Теплая летная ночь.

Бетти, Бетти, Бетти...

      “Сдержанность, трудолюбие и материнская доброта. ” — значение прекрасного имени, но вот неудача! Совсем не про нашу героиню. С самого детства она не отличалась сдержанностью и добротой. В начальной школе Чикаго Элизабет была той еще разбойницей. Она чудила, пугала детей и все сходило ей с рук. Большие, серые, кукольные глаза очаровывали преподавателей и те не могли поверить, что котлета, прилипшая к стеклу в столовой, дело рук этой маленькой куколки, но как бы ни так! Будучи ребенком она часто самоутверждалась засчет других. Она была самым настоящим буллером в юбке!        Но ничего не берется с пустого места. После веселого дня в школе, приходя домой, девочка получала порцию унижения со стороны матери и ее партнеров, сменяющихся каждую неделю. Все, что девочка могла сделать дома это пойти поесть и убежать к себе в комнату, чтобы о ней забыли. Не всегда она успевала это сделать, увы. Но не об этом. Как бы Бетти не унижала своих одноклассников-задротов, ей тоже нравились книги. Ее переполнял восторг, когда она читала очередную книгу про приключения героев или когда она читала какой-нибудь космический эпос. Она мечтала о телескопе, но зная как и сколько мать достает денег, понимала, что это мечты.        Её мать иногда проявляла к ней заботу и любовь, поэтому девочка попала в кино на фильм “Звездные войны”, который запомнила на всю жизнь. Правда, такие светлые моменты были редкими. Чаще мать издевалась над дочерью и винила во всех грехах и в том, что жизнь Энни Максвелл навсегда загублена. 

1982 г. Средняя школа Чикаго, штат Иллинойс.

      Занятия кончились, школа опустела. По коридору, стараясь не издавать звука, кралась девочка.  Пусть там никого не будет, пусть там никого не будет, - практически молился ребенок.        Завернув за угол девочка открыла дверь и оказалась в тихой библиотеке. Радостно улыбнувшись, она прокралась к стеллажам. В помещении никого не было, что радовало ребенка. Взяв книгу, она пошла к столу, за котором обычно сидела библиотекарша.        — Кто тут? — услышала Бетти сзади и повернулась с вороватым видом.       — Максвелл? — удивленно спросила библиотекарша, оглядев ребенка.       — У мамы просто книг мало, — проговорила через силу девочка, смотря в пол. Библиотекарша мило улыбнулась.       — Конечно, подожди только. Я запишу, — женщина быстро записала в карточку ребенка название книги и отправила девочку домой.       Как же она была счастлива. Она шла, как те самые герои из книг, гордо и счастливо. Элизабет будто сделала то, что должна была.

***

      Не всегда ребенку удавалось сохранять книги из школьной библиотеки в целости и сохранности. Нередко ее мать пыталась использовать их как подставку под кофе, пепельницу или под обеденный стол, который качался. Элизабет тогда кричала на мать и забрала книги. Они были для нее ценнее жизни, поэтому она позволяла себе орать на мать. Девочке тогда могло влететь за “неподобающее поведение с матерью”. 

*** 

1984 г. Осень. Чикаго, Штат Иллинойс.

      В 1984 году Бетти уже шестнадцать. Она перестала донимать одноклассников. Не до этого... Школьная жизнь для Бетти отошла на задний план, так как отношения с матерью и ее ухажерами становились все хуже и хуже.       — Как же ты мне надоела! Элизабет, какого черта?! — кричала женщина. Глаза у нее искрились злостью. Энни Максвелл была одета в махровый халат. Бигуди на голове немного растрепались, а рука крепко держала тогда еще длинные, роскошные волосы дочери.  — Я тебя ненавижу, понимаешь? Не-на-ви-жу! Ты мне всё! Всё испортила! — интонационно выделяя "всё", говорила женщина. Энни трясла дочь за волосы. Она была не в себе. — Лапуля, — изрыгнул мужчина, подходя к женщине. Элизабет одной рукой держала руку матери, которая крепко ухватилась за волосы дочери, а другой рукой держалась за нос. Энни успела зарядить дочери в нос. Майк отцепил женщину от девушки и, крепко схватив ее, понес в комнату. Женщина что-то неразборчиво кричала. Вернувшись в гостиную, мужчина осмотрел Бетти. — Что опять случилось? — спросил мужчина, присаживаясь рядом с девушкой на диван. Он приобнял ее. От него пахло алкоголем, но, видимо, он был в более-менее трезвом состоянии. — Я, — начала девушка, — Я-я не знаю.        Бет хотелось плакать, но слёзы застыли в ее глазах, а тело дрожало. Столько синяков, столько шрамов. Всем было плохо.       К этому времени уже все варились в этом адском котле. Скандал мог начаться из-за любой мелочи. 

***

      Энни Максвелл ненавидела свою дочь, она считала, что Бетти испортила ей жизнь. Энни считала, что могла поступить куда угодно, но именно из-за ее беременности ее не взяли в колледж, а там и в вуз. Конечно, в реальности Энни ко всему прочему имела отвратную репутацию и ужасные оценки, а также таких же непутевых родителей, но Энни предпочла об этом забыть и выстроить а своей голове совершенно другую картину случившегося.

