Как же ты меня бесишь!

× × ×

— Джисон! Боже, как я скучал! — Феликс срывается с порога в объятия друга, отмечая про себя его усталый вид и мешки под глазами. — Что же случилось? Со здоровьем что-то? Почему в школу не ходишь? Джисон хмыкнул. Он прогулял всего лишь два дня, а все уже такой переполох устроили. — У нас целая ночь впереди, я всё расскажу, — с натянутой улыбкой и фальшивой оптимистичностью пропел Джисон, направляясь к недавно купленным для этой ночёвки вкусняшкам. Феликс выглядел очень взволнованным. Было приятно осознавать, что о нём волновались, что о нём думали. В груди от этого теплело, и уже никакие Минхо не нужны были с такими друзьями. — Ликси, врубай музыку на полную громкость, давай танцевать. Было настолько неловко и смешно, что мальчики до наступления ночи непрерывно хохотали друг над другом, даже за ужином с родителями не могли успокоиться, особенно Феликс, когда слушал шуточные стёбы родителей и забавные истории из детства. Джисон проводил ночёвку, чтобы всё наконец рассказать Ликсу, хотя в начале он даже не планировал заикаться об этом. Ещё это отличный шанс отвлечься и перестать страдать в запертой комнате, перечитывая сообщения одного идиота, имени которого вспоминать не хотелось. Время, проведённое с Феликсом, оказалось как глоток свежего воздуха. Ощущалось, будто всё вернулось на круги своя и стало как прежде. Будто никакого «нравится» к старшему Ли не было. Одно только «бесит». Лёжа в обнимку с самым солнечным и лучшим мальчиком, Хан понимает, как ему комфортно и как он хочет плакать. Сколько бы хороших друзей у парня не появилось, Ликс был первым. Может поэтому Джисон ощущает такую сильную дружескую любовь и привязанность? Становится как-то совестно оттого, что изначально Хан не хотел делиться трудностями с Ёнбоком. — Я л-люблю тебя, друг, — первые в жизни слова любви, адресованные кому-то. Хан ясно ощущает, что эти слова больше всего подходят Ликсу. Что только ему можно их сказать без тяжести на душе. Нет, всё ещё сложно, но так приятно дать понять, что Феликс многое для него значит. — Мне кажется или у тебя что-то случилось намного серьёзнее, чем я предполагал? Джисон надувает щёки из-за того, что ему не ответили должным образом, и пихает Ли в плечо. Парень чувствует, как начинает дрожать его нижняя губа. О, нет, только не это. Джисон зарывается в плечо веснушчатого, всхлипывая и пугая тем самым друга, занервничавшего куда сильнее, чем прежде. — Ли-и-икс, — сквозь рыдания проныл Хан, сам не понимая, почему снова так расчувствовался. Всё ведь было уже в порядке… — Н-неужели я т-такой жалкий, не интересный и у-уродливый? — Что?! Кто тебе сказал этот бред, боже! — Я… я хочу п-просто всё забыть. Я так устал внушать себе, что благодарен и тому, что у меня появилось. Хочу… всё, никогда не хочу быть отвергнутым, Ликси. В ту ночь наконец-таки Феликс складывает все пазлы в голове и выстраивает логическую картину. Джисон рассказывает ему всё. Абсолютно. Каждую мелочь. Теперь только Феликс может взглянуть на это понимающим чистым взглядом, но всё, что он говорит: — Вскоре тебе будет ещё сложнее. Непонятно, что он имеет в виду. Будто Ликс в курсе того, о чём никто не знает. Будто что-то важное и очень неприятное для Джисона должно будет произойти. Но что именно?

