Как же ты меня бесишь!

× × ×

*Вы добавлены в групповой чат «Умные придурки 12-C»* И ещё одно сообщение от некого «СунДунДо3кОта». СунДунДо3кОта: Мяу. Джисон сводит брови друг к другу, видя одинокое «мяу». Шестерёнки настойчиво крутятся в голове. Мозг выстраивает образ лишь одного человека. Это сто процентов он.

Хани: Хуйняу

Переписав имя человека под себя, Джисон то ли с агрессией, то ли с наполненным коктейлем чувств агрессивно тычет в экран, особенно после того, что он посмел представлять минуту назад. Это было… ужасно! В голове был Минхо. Фу, боже. Только не он. (Джисон лишь на секунду представил, как бы Хо в реальности мяукнул). Чел который бесит: *изображение отправлено* Лол, смотри какой ты стрёмненький. На фотографии был Джисон, въехавший в пол сегодня утром, когда впервые зашёл в класс. И каким образом вообще Ли успел это сфотографировать? Так там ещё и лицо Хана было какое-то кривое и максимально кринжовое.

Хани: Иди в жопу, Ли Минхо.

Чел который бесит: Я бы конечно сказал: «если только в твою», но я не такой отбитый, поэтому… Если только в мою: з Хан молчит, ничего не отвечая. Рассматривает экран, замечая царапинки на нём. И что ему делать с этим идиотом, непонятно зачем начавшим ему писать? Все эти слова выглядели так нелепо, и чего вообще он добивается? С юмором, конечно, у него туго. Джисон пытается не воспринимать сообщения всерьёз. Чел который бесит: Ну, это… Я не это имел в виду. Ну, ты знаешь. Короче, я не хотел писать такое. Я не предлагаю ничего. Я вообще случайно, окей? Не подумал. Ты там ничего такого не представляй. Я по приколу. Джисон фыркнул, читая всё поступающие сообщения. Минхо был таким неловким стесняшкой. Надо было всего лишь подождать и он сам начинает себя закапывать, делать так, будто уже побеждён. Это так забавно. Хану нравится.

Хани: А написал ты мне вообще зачем? Чего тебе надо?

Чел который бесит: Вообще-то в начале поприкалываться. А ещё в нашем чате класса все меня игнорятㅜㅜ Паренёк с интересом поднял брови, переходя в групповой чат. Там сыпались сообщения одно за другим, но писал лишь… Господи. Хан закатил глаза, видя лишь Минхо, пишущего всякую фигню. Ну конечно все его игнорить будут.

Хани: Капец ты надоедливый. Придётся блокнуть.

Чел который бесит: Эй! Нет! Ты куда? А до кого мне докапываться? Я буду писать тебе всю ночь, чтобы ты завтра как овощ в школу пришёл. Хотя нет. Если ты блокнешь меня, то я буду тебя считать трусишкой, проигравшим наш спор.

Хани: Какой спор?

Чел который бесит: Предлагаю устраивать соревнования вместо того, чтобы пакости друг другу делать. Спорим, что ты уснёшь первый. У меня выдержка наверняка лучше! Бугага. Джисон закусил губу, наконец отвлёкшись от всего на свете, кроме мыслей о том, что он хочет победить и надрать этому зазнайке зад. Конечно Хан уснёт позже, потому что за плечами не один день бессонных ночей за просмотром сериалов и чтением книг. Это просто легкотня!

Хани: Я в деле, чувак. С проигравшего желание.

Чел который бесит: Оу, Хани (сделай вид, что видишь, как я играю бровями). Что это ты там задумал, извращенец? Ох, ну да, перед моим прекрасным идеальным телом никто не устоит, но я не готов, Хани. Ты что-о-о!

Хани: Бляяя. Ты меня бесишь.

Чел который бесит: Окей, ладно. По рукам. Но каждый час я буду писать и проверять, что ты не спишь!

Хани: Я тоже. И ты продуешь, говнюк.

