Испорченный

"Я ни о чём не жалею." - Чувак

Сколько бы он не убивал, этого никогда не было достаточно. Днями, часами напролёт всё, что он видел - это смерть, смерть и смерть, смердящий запах разлагающихся трупов и мольбы о пощаде, эхом раздающиеся в его голове. Он не мог перестать убивать. Не только потому, что в Парадайз еще сотни живых людей… но и из-за его новой зависимости. Как бы он не старался держать себя в руках, стараться не терять самообладание и собственный разум, его жуткая похоть к мертвым телам всё равно брала верх. Игнорировать её было невозможно. Все, что было у него на уме - это трупы. Их жуткий вид, способный поведать об их последних моментах не давал ему и минуты отдохнуть. Едва хватало сил даже совершать сами убийства - предвкушение, как он наконец увидит страдающее лицо умирающего и его последний вздох, слишком сильно отвлекало. С этим надо было что-то делать, и у него была прекрасная идея, что. Он добрался до трейлерного парка, полного народу. Здесь оказалось столько пар, столько возможных жертв, которые надеялись провести время хорошо и спокойно… От одной мысли прервать их веселье у него сердце забилось сильнее. Этим животным нельзя наслаждаться жалкой жизнью. Наслаждаться, убивая друг друга. Это должен сделать именно он. Даровать им милую, сладкую смерть, вместо мучительного ужаса, который они испытают, когда попытаются заразить своим вирусом других. Словно бешенство, они не доживут более нескольких дней в адских муках, когда их заражение дойдёт до последней стадии. Перестреливать их ему давно уже стало сродни дыханию. Сколько бы бешеных ублюдков они не отправляли ему в противостояние, он никогда даже не думал о том, чтобы сдаться им, сдаться этим безмозглым амёбам, которые точно попробуют изобрести вирус помощнее и побороть его иммунитет, накачают его наркотиками и таблетками… Никогда в жизни, нет. Он не будет поддаваться им. Все они умрут сегодня. Кровь летела повсюду, забрызгивая его оружие и снова заляпывая его плащ свежей алой жидкостью. Ошмётки разорванных на части придурков украшают асфальт и стены трейлеров. Всё как обычно, казалось бы, но для него все эти моменты были уникальны. Достойны памяти. Каждый последний вздох, каждый взгляд, полный сожаления обо всём, каждый блеск ярости или грусти в глазах, это всё было важно. Такое нигде больше не увидишь, и он ценил эти моменты достойно. Он устроил очередную кровавую баню, и одурманивающий запах разлагающихся тел, так знакомый ему, снова наполнил его лёгкие. Запах победы. Ничто так не радует, как запах победы после долгой резни. Сейчас ему лишь стоило собраться и осмотреть каждый угол на выживших - ведь если хоть один выберется живым, этот вирус не остановить. Заодно он может и… утолить свою зависимость. Первым делом он решил проверить именно сами трейлеры. Он зашёл лишь в первый попавшийся, а уже смог найти жалкую крысу, зовущую себя разумным человеком, которая пыталась уползти в безопасность. Укрытый шерстяным пледом и с сотней оттенков страдания на лице, мужчина лежал на полу трейлера, прикрыв глаза и едва дыша. Он надеялся умереть спокойно, либо дожить до момента, когда его спасут, не иначе. Только содрав плед с него, чувак увидел, что же за ранение было у жертвы на самом деле. Пару выстрелов из жалкого пистолета в живот, но пуля осталась в теле, отравляя его тело свинцом. Однако, не похоже, что пуля задела какой либо орган. Это животное в худшем случае ждала медленная смерть от отравления или кровопотери. А в лучшем бы - он выжил. Одна мысль об этом заставила чувака разозлиться. Сильно разозлиться. Он пнул отключившегося мужчину, надеясь разбудить того, но тот не проснулся, даже не