Dreams

Признание

Северус едва успел спуститься в свою лабораторию в подземельях Хогвартса, как к нему присоединился Альбус. — Хорошо, что ты вернулся, мой мальчик, — Альбус последовал за Северусом внутрь. В кои-то веки он отказался от светских бесед и окольных путей, предпочитая сразу перейти к делу. — Каким-то образом Сириус узнал о ваших отношениях с Гарри. Северус остановился на месте и обернулся, устремив сузившиеся глаза на директора, который заговорил прежде, чем он успел открыть рот. — Это был не я, Северус, — Альбус провел рукой по бороде, его голубые глаза скрылись за очками. — Первое письмо с требованием ответов я получил от него на следующий день после Дня подарков. Я, разумеется, прислушался к вашей с Гарри просьбе и не стал ему отвечать. С тех пор его требования становятся все более и более агрессивными. Я боюсь, что он скоро будет здесь, если узнает, что ты вернулся. Вглядываясь в лицо Северуса, Альбус искал хоть какие-то признаки раздражения Мастера Зелий. Они были, но что-то сдерживало их. — Если ты не хочешь с ним разговаривать, я позабочусь о том, чтобы он не смог тебя найти. Отложив уменьшенный сундук с ингредиентами, Северус положил руку на край пустого котла. — Мне нужно закончить зелье, но если он придет, то я поговорю с ним. — В таком случае я сообщу тебе, как только он появится, — Альбус повернулся к двери, собираясь уходить, но обернулся. — Ты добрался сюда через Косую Аллею? Когда Северус кивнул, тонкие губы скрылись в белой бороде и усах. — Значит, Сириус знает, что ты вернулся. Я бы ожидал, что он... — Альбус! — в дверь влетела Серая Леди, её глаза метались между двумя мужчинами. — Сириус Блэк сейчас пересекает территорию. Похоже, он в крайней степени раздражения. — Спасибо, миледи, — он подождал, пока она исчезнет, и снова обратился к Северусу. — Ты хочешь встретиться с ним здесь или предпочтешь провести этот разговор в моем кабинете? Если пожелаешь, я не буду его пускать и позволю тебе спокойно обустроиться. Он может вернуться позже. Направляясь к двери, Северус слегка улыбнулся Альбусу. — Ваш кабинет. Он дважды подумает, прежде чем что-то там ломать. На лице Альбуса появилась ответная улыбка, и они вдвоем вышли из подземелья. Едва они сошли со ступенек, как парадные двери замка распахнулись. — А вот и ты! — Сириус бросился к Северусу по каменному полу, сверкая голубыми от гнева глазами. — Кем ты себя возомнил? Как ты мог- Рот Сириуса продолжал двигаться, но слов больше не было. Его глаза расширились от шока, а затем от ярости. Альбус опустил палочку, обращаясь к замолчавшему мужчине. — Мы с Северусом как раз собирались подняться в мой кабинет и выпить по чашке чая. Не хочешь ли ты присоединиться к нам, Сириус? Там вы сможете продолжить этот разговор в спокойной обстановке. Не дожидаясь ответа от Сириуса, лицо которого стремительно багровело, Альбус направился в свой кабинет, Северус шёл рядом с ним, изо всех сил стараясь не ухмыльнуться. Сириус в конце концов присоединился к ним, как раз когда они собирались ступить на круговую лестницу. Как только дверь кабинета закрылась за ними, Северус повернулся к Альбусу. — Пожалуйста, оставьте нас на десять минут, Альбус. После этого мы можем выпить чаю. Альбус посмотрел на Сириуса, а затем снова повернулся к Северусу. — Наверное, будет лучше, если я останусь. Сириус поджал губы, на его лице было видно, как он возмущён тем, что не может говорить. — Я считаю, что Блэку нужно дать возможность