Let me love you

      Время с мальчиками протекало незаметно, минуты сменяли часы, часы — дни. Эти двое непосед всегда откалывали что-то новое, особенно Чонинка, у которого, кажется, вообще не было чувства меры. Но и Феликс был не промах, тоже мог придумать что-нибудь, и обычно все его мелкие шалости, в которые он посвящал мальчиков, были направлены на Чана. Тот лишь качал головой, когда над ним в очередной раз пошутили, но никогда не злился на эти выходки. В конце концов, масштабнее случая с бассейном уже ничего не было, а так, по мелочи, и на этом спасибо.       Так что тот день, когда отпуск Криса официально закончился и ему нужно было идти на работу, наступил довольно неожиданно. Расстроились не только мальчики, но и Феликс, хоть и виду он не подал, в отличие от Сынмина с Чонином. Младшенький вообще слезу пустил, будто это могло повлиять на то, чтобы Бан не пошёл на работу. — Малыш, ну я же не на год ухожу, — Крис улыбнулся, присаживаясь перед сыном на корточки, и тот вцепился ручками в его рубашку. — Я ведь приеду вечером. Как и раньше. — Раньше было раньше, — надувшись, пробубнил Чонин, а Феликс слегка улыбнулся, допивая свой кофе, пока стоял чуть позади Чана возле кухонного стола. — Ну так я же всё равно должен зарабатывать, чтобы мы хорошо жили, разве нет? — Мы и без денег хорошо живём, — Чонин всхлипнул. Крис вздохнул, не зная, что на это ответить — детская логика работала странно, но, тем не менее, работала, причём порой так, что возразить и правда было нечем. — Не волнуйся, малыш, ты даже не заметишь, как наступит вечер и как я приеду. Мальчик вздохнул, стараясь не плакать, и кивнул, грустно глядя в пол. — Хорошо.       Бан мягко улыбнулся и поднялся, развернувшись, но, видимо, забыл, что Феликс стоит позади него, поэтому благополучно врезался в парня, так ещё и расплескал его кофе. Вздохнул тяжело, смотря на свою рубашку, на которой красовались светло-коричневые пятна, а потом с улыбкой посмотрел на опешившего Феликса, который виновато прикрывал рот свободной рукой. — Либо это очередная твоя выходка, либо я настолько невнимательный, но, тем не менее, видимо, никто не хочет, чтобы я уходил. И, судя по твоему лицу, всё-таки второе. — Чёрт, прости, — наконец, взяв себя в руки и отставив кружку на стол, произнёс Ли, всё ещё виновато глядя на старшего. Вот это явно было не специально. — Эй, вот только извиняться не нужно, хорошо? — вновь улыбнувшись, произнёс Чан, и Феликс с ужасом уставился на то, как мужчина начинает расстёгивать пуговицы на рубашке. — Ты же не виноват, это я не заметил. Ликс отчаянно краснел, не смотря даже на то, что тут рядом были мальчики, которые на удивление молча наблюдали за всей этой сценой. Ему хотелось закричать, и взгляд он отвести не мог, как ни пытался. Кристофер снял рубашку, протягивая её Феликсу и говоря что-то, но у парня словно уши заложило, и он не услышал ничего, откровенно пялясь на чужой торс. — Феликс? — перед его лицом помахали рукой, и он, наконец, очнулся, поднимая растерянный взгляд на Бана. — А?.. — Я попросил тебя отнести это в стирку, — Крис усмехнулся, протягивая парню рубашку. — Пожалуйста. — А... чёрт, боже, да, конечно, — протараторил он, забирая чужую вещь из крепких рук и пулей вылетая с кухни. — Что это было? — спросил Сынмин, смотря ему вслед.       Пока до обеда оставалось ещё несколько часов, мальчики предложили Феликсу сыграть в прятки. Он не стал отказываться, тем более, всё ещё пребывал в лёгком шоке после случившегося, вперемешку со стыдом, так что ему было явно не до того, чтобы придумывать, во что поиграть сегодня.       