Клинок, рассекающий овощи

На следующий день смена Гию была кошмарной. Проблемы посыпались одна за другой, словно его накануне прокляла Шинобу. Сломался кондиционер, в цеху воцарилась страшная духота, даже открытый служебный ход не помогал. Слетела вся система, накрылся интернет. Подрались курьерши. "Понабрали понаехавших джигиток, а мне потом разгребать! - негодовал Гию. - Тоже мне, горячая кровь, мне и горячего цеха достаточно за глаза и за уши!" От жары Муичиро упал в обморок, хорошо, что не разбил себе голову и ничего не сломал. Пришлось отправить его домой, благо, одна тучная монобровая курьерша была с машиной и вызвалась подвезти беднягу. Как оказалось, вовремя. Вскоре после этого к ним вломилась полиция, напугав гостей и сотрудников. Зеницу при виде женщин в форме впал в дикую истерику, что Танджиро пришлось долго его успокаивать. - Я так мало жил! Я не хочу умирать! Я не хочу садиться на бутылку! - голосил Зеницу на мойке, сидя на полу и заливая всё пространство соплями и слезами, пока Танджиро прижимал его к себе, поглаживая по спине и пытаясь успокоить. - Чего это он? - обеспокоенно спросила одна добродушного вида полицейская по имени Коюки. - Боится полиции, - отозвался Гию. Сам он тоже сильно нервничал, но виду, как обычно, не подавал. Коюки пожала плечами. - Ну и зря - ваша полиция вас бережёт! - отозвалась она. - А ему бесполезно это говорить, он даже мышей боится, - фыркнул Иноске, отчаянно храбрясь и старательно показывая, как ему всё равно на происходящее. То ли вопли Зеницу подействовали, то ли стражницы порядка ничего подозрительного не нашли, но вскоре полиция ушла, к великому облегчению всех рабочих. Зеницу никак не успокаивался, и его пришлось отпаивать валерьянкой, что всё равно не помогло, парень продолжал рыдать. В таком состоянии он больше не мог работать, и пришлось его тоже отвезти домой. Вместо него остался работать Танджиро - в этот день Зеницу должен был закрываться, но по понятным причинам уже не смог. "Хорошо, что Танджиро выносливый и отлично переносит очень высокие температуры и длинные смены! - умываясь холодной водой в туалете, подумал Гию, который, хоть и не показывал виду при коллегах, но тоже очень нервничал и ещё не до конца отошёл от такого визита. - Что они вообще здесь делали? Может, конкурентки натравили? Бардак, какой же бардак!" *** Наступили жаркие дни. Многие девушки в их мире ждали их с нетерпением, ведь это означало, что юноши облачатся в маечки, короткие шортики, юбочки и платья, радуя дам своим видом - ничего страшного, что повсюду высыхают цветы, главное, что рядом расцветают другие. Не оказались исключением и некоторые сотрудники пиццерии "Клинок". Муичиро пришёл в красивом бирюзовом платье с запахом, выше колен и без рукавов, идеально подходящим под цвет его глаз, и с рисунком в виде стелющегося тумана. - Красивое платье, - произнесла Канао, зайдя в персоналку. - Я бы тоже в такую жару надела платье, но девканы на районе не поймут, - сказала она, оглядев свой наряд. Она была одета в свободные малиновые брюки и лёгкую розовую рубашку. "Будут ржать и припоминать до конца дней. И так меня считают немного придурочной." Но больше всех поразил Иноске, который пришёл без футболки, в одних шортах. - Ты что, серьёзно шёл вот так по улице, с голым торсом? - в ужасе пролепетал Зеницу, хватаясь за голову и во все глаза таращась на приятеля. Сам он был одет в золотистого цвета платье с широкими рукавами и пышной юбкой, под которую, однако, надел шорты. - Ну да, а что такого? - отозвался Иноске, доставая из рюкзака