× × ×

Джисон пришёл в школу аж на целых полчаса раньше. Это было не только потому, что он боялся остаться вместе с Хо после уроков. Просто взвизгнувший ранним утром Феликс полностью вывел его из сна, вынудив подорваться с кровати и уставиться на до боли смешную картину. Оказалось, одна из его котят уселась на грудь Ликса во сне и решила дать ему пощёчину своей мягкой лапкой, ну и, видимо, ещё немножко коготками. Потом Феликс всё утро ворчал, что все коты одинаковые, ведь в своём доме у него происходит точно то же самое с наглыми толстыми котами брата. Перед воротами школы Ёнбок крепко обнял друга и пожелал удачи, потому что от расспросов Минхо теперь точно не улизнуть, когда Хан игнорировал его все эти дни. Впервые Джисон пожалел, что пошёл в школу на год раньше. Сидеть в классе одному было совсем не скучно, потому что парень жутко волновался, продумывал в голове сотни диалогов с котярой, которые все почему-то сводились к признанию и ещё более разбитому сердцу. А Джисон не хочет терять Минхо, как бы больно не было рядом с ним. Он пообещал себе, что не выдаст теперь свою симпатию, ведь это принесет намного больше лишних проблем. Его любовь и есть целая проблема, особенно для Ли. И с какой поры Хан вообще положил глаз на этого противного котяру? Как вообще можно было, слушая стёбы в свой адрес, начать испытывать такую серьёзную симпатию? Почему, например, к Хёнджину он не ощущает подобного, хотя, если честно, считает Хвана красивее, выше, худее, элегантнее, эстетичнее и многое другое. Да и Минхо вообще не его типаж… вроде бы. Хотя смеётся он прекраснее всех, кого Джисон вообще слышал. Ну ещё и улыбается, щурит глаза, говорит, ходит, да даже сидит он божественно. Но почему именно он так крепко вбился в голову и сердце? Ли же раздражающий, порою невероятно бесячий и до боли странный, можно даже сказать, глупый в некоторых ситуациях. Как же Джисону хочется возненавидеть этого противного Ли Минхо, который прямо сейчас заходит вместе со звонком уверенной и крутой походкой в класс, одетый в… — Господи боже мой, — Джисон закрывает глаза ладонью, чтобы не видеть этот позор, будто не Минхо одет в кигуруми лягушки, а он. Ответ над раздумьями Хана «почему» находится сам. Вот почему Минхо ему нравится, других причин и не надо. Сердце даже при этом нелепом виде старшего вырывается из груди как ненормальное, склеивает осколки и снова начинает таить надежду, которую Хан пытается всеми силами заглушить. Ему не нужны лишние проблемы. Он не должен думать, что этот тупой наряд милый. Ли замечает младшего на последней парте, залипшего на его тело. Вроде Джисону хочется отвести глаза, вроде даже нужно это сделать, но поймав взгляд котяры, оторваться уже невозможно. Хо вскидывает брови, удивлённо охая и улыбаясь во весь рот, сверкая своей блестящей помадой на губах. Хан видит, как старший хочет сорваться с места и буквально прыгнуть на бедного паренька, но останавливается, теперь уже хмурится и опускает губы в серьёзном выражении лица. Минхо замирает на месте, с тяжестью и грустью в глазах наблюдая за всё тем же безэмоциональным лицом Джисона, который еле сдерживался, чтобы лишний раз не улыбнуться. Хан пытался показать, что не ощущает никаких тёплых любовных чувств. Что не скучал, как ненормальный. Он не улыбался. И даже не сказал «привет». Лишь бы этот глупый котяра не догадался ни о чём. Поникший Ли присел за парту, не смея повернуться на протяжении всех шести уроков. Или это страх играл в нём? В любом случае, Хо так и не сделал первый шаг, чтобы понять отчего такие перемены и почему Джисон пропал на пару дней. А у Хана неприятный ком собирался, потому что Минхо так ничего и не спросил, будто Джисон для него совсем ничего не значит. Хотя, может, так и есть. Страх — нужная эмоция, но иногда люди утопают в ней с головой.