отреагировав. Видимо, его тело отправилось в экстренный режим, стараясь дожить до того момента, когда приедет помощь и спасёт его… ха-ха-ха. Помощи ждёт, не иначе. Он искренне рассмеялся, только подумав об этом. Отнюдь, в этой ситуации самым смешным являлось даже не это. Его скорее забавило то, что сама судьба решила преподнести ему подарок в виде беспомощного… животного! Умирающего, медленно угасающего животного, которое не будет иметь сил сопротивляться жуткой зависимости чувака, а лишь будет слёзно молить о пощаде жалким и тихим писком. Сами звёзды сошлись, чтобы дать ему такую идеальную возможность действительно утолить свою всепоглощающую зависимость, похоть и филию. Одним сильным пинком он перевернул жертву на спину, заставив его долго и протяжно застонать от боли. Такой сладостный и очаровательный звук, который он никогда не забудет, и будет всячески стараться услышать ещё и ещё раз. Чувак достал из-за пояса нож, подобранный у какого-то жалкого животного, и спешно разорвал одежду мужчины сзади. Он даже не подумал лишний раз о том, что это вообще-то мужчина - да и какая разница, если труп всё равно будет трупом через несколько минут… а может и часов, если он порадует его сладкими звуками. Почему-то, только услышав звук расстегивающейся ширинки, его жертва решила резко прийти в себя и задать первый надоедливый вопрос… "что ты делаешь?" Чувак схватил того за волосы, заставив приподняться, и взглянул ему в рыло. По неописуемому ужасу на лице мужчины было легко понять, что тот резко всё осознал. Осознал, что на его тело покушается не случайный чёрный бомж с микропенисом, а никто иной, как тот безумец, что вырезал минимум треть всего города в одиночку. Только тогда все вопросы резко отпали, а на губах гиблым шёпотом остались лишь те самые мольбы о пощаде… "Продолжай молить, и тогда я подумаю," чувак безэмоционально ответил, приспуская собственное нижнее белье и высвобождая свой член. Он невольно подергивался, слишком долго ожидавший этого момента, когда он наконец сможет воплотить эту мечту в реальность. Предэякулят выдавал его нетерпение, и чувак лишь плюнул на свой ствол слюной, надеясь, что этого будет достаточно. Мужчина под ним взвился, попытавшись вырваться в последний раз, как только почувствовал, что что-то влажное коснулось его сзади. Самые ужасные опасения действительно подтвердились. И теперь точно никто не спасёт его. Никто… никакие боги, никакие полицейские. Никто… никто. У чувака по конечностям прошёлся холод, когда вся тяжесть ситуации резко дошла до него. Не то чтобы он начал сожалеть, да и то, что он делал до этого по всем меркам было бы гораздо хуже данной ситуации, но… сейчас он удерживает в захвате какого-то урода, его член медленно проскальзывает в жутко узкое пространство, и никто не услышит воплей и криков этого животного. Он сможет мучить его сколько захочет, и он точно собирался выжать из этих дорогих моментов все соки. С трудом и не без ослабленного сопротивления, он всё же смог протолкнуть свой член на всю длину с тихим рыком. Жар прошёлся по всему его телу, но он не медлил с продолжением. Его не волновало состояние его и так умирающей жертвы. Он порвёт его во всех смыслах. Положив руку на голову жертвы и схватив его за волосы, чувак заставил того кое-как опереться на колени, прихватив свободной рукой его бедро для удобства. Он наконец-то мог свободно двигаться в нём, и ускорил темп, не желая пропустить и мгновения на какие-то жалкие попытки дать этому животному привыкнуть. Он двигал бёдрами быстро и засаживал по самые яйца как мог, тем не менее даже хлопающий звук двух соприкасающихся тел и сопливые крики рыдающего и умирающего мужчины не