рабочую одежду. - Эх, жаль нельзя так работать в цеху, там же такая жарень! Глаза Зеницу, казалось, вот-вот вылезут из орбит от таких речей. - Это же неприлично! Парень не должен ходить по городу без верха и демонстрировать голую грудь! Иноске смерил его скептическим взглядом, надевая рабочую футболку. - Что за бред? Мне жарко! Всё тело чешется от ткани! - И ничего не бред! - возразил Зеницу. - Мужское тело в нашем мире сексуализировано, подобные действия считают провокационными! Ты не на пляже! А если бы тебя утащили за гаражи и надругались какие-нибудь отбитые на голову женщины, особенно понаехавшие? Иноске задумался. - А я и думаю, чего это мне деды со скамеек кричат "проститут" да "потаскун"? - Действительно, с чего это? - с сарказмом изрёк Мурата. Зеницу вздохнул и прикрыл лицо ладонью. - Впредь так не ходи, если не хочешь нарваться на неприятности! - Поразительно, нимфоман даёт советы, как не привлекать внимание женщин! - присвистнул Мурата. Зеницу недовольно воззрился на него. - Таких женщин ему привлекать точно не стоит! Мурата язвительно ухмыльнулся, прислонившись к шкафчику. - И это говорит тот, кто был бы рад домогательствам! - Вот после таких придурков и говорят что-то про мужскую логику! - проворчал Генья, заходя в раздевалку. - Ёпт, как селёдки в бочке! - Иди в туалет переоденься, там народу нет! - посоветовал ему Мурата. - Там занято! Уже кто-то обосрался! Или обосралась... Дверь снова открылась, и в помещение просунула голову, как обычно, сердитая Аой. - Обосрался здесь только ты, ущемленец! - недовольно произнесла она. - Иди уже в туалет, свободно! *** Генья делал пиццу, когда к стеклу, отделяющему кухню от зала, подошёл какой-то молодой отец с ребёнком и уставился на измученного работой пиццедела. - Да-да, давай, показывай своему пиздюку его будущее место работы! - проскрипел зубами Генья, кинув свирепый взгляд на глядящих на него людей. - Какой же ты злой! - покачал головой Танджиро. - Естественно, я злой! - подтвердил Генья с перекошенным лицом. - Бесит, блин, когда стоят так и таращат на тебя свои моргала! Луп-луп, блять! Ладно ещё, когда мелочь смотрит, но когда взрослые пялятся, так уебать хочется! За столом заголовок Зеницу с грохотом кинул пачки сыра на стол и со страдальческим видом возвёл глаза к потолку. - Люди, я так больше не могу, зарубите меня клинком! - взвыл он. - Иди в пизду, я страдаю и ты страдай! - отозвался Генья. - Ведро крабов в действии! - покачал головой Танджиро. С упаковки донеслось песнопение. - Немного жаль, что пицца в зал на две минуты опоздала! Немного жаль, что заебало здесь всё меня! - затянула Канао. - Жиза ваще, - согласился Генья. - Заебало всё пиздец! - Если тебя достала кухня, пройди обучение на кассу, у нас как раз универсалов мало! - сердито сказала ему Аой, высунувшись с кассы, которая была отделена от зоны раскатки символическим стеклом. От упоминания о кассе Генья передёрнулся. - Ну нахер! - выпучил он глаза. - Лучше пиццы катать, чем иметь дело с неадекватными клиентками! - Клиентки - на трассе! - заявила Аой. - Слишком много чести называть их гостьями! - Слушайте, а чё Змей постоянно замотанный ходит? - вдруг подал голос недоумевающий Иноске, заметив упомянутого сотрудника в зале. - Так он, вроде, верующий... - начал было Танджиро, но был перебит Геньей. - Хуерующий! Ебанат он просто! Танджиро нахмурился. - Зачем же так грубо? Есть же религии, ужасные, конечно, где парни прячут лицо и показывают его только жене, ну, или в данном случае, девушке... - Ага, хорош верующий, что спит до брака! - Так