Язык цветов

      Пятничный вечер неизбежно наступил, ночь перед этим днём была бессонной. Всё же подготовить себя к предстоящему было невозможно, разум отказывался мириться со своей участью. Но разве у неё был выбор? Ближе к вечеру Агата всё же начала собираться. Для начала следовало выполнить все условия: она достала платье и украшения. Один их вид напомнил Кларк события того дня, из-за чего в груди появилось неприятное ощущение, но быстро переборов себя, она переоделась, смотря в зеркало. Чувства были крайне болезненными. Часы показывали ровно 19:00 — время её очередной смертной казни, на которой она навряд ли когда-нибудь сможет погибнуть. Похоже смерть для неё сейчас и правда казалась спасением.       Девушка была пунктуальна, что очень Клоду нравилось.       Он не стал бы просить ее надеть такие дорогие вещи, если бы их пришлось хоть как-то пачкать, ну или если точнее, если бы был хоть шанс, что они повредятся. Юноша уже ждал её внизу, а когда она спустилась, то открыл ей дверь машины, оставаясь все таким же льстецом. Они поехали в этот небольшой городок, на который можно было теперь смотреть исключительно как на притон. — Замечательно выглядишь, — с лёгкой улыбкой сказал Клод, но будто сделал комплимент себе. Мол, вон я какой молодец, какие вещи тебе купил!       К ее удивлению они проехали мимо злополучного бара. Куда же он тогда вез ее?       Через пятнадцать минут машина остановилась у полупустой набережной, на парковке. Клод вышел и открыл дверцу пассажирского сидения и протянул Агате руку, помогая выйти из машины. Сам юноша был в красивом смокинге черного цвета, даже рубашка была такой же. Вместе с Агатой они создавали ослепительный контраст, её белое платье словно шло в дополнение его черному, как смоль, костюму.       Он достал шампанское с заднего сидения и, закрыв машину, пошел с ней к ближайшей скамейке.       Прямо таки человек слова. Сказал на набережной погуляют — вот, привез. — В пятницу самое то, говорил же, — Клод подмигнул девушке и открыл бутылку. Пробка звонко отлетела в сторону, а шампанское тут же было разлито по бокалам, что тоже были с собой. Вручив Агате оба бокала он пошел и выкинул пробку, а затем сел рядом с ней.       Сказать, что Агата была удивлена — ничего не сказать. Она понимала почему в прошлый раз перед всем этим он повёз её в ресторан, но сейчас… разве это было необходимо? Девушка недоверчиво глянула на него, приподнимая одну бровь, как бы задавая немой вопрос, но озвучить его вслух не решалась. Как-то слишком просто для Клода, где на этот раз скрывался подвох? Однако, Кларк решила, что нужно немного подыграть. Ей всё нравится.       На набережной было безлюдно, неудивительно, должно быть все разбежались по своим притонам, кому какое дело до этого места. — Никто в академии тебя не обижает? , — вдруг поинтересовался Клод.       Кларк протянула ему бокал, отпивая немного из своего и, смотря как красный след помады отпечатывается на стакане, наполненным алкоголем и закатными солнечными лучами. — Твои друзья, по-моему, слишком много себе позволяют, — вы только посмотрите на неё, какая гордая, совсем не похожа на ту овечку, что сидела возле парня на диване с заплаканными глазами. Несколько неожиданное заявление заставило Клода приподнять одну бровь. — Неужели? И почему же ты так думаешь? — ему было интересно, что послужило толчком для данных мыслей девушки, — Они приставали к тебе? На сколько мне известно Фаусты должны были лишь поговорить с тобой, — он знал обо всем до мельчайших деталей, и если девушка пытается посеять сомнение в его «друзьях», то у нее не получится. Им нет смысла его предавать, ведь все знают, чем это может закончиться.       Он быстро опустошал протянутый ему бокал, сидя на некотором расстоянии от девушки. Бутылка же стояла на подлокотнике скамьи рядом с Клодом. Девочка решила сменить тактику? Ладно, пока что он подыграет ей.       Врать и приукрашивать о случившемся было нельзя, поэтому стоило той быть поосторожнее с обвинениями. — Именно они, — Агата утвердительно кивнула головой, когда тот упомянул братьев Фауст. У Кларк не было определенной цели. Из истории Исаака было понятно, что ей не по силам справиться с давно слаженной иерархией. Тогда для чего она это делала? Для вида разумеется. Сидит сейчас вся такая гордая и вовсе не было ничего той ночью. Она уже ничего и не помнит. Ей ведь просто нравится внимание Клода вот и всё.       