Конец солнечных дней

Глава первая. Прогулка

24.08.XX

Утро встречает парня не слишком хорошо. Воздух ужасно спёртый из-за всех этих коробок и ненавистной пыли, которую придется вычихивать ещё где-то неделю, надеясь, что не начнётся какая-нибудь внезапная аллергия на неё же. Окна были закрыты по инициативе хозяина квартиры, и в данном случае он сожалеет только о том, что миролюбивый кот не разодрал его совершенно новые тапочки в силу мести. Быть может, это бы послужило ему хорошим уроком и вечным напоминанием о том, что спать на новом без хотя бы малость открытого окна — не только самоубийство, но и сплошное мучение домашнего животного! Пытаясь не обращать внимания на неважное самочувствие, Инк, без раздумий ополоснувший всё лицо и случайно попавшиеся под руку пряди волос после ванных процедур, поплёлся куда-то на кухню, чтобы отыскать в куче своего упакованного в плотный картон хлама электрический чайник и что-то вроде чая или, если судьба над ним смилуется, пакетика отвратного на вкус магазинного кофе. Поиски и махинации длились довольно мало — всего несколько минут. В ожидании чуда в виде вскипевшей воды в кухонном приборе, руки сами собой подхватили из кармана просторных клетчатых пижамных штанов по привычке взятый с собой телефон. Однако, заметив в отражении экрана всё ещё закрытое окно, юноша поспешил исправить свою ошибку. В комнате наконец-то показалась утренняя прохлада и с приятными мурашками прошлась по щиколоткам, порывая избавиться от излишне тёплой домашней обуви и насладиться этим мгновением. Он шагнул дальше и, оперевшись о подоконник, выглянул на улицу, вдыхая свежий воздух полной грудью. Взгляд пал на рассвет — как же потом будет плохо из-за выбора солнечной стороны! — розовато-пурпурные оттенки которого не́мо побуждали взять краски, мольберт с чистым холстом и зарисовать это чудесное явление природы. Только вот настроя на это не было совершенно — хотелось либо завалиться обратно спать, перед этим оставив все окна в состоянии «форточки», либо сбежать из этого душного помещения. Снизу послышался глухой стук. С лёгким испугом обернувшись и обнаружив лишь животное, решившее поразвлечься прыжками в далеко не пустую коробку, хозяин квартиры рвано вздохнул. Телефон в руке неожиданно завибрировал. Излишне тускло и практически не видно высветилось знакомое имя. Своеобразный, но очень хороший и добросовестный будильник для скорых прогулок на отрезвляющем воздухе решил напомнить о себе. И всё же забавно. Дрим ни капли не изменился за год их дружбы на расстоянии нескольких сотен километров. Всё такой же заботящийся, улыбчивый и совсем не хмурый. Прямо как маленькое солнце.