она же его принудила... - Ага, принудила, нефиг было приглашать её к себе домой, смотреть на змея, раз такой верующий! - разразился гневной тирадой Генья, в неистовой ярости раскатывая тесто. - Никакой он не религиозный, а просто ёбнутый, взять хотя бы то, как он ненавидит всех парней вокруг! Такая мизандрия головного мозга, просто жуть! - Кстати, этим страдают многие верующие, - заметил Танджиро, - а у него как раз была жёсткая ортодоксальная семья. От семьи сбежал, а мусор из головы не выкинул... - Подлиза матриархата, вот кто он! - вынес вердикт Генья, кидая раскатанное тесто на экран для пиццы. - Причём, подлиза во всех смыслах, - добавил Иноске, ставя закуски в печь. - У змей же длинный язык и гибкое тело... - Ну и какой он после этого верующий? - презрительно скривился Генья. - Туарег, может быть? - предположил Танджиро. - Хуерег, блять! Надзиратель режима! С кассы тут же высунулась недовольная Аой. - Ущемленец, опять ты раскукарекался? Делать нечего? Иди да заготовь собрата своего! - Чё?! - возмущённо передёрнулся тот. - Клинок через плечо! Цыплёнка, говорю, сделай! В холодильнике последний лексан остался, а у вас на линии только половина! - У меня смена через три минуты кончается, задерживаться я не собираюсь, тут есть, кому делать! Немного погодя Зеницу и Иноске делали цыпленка. Зеницу нарезал его на доске, а Иноске прокручивал нарезанные куски в мясорубке. В какой-то момент они, увлечённые работой, стали весело кукарекать друг на друга на разные лады, периодически изображая взмахи крыльями и петушиную походку. Гию, который сегодня был утренним менеджером, обернулся на звуки и уставился на них осоловевшим взглядом. - Вы что это тут за петушарню устроили? - с ошарашенным видом спросил он. - Как верно подмечено, Томиока! - протянула пришедшая на смену Шинобу. - Да не стесняйтесь, мальчики, продолжайте свои петушиные игры! А может, это вы перед девочками выпендриваетесь? Это хорошо, ведь иначе вам бы пришлось утешать друг друга! Только вопрос: каково это - готовить своего собрата? - Кочо, это уже слишком... - подал голос хмурый Гию. Шинобу тут же обернулась к нему с привычной елейной улыбкой. - А что такое? На тебя никто не обращает внимания? Ты чувствуешь себя одиноким и несчастным, проливаешь слёзы в ванной? Изображаешь сильного и независимого парня, а по ночам плачешь в подушку и страдаешь, мечтая, чтобы тебя утешили и избавили от одиночества, подарив любовь и ласку. Я могу в этом помочь! - вкрадчиво произнесла она. - Ой, да ладно тебе, Танджиро, никакое это не домогательство, а констатация фактов! - отмахнулась она при виде подскочившего с недовольным видом парня. - Отнюдь нет, это харассмент в чистом виде! - серьёзно возразил Танджиро. Шинобу на это расплылась в ядовитой улыбке. "А этот парень с характером, молчать не будет! - с долей восхищения подумала она. - Выебет весь мозг, конечно, но, может, вместе с этим и другое! Он явно очень чувственный и темпераментный!" - Какой же ты умный мальчик, слова такие знаешь! - чуть склонив голову набок, произнесла Шинобу, и голос её в этот раз не был настолько обманчиво-сладким, как обычно - будто приторный, липкий мёд отмыли, явив миру закалённую булатную сталь. - И какая сильная мужская солидарность - далеко не каждый парень будет вступаться за другого, обычно же вы соперничаете. Умный и благородный юноша - это большая редкость. Обидно будет, если такой экземпляр достанется какой-нибудь засранке! Танджиро уловил что-то странное в её эмоциях. Она говорила искренне, но в то же время к её словам и чувствам