высказать свои претензии без посторонних, — Северус положил руку на спинку кресла, наблюдая за расширившимися глазами Сириуса, и отрицательно покачал головой. — Кажется, он не согласен, но я не знаю, с чем именно. Не могли бы вы прекратить действие заглушающего заклинания, чтобы мы могли это выяснить, Альбус? Альбус наколдовал невербальное Фините Инкантатем в сторону Сириуса. — Не оставляйте меня с ним наедине. Неизвестно, какую тёмную магию он попытается на меня наложить. Мне нужны свидетели! — Сириус перевел взгляд с Альбуса на Северуса. — Ты и Гарри? Какое право ты имеешь – чем ты его околдовал? Северус сложил руки и нацепил на лицо нейтральное выражение. Слава небесам, что Гарольда сейчас здесь нет. Как бы ему ни хотелось, чтобы Гарольд наконец продемонстрировал свой гнев одному из гриффиндорских идиотов, он не хотел, чтобы тот был задет обвинениями Сириуса. Сириус двинулся к молчаливому мужчине, остановившись всего в нескольких шагах от него. — Ну? Наверняка ты наколдовал что-то или напоил его зельем. Да, это было зелье, не так ли? Как раз в твоем стиле. Как ты модифицировал приворотное зелье? Гарри ни за что бы не согласился быть с таким скользким гадом, как ты! Ненависть в этих голубых глазах испепеляла Северуса, и он изо всех сил сдерживал себя. Гарольд знал, кто он такой, и добровольно выбрал его без всяких зелий и заклинаний. Если он смог выдержать издевательства Крестража в диадеме Рейвенкло, то сможет выдержать и Блэка. На мгновение в голове промелькнуло воспоминание о лице Филиуса, когда он показывал ему артефакт. Декан Рейвенкло был в восторге и с готовностью принялся его изучать. В настоящее его вернул звук шагов. Сириус подошел на несколько шагов ближе, и его лицо исказилось от отвращения. — Ты достаточно старый, чтобы быть его отцом! Ты был его преподавателем! Которого он ненавидел! Какие отношения, по-твоему, могут быть между вами? Такие, в которых ты доминируешь над ним? Издеваешься над ним? Чем бы это ни было, они не могут быть настоящими! Северус нахмурился, когда Сириус сделал рубящее движение одной рукой, словно желая уничтожить узы между ним и Гарольдом. Это не сработало бы, даже до объединения, но ему было плевать на его попытки. Кроме того, он никогда не доминировал над Гарольдом. Не дождавшись реакции Северуса, Сириус отвернулся от него и принялся расхаживать по кабинету, сжимая и разжимая руки. — С лета перед шестым курсом Гарри стал вести себя странно – иначе по отношению ко мне. Я не знаю, почему. И не только ко мне, но и к Ремусу! Раньше он доверял моим словам, нашим словам. Он верил нам! Но тем летом он начал сомневаться во мне, сомневаться в том, что говорю я или Ремус. Повернувшись, Сириус снова уставился на Северуса. — Ты тогда начал своё... что бы то ни было, да? Вот почему он на самом деле так сильно заболел, ведь его шрам тут ни при чем, так? Вот почему ты настоял на том единственном зелье, которое ничем ему не помогло! С тех пор он находится под твоим контролем! В голове Северуса промелькнули воспоминания о том, как Гарольд лежал бледный и потный в своей постели после извлечения Крестража, он вцепился побелевшими пальцами в спинку кресла. Да, он был виноват в этом, но не по тем причинам, в которых обвинял его Блэк. Как бы сильно он ни волновался в тот момент, Северус знал, что сделал бы это снова. Конечный результат того стоил, и Гарольд тоже так считал. — Я вижу вину на твоем лице, — тон Сириуса был грубым и торжествующим. — Так