***

Утренние лучи солнца не согревали от слова совсем, как этого бы ни хотелось ожидать. Слабый ветерок то и дело проскальзывал под футболку (приготовленная толстовка буквально «исчезла» с плеча владельца, оказавшись благополучно забытой где-то в квартире) и заставлял неприятно поёжиться, потирая успевшие слегка замёрзнуть предплечья. Погода для прогулок не самая привлекательная. Но это не проблема — ещё до выхода из домов оба парня сошлись на том, что побродить на улице сегодня — не самая лучшая идея. Так и простыть перед началом учёбы можно. Потому, пораскинув мозгами, Дрим предложил сходить в какой-нибудь торговый центр или крытый парк. А потом, когда несуразный климат хоть немного сжалится над их регионом, можно будет и походить по незнакомым для одного из друзей улицам, частично улучшая его ориентацию в новой местности. Честно сказать, сей день изначально казался не слишком везучим — начиная с отвратного самочувствия и забытым элементом гардероба, заканчивая сумасшедшим ребёнком на электрическом самокате, чуть не сбившим его на огромной скорости. Инк только кривовато улыбнулся ему вслед, думая, что случись, если бы он не решил пару секунд назад сделать бессмысленный шаг в сторону. Наверное, это было бы лучшее начало «нового листа». Впрочем, дальше происшествий не было. Благополучно встретившись возле кафе, в котором оба только вчера пахали весь день напролёт, парни обнялись в знак приветствия. Блондин, оглядев того с головы до ног, покачал головой, видя на чужом лице глупую улыбку. С насмешливым вздохом снял с плеча рюкзак, расстегнул и достал оттуда аккуратно сложенный бомбер, скрученный весьма и весьма странно, однако совсем не помятый. Удивительно! Какой же предусмотрительный человек. — Стоит ли мне что-то говорить? — добро приподняв уголки губ и чуть сведя брови к середине лба, он, дождавшись, когда вещь заберут из его рук, вновь закинул рюкзак за спину. В ответ второй помотал головой, надевая так милосердно одолженный другом предмет, чувствуя долгожданное тепло, — Вот и я о том же. — Вот и я о том же, — в нелепом искажении тона передразнил тот, с усмешкой отводя взгляд, поправляя рукава на резинках, — Спасибо. И что бы я без тебя делал? Они начали движение в сторону какой-то остановки. Нужно будет запомнить название. Дрим прикусил губу, со смешком фыркая: — Я тоже удивлён и, конечно же, рад, что ты сейчас здесь, а не в больнице, — выдержанная пауза, сопровождаемая неловко отведённым взглядом, — Звучит ужасно, но ведь правда… — Да всё не так плохо! Мам, если бы моя жизнь вообще была похожа на то, что у тебя там в голове нафантазировалось, вряд ли я сейчас оказался бы здесь! — толика возмущения проскочила в спокойном голосе, но она явно не была настоящей, скорее наигранной для выразительности. Янтарные глаза уставились на лицо собеседника и Дормир прищурился, едва заметно с неким неодобрением покачав головой. Художник показал ему язык и поспешил отвернуться обратно к серой асфальтированной дорожке, местами усыпанной уже опавшей листвой. Ох, именно здесь он чуть не пострадал минутами ранее. — Опять со своей «мамой»? Я ведь хочу как лучше, — с всё той же лёгкой улыбкой, лишь чуточку погрустневшей, он перевёл взгляд на тусклое небо, так и показывающее одним своим видом, что скоро будет только холоднее и дождливее. И правда. Дрим действительно всегда желал всем только добра. А как иначе выжить в этом мире, если эти же самые люди зациклены на чём-то нехорошем, если процветает культ нездорового образа жизни и психологи становятся всё более востребованными? Наверное, за качество находить во всём позитив этого парня и ценят. Нет, у него полно других прекрасных качеств, но этот выделяется так же, как и практически перманентная, настоящая и живая улыбка. Год за годом наблюдая за состоянием художника, он всё больше и больше думал, что же с тем происходит. Ответ отнюдь не порадовал. Однако, сам гетерохромный даже не удивился или огорчился поставленному диагнозу. Было как-то всё равно, заставляло задуматься только то, что с каждым днём потеря интереса ко всему вокруг растёт и растёт. И, наверное, Дрим был хоть каким-то якорем, за который и цеплялась его скромная жизнь. Интересно, а если бы… — Давай не будем об этом, — легко вздохнул он и приобнял спутника за плечо, возвращая на лицо ухмылку, — А ты слышал теорию, что во снах мы можем видеть другие вселенные? — …Хочешь сказать, что в другой вселенной мы с тобой какие-то скелеты, а Найт вообще… — Дрим замолчал, пытаясь более правильно описать то чудо, которое он недавно видел во сне, — нефтяной кальмар? Повисла тишина. Они пытались осмыслить и представить описанное блондином творчество его фантазии. — Чего? — прыснул смехом Комьет, странно покосившись на того, — Звёзды, Дрим, что за психоделика тебе снится? Кажется, на кого-то слишком плохо влияет кофе. И вообще, почему Найт кальмар? За что ты так с собственным братом? — Я не виноват, что мне это приснилось! — А ещё говорят, что сны — это наши мысли и желания!