Хан ухмыльнулся, уже представляя, что бы такого жёсткого можно будет загадать котяре, который точно от стыда всем телом гореть будет. Ох, ночь, благодаря этим мыслям, будет просто великолепной. Ага, конечно. Он подготовился буквально ко всему. Сходил вниз на кухню за чипсами и газировкой; разложил удобно подушки, взяв ноутбук и забив «Ковбой Бибоп» в поисковике, чтобы лишний раз время не терять; рассыпал всё по тарелочкам, разлил по стаканчикам, а после чуть ли не сошёл с ума от постоянной вибрации телефона. Ей богу, хоть используй как десятиминутный вибратор без переплат. Чел который бесит: Нууу Хан Джисон. Хани. Ответь, а. Мне скуууучно. Давай болтать. Я ж должен доконать тебя. Я не привык сдаваться. Эй, неудачник. Вааа, какой ты зануда. Ты меня бесишь, ответь уже. Что думаешь о кинке на латекс? Как по мне стремнота. Хаааан! О боже, эта ночь будет самой сложной и отстойной за все эти годы. Но Джисон всё равно собирается победить в этой маленькой игре, что бы то ни случилось. Как-никак он считает себя лучшим. Продуть — равносильно самому жёсткому позору и унижению.

Хани: Если ты не остановишься, то знай, что я знаю, где твоё слабое место. И воспользуюсь этим, если ты плохо будешь себя вести.

Чел который бесит: Бе, говоришь как моя мама. И… Мм, я плохой мальчик? При этом сообщении младший представил, как Хо будет быстро моргать своими длинными ресничками и выглядеть как… — Не думай об этом. И вообще, он стрёмно-странный. Чел который бесит: Ну, и что за слабое место?

Хани: Оо, ты не помнишь? А я помню твои стоны.

Джисон сам весь сжался, напоминая об этом. Сообщение выглядело как-то пошло, что ли. Он не знает, но не хочет, чтобы это восприняли как-либо помимо издёвки. Чел который бесит: Пиздец. Сотри свой мозг. Ещё раз напомнишь и будешь всю жизнь использованным мною вместо стула. А позже твоё лицо станет подставкой для моих палочек, которые я буду втыкать в твои глазницы. Брр, жуть. Минхо иногда становился страшным. Ну, а Джисон любит ходить по краю и рисковать.

Хани: Как замяукал-то. А я думал, что тебе понравились мои руки у себя на груди. Ты был таким красным, таким горячим.

Парень закусил губу, написав это. У него, скорее всего, вообще не присутствовал инстинкт самосохранения, но самое ужасное, что он сам забыл, с кем переписывается. Это же был чёртов Минхо. Сообщения выглядели неправильно и грязно. Боже, он не хотел строить из себя такого человека, он просто хотел спокойно посмотреть аниме. От Минхо было гробовое молчание, будто он шёл сюда с коллекцией ножей в вязанной сумочке, спёртой у бабушки.

Хани: Так что если будешь писать мне фигню всю ночь, тогда жди от меня целое описание на пять страниц по этой теме, котяра. Ты чё, уснул там?

Чел который бесит: Мечтай. И Минхо отстал. Как оказалось усмирить его было намного легче, чем Хан себе представлял. От этого мягкое тепло разлилось в груди. Было приятно быть тем, кто смог это сделать. Спустя час Джисон сам написал, уже надеясь о выигрыше. Феликс как-то упоминал, что Ли ложится спать очень рано, как и встаёт, собственно.

Хани: Чем занимаешься?

Чел который бесит: Смотрю Ковбой Бибоп.

Хани: Ого, я тоже! Прикольно. Я на четвёртой серии.

