Клинок, рассекающий овощи

Если раньше Незуко думала, как ей жить дальше, то теперь она думала, как глубоко она готова погрузиться во тьму. Ведь с того дня, полностью изменившего её жизнь, путь у неё был только один - прямиком во тьму, с бесстрашно распахнутыми глазами и без сожалений. В тот день было пасмурно, как и у неё на душе. Незуко брела по улицам, погруженная беспросветные, как небо над головой, думы. Она вышла из комы, и тот факт, что из всей семьи в живых остался только старший брат, а она пробыла несколько лет на грани, её ошеломил и выбил из колеи. Она никак не могла поверить, что находилась в коме, ведь всё это время она видела сон! Очень реалистичный, который приняла за попаданчество. Правда, сон был не самый приятный - он был о Тёмных временах, когда истинный порядок вещей был утрачен, мужской пол сеял по всей планете хаос и раздор, пользуясь полной безнаказанностью и проливая реки женской крови, а она сама, очевидно, впав в шок от такого поворота, что очнулась в далёком и жутком прошлом, да ещё стала сверхъестественным существом, немного повредилась в уме. "Родители рассказывали семейную легенду, - вспоминала Незуко, - что среди наших предков была демоница, ставшая человеком, и охотницы на демонов, в том числе охотницы-мужчины, что эти линии спустя несколько поколений пересеклись, и с тех пор первые два ребёнка в семье очень живучие и выносливые, а следующие, увы... Мама говорила, что ту демоницу тоже звали Незуко, может, я попала в прошлое? Ведь незадолго до аварии мама снова вспоминала ту легенду. Дурдом!" Чуть погодя в голове её прояснилось, и она не придумала ничего лучше, кроме как притвориться идиоткой и ни с кем не разговаривать, проявляя себя лишь в по-настоящему опасных ситуациях, благо, такое поведение все окружающие списывали на "особую связь с братом, они ведь родственники, чувствуют эмоции друг друга". Когда она в том сне проявляла себя, её переполняло особое ощущение силы и могущества. Отвешивая пинки врагам, она становилась действительно сверхсуществом, грозной демоницей - той, которой всегда мечтала быть. Жаль только, что в том сне брат так и не дал ей вкусить крови и стать ещё могущественнее! "Если бы я в том сне отведала человеческой крови, то я лично бы отлупила главного маскуля! А заодно и всех остальных для профилактики! И чего я этого не сделала? Ах да, тогда бы Танджиро убили его же собственные одноПОЛчане, ох уж эта мужская дружба, клубок змей! Братца там окружали дебилы, впрочем, что ещё взять со сборища маскулистов?" Теперь тот сон остался в прошлом, а Незуко досталось неприглядное настоящее и совсем неясное будущее. "Неужели мне придётся возвращаться в школу?" С такими мыслями она брела по району, сунув руки в карман куртки. В какой-то момент на глаза ей бросился рекламный баннер клиники, в которой она лежала, когда находилась в коме. "Странно, но та врачиня из сна с её ассистентом-любовником оказались настоящими и наблюдали за моим состоянием всё время комы! - подумала Незуко. - А я ведь их до этого не знала! Бывает же такое... Или же когда-то всё же видела? Или я всё же иногда выбиралась ненадолго из этого состояния и умудрялась как-то увидеть их, и это таким образом отпечаталось в моём сознании? Или же та врачиня как-то пыталась достучаться до меня? Ведь во сне именно она разработала лекарство, которое сделало меня человеком, и вскоре после его введения я проснулась! Но почему у меня такое чувство, что без этого я была близка к окончательному пробуждению тогда, когда была близка к тому, чтобы испить крови?" Многие лица уже забылись, как и детали сюжета, но ощущение не до конца раскрытого могущества и силы осталось и до сих пор беспокоило её душу. Словно она потеряла часть себя и никак не может найти, и пребывание в коме здесь ни при чём. Лишь лёгкий ветер ненавязчиво подталкивал в спину, будто побуждая свернуть в ближайший двор, пройти через арку, словно в другой мир. Незуко шла через двор, когда её окликнули какие-то девушки в спортивных костюмах, сидящие на скамейке, две брюнетки и одна серебристая блондинка. - Эу, слышь! Ты с какого района? - окликнула