примешивалось что-то ещё, распространясь по всему помещению и в конечном итоге останавливаясь на нём, и это юноше очень не нравилось, не внушая ничего хорошего. Зеницу и Иноске тоже почувствовали неладное и настороженно уставились на менеджерку. Та вдруг рассмеялась, заставив всех вздрогнуть и отшатнуться, выйдя из странного мимолётного оцепенения - будто насекомые смогли чудом не увязнуть в меду. - Да ладно вам, мальчики, что ж вы всё так близко к сердцу принимаете! Какие же вы чувствительные! - весело произнесла Шинобу, явно забавляясь настороженным видом парней. - Вот правду говорят, мужчины - хрупкие и нежные создания, психика у вас ранимая, вас нужно беречь от нервных потрясений и потому нельзя допускать к ответственности и власти! Ой, попроще мордашки сделайте, вообще будьте проще, иначе останетесь одни и будете утешать друг друга! Не зря же вы репетировали петушиные игры! Да ладно, я же шучу! Не смотри так, водоплавающее, иди уже домой! Скучные вы, мальчики, пойду я от вас к девочкам! С этими словами она с нарочито весёлым видом, напевая какую-то песенку про ночных мотыльков, ушла к находящимся у стола раскатки Канао и Аой. - И что это было? - вылупил глаза Иноске, недоумённо поглядывая на приятелей, явно надеясь получить от них ответ. - Наверно, у неё проблемы, - задумчиво произнес Танджиро. - Учёбу и работу сложно совмещать. "Неважно, что думают другие, я молчать и закрывать глаза на домогательства не буду, я не боюсь, - решительно думал Танджиро, с воинственным видом собирая коробки. - Тем более, мне есть, ради чего бороться. Приду домой и расскажу Незуко, как не надо клеить парней, и эта история будет тому примером!" *** В один день Зеницу и Танджиро работали в закрытие. Их довольно часто ставили в одну смену в таком составе, и всё бы ничего, вот только в этот раз вечерней менеджеркой была Мицури, и вместе с ней работал и её возлюбленный Обанай, тот самый страдающий внутренней мизандрией замотанец по прозвищу Змей. - Надо сделать все как можно быстрее и убираться отсюда, подальше от Змея! - обратился к другу Зеницу, протирая стол и при этом косясь в сторону находящегося на мойке Обаная. - Точно, от него несёт раздражением и напряжением! - согласился Танджиро, выкидывая грязную тряпку в мусорку. - Много вам ещё осталось? - подошла к ним Мицури. Танджиро задумался. Он очень устал за сегодняшнюю смену, физически и морально, что даже совершить такое действие, как ответить на вопрос, подобрав нужные слова, было непосильной задачей. - Там ещё осталось это... Ну это... - возвёл он глаза к потолку, пытаясь вспомнить нужное слово. - И ещё вон там... - указал в сторону стола раскатки Зеницу. - Вот это... Мицури умилительно улыбнулась, глядя на них сверху вниз, словно на глупеньких, но очаровательных детишек. - Вы разговариваете, как маленькие даунята! Стоило ей отойти обратно к компьютеру, юношей пробрало на смех. - Я только что вспомнил это слово. Стаканчики! - с улыбкой поведал Танджиро другу. - Да капец, совсем деградировали с этими пиццами и овощами! - вытер слёзы смеха Зеницу. - Ага, сами стали, как овощи! - Да не, ещё не всё потеряно. Мы же ещё можем сформулировать, что нам на обед пробить, а не показываем тупо на раскрытый рот! - Ну да, есть, куда стремиться! - с улыбкой согласился Танджиро. - Вот он - наш идеал! - А я давно говорю, что у нас тут филиал дурки! - важно заявил Зеницу, возведя вверх указательный палец. - Ага, всем поставить уколы! - кивнул Танджиро. - А что, Муичиро уже таблетками закидывается, осталось и нам всем ширнуться, вообще