Когда настала очередь Феликса водить, мальчики спрятались так хорошо, что он долго не мог их найти и уже начинал беспокоиться, как вспомнил про наличие гардероба за лестницей. Право, эта дверка была такой маленькой, что о ней так сразу и не вспомнишь. Собственно, на что и попался Феликс. Мальчики и правда оказались там, тихо хихикая, а потом, когда Ли сказал им, чтобы они выходили, его не послушались. Пришлось заходить туда и самостоятельно выгонять мальчиков. Только вот... они-то выбежали. И захлопнули дверь, ещё и выключив свет. Видимо, стащили ключи, потому что Ликс явно слышал щелчок замка снаружи. Они убежали куда-то наверх, хохоча, и Феликс, слушая их шаги по ступеням лестницы, медленно, но верно приходил в ужас. Мало того, что у него была клаустрофобия, так ещё и света его лишили. Это было просто самое нелепое, что когда-либо с ним происходило. Его обвели вокруг пальца два маленьких сорванца. Просто прекрасно. — Эй! — Феликс пнул ногой дверь, а потом забарабанил по ней кулаком, пока на него не успела накатить паника. — Мальчики! Так нечестно! — он на секунду замолк, прислушиваясь, но снаружи была полная тишина. Парня бросило в пот, но он только сильно прикусил щёку изнутри, не позволяя себе думать о том, что он находится в замкнутом тёмном помещении. — Это уже не смешно! — снова удар в дверь. — Откройте сейчас же! Сынмин! — решив, что к благоразумию старшего прибегнуть лучше, крикнул Феликс. Однако его продолжали игнорировать.       С одной стороны, он понимал, что мальчики, возможно, не знали о том, что кто-то может настолько бояться замкнутого пространства, и поэтому думали, что это и правда смешно, но с другой — Ликсу-то было ни капли не смешно, поэтому вместе с паникой на него накатывала ещё и злость. Он даже не заметил, как по его лицу потекли слёзы, а когда понял это, то не мог точно сказать, из-за чего именно — из-за страха или из-за раздражения. Ли опять заколотил в дверь, на этот раз с новой силой, при этом мысленно считая до десяти и стараясь глубоко дышать. Когда он впервые оказался в замкнутом пространстве — в лифте, если быть точнее, — у него случилась самая настоящая паническая атака, и ему не хотелось бы повторять этот опыт. — Сынмин, пожалуйста... — он услышал, как его голос надорвался, и всхлипнул, однако сразу же изо всей силы ущипнул себя за руку, чтобы не раскисать. Будет он плакать из-за двух мальчишек, вот ещё. Ну, он, конечно, уже плачет, но ещё сильнее реветь — ну уж нет, увольте.       Неожиданно парень услышал щелчок замка, а потом дверь открылась, и он на секунду зажмурился, успев отвыкнуть от света. На пороге стояла Мо, которая выглядела так виновато, будто это она его тут заперла. — Бога ради, простите этих негодяев, — она посмотрела куда-то наверх, и Феликс, выйдя, увидел на верхней ступени лестницы мальчиков, которые с интересом наблюдали за ними. Что-то изменилось в их лицах, когда они увидели слёзы, стоящие в глазах Феликса. — У них каждая няня такую проверку проходит, но это происходит сразу, а не как с Вами. Видимо, они ждали того момента, когда отпуск мистера Бана закончится. Я совсем забыла Вас предупредить, простите, пожалуйста. — Ничего, — Ли нервно усмехнулся, вытирая руками слёзы из уголков глаз. Почему-то ему впервые в жизни захотелось позвонить маме и пожаловаться ей на то, что его обидели. Правда, за всё это время они созванивались всего один раз, так что это желание пропало так же быстро, как и появилось, стоило парню только вспомнить об этом. — Феликс! — Чонин сбежал по лестнице вниз, обнимая его за ноги и удивлённо смотря на него. — Ты