вот когда ты это сделал, и это было мучительно для Гарри. Что ж, я узнаю, какое зелье ты использовал, и положу этому конец! Гарри больше не будет иметь дело с таким, как ты. — Последняя фраза прозвучала негромко и многообещающе, а голубые глаза впились в чёрные. Северус выждал целую минуту, прежде чем заговорить, не отрывая взгляда от глаз Сириуса. — Я не сделал с Гар... Гарри ничего, о чём бы он не просил меня тем летом. — Ты даже не можешь назвать его Гарри не запинаясь! — прорычал Сириус, приближаясь к Северусу и потянувшись рукой к своей палочке. Голос Альбуса остановил его. — Сириус, Северус позволил тебе высказаться, не перебивая. Теперь его очередь. Дай ему сказать, — в голубых глазах, прикрытых очками, блеснула сталь. Сириус отступил назад, крепко сжимая пальцы. Поблагодарив старшего мужчину кивком головы, Северус продолжил. — Гарри действительно был болен из-за разрыва его связи с Волдемортом. Никакими гнусными способами эти отношения я не побуждал. Не думаю, что и Гарри это сделал, поскольку именно на пятом курсе он выразил желание обсудить идею отношений со мной. Возможно, твои постоянные оскорбления в мой адрес в то время заставили его воспринимать тебя в другом свете. Я, естественно, сказал Гарри, что на тот момент мы никак не могли бы вступить в отношения, так как он был несовершеннолетним. Тогда он сообщил мне, что мы поговорим об этом, когда он достигнет совершеннолетия. Наблюдая за тем, как на лице Сириуса разгорается гнев, Северус едва не улыбнулся. Ещё лучше было то, что всё, что он говорил, было правдой. Это случилось до того, как они встретились наяву, но Гарольд действительно был тогда на пятом курсе, и он действительно сказал, что они поговорят о своих предпочтениях, когда он станет достаточно взрослым. — А теперь, когда ты высказался в мой адрес, я не желаю больше слышать ни слова об этом. Особенно в адрес Гарри, — сузив глаза, Северус послал шавке свой лучший взгляд Пожирателя Смерти. Он не желал, чтобы Гарольд волновался из-за этого. Сириус отступил на несколько шагов, прежде чем понял, что сдвинулся с места. Он напрягся и оскалился в ответ. — Я буду говорить то, что хочу, кому хочу и когда хочу. Северус покачал головой. — Это не должно попасть в газеты до возвращения Гарри. Это его просьба, которую я готов выполнить. И помни, что если ты скажешь что-то не то, то можешь потерять Гарри. Бросив на него последний взгляд, Сириус направился к двери и остановился, положив руку на ручку. — Я не потеряю его, если только ты не украдешь его у меня! — распахнув дверь, он выскочил наружу. Дверь мягко закрылась за ним, вызвав у Северуса подозрение, что Альбус уже не в первый раз заклинал её не захлопываться. Отогнав эту мысль, зная, что не получит даже намека в ответ на свой вопрос, Северус повернулся к Альбусу. — Мы по-прежнему собираемся пить чай? — Если ты не возражаешь. Я бы тоже хотел услышать о гоблинском объединении от того, кому довелось в нём участвовать, — Альбус жестом указал на кресла возле стола, где появился чай, пока Северус разговаривал с Сириусом. Глаза Северуса слегка расширились. — Как-, — замолчав, он покачал головой. — Конечно, вы в курсе. Альбус кивнул в сторону правой руки Северуса. — До твоего отъезда оно было из белого золота с выгравированными листьями плюща, а теперь это бледно-желтое золото, с листьями плюща из белого золота, парой бобров, европейских, судя по их виду, и сипухами, спрятавшимися между лианами плюща. Мастерство