красота будет! - развёл руками Зеницу. - И все станем овощами! - Тогда останется нас всех нашинковать и пустить на пиццу, прекратив наши страдания, и тогда наше заведение будет "Клинок, рассекающий овощи"! - подытожил Зеницу. Когда Мицури подошла к ним в следующий раз, в цеху всё было чисто. Девушка была довольна результатом. - Всё, отлично, бегите скорее переодеваться, я вам сейчас такси вызову! Не теряя времени даром, парни поспешили в комнату для персонала и быстро переоделись. Через несколько минут к ним зашёл Обанай, зашипел на них что-то нечленораздельное и стал раздеваться. - Да уходим мы уже, - отозвался Зеницу, глядя на экран телефона. - Всё, такси приехало, Танджиро, пошли! Не желая больше находиться рядом с "ядовитым змеем" в одной комнате, юноши покинули помещение. - Мицури, там нюдсы! - с коварной улыбкой произнёс Зеницу, указывая на раздевалку. - Беги скорее в персоналку! - Мы вам мешать не будем! - неожиданно для самого себя, весело добавил Танджиро, и друзья, тихо посмеиваясь, пошли на выход, где их уже ждало такси. - А знаешь, - уже в машине сказал Зеницу, - она ведь побежала в раздевалку! Чуть ли не вприпрыжку! - Темпераментная дама, - протянул Танджиро. - Видимо, не зря её называют Столп Любви! - Похоже, они весь день терпели, не зря змей под конец всё шипел и шипел, небось, нижний змей, который в штанах, весь извёлся! Представляю, как она сейчас укрощает змея на столе! - гоготнул Зеницу, отчего Танджиро, а вместе с ним и водительница, поперхнулись воздухом. - Да ладно тебе, не смущайся, мы тут большие мальчики! - Не думаю, что тут уместно обсуждать такое... в подробностях... - выдавил Танджиро, покосившись на смуглую водительницу восточной наружности. Та сделала вид, что ничего не слышала - недаром она ни разу не получала жалоб от клиенток и клиентов... *** У Зеницу, помимо всех его странностей, была ещё одна особенность - почти каждый раз, когда его ставили на мойку, он пел песни, иногда забываясь и начиная голосить во всю громкость. Пел парень в основном песни о любви, и чаще всего безответной, коих он знал великое множество. - Ооооёооо, шире вселенной горе моё! - орал Зеницу на мойке. - Что на этот раз, припадочный? - покосился на него Генья, притащив на мойку пустой лексан из-под лука. - Да всё то же, зов плоти, - фыркнул Иноске, принеся доску и нож. - Природа зовёт! Генья от нахлынувшего на него раздражения чуть не свернул с полки посуду. - Охренеть горе - нет девушки! - возмущённо воскликнул он. - Ладно, если бы не было жилья, денег, работы, здоровья, конечностей, а все дорогие люди умерли - вот это да, действительно горе, а у него не горе, а фигня! - И ничего не фигня, ты не можешь оценить масштаб моих мук! - возразил Зеницу, яростно драя щёткой доску. - И хорошо, что не могу, я не озабоченный! - Придурки! - бросил Иноске, закидывая в раковину для грязной посуды крышки из-под лексанов. Тут же на мойке, привлеченная воплями, появилась Аой. - Может, не озабоченный, но явно мечтаешь о семье и детях! - заключила она резким тоном. - Только с тобой никто не хочет встречаться из-за твоего характера, вот ты и изображаешь сильного и независимого! - Сексистка! - бросил Генья и ушёл. Аой фыркнула. - Что и требовалось доказать. - Да он уже много раз доказал, что он придурок! - презрительно фыркнул Иноске. - Даже дикие кабаны умнее его! - Вот докажи это и заготовь ветчину, - сказала ему Аой. - А то как ущемляться, так он первый, а как сделать заготовки, чтобы потом не задерживаться и уйти пораньше, так он пас! Ох уж этот ущемленец! *** Танджиро