Чел который бесит: Лол, я тоже. Забавненько. Как ты думаешь, мне подойдёт костюмчик той чиксы Фэй? Джисон закатил глаза, проигнорировав. Вообще, если представить… О, нет. Нет! Это будет… Нет! Ночь шла, а Минхо никак не сдавался. Джисон уже во всю клевал носом, но Ли все ещё не спал и отвечал на каждое грёбанное сообщение, хотя также ныл о том, что скоро рухнет от бессилия. Утро настало мучительное. Нет приятного солнышка и вкусного кофе. Подтягиваний по утрам и бодрящего душа. Есть ужасное желание блевануть и споткнуться о соринку на полу. Протереть сухие глаза и удариться о косяк двери, промахнувшись после через одну ступеньку лестницы. Минхо также до сих пор не спал. Они даже вышли из дома одновременно, направляясь в школу и немного опаздывая из-за своего сонного состояния. — Эй, лохушка, выглядишь как труп, — говорит Ли, встретившись взглядом с младшим. — Взаимно. Видел свои тёмные мешки с картошкой под глазами? Жуть. А ты,— Джисон нервно сглотнул, просмотрев всего Минхо. Он был в джинсах, разорванных буквально везде! Эти дыры раскрывали чуть ли не все его ноги, даже карманы на заднице были порваны, как и довольно опасные места на бёдрах. Футболка, украшавшая его тело, также была в некоторых местах просто-напросто разорвана. Около плеча, над грудью, на ребрах и на спине. Это было пиздецки как горячо, боже мой! И как его только в школу пускают в таком? — Оу, ты в новом образе. Задницу простудишь, склеишь гопоту, а потом заденешь гвоздичек и твоя одежда из брендовых дырок превратится в кусок бесполезной ткани. — Пф, любуйся молча, квокка ненасытная. А у Хана-то зубы скрипят. Минхо непробиваем. Он настолько сильный и крепкий разумом и словами, что младший просто с ума сходит. Джисон ещё ни разу не испытывал гей-панику из-за умения человека работать языком… В нормальном смысле, без подтекста. Но он все ещё бесит. Хочется утереть котяре нос, и Хан это сделает. Как бы их соревнование всё ещё продолжается. — Прекрасно, первый урок — физкультура. Он точно от усталости грохнется где-нибудь в уголке. — Чего ты там шепчешь? Порчу на меня наводишь? — кричит Минхо, да так громко, что для усталого мозга Джисона это становится болезненным. — Да вы что, сговорились все, что ли? *** — Имя, фамилия, класс? Джисон с Минхо стоят возле ворот, тупо моргая непонимающими глазками. — Подождите, разве уже восемь? Хан поднимает руку, смотря на кисть. — Ой, я же часы не ношу. Дежурный смотрит на него как на дебила какого-то, который похихикав с себя же берёт телефон. — Я был уверен, что хоть мы и опаздываем, но хотя бы в пятьдесят девять минут придём! — ноет Минхо. — Ладно ещё я, но с этим говнюком я не собираюсь оставаться. — Минхо, ты невыносим. Уже как пять лет тут стою, так и не могу смириться с твоей странностью, иди уже. Но я всё равно записал тебя, понял? Ли захныкал во весь голос, потирая красные глаза. Голова трещала так, будто он всю ночь пил самый дешёвый алкоголь. В этот момент младший подумал, что он похож на ребёночка. Физкультура проходила в зале, за что Джисон был благодарен всем богам, про которых он только слышал. Ему не хватало ещё на солнце поджариться в таком-то состоянии. Одноклассники встретили его с улыбками на лицах, поздоровавшись. Хан даже немного прифигел с такого дружелюбия. Всего лишь второй день, а все уже помнят его по имени и предлагают вместе размяться и побегать. Но планы рушит Минхо, когда задевает его плечом и глядит так высокомерно. На самом деле, Ли всего лишь споткнулся в своей привычной манере, когда физрук дал задание пробежать десять кругов. А Хан выглядел уж слишком мелким, чтобы вынести физические