× × ×

Оставалось пять минут до окончания истории. Впервые Джисон не хотел, чтобы последний урок заканчивался, потому что они как бы идут в одну сторону и, ну, теперь уж точно кто-то, да заговорит. Не в стиле Минхо долго молчать, ведь так? Хан раздражающе щёлкает ручкой и громко, на весь класс, трясёт ногой. Учительница, наверное, готова была ему шею свернуть, рассказывая о какой-то там очередной войне. — Итак, ребята, надеюсь вы не прослушали нашу новую тему, как всегда, в общем-то, потому что я хочу задать вам важный проект, — женщина поправила очки, оглядывая оценивающим взглядом весь класс. — и хоть вы вроде как умные, но, зная вашу лень, я уверена, что никто ничего делать не собирается. Однако, проект очень важный, и три группы с наилучшей презентацией на экзаменах могут не волноваться, а кто не сдаёт мой предмет, то можете быть уверенными в хороших оценках в четверти. Я, конечно, всё также буду вас спрашивать, но если вы что-нибудь не дотянете, я помогу, а если будете бездельничать, то и обещанных поблажек не ждите. Джисон устало вдохнул, как и весь класс, надеявшийся сделать по-быстрому проект и забить на историю полностью. Учительница открыла электронный журнал, называя по четыре или пять имён учеников, которые будут вместе делить задание. — Хм, будет нечестно впихнуть Минхо в какую-нибудь группу, ведь у него самые высокие баллы, соответственно, как и у Джисона, — женщина замолчала и задумалась аж до конца урока, только после звонка наконец начиная дальше распределять по группам. — Чанбин, Рюджин, Цзыюй, Марк в последней. — А я? — не выдержав, поднял руку Джисон. Весь класс уже почти ушёл и один Минхо не двигался с места, что напрягало, так как Хан тоже не мог сбежать. — А вы вдвоём с Ли Минхо объединитесь. Не знаю, сможете ли вы справиться, но поймите меня правильно, нечестно вас определять в другие группы, потому что я не хочу, чтобы вы всё делали за этих бездельников. И да, у вас всего неделя. До свидания. У Хана сердце в пятки скатилось. Видимо, судьба сама сводит его со старшим, до сих пор не повернувшимся к нему, хотя весь класс уже опустел. Как назло, Юна сегодня не пришла, обещавшая спасать его от каких-либо неловких ситуаций с котярой. — Ну что… — неожиданно начал Ли, поворачиваясь. Джисон глаза зажмурил, не готовый встретиться с ним взглядом и, что ещё хуже, произнести какие-либо слова, адресованные старшему. — Джисон! — боже, Хёнджин был как никогда кстати, словно дурачок вбегая в класс, игнорируя сидящего и свирепо пялящегося на него Ли. Он доходит до парты Хана, хватает его руку и портфель, утягивая без единого слова. — Вообще не подозрительно, — уже выбежав из класса, прокомментировал Джисон. — Хоть ты меня и спас и у меня чуть сердечный приступ не случился, но чего припёрся? — А- а, ну, — блондин смущённо почесал затылок. — Меня Феликс попросил спасти тебя от взаимодействия с его братом, — после лицо Хёнджина за секунду изменилось, мрачнея. — А потом припиздёхал Чанбин и попросил то же самое, сказав, что ты выглядел бледно и твоё молчание весь день было очень подозрительно. Теперь он пристаёт к Ликсу, чтобы тот рассказал, что происходит. Хан тяжело вздохнул, понимая чувства друга. — Друзьяшки по невзаимной любви, — щекастый протянул ему кулачок, встречая лишь взгляд убийцы. Идти домой с Хёнджином приятно… было бы, если бы с ними не шли ещё Феликс и Чанбин, бросившие Минхо одного в классе, оправдываясь тем, что якобы Хо сам отказался от компании в виде подозрительного Со. Интересно, как он там? В любом случае, Джисон благодарен, что друзья помогают ему всем, чем могут. Таким способом избежать объяснений и разговора хотя бы ещё на пару дней будет легче лёгкого, и… О, чёрт возьми! — Проект! — крикнул парень. — Что? — Грёбанный проект с Ли Минхо!