отошёл попить воды к кулеру, который стоял возле скамейки с курьершами. - Эх, Танджиро, где же твоя королева? - произнёс курьер Урокодаки Саконджи. - Да я как-то не думал... - рассеянно отозвался Танджиро. С его жизнью, где все члены большой семьи погибли в автокатастрофе, устроенной неким "петухом за рулём, бабуином с гранатой", а Незуко чудом выжила и долго пролежала в коме, лишь недавно придя в себя, ему было совершенно не до мыслей о любви. - Может быть, ты? - спросил мужчина у шедшей мимо Канао Цуюри. - А? - растерянно хлопнула она глазами. Мужчина отмахнулся. - Да ну тебя, ты всего лишь кухарка! Вот если бы ты была хотя бы управляющей или директрисой, тогда другой разговор. "Это мне такой намёк, чтобы я строила карьеру и всеми силами добивалась повышения? - задумалась над его словами Канао. - Интересно..." В этот день вечерней менеджеркой была Шинобу. Она никак не припоминала Танджиро его слова и вообще была какой-то довольной и весёлой, даже не лезла к Гию и не донимала его словами. "Наверно, у неё разрешились проблемы в учёбе, - думал Танджиро, стоя на мойке, когда пиццерия закрылась, и из числа сотрудников остались только он, Канао и Шинобу. - Или она нашла кого-то. А может, всё вместе. В любом случае, это хорошо для всех! Осталось только всё намыть, и будет ещё лучше!" Закончив с мытьём посуды, юноша вышел с мойки и оглядел помещение - Шинобу с Канао поблизости не наблюдалось, как не наблюдалось и признаков того, что кто-то вообще начинал прибираться в цеху. Танджиро при виде неубранной крупки и грязи помрачнел. "Я полчаса стоял на мойке, за это время тут можно было всё намыть!" - с досадой подумал он и принялся быстро вытирать столы и все поверхности - очень сильно он хотел домой, к сестре. Тем более, он обещал ей вернуться пораньше и поиграть с ней в приставку! - Ить, ить! - вдруг услышал Танджиро позади себя. Он обернулся, оторвавшись от подметания пола, и застыл: через всю кухню, забравшись на стремянку, скакала Канао. Совершая движения телом, она таким образом заставляла двигаться и стремянку, всё это с придурковатой улыбкой и сопровождаемое возгласами "ить, ить". Танджиро ужаснулся. - Канао, осторожно, ты же упадешь! - обеспокоенно воскликнул он, вскинув руки. - И полечу, как бабочка! - с блаженным видом произнесла Канао. - Это не смешно, ты же можешь свернуть шею или остаться инвалидкой! - серьёзно сказал ей Танджиро. - Канао, радость моя, когда я сказала, чтобы ты брала стремянку и скакала на кухню, я имела в виду не это, - снисходительно улыбаясь, сказала Шинобу, заходя на кухню. При виде чистых столов она просияла. - О, Танджиро, ты уже справился с мойкой и намыл поверхности с экранами! Какой ты молодец! Иди переодевайся, я тебе такси вызову, остальное мы сами доделаем! "И чего это они? - с недоумением думал Танджиро в персоналке, стараясь как можно быстрее переодеться. - Впрочем, тут немного осталось, только полы подмести и намыть. Да и для меня это очень кстати - я же как раз хотел побыстрее попасть домой!" Вызвав Танджиро такси и дождавшись, когда он уедет, Шинобу с лукавым видом обернулась к Канао, сидевшей на стремянке. - А мы с тобой ещё потусуемся. Ведь утренняя смена у Томиоки, надо оставить ему парочку сюрпризов! - расплываясь в коварной улыбке, сказала Шинобу. - Только не перестарайся, чтобы нам не сняли баллы, а я хочу в этом месяце премию! - ответила ей Канао. Ещё два часа девушки веселились на кухне - скакали на стремянке, пинали скамейку, залезали в мусорные мешки и прыгали в них по залу, а заодно строили рожи