Агата допила шампанское, поставив бокал на подлокотник и поворачивая голову в сторону Фельхейма. Его взгляд был чётко сосредоточен на ней. — У меня что-то на лице? , — приторно проговорила Агата, закидывая ногу на ногу и как бы невзначай чуть приподнимая, обтягивающую бедро, ткань платья. — Да, кое-что есть, — Клод хмыкнул. До боли ему это напомнило поведение Исаака, что был больно дерзок с ним и отхватил. Что ж, раз она решила стать такой строгой дамой, пожалуйста, но вот у нее не получится, стоит Клоду только коснуться её, как маска уверенности разобьется и явит всем реальное положение дел. Юноша внезапно наклонился к ней, сокращая расстояние за считанные секунды, — Позволь, ты испачкалась, помада растёрлась, — после этих слов он стал напирать, кладя руку на бедро девушки и ведя узкой ладонью с длинными пальцами по нему, пробираясь под юбку платья. Нет, она женщина не такого уровня. Ей ещё расти и расти до той, кого он хочет видеть рядом. Умна, но одного ума недостаточно. И его бесило, что она пытается строить какой-то идеал. Но…какую все же женщину Клод видел рядом с собой? Элегантную, что умела одеваться сексуально, но закрыто, не очень вульгарно, умела добавить огонек в отношения и заставить забыть о делах, ту, что была бы хорошим другом, да, он хотел хотя бы одного человека, которого не нужно контролировать и которому можно доверять. Хитрая, можно даже без всякой там любви, да без нее лучше, она лишь мешает. Другую руку он положил на спинку скамейки, за шею Агаты и заставил девушку отклониться назад.       Руки заняты, что он там и чем с лица собрался убирать? Но вместо этого он приблизился к ее ушку. — У тебя какая-то маска на лице, — горячее дыхание обожгло её ухо и Клод прикусил его, не больно, а игриво, а затем провел языком по раковине, приобнимая одной рукой за плечо, а другой проделывая путь под юбку, он задрал ее уже довольно сильно и добрался до нижнего белья, — Надеюсь, что белье на тебе красивое?       Агата старалась держаться всё так же холодно, её взгляд был опущен вниз, так как она не могла видеть лица парня. Девушка как всегда сосредоточила свой взгляд на одной точке — руке Клода, что оглаживала её бедро. Кларк на секунду задержала дыхание, прикрывая глаза и хмурясь, но быстро вернула прежнее выражение лица, надеясь, что Клод не заметил этих небольших изменений. Слова о маске заставили её напрячься, конечно, она не была такой. Агата не прожила в этом мире и двух месяцев, а подобные черты характера присуще леди, что с молоком матери впитали в себя аристократизм, потому ей оставалось создавать лишь иллюзию. — Ты ведь ещё не подарил мне ничего из нижнего белья, — сказала Агата на секунду столкнувшись с взглядом парня.       Внутри её переполняли эмоции, и, очевидно, не самые приятные. Снова ужасное отвращение захлестнуло её, и в голове она уже представляла как ногтями выцарапает эти золотые глаза.       Он же злился не меньше неё, но не показывал это. Кто она такая и что о себе возомнила? Ладно. Сама напросилась. Уж лучше бы она была настоящей. Клод ненавидел, когда ему лгали и жестоко карал за это.       Наконец Клод отстранился от девушки и посмотрел на бутылку, принялся наполнять бокалы вновь. — Хорошо, я тебя понял. Я куплю тебе белье и ты сейчас же в него переоденешься, — пустую бутылку юноша выкинул. Шампанское —вещь страшная и выносит даже с одного бокала из-за газов. А они всю бутылку допили… пьяным за руль садиться Клод не собирался, потому бросил свою машину здесь и вызвал такси. Стоило нанять на ночь личного водителя, как-то он не рассчитал. Видимо желание сломить её слишком сильно . Юноша брезговал ездить на такси: вдруг там воняет или болтливый водитель, да и вообще там столько человек было! Но сейчас была необходимость. Они приехали в магазин нижнего белья и Клод тут же стал выбирать комплект для девушки. А выбрал он не только белье, но и костюмы с различными портупеями и красивыми кружевами. Даже поводок купил. Вдруг пригодится.       В магазине Агата молча следовала за ним, в отличии от него, что был тут как рыба в воде, она стеснялась. Когда же выбирал, даже размер угадал, не спросив у неё. Она знала, что ему без разницы какой комплект нравится девушке, поэтому не лезла со своими запросами. — Давай, поехали, — одно он попросил упаковать отдельно и вручил его Агате, — приедем на место — наденешь это, — такси неизменно ждало их у магазина и на нем же они доехали до… отеля?       