плакал? Почему? — Мы тебя обидели, да? — виновато спросил Сынмин, тоже спустившись в прихожую. — Прости, обычно никто так не реагировал. Ли заметил, как краснеют его щёки, и тяжело вздохнул, понимая, что не может на них закричать сейчас. Вся злость постепенно испарялась. Это кошмар, эти дети так влияют на него... — Все няни только ругались и обещали рассказать обо всём папе, — добавил Чонин. — Мы не думали, что ты заплачешь, правда, прости. Мы больше не будем тебя обижать, честно! Только папе не говори... — тихо добавил он, виновато опуская взгляд, и потянул какую-то нитку на шортах Феликса. Ли вновь вздохнул, посмотрел на улыбающуюся Мо, на притихших мальчишек и облизал губы. — Ладно, — его голос звучал немного хрипло из-за пережитого волнения, но при этом он понял, что оно полностью пропало, и облегчённо выдохнул, на секунду прикрыв глаза. — Только, ради всего святого, не делайте так больше никогда. У меня клаустрофобия. — Ты боишься Санта-Клауса? — удивлённо спросил Чонин, и Феликс даже рассмеялся, немного нервно, правда. — Нет, малыш, клаустрофобия — это боязнь замкнутого пространства. А у вас гардероб маленький. Так вы ещё и свет мне там выключили. — А... — Чонин вновь виновато опустил голову. — Прости. Я не знал, что эта класт... клаустар... в общем, что эта штука существует. Прости. Ликс мягко улыбнулся, потрепав его по волосам, и почувствовал, как сзади его робко обнимает Сынмин, тоже произнеся тихое "прости". — Всё хорошо, мои маленькие. Главное, что вы извинились. — Ты ведь не скажешь папе, правда? — взволнованно спросил Чонин, и Феликс отрицательно покачал головой. — Нет, малыш. Можете не волноваться. Чонин широко улыбнулся, а после мальчики неловко отлипли от него и направились в сторону кухни, из-за чего Ли вспомнил, что уже пора было готовить обед. — Это было очень мягко, — улыбнувшись, произнесла Мо, когда они остались в прихожей одни. — Иногда с ними всё-таки нужно быть построже. Но, с другой стороны, Вы молодец. Ещё и правда ни одна няня не относилась к ним с такой любовью. — Спасибо, — парень застенчиво улыбнулся. — И можно на "ты". Женщина тоже улыбнулась и, кивнув, прошла мимо него — дальше заниматься своими делами.       Вечером, после ужина, когда Крис, уставший после работы, устроился у себя в спальне — видимо, для того, чтобы посмотреть телевизор, — Феликс загнал мальчиков в ванную, чтобы вымыть их. Те капризничали и говорили, что им лень, но Ли даже слушать не стал, требуя, чтобы они раздевались и лезли под душ. Вздохнув, они всё же послушались, не став особо отпираться больше. Да и, пока Феликс мыл их, они стояли относительно спокойно, хотя парень думал, что без коврятаний не обойдётся. Видимо, они всё ещё опасались того, что Ли и правда может рассказать Бану о их сегодняшней выходке.       Но, так или иначе, всё прошло относительно спокойно, и Феликс, вытирая мальчиков пушистыми полотенцами, даже осмелился попросить их посидеть некоторое время у папы в комнате, чтобы Ли тоже мог помыться. Те с радостью согласились и правда ускакали к Чану, поэтому Феликс, расслабленно выдохнув и заперев дверь, разделся и встал под душ. Долго он себе прохлаждаться не позволил, но всё же всё равно почувствовал себя намного лучше, когда с водными процедурами было покончено. Он насухо вытерся полотенцем, оделся, ругнулся себе под нос, когда заметил, что кожа на лбу шелушится, посмотрел на время, поняв, что мылся примерно тридцать минут, и вышел за дверь, направляясь к спальне Чана. Он впервые стучался туда да и вообще заходил с какой-либо целью, поэтому чувствовал совсем лёгкое волнение. Ему не ответили, но он был уверен, что все трое находились там. Осмелившись открыть дверь, Ли увидел, что Крис лежал на кровати в окружении своих сынишек. Все трое сладко спали.       