исполнения не уступает лучшим образцам гоблинской работы с металлом, которые мне доводилось видеть. Северус посмотрел на свое кольцо и слегка вздохнул. Он должен был знать, что Альбус заметит разницу. Сипухи и европейские бобры – животные, вступающие в союз на всю жизнь. Плющ – символ преданности. Значение этих символов не осталось незамеченным, и он был уверен, что Альбус тоже их уловил. Усевшись в предложенное кресло, он взял свой чай, зная, что он приготовлен так, как ему нравится. — С чего бы вы хотели, чтобы я начал? Альбус устроился напротив него. — Желательно, с самого начала. Не успели эти слова слететь с его губ, как дверь кабинета распахнулась и в него ворвалась Минерва. — Северус, мне так жаль! — она опустилась в свободное кресло, сцепив руки на коленях, и на её морщинистом лице появилась маска раскаяния. — Я не хотела, чтобы Сириус узнал о Гарри и о тебе. Я что-то сказала – даже не помню что – на Рождественском празднике, когда он был здесь. Я даже не разговаривала с ним – я разговаривала с Помоной, – но он услышал и сразу же сделал вывод, что вы вместе. Он все настаивал и настаивал, чтобы мы подтвердили это. Мы не подтвердили, — она покачала головой, чтобы подчеркнуть свои слова. — Я не из тех, кто распространяет секреты, но он отказывался думать о чём-то другом. Потом он начал приставать к Альбусу. Я не ожидала, что он устроит скандал в первый же день твоего возвращения! Северус поставил свою чашку с чаем на место, и звон её о блюдце прервал поток слов. — Я ожидал, что он узнает об этом гораздо раньше, Минерва. Меня вполне устраивает, что он знает и лишь вступает в конфронтацию со мной по этому поводу. Его слова не могут причинить мне вреда, поскольку он мне и так не нравится. Это просто уберегло меня от того, чтобы нанести ему вред позже. Альбус наблюдал за тем, как Минерва расслабилась в своем кресле. Они оба знали, что стоит Сириусу обвинить Гарри, как Северус ответит ему тем же, и, судя по его взгляду, это будет не словесная атака. — Северус как раз собирался объяснить, как происходит объединение гоблинов, — Альбус налил Минерве чай и взглянул на Северуса. — Начало – всё ещё хорошее место. Понимая, что от разговора ему не отвертеться, Северус сделал мысленную пометку использовать сквозные зеркала, чтобы сообщить Гарольду обо всех, кто что знает об их отношениях. Он был рад, что взял с собой в Африку второе, чтобы передать его Гарольду.

Ò.Ô&Ő.Ő

Гарри заметил, как изменилось отношение гоблинов к нему. Солфур, Флинтнейл и другие взяли на себя труд обучить его надлежащему гоблинскому этикету, объяснив при этом, что они ожидают, что он научит всему этому Северуса. Когда он спросил о посещении гоблинских банков за пределами Южной Африки и Британии, он узнал, что его кольцо идентифицирует его среди всех гоблинов, и от него ожидают, что он будет вести себя с ними также подобающим образом. Выйдя из лаборатории Солфура, Гарри был удивлен, когда к нему бросился Алмази, один из дежурных гоблинов. — Гарри, вас ждут в центральной переговорной комнате. Там находится посетитель, который говорит, что знает вас. Чума будет охранять тебя, так как посетитель выглядит нервным, — Алмази поспешил обратно, зная, что Гарри последует за ним. Не отставая от маленького гоблина, Гарри улыбнулся. Он уже несколько месяцев пытался добиться того, чтобы гоблины называли его по имени, и для того, чтобы заслужить это право, достаточно было признать себя одним из них. Как только они