Он на секунду замер, потом повернулся к ней с лёгкой, почти смущённой улыбкой. — А, точно. Ты же не знаешь. Я… э-э… я теперь вроде как в сборной Слизерина по квиддичу. Лейси уставилась на него, не веря своим ушам. — Ты? В квиддич? Ты же никогда не играл. Даже на метлу почти не садился. — Все когда-то начинают, — он развёл руками. — Блейз и Малфой подбили. Сказали, мне нужно выпускать пар, а летать — это как курить, только здоровее. Я решил попробовать. Думал, не смогу, но… вроде даже не опозорился, — он улыбнулся. — Пару раз забил. — Вот это да! Теодор Нотт, который даже зрителем на матчи не ходил, внезапно забивает? — Лейси всё ещё пыталась осознать услышанное. — Эй! — он притворно возмутился, но в глазах заплясали смешинки. — Я просто не интересовался. А теперь интересуюсь. И вообще, — он поднял палец вверх, — можешь меня поздравить: я официально охотник. И у меня уже есть фанатка. — Фанатка? — Лейси изогнула бровь. — И кто же эта несчастная? — Ты, — он сказал это так просто и уверенно, что она на секунду потеряла дар речи. — Будешь сидеть на трибуне, болеть за меня. «Давай, Нотт, покажи им!» — Он изобразил женский голос. — А после матча я подойду к тебе за заслуженной наградой. — Я даже не знаю правил, — она скрестила руки на груди, пытаясь сохранить серьёзное выражение лица. — Там ничего сложного, я объясню, — он задумался на мгновение. — Или нет. Не объясню. Будешь просто смотреть на меня. Мне хватит. Лейси покачала головой, но улыбка уже пробилась сквозь напускную строгость. — Ты невозможен, Нотт. Сначала избегаешь меня, потом ревнуешь, потом тайком пробираешься в квиддичную сборную и заявляешь, что я твоя фанатка. Что дальше? Будешь летать с моим именем на мантии? — Хорошая идея, — он кивнул с серьёзным видом. — Попрошу себе вышивку. «Л.П.» прямо над сердцем. — Только попробуй, — она хотела стукнуть его по плечу, но он перехватил её руку и прижал к своей груди. — А то что? Смирись уже, тебе меня до конца жизни терпеть, — его взгляд посерьёзнел. — Пэнси знает. О нас. Подошла после матча, когда мы остались вдвоём, и спросила напрямую: «Ты помирился с Палмер?». Я не смог врать. — А она? — Закатила глаза и сказала: «Наконец-то. А то твоя кислая мина меня уже достала». Лейси тихо рассмеялась. Пэнси Паркинсон была искренней, хоть и резкой. И, кажется, одной из немногих, кто желал Тео добра, не осуждая его выбор. — Как прошло утро с твоей личной шпионкой? — Тео улыбнулся. Он немного оттянул кончик её воротника и оценивающе осмотрел пятна. Нотт удивлённо присвистнул, но они оба знали, что он ни о чём не сожалеет. — Она обратила внимание на водолазку. Сразу. Я сказала, что у меня аллергия на духи. — Аллергия? — Тео поперхнулся чаем. — Она что, совсем дура? — К сожалению нет. Поэтому я призналась, что у меня есть парень. С Гриффиндора. Теперь Мира пытается вычислить, кто. Перебирает всех знакомых. Сначала думала на Рона. Тео расхохотался, запрокинув голову. Лейси смотрела на него и чувствовала, как в груди разливается тепло. — Уизли? — переспросил он, всё ещё посмеиваясь. — Этот идиот? Она совсем тебя не знает. Лейси пожала плечами. — Пусть лучше думает, что это какой-то гриффиндорец, чем слизеринец, чей отец может проклясть её за длинный язык. Упоминание отца отрезвило мгновенно. Тео замолчал, его улыбка погасла, а взгляд стал отстранённым. Лейси тут же пожалела о своих словах, но было поздно. — Прости, — тихо сказала она. — Я не подумала. — Не за что извиняться, — он покачал головой. — Это правда. И ты права, что осторожничаешь. Просто… Он