нагрузки. — Ты, наверное, и одного не пробежишь. Учитывая состояние парня, он и половины не пробежит, собственно как и Ли, скорее всего. — Ооо, поверь, я сделаю это первым, пока ты будешь бежать у меня на хвостике, задыхаясь, — принял ещё одну игру Джисон, и они, нахмурившись, рванули как ненормальные с места, толкаясь слабыми ручками и пытаясь обогнать друг друга. Уже на первом кругу, из-за скорости, Джисону стало тяжело дышать, лёгкие покалывало в изнеможении. Минхо выглядел не лучше, капелька пота, тёкшая по его виску, давала знать, что тот был уже уставшим. Они бежали плечом к плечу, и даже когда шнурки развязались, ни один из них не остановился. Парни имели привычку быть лучшими и идти до конца к цели, поэтому даже если голова закружится, потемнеет в глазах или будет ощущаться металл в горле, их это не остановит. — Я первый буду! — Мечтать не вредно, чудик. Физрук смотрел на них с приоткрытым ртом, даже секундомер достал для чего-то, пристально наблюдая. Парни и девочки из класса, от греха подальше, отошли к стеночке, потихоньку передвигаясь по кругу. — Эй, псс. Они когда это сдружиться так успели? — высокая девчонка спросила у Чанбина, привыкшего привлекать к себе всё внимание и орать на весь зал, но эти двое забрали всю его работу. — Скажи же, выглядят как пара лучших дурочек-подружек. — Ага… Или как влюблённая парочка. — Ну не-е-е, они бы сюсюкались тогда. Да и я на Джисон-и положила глаз, поэтому не надо мне тут предположений этих, — сказала неизвестно откуда появившаяся девушка — Юна. Чанбин хихикнул, вспоминая вчерашние посиделки в столовой. — Они скорее поубивают друг друга взглядами и словечками, чем начнут сюсюкаться. Физрук свистнул, парни свалились на пол потные и тяжело дышащие. Выглядели болезненно бледными. — Молодцы-то какие, пойдёте участвовать у меня на фестивале между школами. — Так кто первый был? — опомнившись, сухими губами спросил щекастый. — Да вы оба будто за ручку прибежали. В любом случае, даже если вы устали, разминка не закончилась. Всем собраться и начать упражнения! После будете в баскетбол играть. Давайте, давайте, — крикнул всем учитель. Минхо с Джисоном не могли и пальцем пошевелить. — Окей, кто больше приседаний сделает, того взяла, — предложил Ли. И как у него силы оставались? В адреналине с мыслями о будущем выигрыше Джисон подскочил. Он ведь хотя бы в чём-то просто обязан быть лучшим. — Ладненько, на ещё одно желание. Пока все мирненько делали задание, а Чанбин исподтишка фоткал парочку ненормальных, агрессивно считающих после каждого приседания, Джисон умирал от желания просто сдохнуть. Он хотел спать, его тошнило, в глазах темнело, ноги дрожали, но самое худшее это то, что парень чувствовал, что ещё парочку раз, и он просто свалится. Свалился. На Минхо. Вместе с Минхо. Они оба полетели на пол, и кажется решили больше не вставать, лёжа друг на друге. — Я умираю, — с переигранной актёрской игрой выдал Хо, высунув язык, будто потерял сознание. Хан еле хихикнул, почувствовав боль по всему телу и сделал то же самое. — Итак, распределитесь на две команды. А вы двое… оу, — учитель взглянул на два трупика. — Эх, слабаки. Идите на скамью запасных. Отдохнёте, потом сходите в кладовую, найдёте там скакалки. По программе мы должны по ним сдать нормативы. — Ёбана в р- мгхм… — Хан не договорил, когда почувствовал чужую грязную руку, прижимающуюся ко рту. И как у Минхо хватало на это сил? — Тсс, Хани. Ещё один мат, и тебе физрук в жопу баскетбольный мяч засунет. Но Ли будто и не торопился отпускать руку, глядя на Джисона странными глазами, в которых что-то заплясало, уж шибко на чёртиков