Моя жизнь в хантере

В глазах лишь темнота. Я мчусь вперёд, не видя ничего, не зная, от чего бегу. Вдруг впереди мерцает свет, и едва слышится тихий, искренний смех. Я бросаюсь к этому свету, и тут всё обрывается — я резко просыпаюсь. Голова раскалывается. Пытаюсь помассировать виски, но цепи сковывают руки, не давая даже шевельнуться. Осматриваясь, замечаю вокруг других избитых и растрёпанных детей, примерно моего возраста. Сырость, тьма, следы пыли на каменных стенах — всё это напоминало мне о грязных делах мафии, которые творятся здесь, в Метеор-Сити. Похоже, у меня крупные неприятности. Прошло какое-то время, прежде чем в подвал заглянул один из надсмотрщиков, будто проверяя, всё ли в порядке. Его взгляд был холодным, презрительным, словно он смотрел на нас, как на насекомых. Отвратительно! Нас заставляли выполнять грязную работу — не так уж сложно для меня после жизни на свалке, но для других детей это было невыносимо. Мы таскали тяжести, вытирали пыль, поднимали ящики. Один мальчик ошибся с механизмом, и его тут же наказали кнутом. Дни сливались в туманный водоворот. Однажды дверь вновь скрипнула. Мы обернулись, ожидая кого-то из охранников, но на пороге стоял старик в длинном плаще. Его глаза не выражали ни злости, ни сострадания — лишь спокойное, холодное безразличие. Он медленно оглядывал нас, как будто изучал. И тут появился один из наших надсмотрщиков, усмехнувшись, заметив старика, но не успел он сделать и шага, как жизнь его внезапно оборвалась. Старик с молниеносной скоростью оказался рядом, уложив его на пол. Ни одной лишней эмоции. Чистый, хладнокровный расчёт. Эти черты казались мне пугающе знакомыми. Внутренне я даже ощущала к нему странное родство — такой же пустой взгляд, такой же холод. Этот человек был настоящим наёмником. Когда он повернулся, его взгляд на мгновение задержался на мне. Похоже он увидел во мне потенциал.Другие дети застыли в ужасе, но я просто смотрела прямо на него. Его лицо не дрогнуло — даже в его взгляде не было ничего личного. И всё же, мне казалось, что я его заинтересовала. Он обратился ко мне: «Ты можешь остаться». Остальные бросились к выходу, но я медлила, ловя его взгляд. Этот человек был Зено Золдик, и в тот момент я поняла, что он стал моим единственным шансом. Я уже два года работала на мафию, и теперь, после встречи с ним, ощущала, что это — мой путь.