***

Здание, как и подобает всем подобным центрам, было довольно большим. Не сравнится со стадионом, мимо которого проезжал их автобус. Слабо отличается от того, что был в родном городе, только цветами и более массивным размером. На огромных панелях висели плакаты с различными брендами и рекламой, завлекая прохожих купить что-то из новой коллекции. Правда, сейчас на улице были единицы, ведь рабочий день в самом разгаре. Свободна сейчас только часть обучающихся школ, так как в некоторые заведениях уже начался учебный год. К сожалению, оставшиеся дни лета в спешке заканчиваются, поэтому и этим двум парням придётся распрощаться со столь спокойным и приятным временем года. А дальше их ждут бесконечные дедлайны, долги и работа. Кошмар. — Слушай, — невзначай привлёк внимание лучшего друга блондин, вспоминая недавний разговор о вреде энергетических напитков. Толкнул от себя дверь и, зайдя в помещение, придержал её, чтобы второй тоже проследовал вовнутрь: — а не хочешь зайти за кофе? Меня от этой погоды в сон клонит. — И снова ты читаешь мои мысли, эх, — фальшиво-досадный вздох парня заставил другого хехекнуть, — И вообще, тебе бы самому поменьше кофе пить не помешало! А потом ты ещё на меня что-то говоришь. Свет от ламп оказался более привлекательным, нежели от мрачной непогоды. Всё так и идёт к неделе дождей и гроз. Если, конечно, глобальное потепление не пошутит над людьми, заставив их вновь страдать, плавясь на знойной жаре. — Я всё ещё люблю какао больше. И ты уже упоминал, что кофе на меня плохо влияет, — улыбчиво пожал плечами Дормир, поглядывая на задумчивое лицо. Вероятно, пытается вспомнить, — Возле кафе. — А, — кратко кивнул гетерохромный и отмахнулся, — пофигу. Кстати, Найт всё-таки решил отказаться от нас? Или опять куда-то ушёл? — Инк снял с себя чужую кофту, что так приятно трогать и гладить за счёт мягкого материала, помещая её на согнутую руку, — У него что, друзья появились? — он замолчал на секунду, а затем с хитрым прищуром посмотрел на того, — Или же… Выражение лица Дрима в один миг показало, что тот впал в раздумья. Он что, и правда не предполагал, что у его брата кто-то появился? Из мыслей вывело движение компаньона, что ловко подцепил его локоть и увёл в сторону от столкновения с какой-то женщиной. Она недовольно цокнула им вслед. Комьет же глянул на друга, выгнув одну бровь. — Ты что, даже не… — Нет. Я думал об этом, естественно, — случайно поспешив, перебил тот. Широкая улыбка снова появилась на лице: — Просто это Найтмер. Он читал книгу и просил не беспокоить, а ты сразу начинаешь строить конспирологические теории… — тихо засмеялся юноша, оглядываясь по сторонам в поисках нужного отдела, — и подозревать, что у него кто-то появился. Небольшой прилавок, управляемый низковатой девушкой, наконец поймал взгляд янтарных глаз. Их обладатель тут же потянул друга к заветному напитку. — Аха, значит, ты сомневаешься, что твой брат может в отношения? — не сопротивляясь, спросил светловолосый. Его взор так и перемещался по всему, что движется и не движется, желая изучить и запомнить что-нибудь, дабы потом уместить это на чистый холст, — Как тебе не стыдно. Дрим одарил бывшего одноклассника разочарованным переглядыванием. Промолчал и, поворачиваясь к девушке, вежливо поздоровался и заказал два латте. Та мило улыбнулась и кивнула, назвав цену сразу приступая к работе. Парень вновь развернулся, параллельно доставая из кармана деньги. — Он может, но не хочет. По крайней мере, пока что. Я только за, если он кого-нибудь найдёт, не сидеть же ему всю жизнь в одиночестве, — с каплей то ли сочувствия, то ли грусти объяснил блондин, — Ты ведь сам знаешь, что ему сложно с кем-то найти общий язык. — Ну, у них же была компания… — гетерохромный тоже потянулся в карманы голубых джинс в попытках нащюпать там купюры, — в школе, — уточнил он и, увидев, что оппонент собирается что-то сказать, поспешил продолжить, — Да, я в курсе, из-за чего они общались, но всё же. — Они нормально познакомились только из-за какой-то бессмысленной драки со старшиком! Это ужасно! — предпочёл всё-таки напомнить ему блондин, в возмущении вскинув брови и кисть руки. Инк повёл плечом, отворачиваясь в сторону, изучая прохожих, будто не при делах. Другой вздохнул и, услышав тихое «извините», перевёл всё внимание на девушку, протянувшую пару горячих стаканов и чек. Как она не только не обожглась? По крайней мере, ещё не до конца согревшиеся с прохлады улицы руки Дормира неприятно закололо, и он поспешил избавиться от одного из напитков, вручив его в ладони ничего не подозревающего и засмотревшегося вникуда гетерохромного юноши. Тот зашипел и последовал примеру затихшего собеседника, в этот момент снова покрутившегося на одних пятках, чтобы поблагодарить работницу. Они пошли дальше, пока Комьет пытался как можно аккуратнее запихнуть приготовленную ранее купюру в карман брюк спутника. Получилось не очень, однако никто не потрудился поправить её. — Может, зайдём в какой-нибудь отдел с одеждой? — размеренно, с малым безразличием предложил Инк. Он так и блуждал взглядом по всему вокруг, надеясь найти что-то интересное и новенькое, — Я бы не отказался от пальто. Или берета… — Ты теперь совсем как истинный француз? — со смешком спросил блондин и пожал плечами, чувствуя на себе укоризненный взор, — Что? Я ведь не знаю, как ты одеваешься в последнее время. У тебя это всегда как-то…очень сумбурно. — Я знаю, — хмыкнул в ответ тот, отпивая горячего кофе из бумажного стакана. Он уже успел частично остыть, замечательно. Не придётся обжигаться. Парня внезапно тянут за руку и меняют направление. Он в недопонимании смотрит по сторонам, думая, куда его повёл друг: — Что… — На втором этаже есть парочка хороших магазинов. В нашем городе таких, кстати, не было. А, и там как раз недавно появилась осенняя коллекция, и, если я не ошибаюсь, то видел береты. И шарфы, — быстро проговорил Дормир, пропуская того на эскалатор вперёд себя, — Ты ведь их всё ещё любишь? А то со своей «постоянностью»… — Конечно! Одна из лучших вещей, что придумали люди. В них и на улице, и в школе… — он странно прищурился, — и в университете в мороз можно походить! Второй неоднозначно покачал головой. Естественно, шарфы — вещь хорошая и практичная, однако его друг ходил укутанный в них целыми месяцами. Носил до последнего их вздоха. Иногда даже не обращал внимания на чернильные пятна и совершенно не стеснялся что-то записать ручкой на потрёпанном временем кончике! Ох, с каким же ужасом на лице блондин сейчас это вспоминает. — И начеркать что-то важное на них, да, знаю, — со вздохом улыбнулся он, — Надеюсь, ты избавился от этой привычки. Это ужасно. Комьет прикусил губу, усмехаясь. Нет, он не неряха (ну, может, совсем чуть-чуть), просто среди кучи его блокнотов и тетрадей сложно найти, где именно написана нужная информация, а тут она всегда под рукой! Удобно ведь? И не попадёт потом за то, что он что-то забыл. Долгую носку он бы объяснил тем, что очень любит свои вещи — особенно, если они кем-то подарены! Так же и, например, с любимой кисточкой, что Дрим так любезно и скромно преподнёс ему за ненадобностью, когда все старые инструменты тот, к несчастью, оставил где-то в художественной школе. А там нельзя зевать — всё исчезнет в ту же секунду, когда ты только посмотришь на время, чтобы знать, насколько поздно вернёшься домой. Да, он и сам грешил «одалживанием» чужих ластиков, карандашей и кистей, но каждый раз всё возвращал! Это ведь честно? Инк не уверен. — И снова у нас показ мод, — воодушевлённо заявил старший — Дрим — медленно заводя друга в просторный магазин, — Ты готов? — Нет…