Они остановилось у позолоченных дверей, возле которых стоял консьерж. Это был пожилой мужчина с сединой и мимическими складками возле глаз и рта, которые сформировались у него из-за вечно натянутой улыбки. Он сам открыл дверь молодым людям, пропуская их в роскошный холл. Первое, что бросалось в глаза — это хрустальная люстра, которая с потолка спускалась практически до самого пола, закручиваясь в причудливую форму.       Клод направился к ресепшену, а Агата осталась стоять возле диванчиков, продолжая рассматривать ряд столиков, на которых стояли цветы, среди них была венерина мухоловка, весьма странный выбор для цветка в отеле. — Как обычно, — это означало, что ему нужен президентский люкс. Женщина на ресепшене кивнула и протянула Клоду электронную ключ-карту, пожелав тому «хорошего вечера».       Агата невольно засмотрелась, но её внимание быстро переключилось на юношу. — Идем, — подойдя к Агате, он приобнял ее за плечи и повел к четырем лифтам. Зайдя в один из них, они поехали на самый последний этаж. Здания тут были не высокие, в этом городке, доходили максимум до 10 этажей и эта гостиница не была исключением. Построена она была для приезда приглашенных лекторов и гостей на день открытых дверей.       На десятом этаже перед ними была лишь одна дверь. На столько люкс был большим… юноша открыл ее ключ-картой и любезно пропустил даму вперед. Масштабы этого номера были просто невероятными, и для чего снимать такой всего лишь на одну ночь? Вполне хватило бы и одной спальни — именно так подумала Агата. — Располагайся, переодевайся, если будет в том белье некомфортно, то пока надень халат, они висят в первой ванной, — прямо как у себя дома, даже показал где эта ванна, — я пока закажу нам ужин, — это юноша и сделал, добавив, чтоб им принесли шампанское. Он был пьян, но не сильно. Скорее этот алкоголь предназначался для его прекрасной спутницы.       Она зашла в ванную комнату, тут же замечая, что раковина выложена розовым мрамором, да и вся комната выглядела так будто одна она стоила где-то миллион. Девушка достала бельё из пакета, скептически оглядывая его, такое она бы в жизни не надела по собственной воле. — Извращенец, — негромко произнесла Кларк, стягивая с себя платье и аккуратно складывая его, серьги же и подвеску она оставила.        Большое зеркало продемонстрировало её внешний вид со всех сторон. Это точно было нижним бельем или просто ниточки для вида? Молодое тело выглядело весьма аппетитно, как говорят некоторые в качестве комплимента, но Агата от подобного образа не была в восторге, поэтому всё же надела махровый белый халат, посильнее кутаясь в него. Когда девушка закончила, официанты как раз принесли еду. Эта формальность тоже казалась бессмысленной, но выражать вслух свои мысли она не стала: практика показала, что лучше иногда держать язык за зубами. Её выражение лица не показывало особо ничего, такому она частично научилась у Исаака, всё же проведя с ним некоторое время, начинаешь перенимать его привычки.       Официанты принесли два подноса с едой, накрыли стол, и удалились.       Клод открыл бутылку шампанского, придерживая пробку рукой, чтоб та никуда не улетела и разлил его по бокалам. — Тост… за эту ночь, — хищная улыбка озарила прекрасное лицо. Они чокнулись, отпивая светлую шипучую жидкость.       Ужин состоял из двух аппетитных стейков средней прожарки. Клод сел за стол и поставил бутылку по центру круглого стола, полного украшений в виде цветов. — Как тебе белье? — поинтересовался Клод с легкой улыбкой, начиная кушать мясо. Аккуратно и элегантно он отрезал один кусочек за другим, — К слову бутылка шампанского вся твоя. Надеюсь, что ты соизволишь допить ее. Оно дорогое, — больше он особо ничего не говорил. В тишине комнаты раздавалось лишь постукивание ножа и вилки о тарелку. Клод периодически подливал девушке шампанское, мертвецкая тишина рядом с Агатой удивляла его. Все девушки были болтливы…ну ничего, он привыкнет быстро. Конечно он не чувствовал эту тяжелую атмосферу, которая была создана из-за него. — Необычно, — Это мягко сказано, если бы у неё это спросил кто-нибудь другой, то она красочно бы описала не только внешний вид белья, но и его непрактичность и бесполезность. Мягкая ткань халата касалась груди и бёдер, задевая соски при движении и слегка неприятно натирая кожу. Он так искусно растягивал время, что у девушки всё быстрее и быстрее заканчивалось терпение, от нервов Агата затрясла ногой, и лёгкое волнение стало пробираться сквозь неприступную маску.       