с Северусом вышли за пределы выгравированного круга, к ним обоим стали обращаться по их именам. Северус сохранил свой титул, но теперь его называли Профессор Северус. Когда они приблизились к переговорной комнате, Гарри выкинул из головы все мысли о Северусе. У него было ощущение, что он знает, кто его ждёт. Он ждал чего-то от Сириуса с тех пор, как Северус сообщил ему, что его крёстный отец знает об их отношениях. В тот момент, когда они подошли, Чума стоял у двери. — Он там, Гарри, — Алмази жестом указал на дверь. — У меня плохое предчувствие, у него буйный нрав. Держите свою палочку под рукой и будьте начеку. Чума вас прикроет. Кивнув в знак благодарности, Гарри открыл дверь и вошёл внутрь. Он заметил Сириуса, когда Чума закрыл за ними дверь и встал к ней спиной, положив руку на рукоять меча. — Гарри! — Сириус пересёк комнату и широко улыбнулся, распахнув руки для объятий. Сделав небольшой успокаивающий жест в сторону напрягшегося Чумы, Гарри обнял своего крестного. — Сириус! Что привело тебя сюда? — вырвавшись из объятий, он продолжил. — Ты сказал, что закончил путешествовать по миру. Сириус слегка прищурил глаза, гнев вытеснил улыбку. — Нюниус – тот партнёр, имя которого ты отказывался назвать. Гарри слегка отступил назад, когда старый Мародер надвинулся на него. — Да, мы с Северусом вместе, — он не стал обсуждать, как эти двое называют друг друга, ему не хотелось вступать в дискуссию, да и Северуса это имя уже не так сильно беспокоило. — Этот гад сделал с тобой что-то, Гарри! Ни за что на свете ты не можешь желать быть с ним. Он заколдовал тебя или опоил чем-то в то лето перед шестым курсом. Мы должны тебя проверить. Мы должны очистить тебя от этого, пока ты не совершил что-то ужасно необратимое! Я ничего не могу поделать с тем временем, которое ты уже провёл с ним, но, по крайней мере, я могу положить этому конец! Гарри отступил назад, уклоняясь от рук, пытавшихся схватить его за плечи, и заметил, что Чума приблизился на расстояние удара, его меч был частично обнажён. — Северус не сделал ничего, чтобы мне понравиться, Сириус! Если уж на то пошло, он препятствовал этому, по крайней мере, поначалу, — не так уж и сильно, Гарри был уверен в этом, но трудно препятствовать человеку, постоянно появляющемуся в твоих снах. Гораздо проще было просто ворчать на него и продолжать ладить с ним как можно лучше. — У нас ничего не было, пока я не закончил Хогвартс, он позаботился об этом. Гарри вздохнул, увидев выражение полного неверия на лице Сириуса. — Вот почему я не хотел тебе рассказывать, — повернувшись, он переместился к столу, чтобы поместить его между собой и Сириусом, надеясь, что Чума немного расслабится. Сириус пока не заметил меча, но Гарри знал, что его крёстный вскоре это сделает. — Чтобы получить работу в Гринготтсе, меня должны были проверить на всевозможные заклинания и зелья, изменяющие сознание, эмоции и магию. Если бы хоть одно из них не показало отрицательного результата, меня бы не взяли на работу. Сириус нахмурил брови, когда до него дошли слова Гарри. — Ничего не нашлось? Что-то могло проскользнуть. Нюниус умеет придумывать заклинания и зелья. Гарри покачал головой. — Ничего, и гоблины все очень, очень дотошные, Сириус. Я люблю Северуса. На этом всё, — наклонившись вперёд, он положил руки на стол между ними и серьёзно посмотрел в тёмно-синие глаза. — Поверь мне, я хотел быть с ним с пятого курса, и сейчас я счастлив, как никогда. Я не собираюсь его