Умножай!

—Хан-а, ты в порядке? —Феликс обеспокоенно скребется в дверь ванной комнаты, пока за ней слышны тихие поскуливая вперемешку со всхлипываниями. Ликсу очень хочется сейчас хоть как-то помочь другу, но он понимает, что своим близким присутствием может вызвать у Джисона лишь сильный приступ тошноты и только поэтому медлит. Ну и отчасти потому, что Чанбин стоит рядом и всем своим видом показывает, что он этого не допустит. Со хоть и его альфа, но это не сделало его даже чуть терпимее. Он не выносит, когда рядом с Ликсом стоит даже самый слабый альфа. А Ликсу не нравится, когда его Бин злится, поэтому он старается с ними и не пересекаться, —Бинни, —Феликс оборачивается на альфу и тот коротко мычит, осторожно поглаживая по предплечью, пытаясь успокоить, —может, ему сделать чаю? Он такой слабый, мне страшно, —Чанбин смотрит на Ликса несколько секунд, коротко улыбается ему и треплет по голове. —Хорошо. Пока Чанбин хозяйничает на кухне, Ликс не отлипает от двери, боясь пропустить момент, если Хану вдруг станет хуже. Ли вдыхает носом удушливый морской аромат, перебиваемый чем-то резким, похожим на гарь и беспокоится только сильнее. Когда Чонин позвонил им, он был встревожен не меньше. Ян очень попросил Ликса приехать к Джисону, сказал, что ему нужно поговорить с Минхо-хеном, но тогда с Ханом должен кто-то быть, чтобы тот не сорвался к нему при первой же возможности. Хоть они и скрывали все тщательно, все прекрасно знали об их отношениях. Меньше всего их поддерживал Чанбин, но у него свои личные претензии к Ли Минхо, как к бывшему альфе Феликса. Хоть Ликс и уверял его, что их отношения продлились даже меньше недели, Со от этого лучше не стало. Он ко всем альфам относится с осторожностью, но Минхо иногда на дух не переносит. Говорит, что у доминантных альф всегда сложный характер. Феликс ему верит, поэтому старается общаться с Ли поменьше. Насколько это вообще возможно, учитывая, что они работают вместе. Дверь ванной открывается, и Феликс практически наваливается на выходящего оттуда Джисона. Тот еще бледнее, чем когда они увидели его в дверях, глаза впалые и какие-то стеклянные, а на лице проскальзывают очертания скул. Джисон очень сильно похудел, он выглядит измученным и изможденным. Ликс чувствует, как болезненно екает сердце при виде такого Хана. —Хан-а… —Простите, —слабо выдает он, держась одной рукой за дверь, другой за голову, —я просто… —Не извиняйся, —Ликс мягко подхватывает Джисона под руку и ведет к дивану, —просто сядь, тебе нельзя напрягаться, —Феликс садится рядом, оставляя свою ладонь лежать на колене Хана. Джисон прислоняется виском к спинке дивана и чуть прикрывает глаза. Он выглядит так, словно вот-вот уснет, —тошнит? —в ответ слабый кивок. —Держи, —Чанбин подает Джисону теплый некрепкий чай и садится рядом на кофейный столик. Джисон берет кружку из рук Со и делает несколько глотков, —лучше? —Немного, —со слабой улыбкой отвечает он, —спасибо. Они сидят в тишине еще какое-то время. Джисон периодически коротко поскуливает, но практически белое лицо постепенно приобретает розоватый оттенок и Ликса немного отпускает. Джисону и правда становится лучше, это хорошо. —Хан-а, —зовет он, —расскажешь, как это произошло? Джисон открывает воспаленные глаза и тяжело выдыхает, опуская взгляд на свой живот. Внутри все сжимается только от того, насколько Джисон сам еще не осознал ситуацию. —Пару месяцев назад, —начинает он и его голос чуть сипит. Бин предлагает чай, но Джисон отказывается, —все было нормально, ну, по-обычному нормально, мы сидели у Хо дома и смотрели кино. До его гона оставалось не так много времени, поэтому он хотел побыть вдвоем немного дольше, —Джисон делает паузу, тяжело сглатывая, —но он же доминантный альфа, у него нет четкого расписания. Хо говорил, что, возможно, через пару дней, потому что у него уже поднялась температура тела, —Хан вздрагивает, словно ему холодно, и Ликс накрывает его плечи рядом валяющимся серым пледом, —мы не делали ничего сверхъестественного, просто обнимались и целовались и…—вобрав в грудь побольше воздуха, Джисон продолжает, —его гон начался раньше. Намного раньше, чем он думал. В тот день. Я почувствовал, потому что мне вдруг стало не хватать воздуха и в висках дико давило. Так обычно бывает в первые минуты, я чувствую страх за себя, как за альфу, но…но его гон спровоцировал и мой гон тоже… —О боже, —выдыхает Ликс, зная, какими альфы бывают в период гона. А уж если двое альф с гоном находятся в одном помещении…Феликс бросает взгляд на Бина, и тот, словно почувствовав его