× × ×

Джисон ходит кругами по комнате, нервно покусывая ноготь большого пальца, хотя раньше он никогда бы так не сделал. Было волнительно, потому что проигнорированное сообщение от Минхо могло повести за собой последствия в виде прихода старшего или ещё чего-нибудь. Теперь просто Ли Минхо: Джисон, я заебался короче. Предлагаю сделать проект в кратчайшие сроки, а потом отдыхать. Приходи. Теперь просто Ли Минхо: Чего опять не отвечаешь-то? Хан фыркает и наигранно смеётся. Ну уж нет, он не пойдёт в это логово смерти. Хотя там Феликс, который может в любой момент вмешаться и всё разрулить, но а вдруг Хо решит просто запереть комнату и выудить из Джисона признание в симпатии? Не, не, не, ему это нафиг не нужно. Лучше он сделает проект сам. Так будет намного спокойнее и легче. Минхо ещё спасибо должен будет говорить.

Хани: Феля, Феля, филе. Передай своему брату, что я сам всё сделаю, подам ему готовый материал на голубом блюдечке с золотой каёмочкой и припишу его имя туда.

Феликс, который ангел: Чувак, ты серьёзно? Хён тут волосы рвёт то ли в агрессии, то ли в отчаянии из-за твоего игнора, а ты через меня передаёшь? Волосы рвёт? Что-то новенькое. Наверное Хан стал кем-то важным для старшего. Кем угодно, кроме возлюбленного, конечно же… О, нет, снова погружаться в это дерьмо страданий парень не планирует. — Спокойненько ся-я-яду и начну работать. Телефон подвергается взрывом вибраций, пугая Джисона до чёртиков, из-за чего он со стула летит прямо на копчик, уже предвещая то, как больно ему будет потом сидеть из-за падения. Феликс, который ангел: Друг! Я честно старался. Я перебробовал всё. Но это пиздец, Джисон. Ээ. Короче, он вроде как ещё сильнее взбесился, что ты сообщение передал через меня. Он думает, что ты не хочешь с ним видеться (ну так и есть по сути), и он собирается всё самостоятельно порешать, поэтому… Ещё одно новое сообщение, заставляющее Хана забыть как правильно дышать и вообще жить на этом чёртовом белом свете. Теперь просто Ли Минхо: Я, блять, иду за тобой, Хан Джисон. Раз ты так сильно хочешь встретиться у тебя дома, не имея шанса никуда сбежать. Джисон покрывается мурашками, ощущая холодное дыхание на шее. Он вздрагивает, поворачивается но никого не находит.

Хани: Ликс, пожалуйста, брат. Приходи тоже ко мне. Бро. Прошу тебя.