проходящим мимо заведения гопницам, получив от них такие же в ответ. Одним словом - развлекались, как могли! Наутро Гию, приходивший всегда заранее, задолго до включения камер, и тщательно проверяющий помещение, обнаружил мусор и грязь. "Вот поэтому всегда надо приходить заранее, - с досадой думал Гию, намывая пол в зале, - напортачит Шинобу, а спросят с меня! А зная её характер, надо всё проверять по десять раз, чтобы не обнаружить ещё какие-нибудь сюрпризы, шишки за которые опять полетят в меня! Ох уж это мизандричное общество!" *** Как-то раз Танджиро и Зеницу возвращались поздно вечером домой. Было уже темно, и Танджиро запоздало подумал, что стоило задержаться до полуночи, чтобы им вызвали такси, но сегодня парни слишком вымотались и не могли находиться в цеху ни минутой больше. Парни, как обычно, проходили через двор, когда их внезапно окликнули гопницы с ближайшей скамейки, освещённой оранжевым светом фонаря. - Эу, пацанчики, что такие малыши делают одни на улице в такое время? - позвала их серебристая блондинка с семками в руках - как и её подруги, одетая в чёрный спортивный костюм и кепку. - Идите к нам, ёпт, пивка выпьем! - отсалютовала им банкой пива стриженная брюнетка, а третья маргиналка с отросшей чёлкой лишь бренькнула на гитаре. Танджиро напрягся. Интерес со стороны гопниц был очень нежелателен и явно не сулил ничего хорошего. - Спокойно, Танджиро, у меня есть план! - тихо сказал Зеницу другу. Прежде, чем Танджиро успел что-либо сказать, Зеницу кинулся в ноги к гопницам, прямо в рыжее пятно света перед скамейкой. - Милые дамы! - истошно заголосил он в челобитном поклоне. - Возьмите меня в мужья! В любовники, наложники! В туалетные рабы! Только подпустите к своему телу! - Что ты творишь?! - в ужасе прошептал Танджиро, во все глаза уставившись на голосящего друга. Маргиналки тоже были в шоке. - Чё блять? - чуть не подавилась семками блондинка. Стриженная брюнетка пролила на себя пиво из банки, а третья девица с длинной челкой чуть не порвала струну гитары. Зеницу не унимался. - Позвольте мне удовлетворить вас! - вопил он, в неистовом исступлении касаясь лбом земли. - Ой дурааак... - тихо простонал Танджиро. - Вот шлюхан! - фыркнула коротко стриженная брюнетка. Тут со скамейки поднялась серебристая блондинка, уткнув руки в боки, в огненном свете фонаря похожая на разозлённую потустороннюю сущность. - И тебе хватает наглости вот так предлагать себя нам всем троим? - гневно произнесла она, сверля парня разъярённым взглядом, словно преисполненная ярости демоница. - Да кем ты себя возомнил вообще?! Ты себя в зеркало видел? Уродец! Сопли и слюни подбери, потаскун! Похотливый проститут! Скольким ты себя ещё предложил? Всему району? - Небось, на его конце огромный букетище! - гоготнула брюнетка со стрижкой. - Да он явно больной, - подала голос девица с длинной челкой и с гитарой. - Нафиг такой нужен. Блондинка с омерзением скривилась. - Пошёл вон, уродец, и дружка своего со шрамом уродливым забирай! - в ярости выкрикнула она, швырнув на землю пустую бутылку, чуть не попав в Зеницу. - Даже твой приятель охуел от твоего шлюханства, во как зенки вылупил! Два раза повторять не пришлось, и парни побежали со всех ног, сверкая пятками, нырнув в спасительную арку. - Вот видишь, всё хорошо, я же говорил, у меня есть план! - довольно произнёс Зеницу, когда они оказались на безопасном расстоянии от гопниц. - Тебе повезло, - нервно отозвался Танджиро. - Ведь они могли и согласиться на твоё предложение! Тем более, что изначально они это и собирались с нами сделать...