беспокойство, ловит его взгляд и чуть наклоняет голову. Чанбин немногословен и сейчас он не может выпустить феромон, чтобы успокоить своего омегу, но он может дать понять, что он рядом и ничего плохого не случится. Так он и делает. —В общем, —продолжает Джисон, —после четырех дней… —Четырех?! —слишком резко выпаливает Ликс, замечая грустную улыбку Джисона и немного кривоватую Бина. Это…это что нормально, столько дней занимать непрерывным сексом? —Угу, четырех, —кивает Хан, —обычно бывает дольше, но на этот раз всего четыре, —Феликс шокировано хлопает глазами, на этот раз не открывая рот в громком возмущении. Хотя очень хочется, —мы разошлись и где-то…—Джисон задумывается, на секунду повисает тишина, —может, дней десять, я не уверен, но пускай будет столько. В общем, через десять дней я начал замечать, что со мной что-то не так. Мне было дико тяжело вставать по утрам, у меня ломило тело, и температура не спадала несколько дней. Я сходил в больницу и мне прописали таблетки. Сказали, что обычная лихорадка. Потом еда. Я стал меньше есть, а если ел столько сколько обычно, у меня кружилась голова и меня тошнило. Жар так и не пропал. Он и сейчас есть, —Джисон вытягивает руку и Ликс прикасается, пальцами чувствуя, как кожа Хана просто горит, —я сильно похудел, но меня это не особо волновало. Я думал, это побочный эффект от того, что мы занимались сексом в гон, —Хан косится на Бина, словно тот должен сказать, что он идиот, но Со партизански молчит, —стало не до шуток, когда меня начало уносить, стоило мне почувствовать на Хо запах омеги. Это было как помутнение рассудка, я так злился, что готов был задушить его голыми руками, —Джисон вздыхает, прикрывая лицо ладонями, —это было так тупо, мы каждый раз из-за этого сильно ссорились, хотя я понимал, что не имею права требовать от него что-либо, мы ведь не в отношениях, —убрав руки от лица и проморгавшись, чтобы ненароком не заплакать, Джисон продолжает, —Хо сказал, что мой запах изменился, что он стал другим, —пауза, —а я заметил, что от его запаха мне становится только хуже. Не как всегда, не в первые несколько минут, нет, стоило ему слегка выпустить феромон, как меня накрывал приступ тошноты. Это было странно. Мне было страшно, я испугался, —Феликс берет Джисона за руку и практически не дыша слушает, несильно стискивая его ладонь в своей, сдерживая себя, чтобы не перенервничать слишком сильно. Его собственный запах сможет нанести Хану вред гораздо сильнее, чем запах того же Минхо, —и последней каплей стала та ссора, когда я так сильно разозлился на него, что выгнал, —Джисон в ответ сжимает ладонь Ликса и прикрывает глаза. Ликс стирает покатившуюся соленую дорожку и осторожно треплет по плечу, —а потом плакал часа три, пока мне не стало настолько плохо, что я потерял сознание. Я все эти дни даже из дома не вылезал, думал, мне станет легче, если побуду один какое-то время, но…—Джисон всхлипывает и Ликсу ничего не остается, кроме как притянуть друга к себе и уложить на плечо. Он смотрит на Чанбина, но тот лишь коротко вздыхает, —но сегодня я проснулся от того, что мне будто кости ломают. Низ живота тянуло так сильно, словно из меня пытаются выдрать все внутренности, а температура была почти под сорок. Я спустился до ближайшей аптеки и вкратце рассказал свои симптомы. На меня посмотрели, как на придурка и дали тест на беременность, пожелав удачи, —Феликс обнимает Джисона, осторожно покачивая, пока тот содрогается от слез в его руках, —какой, к черту, удачи, если я гребаный беременный альфа?! Как это вообще возможно?! —Потому что ты слабый альфа. Оба—Ликс и Джисон—тут же направляют взор на Чанбина, молчавшего все это время. —Иногда такое случается, —пожимает он плечами, —твоя мать же доминантная омега, насколько я помню? —Джисон кивает, стирая слезы с щек и выпутываясь из рук Ликса, —хоть ты и альфа, в тебе также присутствуют и гормоны омеги из-за твоей матери. Вероятно, из-за этого, —Джисон смотрит на Чанбина так, словно он только что открыл ему глаза на мир. —Но я ведь альфа…—опустошенно произносит он. —Это, конечно, проблема, да, —Феликс несильно пихает Бина в колено и поворачивается Хану. —Отец ведь Минхо? Джисон вздрагивает, неохотно кивая. —Собираешься рассказать ему? —Ему это не надо, —сипит Хан, —это же Ли Минхо, он не любит быть обязанным кому-то. —Джисон, это его ребенок. —И что? Понимая, что разговор заходит в тупик, Феликс решает сменить тему. —Тогда тебе нельзя тут оставаться, —Джисон хмурится, не понимая что он несет, —не потому, что в любую секунду сюда может ворваться