бросать. Я не могу – это будет слишком больно. Краем глаза он заметил ухмылку Чумы. Он знал, что охранник, скорее всего, думает о ритуальной битве, которая состоится, если это произойдёт, но Гарри думал только о своём сердце. Его и Северуса. Сириус опустился на один из стульев, словно ноги его больше не держали, и уставился в лицо Гарри с открытым от шока ртом. — Ничего не обнаружили? Ты действительно нашёл в- в Снейпе что-то, достойное внимания? Гарри выдохнул с неуверенным облегчением и медленно кивнул. — Не просто что-то в нём, а абсолютно всё. Пожалуйста, прими это, Сириус. Пожалуйста, прими нас. Сириус смотрел в сторону, выражение его лица было потерянным. Затем он глубоко вздохнул и провёл руками по лицу, прежде чем снова посмотреть на своего крестника. — Я не думаю, что он когда-нибудь сможет мне понравиться, Гарри, — в спокойном тоне не было и следа гнева. Гарри сидел на стуле напротив крёстного, положив руки на столешницу. Его внимание на мгновение привлекло кольцо. На золотом кольце были изображены два ряда следов – один больше другого, – расположенные рядом друг с другом и опоясывающие центр кольца. Это напоминало ему о том, что они с Северусом прошли через всё вместе, были рядом друг с другом в самые трудные и прекрасные времена, даже если больше никто не видел этого. Подняв глаза на Сириуса, он понял, что некоторые из этих тяжелых моментов были связаны с человеком, сидящим напротив него. — Ты не должен. Он тоже не думает, что ты можешь ему понравиться, но я буду не против, если вы сможете находиться в одном и том же месте одновременно, не ссорясь. Сириус изучал своего крестника больше минуты, в его голове проносились мысли о том, как продолжить прежние планы, на его лице мелькали десятки выражений, но окончательным выражением было поражение со слабым намеком на смирение. Медленно моргнув, он отступил назад. — Думаю, я смогу это сделать. Могу я сообщить новость Ремусу? Будет лучше, если он узнает об этом раньше, чем прочтет в газете. Я прослежу, чтобы он оставил Снейпа в покое. Гарри кивнул. — Только его. Я хочу быть в Британии, когда все остальные узнают. Сириус согласился, и Чума убрал меч в ножны.

ō.ō&ö.ö

— Я рассказал Гермионе и Рону об объединении, — Гарольд свернулся калачиком в изножье кровати Северуса, наблюдая за тем, как его муж отрабатывает палочкой движения заклинания, снимающего проклятие, с которым у Гарольда были проблемы. Северус опустил палочку, сосредоточившись на Гарольде. — Как? Гарольд постучал по голове. — Я решил, что можно проверить, насколько безопасно ходить в чужие сны. Сначала я пошёл к Рону, а потом он сказал, чтобы я попробовал на Гермионе. Я рассказал им прямо перед тем, как прийти сюда сегодня. Заметив в глазах Северуса лёгкий завистливый взгляд, Гарольд наклонился вперёд. — Не думаю, что я смогу сделать это снова – разве что в случае крайней необходимости. Мне здесь комфортно – я ощущаю принадлежность, меня принимают и хотят видеть. В их снах... Меня не отторгали, но я чувствовал, что причиняю им неудобства, что они рады меня видеть и получить информацию, но предпочли бы, чтобы я выбрал другой способ сообщить им об этом. Ревнивый взгляд исчез, и Северус шагнул к кровати, взяв подбородок Гарольда в свободную руку. — Ты действительно принадлежишь этому месту. Он прижался к розовым губам, ожидавшим его ниже, и впился в них страстным поцелуем. Прижав Гарольда к кровати, Северус решил, что изучение может ещё немного подождать.