***

      Поникшая Бетти сидела на диване, пока ухажёр матери (один из самых хороших) обрабатывал той нос. Хмыкнув, Майк ушёл в спальню, где плакала мать Элизабет. Девушка осталась одна. 

***

      В шестнадцать Бетти всеми фибрами души возненавидела Чикаго, возненавидела Энни, возненавидела школу. В школе про неё будто забыли. А когда вспоминали, она была просто странной девочкой из неблагополучной семьи. Её бледная кожа воспринималась как что-то пугающее, а шрамы и синяки вообще заставили школьное сообщество при к выводу, что девушка ненормальная и не имеет права на нормальную жизнь. Элизабет начала чувствовать себя одиноко.

1984 г. Зима. Чикаго, Штат Иллинойс.

      К зиме мать стала впадать в странные и опасные припадки. За ними следила полиция. Бет потерялась в мире, потерялась в себе. 

***

      Сидя в пустой, разрушенной квартире, девушка курила и бездумно смотрела в пол. У Энни опять случился приступ агрессии и она сломала телевизор, диван, разгромила кухню, проделала дыру в стене топором, хотя целилась она в дочь. Женщину забрали на скорой, а полиция брала показания у Бетти. Даже хотели завести дело, но решили замять.

***

      Сейчас, будучи совсем одной, она размышляла о своей жизни.

***

      После инцидента, мать девушки приговорили к лечению, а Бетти выплатили денег на ремонт и на психологическую помощь. Также иногда к ней наведывались социальные работники.       Элизабет приходилось чинить квартиру. Она познакомилась с парнем. Он был наркоторговец и в общем мутной личностью, но он давал девушке общение, иногда траву. Давид помогал девушке справиться с давящим одиночеством и ремонтом. Он был старше на пару лет.

***

1985 г. Зима. Чикаго, Штат Иллинойс.

      Бетти вкручивала лампочку, стоя на стремянке. Обхватив ее бёдра и прижимаясь к заднице, стоял нынешний парень девушки - Девид. Он прижался щекой к заднице девушке. Парень бормотал что-то, а в руке у него был косяк. Иногда тот прикладывал его к губам и затягивался, а иногда пытался укусить девушку за задницу. Элизабет шипела и просила так не делать.       — Господи, Бетти, ты просто богиня, — бормотал парень, лапая ее бёдра. Бёдра девушки были открыты, их обтягивали короткие шорты, а мягкую грудь с трудом скрывал полупрозрачный лифчик. Бетти было все равно как она выглядит, а Давид пользовался этим и иногда просил девушку одеваться так, как нравилось ему.       Девушка вкрутила лампочку и спустилась со стремянки. Ее губы тут же попали в плен. Рука парня легла на грудь, нежно лаская сосок через тонкую и прозрачную ткань. Девушка простонала в губы парня.       — Хорошая девочка, — Девид засунул косяк в губы девушки, дав ей затянуться.       Опустив вторую руку под шорты он застонал и протянул с хитрой улыбкой:       — М-м-м, ты без трусиков, какая молодец, — отобрав косяк второй рукой, он затянулся и поцеловал девушку, выдыхая дым ей в рот. Коснувшись клитора девушки, он начал нежно ласкать его, придерживая девушку за спину. Она крепко держалась за него, так как в глазах все плыло. Парень зажал в губах косяк, иногда затягиваясь.        У них была плотская любовь. Они наслаждались телами друг друга, а Бетти очень нуждалась в этом, поэтому часто шла на поводу у Девида. Засунув палец в лоно девушки, он словил ее стон. Продолжая движения, он доводил девушку до пика. Он не хотел секса сейчас, но хотел слышать стоны.       — Девид, пожалуйста, — молила девушка, — Давай переместимся хотя бы на диван, — сжимала мужскую футболку девушка. Девид хмыкнул, продолжив ласкать клитор, он медленно двигался в сторону дивана. Дав девушке сесть, он стянул с неё шорты и заставил развести ноги. Косяк он оставил в пепельнице на столешнице.       Он начал целовать внутреннюю сторону бедра девушки, как вдруг телефон зазвонил. Парень фыркнул и отошел к столешнице, пока Бетти раздевалась полностью.        — Алле?        — Девид, привет, это твоя мама, — тревожно раздалось на другом конце трубки.       — Приходили люди, искали тебя. Надеюсь, с тобой все будет хорошо, — глаза парня округлились. Парень тут же рванул в комнату к девушке, забрал ботинки и кофту и сказав только: “Береги себя”, он испарился. Бетти растерялась и удивилась. Она не знала как реагировать на это, но зная, что тот наркоторговец, решила подождать. Одевшись, она провела в ожидании весь вечер.        Его не было и всю ночь, а потом и целый день. Позвонив на его домашний номер — девушка ничего не добилась. Первую неделю Бетти была растерянна, она была поражена такой наглости, но ничего сделать не могла.       Поспрашивав у знакомых Девида, она услышала разнообразные легенды, но в сухом остатке — она поняла, что это из-за торговли наркотиками. Она понадеялась, что все будет хорошо. 