её блондинка. - Да с этого, я просто в коме лежала несколько лет, - отозвалась Незуко. - Ты чё, не помнишь её? - подала голос брюнетка с длинной челкой, обращаясь к подруге. - Это же та, которая отпинала ту чувырлу черножопую на прошлой неделе у овощного ларька! - Ёпт, респект и уважуха, сеструха! - восторженно провозгласила стриженная брюнетка, отсалютовав банкой пива. В памяти Незуко всплыл тот день, когда она решила выйти с Танджиро погулять и наткнулась на неадекватную приезжую женщину, которая решила прикопаться к ней и осмелилась приставать к её брату! Разумеется, девушка не стала терпеть такое хамство и как следует проучила нахалку! - Она сама виновата, - серьёзно произнесла Незуко. - Припёрлась хрен знает откуда, права качает, брата моего оскорбляет, вот и получила по заслугам! - Да вообще паскуда! - согласилась стриженная. - Братик - это святое, чёткие девканы всегда защищают братишек! - довольно произнесла блондинка, одобрительно кивая Незуко. Тема для разговора сразу нашлась - неугомонные и любимые братики, которые считают себя сильными и в то же время сами нуждаются в защите. Так Незуко нашла себе компанию. Их звали Даки, Сусамару и Накиме. Все были чёткими девканами с разбитыми судьбами. Даки в тринадцать лет чуть не стала жертвой сексуального насилия, после чего у неё начались проблемы с психикой и жизнь покатилась под откос. Настоящее имя Даки было Умэ, но она когда-то назвалась в соцсетях другим именем, желая хоть таким образом начать новую жизнь, и с тех пор спокойно отзывалась на Даки. Сусамару была спортсменкой, с детства посвятившей себя спорту, которой из-за некогда полученной травмы, подстроенной конкурентками, был закрыт путь в большой спорт. Накиме с ранних лет отдала себя музыке, но не смогла пробиться в музыкальную индустрию из-за закулисных интриг. Она говорила вообще редко, но по делу, и знала множество крутых мелодий, из которых предпочитала играть блатные. "Они самые душевные", как говорила сама Накиме, бренча на гитаре, вызывая восторг у Незуко. Все трое быстро взяли в оборот доверчивую и неопытную девушку, выпавшую из жизни на несколько лет в прямом смысле слова, и стали учить понятиям. Незуко, у которой до комы не было подруг, а после выхода из неё и подавно, эти дамы казались невероятно мудрыми, знающими жизнь и постигшими тайны мироздания. А ещё так круто, что тебя взяли в свою компанию женщины старше! - Чёткие девканы носят спортивные костюмы, - поучала Даки новоявленную гопницу. - Желательно тёмные цвета, лучше тёмно-синий или чёрный. - И причесон носят другой, - добавила Сусамару, закручивая длинные чёрные волосы Незуко в гульку. Накиме молча нахлобучила на голову новобранки кепку. - Чтобы не схватили в драке за волосы, - пояснила она. - Лучше, конечно, патлы укоротить, - сказала Сусамару. Незуко передёрнулась. - Только не чёлку-штрихкод! - выпучила она глаза. - Лады, не будем, - согласилась Даки, ненароком коснувшись своих зачёсанных назад и собранных на затылке длинных серебристых волос - когда-то она носила чёлку. - Сами же в итоге отрастили, - пробурчала она, глянув на Накиме и Сусамару - у первой чёлка отросла настолько, что закрывала глаза, а у второй она была нормальной длины и ни капли не напоминала штрихкод. Незуко быстро прониклась дворовой романтикой и освоила искусство гопничества. Помимо этого, ей ещё надавили на её обострённое чувство справедливости. - Ну вот и что бы ты дальше делала? - с умным видом говорила ей Даки, выдыхая сигаретный дым. - В школу вернулась? В вечернюю пошла? А дальше что? Не факт, что ты смогла бы поступить в шарагу или универ, а если бы и поступила, то не факт, что бесплатно. Твоему брату пришлось бы пахать ещё больше, чтобы оплачивать твоё обучение, и это помимо квартплаты и питания. - Сама бы ты работу и учебу одновременно не потянула - плавали, знаем, это реально тяжело, - подала голос Накиме. - В итоге твой брат бы потерял здоровье, а ты бы не факт, что смогла бы найти работу по специальности, - продолжала Даки. - Ну и смысл во всём этом? - Вот мы тут думаем о жизни, - вторила ей Сусамару с банкой пива в