Моя жизнь в хантере

Ночь была спокойной, но Айлин чувствовала себя странно. В темноте своей комнаты она сидела на кровати, обхватив колени. Её мысли были беспорядочны, как хаос, скрытый за холодной маской. Образ девушки снова возник перед глазами. Это началось несколько дней назад. Едва уловимое, будто что-то хотело прорваться сквозь пелену забвения. Вначале она игнорировала это, списывая на усталость или остатки снов. Но теперь… Теперь это не исчезало. Девушка из прошлого. Её лицо становилось всё яснее. Мягкие черты, глаза, излучающие тепло. Эта улыбка — такая живая, такая настоящая. Но как только Айлин пыталась вспомнить имя, воспоминание рассыпалось, как дым. Она стиснула зубы, в её груди что-то сжалось. — Почему я не могу вспомнить? — прошептала она в темноту, её голос был полон отчаяния. Айлин встала, сделала несколько шагов по комнате и остановилась у окна. Ветер лёгкими порывами шевелил занавески. Её взгляд был устремлён вдаль, но она видела не лес за стенами особняка, а лица из своей прошлой жизни. Девушка… та, что всегда была рядом. "Ты не одна." Эти слова эхом звучали в её сознании, вызывая щемящее чувство утраты. "Но я одна, — подумала она, опуская голову. — Я давно одна." Слёзы медленно катились по её щекам. Она пыталась их сдержать, но это было бесполезно. — Прости... — прошептала она. — Я не должна была забыть тебя. Твоё имя. Твоё лицо. Она сжала кулаки. Её тело дрожало, но это была не слабость, а что-то другое. Глубокое чувство, которое она давно похоронила. Внезапно всё, что она сделала за эти годы, навалилось тяжестью. "Я убивала, не задавая вопросов. Стирала чужие жизни, не думая о последствиях. А что если бы она увидела меня такой? Что бы она сказала? Могла бы она меня простить?" Эта мысль вонзилась в её сознание, как нож. Она знала ответ. И он заставил её сердце сжаться. — Я стала чудовищем, — произнесла она чуть слышно, и на этот раз в её голосе не было ни тени уверенности. Она подняла глаза к звёздам. Глубоко вздохнула и вытерла слёзы. "Так больше не может продолжаться. Я не могу стать лучше, оставаясь здесь." Она обернулась к комнате, осматривая своё скромное окружение. Особняк Золдиков был её домом последние шесть лет, но теперь он казался клеткой. Её тренировали быть оружием, хладнокровной машиной для убийств. Но Айлин не хотела быть машиной. Она хотела вспомнить, кем была. Хотела вспомнить ту, кого потеряла. Хотела стать кем-то, кого могла бы принять подруга из прошлого. Решение зрело в её сердце. Она больше не будет убивать ради убийств. Да, она останется сильной, будет продолжать тренироваться, но только ради того, чтобы защищать себя и тех, кто дорог. Она уедет из особняка. Не сегодня, но скоро. Когда будет готова. Эти мысли принесли странное чувство облегчения. Айлин глубоко вздохнула, и, на удивление, воздух казался чище. Она взглянула на свои руки, когда-то привыкшие к крови. Теперь ей предстояло научиться использовать их иначе. Но для этого ей нужно было кое-что сделать. --- Утром Айлин подошла к Зено. Старик смотрел на неё внимательно, словно ожидая, что она скажет нечто важное. — Я ухожу, — произнесла она, стараясь держать голос ровным. — Мне нужно… найти свой путь. Зено не спросил ни "зачем", ни "почему". Он молчал, оценивая её. — Решение твоё, — наконец сказал он спокойно. — Но помни: с этого пути нет возврата. Айлин кивнула. — Я понимаю. С этими словами она развернулась и направилась к выходу. Она не стала говорить Иллуми. Пусть он подумает, что её уход — временное исчезновение, новая миссия или что-то ещё. Она не хотела прощаться. И не знала, сможет ли он понять. Айлин шагнула за пределы особняка, чувствуя, как груз спада ет с её плеч. Она больше не была Золдиком. Теперь она принадлежала только себе.