Ликс улыбнулся этой картине, тихо прошёл в спальню, выключив работающий телевизор, по которому шла какая-то забавная передача, и собирался уже выйти из комнаты, но что-то его остановило. Он покусал губу, размышляя, а потом развернулся и на цыпочках подошёл к кровати. Поправил одеяло со стороны Сынмина, потому что тот был ближе к нему, улыбнулся, посмотрев на мило сопящего Чонина, и аккуратно дотронулся рукой до лба Чана, заправляя назад вьющиеся пряди, лезущие в глаза. Его ладонь непроизвольно задержалась на чужой коже дольше, чем нужно было, но Феликс всё же заставил себя отстраниться. — У тебя руки тёплые, — произнёс вдруг Крис, и Ли тяжело вздохнул, закрывая глаза. Не спал, значит. Бан аккуратно сел на кровати, чтобы не разбудить мальчиков, несколько секунд молча понаблюдал за Феликсом, который не знал, куда себя деть, виновато и растерянно рассматривая пол под ногами, а потом произнёс: — Сможешь донести Чонина до его комнаты? Я унесу Сынмина.       Ликс закрыл дверь, ведущую в комнату Чонина, и тяжело выдохнул, прислонившись лбом к рисункам на ней. Развернулся и тут же испуганно подпрыгнул, ойкнув, потому что наткнулся взглядом на Чана, спокойно наблюдающего за ним, сложив руки на груди и слегка наклонив голову. — Не хочешь поговорить? Феликс виновато опустил взгляд, думая, что всё, вот сейчас его точно отругают, в кои-то веки. Ну и поделом. А то совсем расслабился. — Или мне лучше сделать так? Ли вдруг обнаружил себя зажатым между дверью позади него и телом старшего спереди, и огромными глазами уставился на Бана. Тот, хмыкнув, наклонился к его лицу, так близко, что парень забыл, как нужно дышать.       Когда его поцеловали, Феликс только пискнул что-то удивлённое, не в силах пошевелиться. Но против он точно не был. Правда, Крис отстранился довольно быстро, и Ли не смог сдержать разочарованный вздох, что мужчину позабавило. — Ну так что, поговорим? Ликс кивнул и вдруг неожиданно даже для себя подался вперёд, обнимая Чана за шею и накидываясь на его губы. Старший улыбнулся, прижимая парня ближе к себе, обняв руками за плечи и поясницу, и ответил на поцелуй, не долго думая углубив его и просунув в рот Феликса язык. Ли издал короткое "м" и сложил брови домиком, выдыхая и позволяя чужому языку хозяйничать в своём рту. Обычно ему не нравились слишком откровенные поцелуи, во всяком случае, не так сразу, но сейчас ему было плевать даже на собственные принципы, потому что целовали его слишком хорошо, чтобы это было реальностью. На секунду он даже испугался, что на самом деле спит. — Крис, я... — отстранившись и глубоко вздохнув, начал было Феликс, но старший мягко прижал пальцы к его губам, заставляя таким образом замолчать. Это парня удивило, ведь Бан сам просил поговорить, но, тем не менее, он не стал возражать. — Можно просто Чан, — легко улыбнувшись, произнёс он, и Ликс расслабленно выдохнул. — Вообще, на самом деле, это было ясно как день, — Крис издал смешок. — И либо это был умный ход, либо ты действительно не умеешь скрывать свои чувства и эмоции. Я ведь ещё в день знакомства увидел, как ты на меня залип. Феликс только заскулил обречённо, понимая, что его опасения подтвердились и его влюблённость была ну слишком заметной. Но, с другой стороны, она оказалась взаимной, судя по всему. И это самое главное. — Спокойной ночи, Ликси, — Чан снова чмокнул его в губы и, в который раз улыбнувшись, направился к лестнице.