Постепенно он споил девушке все шампанское и, закончив с трапезой, подошел к ней со спины, кладя руки на тонкие девичьи плечи, наклонился к её уху. — Подождешь немного, я скоро вернусь, — Клод осторожно оголил плечо девушки и нежно одарил его несколькими поцелуями. Таки женатая любовная парочка, даже тошно. Его рука скользнула вниз по прямой и напряженной спине Агаты, опустившись к талии, проследовала к животу, поглаживая девушку через халат. Его рука почти опустилась меж ее ног, но он резко отпрянул, — вернусь и полюбуюсь твоим бельем, — игриво прикусив ее ушко, он скрылся в спальне и вернулся с каким-то тюбиком в руке. Он подошел к бутылке и щедро выдавив его содержимое на горлышко, надел на бутылку презерватив, что тоже принес из спальни, и добавил смазки еще и на него. Сам же Клод сел на стул напротив девушки. — Время десерта. Приступай. Девочка взрослая, что делать знаешь.       Агата молча наблюдала за его действиями, поджимая губы. Сесть на бутылку — не особо оригинально, но Клод решил, что для её психики сойдет.       Девушка молча вздохнула, по крайней мере она знала на что идёт. Успокаивало, что здесь не было посторонних, но и гарантий, что всё это сейчас не снимают на видео — тоже. Желая верить в первое, успокаивала себя Кларк, поднимаясь с места и развязывая халат. Скрывающая её тело ткань безвольно рухнула на пол, демонстрируя бельё во всей его красе. Она облокотилась руками на стол, опуская голову вниз и делая глубокий вдох. «Пусть ему надоест, прошу» — взмолила мысленно та.       Кларк взяла в руки бутылку, и хотела было поставить её на стул, чтобы сесть, как Клод остановил её одним движением поднятой вверх руки. Девушка подняла на него взгляд и на секунду в её глазах мелькнула надежду. Но зря. — Десерты подаются на стол, так что забирайся, — он смахнул со стола всё, что на нем стояло, в том числе тарелки и даже цветы. Среди пышных и красивых цветочков была высажена венерина мухоловка. Керамическая белая ваза упала на пол, разбившись и повредив цветы. От этого звука Агата немного вздрогнула, ссутулив плечи и смотря на мухоловку. Она сама будто в пасти хищника.       Девушка забралась на стол, преодолевая рвотные позывы. Она из-за нервов толком не поела и не насладилась стейком, хотя кому вообще захотелось бы есть в такой ситуации. Расположившись в центре стола на белой скатерти, она раздвинула ноги. По началу не решаясь приступать к столь унизительному действу, Агата медлила, но злобный взгляд золотых глаз заставил её поторопиться. Кларк отодвинула одной рукой белье, выставляя на обозрение всё, что было можно, и стараясь на смотреть на Клода, чье лицо расплывалось в довольной улыбке.       Она начала вводить в себя горлышко бутылки, но будучи девственницей и прежде таким не занимаясь, было больно. По большей части потому, что та просто не умела. Именно эта её боль и доставляла Клоду невероятное удовольствие. Смотреть, как девушка морщиться от сего действа, как страдает, но при том не испытать возбуждение было просто невозможно — тут-то все устои этих монашек летят к чертям. Несмотря на то, что смазка и презерватив облегчали задачу, у Агаты все равно ничего не получалось. — Кажется ты не справляешься, — Клод усмехнулся и резко придвинул свой стул. Он несколько с ленивым видом взял бутылку за донышко, и, не убирая руки Агаты, резко надавил на бутылку, тем самым подавая ее вперед на несколько сантиметров, что в такой открытой позе было достаточно глубоко, — Удивительно, какие женщины вместительные, правда? И как все просто! Раз, и твой первый раз с бутылкой, — Клод улыбнулся. Да, не оригинально, но для Кларк этого достаточно. Пусть порадуется, что ее трахает не кобель и не конь.       