руке, - что да как, вертимся, а эти богачки просто живут на всём готовом и не парятся! Ничего из себя не представляют, ничего не знают, не умеют, зато ходят, блять, пальцы веером, смотрят на всех свысока, деньгами сорят направо и налево, и всё ноют, скучно им, видите ли, жить, тьфу! Незуко почувствовала, как начинает закипать, а руки её сами собой сжались в кулаки. - Тогда надо установить справедливость - уровнять всех, - решительно произнесла она, и в глазах её вспыхнуло яростное пламя. - Вот! - воскликнула Сусамару, указав пальцем в небо. - Мы этим и занимаемся! Устанавливаем социальное равенство! Всё равно у этих чувырл денег куры не клюют, всё не отожмем всё равно. - Но попытаться стоит, - серьёзно сказала Незуко. - Чувствую, нас ждут весёлые времена, - довольно улыбнулась Даки, открывая пачку семок. А ещё, помимо всего прочего, становление "чёткой девахой" дало Незуко ощущение, что она вернула утраченную часть себя - ту самую, будто демоническую, полную силы и могущества, и с каждой отжатой мобилой, деньгами и отвешенным пинком она чувствовала, что приближается к той себе, до которой она почти дотянулась в том сне. Так на районе среди девканов появилась новая гопница с погонялом "Коматозница" и вторым прозвищем "Демоница". И только Танджиро, который вкалывал целыми днями, был не в курсе, какую жизнь ведёт его успевшая резко повзрослеть младшая сестра... *** Как и все современные девушки, гопницы добавились к Незуко в подруги в сети, и при просмотре её страницы их ждал сюрприз. - Ёпт, это ж мы её братика чуть было не оприходовали... - чуть не поперхнулась воздухом Даки при виде фотографии, на которой красовались Незуко с Танджиро, и чуть не свалилась со скамейки, на которой обосновались все три девушки в ожидании новой подруги. - Вот не зря говорят, что по-настоящему хороших мальчиков бережёт Богиня и спасает от подобных ситуаций! - с умным видом изрекла Сусамару, отпивая из горла. Даки фыркнула и перешла на страницу Танджиро. - Ага, и в данном случае спасение пришло в виде его шлюханистого дружка! - заявила она, увидев среди его фотографий и фото Зеницу. - Неисповедимы пути Богини, - молвила Накиме, проведя рукой по струнам гитары. - Воистину, - с мрачным видом буркнула Даки, продолжая просмотр фотографий. Над скамейкой воцарилась тишина, непроницаемая, как матово-серое, почти белое небо над головой. Лишь толстые голуби вальяжно расхаживали вокруг скамейки и тихо курлыкали, будто посмеивались над гопницами. На миг Даки оторвалась от экрана и, недовольно глянув на голубей, громко топнула ногой, отчего те с возмущённым курлыканьем взлетели вверх сизым вихрем, взмывая всё выше и улетая подальше от скамейки. Птицы могут улететь от всего, но не люди. Вот только птицы осознать этого и оценить не могут, ведь разум и созидание свойственны только людям. Такие мысли промелькнули в головах девушек, и над скамейкой повисла тишина. Мучительная и душераздирающая, как и вся их жизнь, в один момент свернувшая не туда. Через некоторое время затянувшееся молчание нарушила Накиме. - Я только что поняла, что мне напоминает его кофта, - произнесла она, глянув на фото Танджиро. - И что? - спросила Даки, с подозрением прищурившись. - Коврик для ног. У меня в детстве в прихожей такой же был, именно такой расцветки, клетчатый, чёрно-зелёный. Даки прищурилась и внимательно присмотрелась к фотографии. - Не, ну у этого сшито точно не из коврика, - сказала она. - Да и ноги об него не вытрешь, судя по рассказам! - Естественно, всем известно, что наряды шьют в крайнем случае из занавесок, как в том романе! - заявила Сусамару. - Недаром он - классика мировой литературы! - кивнула Накиме, сразу поняв, о каком произведении идёт речь. Даки на это горько усмехнулась. - Вот мы книги читаем, классику знаем, но при этом считается днищем, с которым не о чем разговаривать, потому что у нас нет корочек, а эти богачки с бумажками, зуб даю, ни одной книжки за всю жизнь не прочитали! Ай, зуб! - схватилась она за щёку с перекошенным лицом. - Ты поаккуратнее с такими заявлениями, а то можно без зубов остаться! - с опаской покосилась