замолчал, подбирая слова. Лейси ждала. — Просто я так устал бояться, — выдохнул он наконец. — Устал оглядываться, устал думать о нём. Я хочу просто… быть с тобой. Без всего этого. Она взяла его за руку — холодную, с всё ещё заметной дрожью в пальцах — и крепко сжала. — Мы справимся, — сказала она убеждённо. — Мы уже справляемся. А когда приедет Амаранта, мы придумаем, что делать. Вместе. Ты и я. Тео слабо улыбнулся и потянулся к ней. Их губы встретились — мягко, почти невесомо. Лейси почувствовала, как его пальцы распустили хвост и запутались в волосах на затылке, как его другая рука легла на талию, притягивая её ближе. Когда они наконец отстранились, Палмер спросила: — Кстати, что это за конфеты? Ну… которую ты… дал мне. — Купил мятные леденцы в Хогсмиде. Не хочу, чтобы тебе было противно меня целовать, — он ухмыльнулся и попытался смутить её. — А что? Понравилось? Лейси поцеловала его в кончик носа. Этот жест — такой простой и такой интимный — сказал больше любых слов. — Ты стараешься, — отметила она. — Я ценю. Он вздохнул. — Плохо стараюсь. — Три за целый день. Я горжусь тобой. Он ничего не ответил, но его глаза потеплели. Тео медленно расчёсывал пальцами её локоны. Лейси чувствовала, как он смотрит на неё — с благодарностью, с нежностью, с той самой обречённой любовью, которую выдавал каждый его жест. Они просидели так ещё, наверное, полчаса, изредка обмениваясь тихими репликами и поцелуями. Когда они наконец спустились по лестнице, держась за руки до того самого момента, пока не пришлось разойтись в разные стороны, Тео вдруг остановил её у поворота. — Милая, — позвал он негромко. Она обернулась. — Спасибо тебе. За то, что не сдаёшься. — Я упрямая, Нотт. И я эгоистка. Не люблю делиться своим, — она улыбнулась и, прежде чем исчезнуть в темноте коридора, добавила: — И никакой Симус или Рон мне не нужен. У меня уже есть один ревнивый слизеринец. Она ушла, а он ещё несколько секунд стоял, глядя ей вслед, и чувствовал, как в его сердце преисполняется радостью.

***

В спальню Нотт практически ввалился. Счастливый до неприличия. Переодеваясь, он дважды уронил свой ремень, споткнулся о ножку кровати и со скрипом сдвинул стул. Блейз не выдержал: — Ты пьяный? Теодор только шире улыбнулся и прыгнул на край кровати друга. — Меня опьяняет любовь! Блейз только закатил глаза и спихнул его на пол. Тео сложил руки на матрасе и уложил на них голову. Видеть Нотта счастливым, как прежде, радовало друзей. Забини вздохнул. Все понимали, что это ненадолго. И все знали, что их история с Палмер не выйдет за пределы школьных стен. Только никто не решался произнести это вслух. Нотт всегда пользовался популярностью среди девчонок, особенно когтевранок: начитанный и симпатичный шутник, всегда готов помочь и пофлиртовать. Когда он впервые познакомил ребят с Палмер — своей тогда ещё подругой — Малфой поставил на то, что она ему не даст, Блейз считал, что к весне всё случится. Паркинсон просто фыркнула: «Иногда используйте ту голову, что на плечах. Нотт влюблён. Даже Поттер бы заметил». Забини сел на кровати. — Надо устроить вечеринку. По традиции. В честь нового учебного года, — мулат подмигнул. — Можешь и когтевранку свою позвать. Не думаю, что кто-то её помнит с прошлого раза — два года прошло. Кроме того, все набухались к её приходу. Улыбка Тео стала шире. — Когда? — Дай мне один день, и я всё организую. — Пить в начале недели, — Нотт покачал головой. — Мистер Забини, директор Макгонагалл исключит вас немедленно, если поймает. — Если поймает. Парни рассмеялись.