***

Честно сказать, художник думал, что у него в этот день просто откажут ноги. И, наверное, он и доползти до своей квартиры не смог бы. Давно он так много не ходил на своих двоих. Работа, конечно, заставляла, но она не была столь подвижной и энергичной. И, однозначно, в его жизни не хватало присутствия Дрима. Хорошо, что теперь это не проблема. Города стали более продвинутыми, чем парой лет тому назад и разбросанные по всей стране электрические самокаты иногда могут стать настоящим спасением. Накатило чувство дежавю. Самокаты и дети… Странно. Ну и ладно! Дормир, как и подобает его образу жизни — явно более активному, чем у слишком ярого фаната видеоигр и разного рода творческой деятельности — совершенно не устал, но не отказался от поездки на вышеупомянутом виде транспорта. Только когда спутник значительно ускорился, своеобразно приглашая на небольшую скоростную гонку, затея показалась не очень удачной. Пакет на чужом руле то и дело качался из стороны в сторону, норовя опрокинуть водителя или вещи. По пути к кафе, месту их встреч и прощаний, блондин предложил заглянуть к нему в гости. Недолго думая — или вообще не думая? — бывший одноклассник согласился. И они вновь отправились в путь. Дрим, чтобы визит общего с братом знакомого не был неприятной неожиданностью, предусмотрительно написал ему короткое сообщение с этой новостью, после этого переключаясь на гетерохромного, затевая непринуждённую беседу о прошедшем дне.