на неё Сусамару. - Лечение зубов очень дорогое и не факт, что вылечат, - добавила Накиме. - Моей двоюродной сестре так убили два здоровых зуба. За бешеные деньги. - Небось, врачиха хотела, чтобы ей заплатили ещё больше! - злобно прошипела Даки. - Врач, - поправила её Накиме. - Это был мужчина. Даки и Сусамару с сочувствием посмотрели на подругу. - А, ну тогда всё ясно! - протянула Даки. - Богиня, зачем вообще пускать мужчин в медицину? - Только если в качестве особого мужского врача, но и то под вопросом... - криво ухмыльнулась Сусамару. - Небось, твоей сестре попался поехавший маскулист! Даки болезненно поморщилась. - Пусть лучше пацанчики на кухне работают, как братец Незуко, - процедила она. - И то, судя по её рассказам, они умудряются даже кухню превратить в притон! Взять тот же их тверк перед камерой, это уже вебкам какой-то! - Ну так, горячий цех же! - гоготнула Сусамару и чуть не подавилась семками, отчего Даки и Накиме пришлось постучать ей по спине и напугать любопытных воробьёв, тут же подхвативших упавшие семечки и улетевших подальше к ближайшей помойке. Когда Незуко спустилась, девушки сказали ей следующее: - Ты смотри, как бы тебе брата не испортили, - произнесла Сусамару. - А то, судя по рассказам, там сплошные шлюханы работают! - Не, вы что, Танджиро такого не допустит, - заверила их Незуко, сунув руки в карманы спортивной кофты, - он им, если что, все мозги выебет, если его вдруг захотят... выебать... - она передёрнулась от такой фигуры речи. - Да и народ там не такой, не конченные. Там только одна деваха над одним пацанчиком прикалывается. - Чё, типа пристаёт? - усмехнулась Даки. Незуко задумчиво возвела глаза к матово-белому небу. - Ну как пристаёт... - протянула она, подбирая слова. - Говорить-то вроде как что-то говорит, но не лапает! Но при этом рабочие считают, что она его домогается! Даки на это отмахнулась, скривив лицо. - Ой, да он сам виноват, небось, крутил перед ней жопой на корпоративе, а как протрезвел, так стал набивать себе цену и изображать недотрогу! - Такие подробности мне неизвестны... - Да зуб даю, так и было! Бля, зуб болит, а лечить денег нет! - Значит, надо у кого-нибудь их отжать, - констатировала Незуко. В этот момент Сусамару радостно подпрыгнула на скамейке с лихорадочно горящими глазами. - Смотрите, кажись, фраерша идёт! - указала она на проходящий неподалёку силуэт. - Причесон у неё нечёткий! - Да ваще, нормальные бабы такой не носят! - процедила Даки, потирая щёку. - И подвороты... - заметила Накиме. - Вот мы щас её за подвороты в подворотне и отпиздим, ибо нефиг! - горячо заявила Незуко, готовая вовсю проявить себя и свои новые умения. - Тем более, она сама туда идёт, - кивнула Накиме. - Ну и всё, харе пиздеть, погнали, ёпта! - спрыгнула со скамейки Даки, и вся компания с суровыми лицами направилась в сторону ничего не подозревающей фраерши. *** Поздним вечером Незуко сидела на кухне. Сегодня её компания нагопила большую сумму, налупив аж пятерых фраерш и одного гламурного дармоеда, и поделила её на пять частей - по одной на каждую плюс общак - в результате чего Незуко купила мяса, овощей, фруктов, хорошего чая и сладкого. "Не всё же Танджиро питаться лапшой, пусть что-нибудь нормальное поест. Лечить желудок и зубы потом выйдет дороже." - думала она, нарезая овощи для салата и поглядывая в духовку, где готовилась кабачковая запеканка. Дорезав овощи и закинув их в миску, она посмотрела в окно, на успевшее потемнеть небо. В доме напротив тоже было темно, горели лишь три окна, и оттого казалось, что, ещё немного, и тьма полностью поглотит мир, погрузив его в непроглядный мрак, такой же непроницаемый и беспросветный, каким видела Незуко будущее их маленькой семьи. Только она и брат - одни во всём мире, больше никого не осталось, и в такие моменты, когда тьма опускалась на город, а брат ещё пахал на работе, вынужденно оставляя сестру одну в квартире, Незуко ощущала присутствие и мощь тьмы особенно остро. Тьма, куда ушла вся их некогда большая семья - бабушка, папа, мама, младшие братья и младшая сестра - подбиралась совсем близко, но Незуко не