Юноша резким движением руки глубже ввел горлышко в девушку, там уже бутылка начала идти на расширение, но рвать бедную Агату он не собирался, но все же перестарался и маленькая складочка влагалища, представляющая собой девственную плеву тут же растянулась, разрываясь, размазала парочку капель крови по презервативу, пока он двигал бутылкой туда-обратно, наблюдая за реакцией студентки. Добивался этот урод ее слез. Его, кстати, удивило то, что она беспрекословно подчинилась ему, хотя это было разумно с ее стороны. — Знаешь почему вечер кончился этим? Я не планировал, просто ты больно много о себе думаешь, строя ту, кем не являешься, — его взбесило то, что она говорила о его приближенных в том числе, — кстати, красивое белье, — с улыбкой сказал Клод, подаваясь вперед и прикусывая ее сосок.       Фигура у девушки тоже была вполне себе хорошенькой и форма сосков, что надо. Да, у Фельхейма было очень много критериев, потому, чтоб лишний раз не разочаровываться, он оставлял девушек в одежде, но сейчас понял, что она его не разочарует.       Было больно и неприятно, но здесь основные эмоции сконцентрировались только на физической боли, от этого было чуть легче отойти морально. Но не смотря на это Агата держалась более менее достойно, по крайней мере настолько, насколько это позволяла данная ситуация. Она не молила его остановиться или что-то в этом роде, единственное, что выдавало её чувства это мокрые дорожки слез на щеках, блестевшие при свете люстры. Еë руки обхватили шею Фельхейма, это действие было скорее инстинктивным, чтобы не повалиться на спину на столе, так как там всё ещё стояли столовые приборы, до которых не дотянулась рука её мучителя. Слова Клода о том, что он не планировал это, разочаровали Агату, значит она всё-таки оступилась. Неужели можно было избежать такого расклада этого вечера?       Всё же сплетни о странном фетише лишать девушек девственности странными способами оказались правдой, и та вдруг подумала скольким, таким же как она, приходилось хуже. Агата опустила взгляд вниз, смотря на макушку парня, который сейчас играл с её сосками, она проигнорировала его слова, но запомнила, что его может разозлить. — Я рада, что тебе понравилось, — негромко произнесла Кларк, решая ответить на комплимент.       Клод усмехнулся, немного болезненно прикусывая сосок девушки и отстранился от ее груди, что сейчас соблазнительно припухла. Она даже за шею его обхватила, надо же. Это вызвало улыбку на его лице.       Он вытащил из девушки горлышко, а затем глубоко вогнал резким движением, продела это несколько раз. Смазка значительно смягчала все действо, так хотя бы было не настолько больно. — Интересно, что шейка матки в среднем десять-двенадцать сантиметров, но во время секса способна вытягиваться до восемнадцати, — загнав горлышко глубоко, так, что оно коснулось матки, он резко вынул бутылку и откинул ее в сторону, отчего та разбилась о мраморную плитку пола. Клод поднялся таки со стула и притянув Агату к себе резким движением за бедра, столкнулся с ней лицом к лицу. Вблизи этот Дьявол был невероятно красивым.       От такой близости он опешил, но затем, отмерев, очень мягко слизал дорожку её слез, нежно целуя в правую бровь. Девушка уже было подумала, что все закончилось, но он подхватил её на руки и понес в спальню, где расположил на огромной кровати. Она и правда была на столько большой, что будто бы предназначалась для оргий.        Кажется, она слишком сильно его возбудила. Клод достал из тумбочки ещё один презерватив и уже натянул его на пальцы. Ноги девушки оказались безжалостно разведены в стороны, а сам он сел рядом с её бедрами, мягко вводя в растянутую Агату два пальца. Делая все это, он мечтал, чтоб сейчас приехали близнецы и хорошенько ее отымели.       Бутылка хорошо растянула её, так что пальцы уже не приносили такой дискомфорт, ей бы даже хотелось расслабиться и получить удовольствие, но человек, проделывающий с ней подобное всё портил. Желанию парня суждено было сбыться: Клод тут же достал телефон из кармана штанов и набрал одного из них. Трубку взяли быстро, на заднем фоне слышалась клубная музыка. — Оба сюда, срочно. В отель N, скажите, что в гости в президентский люкс, — заметив лицо Агаты он усмехнулся, — что такое, не хочешь? — с усмешкой спросил юноша, слегка отдаляя трубку от своего лица.       