Ò.Ô&Ő.Ő

Гарри медленно шёл через близко расположенные дома, ища тот самый символ, который был нарисован на бумаге в его руке. Свернув в переулок, который был едва ли не слишком узким, чтобы по нему можно было пройти, он направился вглубь города. Он знал, что выделяется, но это было для него нормально. В Великобритании он выделялся благодаря шраму на голове, по крайней мере, в Волшебном мире. Здесь же он выделялся цветом кожи. Несмотря на то, что он провёл в Африке два года, его загар не был таким тёмным, как у местных жителей, среди которых он шёл. Ещё через два поворота и извилистую тропинку он заметил символ – крошечную птичку в полёте. Она была почти похожа на снитч, который когда-то использовался в квиддиче. Надеясь, что язык жестов, суахили, которому его научил Солфур, и обрывки языков разных племён помогут ему в этом разговоре, Гарри постучал в дверь. Когда шаман или, как он научился называть их в Южной Африке, сангома, открывший дверь, улыбнулся ему, Гарри понял, что его ожидали. — Мистер Поттер, добро пожаловать в мой дом, — сильный акцент в английском языке был вполне понятен, когда умудренный жизнью человек жестом пригласил его войти. Похоже, английский здесь сгодится. Не всегда это было так, когда он перемещался по Африке. Гарри прошёл в дверь, внимательно наблюдая за хозяином, зная, что с этим человеком придется считаться, как бы приветливо он себя ни вёл. — Спасибо, сэр. Пожалуйста, зовите меня просто Гарри. — А вы можете называть меня Бингва. Сюда. Не желаете ли чаю? — Бингва проследовал в гостиную и жестом указал на кресло. — Чай был бы кстати, — Гарри присел. Сначала нужно было соблюсти формальности, а затем можно было приступать к теме, о которой, как Гарри был уверен, знал его собеседник, и которая являлась причиной его визита. Несколько предыдущих сангома также уже знали о его приезде. Сеть между исангома активно работала. Скоро он начнет расспрашивать о том, как этот человек защищает людей от тёмной магии. Ходили слухи, что Бингва – лучший специалист по защите во всей Танзании и во всей Восточной Африке.

ō.ō&ö.ö

— Северус! — Гарольд пронёсся по комнате в поисках своего партнёра. Северус вышел из своей спальни. — Прямо здесь, не надо кричать. Гарольд крепко обнял Северуса и стал кружить его по комнате. — Нет, надо! Я нашёл Бингву! Счастливо смеясь, Гарольд отпустил Северуса, поцеловав его в губы, и унесся в танце прочь от возмездия. — Он – кладезь информации. И даже более того, он познакомит меня с Мастером Зелий – не то чтобы их так называли, но эта леди является именно им, — Гарольд достал лист пергамента и перо. — Какие у тебя есть вопросы? Северус жестом указал на кресла у камина, и блеск его глаз подсказал Гарольду, что список будет длинным.

Ò.Ô&Ő.Ő

Год спустя... Гарри вошёл в ворота Хогвартса, удивляясь тому, что он всё ещё мог свободно пройти внутрь, учитывая, что Северус сказал ему, что охрана территории школы была усилена, пока он был в Африке. Размышляя о том, включил ли Альбус его в систему защиты, ведь директор знал об их объединении, Гарри пересёк территорию школы, в надежде найти Северуса не занятым. Последние три года были интересными и познавательными. Гарри объехал почти всю Африку, отправляясь туда, куда требовал Гринготтс, чтобы снять любое проклятие, с которым они сталкивались. Гарри знал, что причина этого в том, что он изучил все проклятия, чары и тёмную магию, которые только мог найти. Другие разрушители проклятий знали, что в свободное от работы время его можно найти у сангомы, или как они там называют местный вариант целителя в этом регионе Африки. Конечно, вся эта учёба была направлена на одну цель – чтобы как можно быстрее получить звание Мастера. Северус был человеком слова, и однажды он сказал, что Гарольд сможет перестать учиться в их снах, когда получит Мастерство. Гарольд был намерен добиться от него этого. Откинув назад волосы, которые развевал ветер, он усмехнулся. Гринготтс не хотел его отпускать, так как он быстро стал их специалистом по африканским проклятиям. Они уговорили его работать на них на внештатной основе, то есть если случится что-то плохое, они вызовут его к себе. А до тех пор он мог делать все, что ему заблагорассудится. С