давали ему того самого золота, за которым он сюда пришёл. Чего-то этой ситуации не хватает. Какой-то… кровавой искры. Чувак отпустил волосы жертвы, только чтобы достать нож и приставить оружие к его горлу. Ведь несмотря на ранения, он ещё живой. Живее живых. Это ему очень не нравилось. Совершенно не нравилось. Он заставил мужчину выгнуться в спине, ведь таким образом он теперь имел доступ к его пулевым ранам в животе. Да и угрожать ножом так было удобнее… он бросил затуманенный взгляд на жалкое зрелище в виде лица жертвы в последний раз, прежде чем хитро улыбнуться и слегка надавить на нож, что спровоцировало очередной взвизг. "Не волнуйся, ты просто уснёшь…", начал он, надавливая на нож всё сильнее и начиная оставлять первые порезы, "Но только после того, как я с тобой разберусь, бешеное ты животное!" Его ухмылка сменилась на ярость, и он надавил на лезвие сильнее, стараясь вспороть ему глотку. Мужчина завизжал, пытаясь изо всех выбраться, но его попытки оказались тщетны, даже если он не сдавался. Эти крики… это именно то, что ему нужно. Чувак не переставал трахать его задницу, пока вспарывал ему шею, нет, он наоборот нашёл в себе новые силы и энтузиазм слегка ускорить темп. Адреналин ситуации заставил его схватиться рукой за первое попавшееся, и он впился грязными ногтями прямо в пулевые раны жертвы, добавляя к какофонии его ощущений ещё и нестерпимую боль в области живота. С этого момента мужчина не переставал кричать - хоть и рана на его глотке была весьма существенной, чувак намеренно старался оставить его в живых хоть пару минут после такого. К сожалению, даже булькания вспоротой глотки он сегодня не услышит, но это лишь потому, что у него были другие планы. Только когда отчаянный крик перешёл на догорающий хрип, а его жертву начали покидать силы, он смог по-настоящему насладиться ситуацией. В такие моменты, когда вся вселенная сходится в одну точку, его мир наконец-то становится идеален - ведь в таком мире нет ничего, кроме как него, его жертвы и тонны времени. Он кончил прямо внутрь него, жалко лишь только то, что спермы из-за его приключений у него выделялось не так много. Это сделает его следующую идею немного сложнее. Он лишь размеренно вздохнул, приходя в себя. Для его следующего плана ему обязательно нужно видеть лицо жертвы, поэтому он снова перевернул его на спину. Только лишь подложив ему что-то под голову - а то захлебнется ещё. Заметив, что мужчина совсем впал в состояние овоща, он сильно ударил его по щекам. Ему просто необходимо увидеть это. Иначе никак. Только после нескольких минут, ему удалось привести жертву в себя. Ха-ха… и снова, неописуемый ужас, когда мужчина осознал, что его в чувство привели не медики, а всё тот же больной ублюдок. Только в этот раз, его даже на мольбы не хватило. "Просыпайся, овощ, мы ещё не закончили." Что-то холодное и крупное коснулось уже и так оскорблённого и униженного анала, но до жертвы не сразу дошло, что. Только разлепив глаза и кое-как придя в себя он осознал, что его психованый насильник и будущий убийца собирается сделать. Чувак максимально растопырил его ноги, раскрывая его перед собой словно ласточку. Идея у него была в голове уже давно, но до этого ему было слегка жалко свой дробовик. А сейчас - этот бедняга уже своё отстрелял по большей части, и он всё равно нашёл ему замену, так что старому другу стоит отдать должные почести. И нет лучше способа попрощаться со старой пушкой, чем сделать прощание с ней незабываемой. Дуло дробовика входило в анус жертвы совсем туго, как бы он не старался, но прогресс всё же намечался. Стоило ему успешно растянуть круг его мышц до такой степени, что вся ширина дула вошла, он