похожее. — У тебя… — начал медленно он, голос был хриплый от обезвоживания, тихий такой, будто он боялся, что ещё кто-то услышит. -… Такие мягкие щёки! — запищал он, второй рукой тоже потянув за щёки, разводя их в стороны, хихикая как маньяк. — Ай-яй, перестань, больно! Я тебе руку откушу, — пригрозил Хан, но Минхо ещё сильнее умилился. Энергия возвратилась в таком же размере, как и в самом начале, хоть и тело было ватным до сих пор, а мозг уже слишком странно мыслил из-за нехватки отдыха. Всё вокруг казалось сном. Кладовая со школьным спортивным инвентарём была маленькой и тёмной. В ней тесно и душно. А ещё пыли много, из-за чего Минхо расчихался, смешно теряя равновесие из-за этого. — Ай, не толкайся ты, ищи давай. — Как мне не толкаться? Тут места нет, пройди вперёд, там поищи, — шипит Минхо. — Там темно и жутко, вдруг на паучка наткнусь, сам иди. — Пф, темноты и паука испугался? Какой маленький малыш, сю-сю. — Заткнись, — заныл Джисон, смущаясь. Он не трус, он пошёл бы, но блин, окей, страшно. Прям до дрожи страшно. Им нужно найти скакалки на полках, обставленных одними мячами. Куда физрук мог их засунуть-то? А ещё с этим противным котярой тереться тут, разговаривать, дышать одним воздухом! — И как мне пройти мимо тебя? Загородил весь проход, кабан. — Я-то кабан? — удивился Джисон, вскинув брови и показушно ахнув. Единственный свет шёл из открытой двери в спортзале, но парней освещало еле-еле, и то только лица. — О, смотри, наверху что-то лежит. Достань. — Почему я? — Потому что ты ближе, идиот. — Сам идиот. От злости рычать хотелось, ну почему Минхо был таким невыносимым? Личико-то вон какое прелестное, привычки кавайные, стиль в одежде убивающий то своей сексуальностью, то невинностью. А вот язык — полный отстой. Его надо в другое русло направить, подумал Хан и сам покраснел, даже не до конца осознав своих мыслей. Он встал на носочки и потянулся к верху, но даже краешком среднего пальца не коснулся деревяшки высокой полки. Чёрт, стыдоба-то какая. Неужели это проигрыш, и сейчас над ним будут хихикать? — Не можешь? Хан повернулся к старшему с напряжённым взглядом, уже готовясь к новому потоку издёвок, но всё, что сделал Ли, это издал высокое «ох» и откинул волосы пятерней назад, как-то жутко ухмыляясь. — Как же так? Без меня тебе не обойтись. Хорошо, что я тоже тут. Стою такой высокий и сейчас тебе помогу достать, как в тех самых дорамах, над которыми ты слёзы проливаешь, — Минхо показушно в замедленной съёмке начал вытягивать руку, даже не удосужившись подойти ближе. Как-никак это сцена из дорамы, он был обязан сделать это со спины младшего. — Откуда ты узнал, что я плачу на дорамах? — Я не знал, — вот же ж. Почему он вечно на шаг впереди? — Ой, — смущается Ли. Сценка будто треснула, так как Минхо и до предпоследней полки в таком положении не дотянулся. Джисон еле сдержал громкий смех, пока парень шептал «сейчас по новой, камера, мотор, погнали», и в этот раз он обошёл младшего, чтобы устроиться как можно плотнее к полке. Устремил взгляд на Хана, приподняв и опустив брови, чтобы с комичным фиаско коснуться точно того же места, куда коснулся щекастый, когда сам пытался достать. Лицо Минхо превратилось в каменное, с такими глазами, будто его жизнь пролетела зря ну или он лоханулся по полной, собственно, что и было. — Дорамы ложь, реальность жестока, хочу плакать, — на одном тоне промямлил он, грустненько садясь на столик, стоящий посередине комнаты. Наверняка на его светло-синих джинсах останется серое пятно от пыли. Хан смеялся, до слезинок по краям глаз, хлопая по коленке старшего (так жутко желая сделать