Феликс, который ангел: Я хотел! Но меня, кажется, заперли в туалете… Хан вслух стонет, осматривая свою комнату, теперь сильнее утопая и в стыде тоже. Не жилище, а мусорная свалка, ей богу. — Не-а, я ни в коем случае не буду из-за этого придурка убираться тут… Парень правда не знает как успел навести порядок, убрать все вещи в шкаф, застелить постель, выкинуть фантики, протереть пыль, посуду помыть и сполоснуться, поменяв одежду на самую чистую и красивую, ну и напоследок пшикнуться духами. Вы не подумайте, Джисону не вскружила голову надежда, просто… Ну, все же так делают. Чистая обстановка успокоит нервы перед взрывом эмоций, хаоса и, скорее всего, слёз, хотя такого своего позора Хан правда не переживёт. В то время, как Джисон слышит стук в дверь, его посещает мысль спрыгнуть из окна первого этажа и сбежать в какой-нибудь лес, потеряться там и умереть. — Сам себе же трусостью рою могилу, — понимает он, но всё равно берёт с собой сковородку, на всякий случай. Если вдруг его накроет стыдом, то он просто взмахнёт сковородкой, как в рапунцель, и отправит Минхо в путешествие по миру Морфея. Трясущимися руками Джисон открывает дверь, спустя секунду оказываясь прижатым к ближайшей стене чужими крепкими руками со вздутыми венами. Хану кажется, или лицо Минхо похоже на моську брошеной собачки? — Т-ты слишком близко, — смущённо мямлит Джисон, отводя пугливый взгляд в сторону. Старший молчит и с давящей атмосферой старается дыру в лице щекастого прожечь. — Может, объяснишь? — невиданным прежде низким настойчивым голосом произносит Ли, пуская мурашки по телу, заставляя желудок сворачиваться и испытывать жар. Чёрт, Хан не думал, что настолько слаб перед этим котярой. — Что именно? — Всё, блять! — рявкает он, закусывая губу в приступе раздражения и злости. Джисону становится даже страшно за свою жизнь. — Ты меня специально игнорировал? «Нет, Минхо, ты что. Я просто не мог пальчиком в чате на тебя попасть. И вообще, тебе всё это показалось.» Но если Хан ответит именно так, то, скорее всего, Ли реально лопнет в гневе. Поэтому Джисон предпочёл поджать губы и разучиться говорить, чтобы ничего лишнего не сболтнуть. — Я не понимаю, что с тобой произошло, Джисон! Ты вдруг начал избегать всё вокруг, строить стену между нами, не отвечать на сообщения и смотреть на меня так, будто я - вся твоя огромная проблема. Так и есть, вообще-то. — Я правда не понимаю, что с тобой. Все твои грёбанные друзья считают меня монстром, а ты даже без объяснений делаешь мне чертовски больно. Если я что-то сотворил не то, просто скажи, пожалуйста. Я мысли не умею читать. Может ты думаешь, что я знаю, что не так, но нет. Я без понятия! Мне так неприятно, меня так всё это бесит, что я впервые за несколько лет вышел из себя. Я нервничал из-за тебя, боялся, что с тобой что-то случилось. Места себе не находил. Меня пиздец как злит твоё молчание. Я хочу помочь, Хани. Ты дорог мне как никто, блять, из моего окружения, ты знаешь это?! — эмоциально крикнул Ли. Джисон с ужасом заметил в его глазах непролитые слёзы. Боже, младший не думал, что Минхо тоже так же плохо было все эти дни. Хотя… он заслужил это, разве нет? — Просто расскажи мне. Последнее, что я хотел, это сделать тебе больно, — уже тихо прошептал парень. Ох… Это так неправильно. Джисон злился на того, кто и понятия не имел, что происходит. Если бы Хан признался и получил слишком жёсткий ответ, то было бы всё кардинально по-другому. А сейчас… как же Джисон повёл себя эгоистично, чёрт возьми. Единственная слеза быстро начала скатываться по румяным щекам Минхо, в мгновение достигая подбородка и теряясь в полете. Джисон прижал ладонь ко рту, стараясь не всхлипнуть из-за точно таких же набирающихся слёз в глазах. Теперь парень чувствовал себя злодеем в этой истории, где ему казалось, что во всём виноват Ли. Никто из них не без греха, оба наделали много ошибок, которые привели их к этому. Так что нельзя сказать прямо кто хороший, а кто плохой. Сейчас Хан ощущает только то, что и сам был не лучше Хо, раня чужие чувства своим молчанием и негативом. Джисон всё же шмыгает носом, кладёт сковородку на ближайшую полку, замечая подозрительный взгляд Ли, и делает шаг к старшему, обхватывая двумя руками его щёки, смотря прямо в глаза. Пальчики невольно сами начинают поглаживать нежную бледную кожу. Минхо растекается, расслабляется и отпускает свои чувства вместе с жемчужными солёными капельками. Взгляд такой тяжёлый, замучанный. Хану чертовски тяжко на это смотреть. — Боже, прости, Минхо. — С-стой. Расскажи мне, что случилось, п-пожалуйста. Я чувствую, что не достоин твоего «прости». Что эти слова должны быть адресованы тебе, а не мне. — Я… я просто… Я просто придурок, влюблённый в ещё более придурковатого тебя. А ты… тебе нет до меня дела. Феликс, который ангел: Ой, помнишь я написал, что меня Минхо в туалете запер. Это я оказывается не в ту сторону дверь тянул. Ты как там, жив?