Агата вновь свела брови на переносице, чуть сморщив носик, она даже кинула на него недовольный взгляд, отрицательно кивая головой. Кларк чуть приподнялась на локтях, приближаясь к нему. Выбрав удобный момент, когда пальцы парня полностью вышли из неё, она слегка надавила на его плечи, заставляя принять вертикальное положение и совсем немного возвышаясь. Терять ей было уже нечего, это очевидно, так что стоило попробовать. — Может мы договоримся? , — одна её рука скользнула вниз, острыми ноготками проходя по выделяющемуся бугорку штанов. Пройдясь пальцами пару раз вверх-вниз, она не сильно надавила ладонью на член юноши, ловя его взгляд, чтобы понять что будет дальше и не переборщила ли она. — Отмена, если что, я перезвоню. — Фаусты в непонятках что-то загалдели, но сказать толком ничего не успели: Клод сбросил звонок и лег, приподнявшись на локтях, — Да? Ну попробуй, покажи, какой ты хороший политик, — с его лица даже пропала мерзкая ухмылка, была лишь легкая улыбка, означающая предвкушение, — неужели моя куколка не так уж и невинна и умеет мастерски отсасывать? — от прикосновений девушки член напрягся, отвечая ее действиям. Клод не был гигантом, да и ведь правда — размер не главное, скорее был вполне себе хорошим среднячком. В штанах стало тесно, а от сковывающего ремня даже больно. — Если будет совсем плохо, то мне придется позвать Фаустов, — усмешка на его устах, он скидывает с пальцев презерватив, надеясь, что она не будет совсем уж бревном и покажет, как сильно хочет его. Да, это не так, но пускай сыграет. Если она сделает что-то, что ему не понравится, то ей же будет хуже. Хотя, чтоб нормально сосать надо хорошо этого человека знать. Ты можешь быть хоть трижды лучшей в этом, но у всех свои чувствительные точки. Потому для одно ты будешь делать это как богиня разврата, а для другого — отвратительно.       Агата напряглась, очередное её действие, которое должно быть выполнено безошибочно, иначе эти два мерзких типа придут по её душу. Конечно, девушка смотрела парочку фильмов для взрослых, где девушки занимались подобным, но практику никогда не восполнишь теорией. Единственное на что сейчас полагалась Агата — это практически полное отсутствие рвотного рефлекса. Парням ведь нравится горловой минет, так? Что ж, прямо сейчас Кларк из политика должна переквалифицироваться в сапёра, дело весьма деликатное, но самое главное, чтобы его высочеству понравилось.       Она расположилась между его ног, ловко справляясь с ремнём и ширинкой, чуть облегчая его «мучения», хотя кто ещë здесь был мучеником. Чуть приспустив брюки вниз, девушка оттянула резинку боксеров Клода в том месте, где выпирала тазовая кость, и высунув язычок, она провела по этому месту, в то время как её грудь слегка давила на член Фельхейма. Взгляд то и дело метался к лицу Клода, чтобы понять хорошо ли идёт процесс. Задерживаться тоже было нельзя, иначе он разозлится, так что Агата наконец стянула мешающую ткань окончательно. Её рука легла у основания, делая плавные движения вверх и вниз, пока она вытягивалась на кровати, чуть оттопырив ягодицы и максимально приближаясь лицом к возбужденному органу. Высунув язык, она несколько раз прошлась по головке, слизывая выступивший предэякулянт.       Он смотрел на нее довольно придирчиво: его взгляд ничего не выражал, лишь насмешку над ее действиями и жалкими попытками отсрочить неизбежное. Ее действия были совсем неопытными. Кто ж на сухую дрочит? Это не приносит удовольствие, это ну...никак.       Замечая его скучающий вид, Агата напряглась. Это плохо. Но жар рта девушки заставил его взбодриться. Поняв, что чего-то "вау" все-таки не будет, он дал ей фору в три минуты, просто так, из интереса, чтоб понять, что она будет делать.       По итогу он лишь закатил глаза. Не сказать, что из рук вон плохо, но даже до уровня «сойдет» ей еще далеко. Он положил руку на ее волосы и резко заставил взять член до самого основания, толкаясь в ее глотку и просто трахая в рот. Как же он кайфовал… у девушки из глаз текли слезы, она не могла нормально дышать и буквально давилась его членом. — М… ну хоть на это твой ротик годен, — Клод отпустил ее волосы, насадив до самого основания члена, — попробуй заставить меня кончить.       Агата поняла, что делает что-то не так, но что?! От возмущения ей хотелось снова накричать на него и сказать что-то вроде «Ты сам то попробуй!», но времени на это не было. Видимо долгие прелюдия и особая аккуратность его не восхищает, что было вполне ожидаемо. Пальцы девушки сжали одеяло, делая пару быстрых глотков воздуха, перед тем как снова вобрать член Клода. Её движения стали чуть более резкими, время от времени полностью выпуская член изо рта и вбирая его до самого основания. "Так ты хочешь?"       