боялась. Не ей, которая пошла по кривой дорожке, бояться вечности, которая теперь будет следовать за ней повсюду. "Это мне как напоминание о моём выборе, - думала Незуко, вглядываясь в кромешную тьму за окном, словно могла кого-то там увидеть. - А ещё... - прикоснулась она кончиками пальцев к стеклу. - Вдруг они сейчас смотрят оттуда, потому так странно темно? Хех, наверняка им грустно от того, что стало со мной и с Танджиро!" - подумала девушка, и сердце её в тот же миг отозвалось болью - невозможно смириться с тем, что ты очнулась, а семьи уже нет, и ты даже не смогла проводить их в последний путь. Одёрнув руку, словно от огня, она отвернулась от окна, посмотрела на плиту, поднялась из-за стола и выключила духовку. "Да, у нас типичная маргинальная семья - сестра гопница и брат - работник общепита! Я делаю подсечки фраершам и понаехавшим, а он рассекает овощи. Правда, сегодня овощи самой пришлось порассекать, но раз в вечность можно." Она перевела взгляд на окно, но темнота за стеклом уже изменилась, перестав быть такой густой, будто скрывающей в себе что-то, и позволив зажечься один за другим огням в домах напротив. Словно что-то, прячущееся в слоях тьмы, отступило, и позволило свету на время восторжествовать, разлившись островками мнимой победы в бесконечном пространстве необъятной черноты. "Лишь на время, - эхом отозвались мрачные мысли в голове Незуко. - Ушли. Кстати, о времени. Когда придёт Танджиро? Опять его держат в рабстве в этой пиццерии! Может, начать с неё дань собирать, чтобы было неповадно братика задерживать? Надо обсудить с девканами!" В половине одиннадцатого пришёл уставший Танджиро. Пусть он никогда не жаловался на усталость и всегда улыбался сестре, его состояние было видно и так, и нужно было быть совсем чёрствой особой, чтобы не понимать, как тяжело он работает. - Танджиро, привет! - обрадовалась его возвращению Незуко. - Мой скорее руки и ешь - в духовке запеканка ещё горячая, на столе салат! Чай заварен! Танджиро с подозрением посмотрел на продукты и нахмурился. Его давно посещали некоторые подозрения, и появившиеся в доме продукты и некоторые вещи лишь усилили их. - Незуко... - хмуро глядя на сестру, начал Танджиро. - Ты же ведь не брала деньги, которые я откладываю нам на жизнь. В вазе с павлинами сколько было, столько и осталось. Откуда тогда... - У меня свои накопления имеются, давно ещё, - отозвалась Незуко, решив сказать полуправду - ложь её брат сразу бы почувствовал, а с уклончивым ответом было сложнее. Ведь она и вправду до комы делала накопления, и отжатое она тоже складывает туда же, и поди догадайся, что именно она имеет в виду! Танджиро прищурился, подперев голову рукой, и пристально посмотрел на сестру. - Что-то ты недоговариваешь. - Всё в порядке, не накручивай себя, - заверила его Незуко. - Ты и так очень много работаешь и совсем не отдыхаешь! Тебе надо хорошо питаться и больше спать! Танджиро болезненно вздохнул и потёр лоб. На душе было очень тяжело, чувство вины раздирало юношу изнутри. "Не углядел, - мелькали мысли в темноволосой голове. - Не уследил. Не объяснил. Это всё моя вина!" - Незуко, я просто хочу, чтобы ты хорошо устроилась в жизни, я беспокоюсь о твоём будущем! - обратился он к сестре. - Я не хочу, чтобы ты во что-то ввязывалась! - Танджиро, всё хорошо, - с улыбкой заверила его Незуко. - Я уже не маленькая девочка и могу сама о себе позаботиться. - Но... - Делай, что должен. Работай спокойно и ни о чём не переживай! Я всё устрою. Теперь я буду заботиться о тебе. Танджиро потёр виски. - Только не лезь в криминал! Лучше жить бедно, но честно, не причиняя никому страданий! Не губи себя! - Не волнуйся. Лучше поешь и иди спать, ты очень много работаешь, тебе нужно отдыхать и набираться сил. С этими словами она встала из-за стола и покинула кухню, оставляя брата одного с его мыслями и горьким осадком в душе. "Ты работай честно, брат, а я... Видимо, судьба девкана такая, - с горечью думала Незуко, уходя во тьму коридора. - Отплачу за твою доброту, как могу. Только ты за мной не иди. Тьма - удел демониц типа меня и девканов, и тебе там делать нечего."