снова злорадно ухмыльнулся, ведь теперь самая сложная часть, считай, позади. Он отстранился, взглянув на общую картину. С широко распахнутыми ногами, с дробашом в жопе, лежит его жертва, едва ещё держащаяся в сознании. Несомненно, ему осталось недолго - но и у плана чувака осталось немного шагов. Он всё ещё находил это весьма забавным… ведь эта картина пред ним - одна из самых возбуждающих вещей, которые он когда-либо видел за всю свою жизнь. Теперь уже медлить было нельзя. Холодный металл дробовика несомненно раздирал внутренности его жертвы, но зато порванные стенки и их кровотечение служит его пушке неплохой смазкой. Каждый толчок дробовика внутрь давался трудно, но как же это того стоило… лик непередаваемого ужаса и боли запомнится ему надолго. Схватившись за рукоять дробовика покрепче, он изо всех сил старался оттрахать жертву огнестрелом. Какой же жуткой улыбкой искривилось его лицо, когда, совершенно непроизвольно (по крайней мере, как казалось), из туго перетянутого остатками нижнего белья члена мужчины совсем немного выступило семя, запачкав и так промокшие мочой умирающего трусы новой жидкостью. Жертва взвилась, завопив от свежей боли по-новой, моля своего насильника остановиться хоть на секунду. К его великому сожалению, это только подало ещё одну идею чуваку, который тут же полез за ножом. Невозмутимо, как и обычно, он отсёк ткань, подтверждая его интерес касаемо непроизвольного оргазма жертвы. Этот ублюдок ещё смеет кончать от такого. "Ты совсем ебанутый, не иначе", проговорил чувак, приставляя нож к его мошонке, "Ты умираешь, истекая кровью как очередное животное, и при этом ты ещё смеешь наслаждаться тем, что я с тобой делаю." "Н-Н-НЕТ, ПОЖ- ПОЖАЛУЙСТА… ОСТ- ОС-С-СТАНОВИСЬ… Я нич- чего не сделал…. пожалуйста… Оставь в п-покое… Что угодно, только не… АГРХЯЯААААА!!!" Он не дал ему договорить, прихватив нож покрепче, он начал отрезать его член вместе с яйцами с умением и точностью мясника. Его руки во мгновение были окрашены алой кровью, но он продолжал резать, пока не отрезал его целиком. Чёрт меня дери, он так долго не выживет. Мне нужно поспешить. Самой гениальной идеей у него было запихнуть этот член ему в глотку, чтоб он на нем подавился нахер. Силой оттопырив жертве челюсть, он впихнул туда все ошметки отрезанной плоти, как мог. "Больной ублюдок", отметил чувак, прежде чем снова схватиться за дробовик. Только в этот раз, он не собирался использовать его как самодельный дилдо. Он положил палец на спусковой крючок. "Увидимся в аду, сучара." Это был последний выстрел из этого дробовика, и по его меркам, вполне себе достойное прощание со старым другом. Выстрел был настолько мощный, что взорвал жертву изнутри, заставляя кишки и внутренности разлететься по спинам. Мужчина застыл в такой же напуганной и жалобной роже, с какой и сидел до этого. Хехе. Он выглядел забавно. Как почесть, чувак решил так и оставить старый дробовик. Он наконец встал и выпрямился, взглянув на то, что устроил. Торс жертвы был полностью раскрыт в области брюха из-за взрыва дробовика, и он мог чудесно увидеть ещё целёхонькое дуло изнутри жертвы. Всё было забрызгано литрами крови и ошмётками плоти. Изо рта у бедняги неловко в мёртвой хватке между зубов торчал лаконично отсечённый член вместе с мошонкой. На месте его члена же теперь лишь дыра, орошающая кровью торчащий из ануса дробовик. И всё это в максимально вульгарном дисплее! Чувак хотел было уйти с одной лишь ухмылкой на лице, но его что-то остановило. Он снова расстегнул ширинку с почти разочарованным вздохом, только в чём он действительно разочарован было неизвестно даже демону в его голове. "О таком я точно не скоро забуду."