Одна из рук немного помогала ей, размазывая слюну по всему основанию. Язык у Кларк был довольно длинным, поэтому она решила немного поласкать головку, делая круговые движения. — Ну ты практически справилась, — ухмыльнулся Клод, — старайся ласкать языком сразу везде, так интереснее. Ха, кто еще учить тебя будет для твоего будущего мужа. Если, конечно, после такого позора кто-то тебя возьмет замуж, — жестокая насмешка, но что поделать. Дав ей немного потренироваться, Клоду надоело это, и он, схватив ее за волосы, стал долбиться в ее горло.       Вскоре он смог кончить, причем ей и в рот, и на лицо. Юноша запрокинул голову назад, тяжело дыша и постанывая. Оргазм продлился секунд двадцать, а затем он полюбовался перепачканной в сперме девушкой. — Ух...мм, — оргазм таки накрыл его, но сам секс по нраву не пришелся. Откинув девушку от себя за волосы, он быстро сфотографировал ее перепачканное спермой лицо, — можешь пока принять душ, — как мило с его стороны, — ух, больно нежен я с тобой, — юноша хмыкнул, думая, что близнецов таки надо было позвать.        Он скинул в их общий чат фотку девушки с подписью «теперь поюзаная».Народ в группе из 7 человек оживился, смотря на фото. Клод усмехнулся, близнецы расстроились, что им не достался кусочек. «У меня для вас квест: кто последний из вас ее нагнет, тот должен будет мне десять тысяч евро.» Конечно, А Ран гей, но может заставить кого-то выебать ее и это тоже зачтется. Начался ещё больший ажиотаж и Клод наконец отложил телефон.       Агата облегчено вздохнула, по крайней мере на сегодня всё кончено. Она поднялась с кровати, вытирая тыльной стороной ладони белую жидкость с края губ и морщась. Противный соленый вкус остался во рту.       На фотографию ей было уже плевать.       Схватив со стула свой халат, она направилась в ванную, на ходу снимая с себя бельё и вставая под душ. Кларк уткнулась лбом о кафель, прикрывая глаза. — Когда это всё закончится… , —кажется, у неё появилась новая привычка говорить с самой собой, чаще всего она делала это дома, когда начинала анализировать прошедшие события и придумывать решения как бы ей избежать очередной встречи.       Клод последовал за ней в ванну, особо не интересуясь, понравится ли это Кларк. Юноша разделся и подошел к ней в душе сзади, немного прижимая к стене своим обнаженным телом. — Интересно стоять со стеной говорить, дорогуша, — прошептал ей тот на ухо.       Кларк резко обернулась. Неужели она забыла закрыть за собой дверь? Когда направлялась сюда даже внимание не обратила, да и посчитала, что Клод уже забыл про неё, по крайней мере перестал бы так активно проявлять внимание. Даже здесь ей не было покоя. Девушка не понимающе уставилась на него, ей более чем хватило предыдущих событий, она даже успела расслабиться, но зря. — Очень, — скривившись и отвернувшись обратно произнесла Агата, обе руки прижимая к груди и начиная ковырять на них заусенцы, — Что тебе ещё надо?       Клод поднял одну бровь вверх, ставя руки по обе стороны от ее лица. Вот ведь. — От тебя — ничего, просто хотел насладится теплым душем, — юноша хмыкнул, смотря на девушку и неожиданно нежно стал поглаживать её плечи, — Может хотя бы из вежливости повернешься? — да, с другими людьми он может обращаться как угодно, но вот если с ним будут обращаться неподобающе... Всегда так у людей: куча народу боится одного царя. — У тебя к моему удивлению красивое тело, — с усмешкой сказал Клод, целуя девушку в плечо. Вот что-что, а ее плечи ему почему-то особо нравились. Такие изящные и хрупкие. Но что больше всего поражало это то, что он делал комплименты. Чертов джентльмен. — Не хочу, — буркнула Агата, всё ещё прикрывая свою грудь руками, ей бы хотелось оттолкнуть его, чувствовать поцелуи на коже было даже хуже, чем его грубые и резкие движения. Они хотя бы были свойственны ему, в отличие от подобной нежности. По телу пробежали мурашки то ли от того что вода резко стала горячее, то ли от поглаживаний парня. — Я сказал повернись, — уже куда настойчивее стал голос Клода, в отличии от прошлого раза. Злясь, он схватил ее за предплечья, развернул к себе и, прижав к стене, более не дал закрыться, любуясь видом обнаженного тела. — Всегда делай, что я говорю, иначе будет хуже. Хочешь, чтоб тебя конь выебал? — вот это джентльмен…       Кларк вяло кивнула головой, что говорило о том, что она его поняла. Он сделал ей уже пару комплиментов о теле, нужно будет потом спросить у Исаака всегда ли он так делает, потому что если нет, то это будет небольшим звоночком, свидетельствующим о том, что так просто её не отпустят. — Я не успела помыться, — кивая на тюбик с гелем, сказала Кларк, чтобы Клод немного отошёл и позволил ей смыть с себя ощущение его прикосновений.       