***

— Мы дома! — закрывая дверь на замок, прикрикнул один из обладателей довольно просторной и уютной квартиры. Откуда-то послышался небольшой скрежет и едва ощутимые шаги. Коридор почти ничем не отличался интерьером от прошлого места жительства, напоминая даже крючками о давних ночёвках. Это, пожалуй, навевало мысль о том, что оба хозяина ценят постоянство, а перфекционизм у них обоих в крови. Хоть в чём-то они похожи. Из прохода справа отстранённо вышел ещё один житель сея обители. Он был одет в чёрную безразмерную футболку и идентичного цвета шорты почти до колена. В руках держал кружку с явно горячим напитком — пар медленно отрывался от поверхности жидкости, растворяясь в воздухе. Смешок гостя разбавил недолгую тишину. — Я и так слышал, — мрачно протянул парень, подняв вторую руку и потерев в какой-то степени уставшие глаза большим и указательным пальцами, после этого снова обращая внимание на любителей прогулок на открытом воздухе, с прищуром смирив гетерохромного недовольным взглядом. Коротко фыркнул и, понизив голос, бросил: — Чё ржёшь? Комьет поджал губы и прыснул смехом в ладонь. Теперь на него с недопониманием смотрели уже две пары глаз. — Найт… — вздохнул он, тяжело вздыхая, — ты прям как недовольный котяра. Или дед, — светлые брови дрогнули, но лицо всё же оставалось невозмутимым. Настолько, насколько это было возможно: — инсайд… Дормир старший нахмурился и закрыл свободной рукой лицо, чувствуя, как нижнее веко дёргается. Сдерживали его от пролитого на приятеля кофе только две вещи: придётся вытирать пол и слушать нотации «правильного» родственничка. В голове вновь возник вопрос: как брат ещё не заблокировал этого придурочного во всех соцсетях и мессенджерах? Хотя…наверное, эти двое просто нашли друг друга: — Инк… — блондин явно пытался сдержать ухмылку или проблески смеха, — он же нас выгонит. — Но это же любя! — широко улыбнулся художник, одним движением снимая с ног кеды и подбираясь ближе к черноволосому, — Не обижайся, — он приобнял того, на всякий случай поглядывая на кружку — не хочется что-то случайно пролить. — Если ты не отъебёшься, я вылью это на тебя, — Найтмер показательно качнул наполненный сосуд и шагнул в сторону, тут же разворачиваясь и направляясь вглубь квартиры, — Меня не трогать. Я занят. — Кем? Ответа, конечно же, не последовало. Впрочем, и так понятно, что занят тот очередной кружкой кофе и интересной книгой. Ей-богу, червь! Только книги и привлекают. Нет, чтобы погулять, найти новую компанию или девушку, в конце концов! Но, как ни странно, Инк его понимает. А Дрим…это просто Дрим. Одни только цветы знают, что у него в голове! Почему цветы? Младший близнец — истинный ценитель природы, флоры и фауны. Это видно даже по его комнате: всё, как и всегда, усыпано различными растениями, в основном обладающими обычными зелёными листьями или небольшими разноцветными бутончиками. И как он успевает за всем этим ухаживать? Ладно бы парочка горшков на подоконнике, но нет — ни одна комната не существует здесь без какой-либо живности, будь то обыкновенный фикус или спатифиллюм в углу. Даже, что удивительно, на окне угрюмого братишки стоит совсем небольшой кустик комнатного мирта, с любовью подаренный Дримом в какой-то отнюдь не значительный день. И порой, поглядывая на вечнозелёное крошечное деревце, Найтмер копается в своей голове, думая, что всё с семьёй могло быть иначе, гораздо сложнее, если бы не один человек. Очень символичный подарок — учитывая как и значение* растения, так и его форму, напоминающую о когда-то посаженном вместе с братом и матерью ростке дуба на родной поляне недалеко от дома. Жаль, что этой женщины давно нет с ними. Ночь прошла за весёлым и достаточно сонным просмотром глупого испанского сериала. Поначалу возникал вопрос: кто вообще такое смотрит? Только вот, с течением времени интерес взял верх и все трое — черноволосый юноша присоединился к ним чуть позднее, заслышав смех и нелепые возмущения, за что выгнал «слишком громких» парней с дивана, заняв его — практически досмотрели весь марафон, что продолжался до трёх часов ночи. Правда сказать, каждый парень постепенно засыпал и финал никто так и не увидел. И, укутавшись в благородно сброшенные Найтмером на них парочку пледов, Инк и Дрим, в обнимку распластавшись на полу, сладко сопели. Как и без мук совести занявший мягкий диван Дормир старший, отвернувшийся от тех иродов к стене. Всё точно так же, как и всегда. И отчасти это удручает. Но есть вещи и люди, которых лучше оставить неизменными. Это, пожалуй, один из тех случаев. Добрых снов, ребята.