это чуть выше… просто так, чтобы знать, каково это — почувствовать под пальцами его накаченные ноги). Минхо превратился в грустного ребёночка, выпятившего нижнюю губу. Если честно, младший даже было подумал, что тот и вправду заплачет, ведь такая сценка накрылась медным тазом и неудачниками остались опять оба. — Ну да ладно тебе, не расстраивайся ты так. Коротышки мне даже больше нравятся, — пытался успокоить парень. Он не знал, почему в его груди плясало желание окутать котяру всем телом и заставить улыбнуться. Он отбросил это далеко и надолго, потому что другое желание перекрыло всё остальное — тупо стебаться и быть на вершине придуманного им же пьедестала. — То есть ты обзываешь меня низким? Ты даже ниже меня, червяк пузатый. — У меня буквально впалый живот! Потрогай, — Хан схватил мягенькую ладошку старшего и поднёс к своей футболке. Тот попытался отдёрнуть, но всё равно невольно коснулся, вздрагивая. — У меня даже пресс немного присутствует. — Извращуга, — сглотнул Минхо. — А у тебя там небось жирочек детский ещё. — Нет. — Докажи. — Нет! — пискнул Минхо, испугавшись. Жирочек был, Хан уверен в этом. А ещё уверен в том, что этот факт заставляет его внутренности скрючиться и думать только об одном «мило» в голове. — Так, а что, если поставить вон тот стул и спокойненько рассмотреть всё наверху? Минхо посмотрел туда, куда показал младший, закатывая глаза и ударяя себя по лбу. — То есть, ты заметил стул раньше и не подумал о том, что можно на него встать? Какой же ты глупенький. — Эй! И сколько бы парни ни спорили, почему-то в итоге на деревянный шатающийся скрипящий стул встал именно Джисон, благо Хо не поленился встать сзади, подстраховать. Младший встал на носочки, брезгуя трогать всё руками, мало ли какие существа там живут. Глазами сканировал все полки, замечая что-то смутно похожее на длинное и тонкое, словно скакалки. В это же время он весь был напряжён, ну а как же, если и вам будут дышать прямо в зад, тоже будет комфортно? — Харэ прожигать и желать их схавать, Минхо. Это уж совсем по-гейски. — Вот это булки, — всё, что выдал Ли. Даже не постеснялся руку туда свою положить и сжать, пока Хан еле на стульчике стоял. Казалось, подуй, и со своей удачей улетит куда-нибудь под землю, пробив дыру в полу. — Ты на свои-то взгляни. Минхо после этих слов свой зад сжал в интересе, после покачав головой, будто что-то подмечал в голове. Пыли было так много, что приходилось сжимать нос, чтобы не чихнуть. Глаза слезились, зрение из-за этого притупилось, но вроде как парень подцепил эти чёртовы скакалки, потянув на себя. Но зашатался на стуле, и готов был уже лететь прямиком ласточкой вниз, но всё, что произошло, это болезненный стон старшего. Пока он пытался найти равновесие, Ли успел малость придержать паренька, но получил прямо по своему красивому носику. — Ай, блять, твоя задница хочет убить меня! Джисон прыснул в кулак. — Разве она не мягкая? — Нихуя, беру слова назад, твоя задница отстой! — Эй! Не оскорбляй её, — Хан развернулся и кинул стопку скакалок на стол, наблюдая за тем, как котяра держится за нос и корчится в несуществующей боли. Джисон спрыгнул с шатающегося предмета, но так как в помещении было узко, приземлился он чуть было не на чужие ноги, немного падая вперёд телом, но успевая ухватиться за края стола, соприкоснувшись подбородком с плечом Хо, который сжавшись с негодованием стоял между его рук. Младший выпрямился, встречаясь лицом к лицу с Минхо. Неужели все бесячие типы так до чёртиков привлекательны? Завидно как-то. — Говорят, что если поцеловать раненное место, то оно быстро заживёт и перестанет болеть.