***

      Прошла зима. Энни Максвелл выпустили из психушки, а Бетти подсела на траву, наверное так она вспоминала Девида. Она не могла жить без нее. Из-за этого у неё появились проблемы в школе, а весной ее вовсе отстранили от занятий. Бетти не могла ни курить, ни пить. Мать ее била и всячески продолжала издеваться, а Бетти терпела. К концу весны девушка перестала походить на человека, больше на призрака. В конце весны девушка все таки сдала контрольные.

***

      Летом Бетти сбегала из дома, а когда возвращалась — скандалила с матерью. Девушка ясно помнит один вечер.

***

      Старая, ободранная входная дверь закрывается. Щелчки оповещают о закрывающемся замке.       — Вот она. Малолетняя дрянь, — хмыкнула Энни, выйдя к дочери в прихожую. Иногда Бет размышляла: "А зачем собственно то лечение нужно было? Ничего же не поменялось!", но ответа она не получала.       — Привет, — ответила Бетти.        — И где опять шлялась? — Бетти подняла взгляд на мать. Сердце девушки пропустило тяжелый удар. Время вокруг будто замедлилось и все, что видела девушка, это были искрящееся безумием глаза матери. Женщина стояла оперевшись о косяк арки. Вроде бы Энни не двигалась, но атмосфера была пугающей.       — Я, — девушка запнулась, — Я была в библиотеке.       Кончено, это только половина правды. Девушка с десяти утра до четырех часов дня была в библиотеке, а потом с пяти до девяти была в пабе, где играла группа ее друзей. Летом она снова зажила благодаря музыке.       — Опять врешь, мерзавка! — завопила женщина и кинулась на дочь. Схватив ту за волосы, она потянула дочь в гостиную. Энни кричала ей что-то в лицо, а потом кинула на диван. Женщина орала, вопила. Бетти не могла сдвинуться с места, она была от макушки до пят напугана. Максвелл-старшая давно так не срывалась на дочь. Женщина была на грани безумия. Отлучившись на кухню, она оставила дочь наедине. Бетти тряслась. Бетти никогда не видела такого безумия в глазах матери. Бетти села, выдохнула, держась за ткань штанов на бедрах. Слёзы уже какой месяц не лились из ее глаз. Она не могла… Бетти попыталась встать и уйти к себе в комнату, но в гостиную резко ворвалась ее мать. Девушка оглядела мать и ее сердце снова пропустило удар. Все снова замедлилось.       Нет, нет, нет. Мне это кажется, — панически думала девушка. Глаза ее округлились и в них застыл страх. В руках Энни Максвелл в тёплом свете люстры блеснул нож. Женщина завопила и понеслась на дочь. Бетти произвела попытку к бегству, но холодная сталь оказалась в задней стороне бедра Бетти. Девушка и вскрикнуть не успела. А Энни вздрогнула. Она схватилась за голову. Пелена безумия покинула глаза женщины.        — Нет, нет, нет. Бетти, Лиз, боже, нет, — забормотала женщина. Осмотрев свои руки, женщина воскликнула. На них были брызги крови. Женщина панически повторяла: “Нет, этого не может быть. Это неправда”.       — Звони в полицию, — через боль прохрипела девушка. Ей было очень больно. Очень. А также очень страшно. Ее мать была тоже напугана, собой. Она будто очнулась, Энни не могла вспомнить последних двух часов. А Бетти просто не понимала происходящее, ей казалось, что это все в каком-то фильме ужасов, но никак не в реальности.       Трясущимися пальцами, Энни Максвелл набирала “девять-один-один”.       — Что у вас случилось? — ответила оператор на другом конце.       — Я-я-я Энни Максвелл, я пырнула дочь ножом, — на другом конце провода послышался трепетный вздох.       — Где вы? — Энни назвала адрес дома. Полиция и скорая выехали к ним.       — Куда вы пырнули дочь ножом? Она дышит?       — Д-да, она дышит. Она… Я… В л-ляжку. Я не помню последние пару часов, я ничего не помню. Я очнулась на полу, с руками в крови и ножом в ляжке дочери…        — Ждите, полиция скоро к вам подъедет.        Полиция приехала очень быстро.

***

      К концу июня Энни Максвелл осудили за покушение на убийство и за насилие над несовершеннолетним. Женщину упекли в психбольницу, но уже надолго, а Элизабет определили к ближайшим родственникам.

***

      Отдавая ключи новому владельцу квартиры, Бетти размышляла о новой жизни и том, что попытается стать лучшей версией себя.        Дойдя до автобусной станции, она купила билет “Чикаго-Лафайетт” и дождавшись автобуса, села на него. 

Вот оно - начало новой жизни; второй шанс.

      Может бог все-таки существует? - усмехнулась в мыслях девушка.