хен, а потому что ты в положении. Все, что ты рассказал, плохо будет влиять как на тебя, так и на ребенка, тебе нужно место, где вы оба будете в безопасности, где за вами смогут приглядывать. Джисон поджимает губы и опускает взгляд, словно раздумывая правильные ли вещи говорит Феликс и, если правильные, то куда именно он сможет сбежать, где будет в безопасности. В висках начинает пульсировать, а живот вновь тянуть. Он неосознанно прижимает ладонь к животу и рвано выдыхает, чувствуя невероятную боль в районе сердца и обиду на Минхо за то, что он, скорее всего, просто бросит его, когда узнает. И если вообще узнает… —Я могу пожить у Чонина с Чаном, —предлагает он, но Ликс корчит такую рожу, что Джисона пробивает на некоторое подобие смеха. Правда, он скорее отчаянный, чем веселый. —У них ведь Крис, —говорит Ли, переглядываясь с Чанбином. Тот кивает. Ему тоже эта идея не нравится. —Ну, —тянет Хан, —он хотя бы знает какого это, —Феликс кладет ладонь Джисону на плечо и вздыхает. —Не думаю, что это хорошая идея. Чонину было шестнадцать, когда он узнал, что беременный и он три раза пытался избавиться от ребенка, пока Чан не взял ситуацию в свои руки. Прости, Хан-а, навряд ли он сможет тебе хоть чем-то помочь. Джисон чувствует, как от слов Феликса по телу разливается жгучая боль. Он прав, хоть Ян и души в Крисе не чает и даже однажды побил Джисона за то, что тот забыл его кепку дома, Чонин, все же, это другой случай. Но тогда у него только один вариант. Он смотрит сначала на Ликса, потом на Бина и снова на Ликса. —Тогда… —Тебе нужно съездить к отцу, Хан-а. Джисон замирает, словно его только что огрели палкой по голове. Он тут же начинает яростно мотать головой, не даваясь, когда Ликс хотел взять его за руку. —Это вообще последнее место, куда бы я поехал, будь я даже на грани смерти! —выпаливает Хан, скидывая с себя плед. —Джисон… —Нет, Ликс, ты не понимаешь, после смерти мамы он и видеть меня не хочет, говорит, это я виноват, что ее здоровье так пошатнулось после моего рождения. —Он твой отец, Джисон…—пытается вразумить друга Ликс, —неужели он не будет рад, что у него будет внук или внучка? —Он сказал, что я ему больше не сын, если выйду за порог дома, —жестко отрезает Хан, —я не вернусь туда, где меня не ждут. —Но тогда… —Я могу поехать к родителям Минхо, —выдает он и тут же прикрывает рот, будто сказал то, что не должен был говорить. Феликс так и застывает с открытым ртом, а Бин выгибает бровь, показывая, что это высказывание заинтересовало даже его. —К…к родителям М-минхо? —решает уточнять Ликс и в шоке заглатывает побольше воздуха, стоило Джисону опустить голову и кивнуть, —почему к ним? —осторожно вопрошает Ли, пытаясь не давить. —Мы хорошо ладим, —тихо объясняет Хан, —Хо даже рассказал им про наши отношения, они постоянно зовут нас в гости на выходные, но мы редко появляемся там вдвоем. Они очень милые, —бубнит Джисон, но тут, видимо, вспомнив что-то, резко поднимает голову и счастливо, будто нашел решение, выпаливает, —к тому же его мама тоже была альфой! —Что? —шок на лицах Чанбина и Феликса нельзя было описать словами. Ликс промаргивается пару раз, надеясь, что все это только сон, и решает уточнить, —которая из? —Джихе, —отвечает Хан, —она родила Минхо будучи альфой, но после его рождения сделала операцию и ушла от его отца. Феликс смотрит на Чанбина и чувствует, как у него слабнут конечности. Со выглядит пораженным. Нехорошо пораженным. Что-то не так. Что-то заставило Чанбина всерьез заволноваться. —Это ведь…хорошая идея? —Джисон не понимает выражения лица Бина и его оно очень беспокоит. Он начинает сильно нервничать, а из-за этого у него начинает болеть голова и сохнуть горло, —Чанбин..? —Э, —выдает он, понемногу возвращаясь в свое привычное каменное состояние, —позволь кое-что уточнить, —он делает паузу, и эта пауза очень не нравится Джисону, —отец твоего ребенка, учитывая то, что ты альфа, доминантный альфа, рожденный от союза двух…альф? —Ну…да? —получается вопросительно, но это только потому, что у Джисона трясется даже голос от стресса. Еще с минуту Чанбин молчит. —Тогда ты в еще большей опасности, чем мы могли предполагать. —В каком смысле…? —Процент твоей смерти во время родов с двадцати поднялся до восьмидесяти процентов. Джисон чувствует, как падает, хотя уверен, что сидит на своем диване. Он слышит отдаленный голос Ликса и чувствует, как тот прикасается к нему, но все ощущения будто вдалеке. Словно это все происходит не с ним. Словно все это лишь жуткий кошмар, от которого он все никак не может проснуться.