Вместо этого он сам взял гель, выдавил себе на руки, растер и, положив на бедра руки, повел снизу вверх по ее телу, конечно же по груди, немного сжимая и, не удержавшись, прикусывая один сосок. Вкус геля, конечно, его смущал, но больше хотелось вырвать из девушки стон. А то стоит и делает вид, что вся такая неприступная, но ничерта это не так.       Наконец ее груди он отпустил и стал оставлять засосы, что шли выше, к ключицам, затем по шее к подбородку, причем невероятно темные, такие не замазать дешевой косметикой, сам пачкаясь в ароматном геле. Трудно было отрицать тот факт, что эти его движения приносили девушке приятное удовольствие, разливающееся по телу. Кажется, она ошиблась — нежность тоже была ему свойственна. Пусть разум и отвергал его и все его прикосновения, но тело реагировало на них, совсем не слушаясь свою хозяйку, всё же прикосновения были весьма приятными. Агата прикусила нижнюю губу так сильно как могла, чтобы не дать ни единому звуку вырваться с её уст. Губа треснула и на ней выступили маленькие капельки крови. Конечно, это не осталось без внимания юноши. Он тут же прошелся языком по ее губам и увел девушку в долгий и сладкий поцелуй с привкусом железа. Как же много крови он пролил, если задуматься? Из-за него умерло или стало калеками очень много людей. Так что этот вкус был, можно сказать, родным.       Его руки легли на талию и он целовал Агату, не желая отрываться от ее губ, пока по их лицам стекала вода. Это показалось даже ему немного странным, но сослав это на всё ещё не прошедшее возбуждение, он отстал от Агаты, смыл с себя гель и покидая ванну сказал «жду в комнате», обернув бедра полотенцем. Он так быстро покинул её, будто напугался произошедшего.       Агата поднесла руки ко рту, прикасаясь пальцами к чуть порозовевшим от поцелуя губам. Это было так странно, наваждение какое-то.       Ему не пришлось долго ждать, так как Кларк вышла почти следом за ним, она снова надела то платье, что оставила в ванной. Волосы были всё ещё немного влажными, но на сушку ушло бы слишком много времени, а ей очень хотелось вернуться домой как можно скорее, будто само нахождение здесь доставляло ей физическую боль. Она прошла в комнату, останавливаясь в проходе. —Мы поедем?, — Кларк чуть склонила голову в бок, пытаясь понять почему он ещё не собрался. — Нет, сегодня мы ночуем здесь и ты спишь со мной, — юноша не зря не стал одеваться. Он сел на край кровати и посмотрел на девушку, что уже собиралась сбежать. Да, стоило сразу сказать, что сегодня они будут вместе всю ночь. Вот такой метод кнута и пряника, самый настоящий и чистый абьюз. Клод полностью осознавал это, по сути заставляя людей любить себя с помощью эмоциональных качелей, — Уже поздно и кстати, сегодня ночью нам должны принести маски. До бала осталось всего две недели. —А… —вырвалось из уст девушка, когда та замерла в проходе. Ну вот опять придётся раздеваться, Агата попросила Клода помочь, раз сейчас он такой милый, и не прогадала: тот не отказал, вновь целуя её плечи, пока расстегивал молнию на спине.       Из-за всех этих событий она совсем забыла про бал, нужно было где-нибудь найти подходящее платье, но об этом она подумает завтра, а сейчас же уже переодевшись в своё обычное бельё, Агата легла в постель, чувствуя приятное расслабление мышц по всему телу. Кровать будто обволакивала её, заставляя поддаться соблазну закрыть глаза. — Спокойной ночи, — тихо произнесла она, сама не зная для чего. Какая абсурдная сцена — подумала Агата, поворачиваясь к нему спиной.       Он ей не ответил, но зато обнял со спины. Психологически это даровало человеку чувство безопасности, хотя спать в одной кровати с таким ублюдком…разве можно почувствовать себя в безопасности?