учетом продажи частей василиска и доходов, полученных за последние три года, у него было достаточно средств, чтобы первое время просто жить. В этом и заключался его план: жить на эти деньги, быть с Северусом и найти то, чем они оба хотели бы заниматься. Что бы это ни было, они должны были быть вместе. Ему уже порядком надоела разлука, и он был уверен, что Северусу тоже. Поднимаясь по лестнице сразу через две ступеньки, Гарри проскользнул через парадные двери и направился к лестнице в подземелье. Прошло немного времени, и он стоял в покоях Северуса, не зная, сесть ли ему в кресло или остаться стоять. Не успел он принять решение, как вошёл Северус. — Гарольд, ты рано! — Северус преодолел расстояние между ними, притянул Гарольда к себе и с чувством поцеловал. Они оба застонали, наслаждаясь ощущением поцелуя наяву. Медленно Северус отпустил его, позволив Гарольду лишь слегка отодвинуться, но не выпуская его из объятий. Гарольд усмехнулся. — Я вырвался, как только смог. Фангтут изо всех сил пытался заставить меня подписать какие-то бумаги, чтобы я остался ещё на шесть или семь лет. Вот, — он надавил на руки Северуса, чтобы тот отпустил его, а затем стянул с шеи цепочку, показывая висящие на ней три сундука, очень похожие на тот, что Северус подарил ему много лет назад. — Это твоё. Он положил сундуки на пол и увеличил их. Кивком он указал на тот, что стоял ближе всего к дивану. — Возможно, ты захочешь открыть его в Паучьем тупике или в своей лаборатории. И ещё, — он открыл другой сундук и достал переплетённый набор пергаментов, — не мог бы ты прочитать и отредактировать это? Красные чернила будут весьма уместны. Северус взял сверток и взглянул на первую страницу. На ней неаккуратными каракулями Гарри было написано Свет во Тьме, найденный в Африке. — Что это? — Книга, над которой я работаю, — Гарри усмехнулся, увидев шокированное выражение лица Северуса. Он очень старался, чтобы Северус не узнал об этом начинании, на случай, если он его не допишет. — Я решил, что раз уж я изучаю все эти тёмные проклятия и тому подобное, то должен написать книгу для других людей, которые собираются в Африку. Я также подумал, что это может помочь тем волшебникам и ведьмам, которые там учатся. У них нет учебника, в котором обсуждались бы проклятия, встречающиеся в их собственной стране, — Гарольд слегка улыбнулся и наклонил голову. — Я подумал, что ты не откажешься в очередной раз помучить мою письменную работу. Северус открыл сундук, чтобы положить туда книгу, и почувствовал, как его губы растягивает ухмылка. Внутри не было ни малейшего свободного места. Он был забит уменьшенными книгами. Когда он потянулся к верхней из них, его руку перехватили. — В других отделах есть ингредиенты и всё такое для тебя, — Гарольд отвёл руку Северуса назад, с глухим стуком закрыл крышку сундука и мотнул головой в сторону двери. — Я прибыл раньше. Альбус, преподаватели и Уизли не ожидают увидеть нас до ужина. Как насчет того, чтобы использовать это время с умом? Северус снова притянул Гарольда к себе. — Чтение – это разумное использование. Не успел Гарольд открыть рот, чтобы возразить, как Северус настойчиво поцеловал его, позволяя своим рукам блуждать по подтянутому телу мужа. Северус издал тихий стон, когда руки Гарольда, расстегивавшие его рубашку, коснулись кожи. Потянув Гарольда в спальню, он начал избавлять их от одежды, оставляя за собой путь к его кровати, где они, наконец, оказались вместе, впервые бодрствуя оба. — Наяву даже кровать лучше, — Гарольд провёл рукой по груди Северуса, останавливаясь по пути, чтобы поиграть с напрягшимся соском. — Кроме того, она гораздо удобнее, чем твои за последние несколько лет, — Северус провел рукой по тёмным волосам Гарольда и погладил чувствительную кожу на его шее. Он знал об этих кроватях не понаслышке, поскольку все последние летние и зимние каникулы проводил в Африке. Усмехнувшись, Гарольд позволил своим рукам блуждать по Северусу вдоль груди и по бокам, проводя пальцами по бедрам и ягодицам своего возлюбленного. — Как ты думаешь, Альбус разрешит мне остаться здесь на следующий учебный год? Северус кивнул, а затем принялся сводить на нет все дальнейшие разговоры.

Ò.Ô&Ő.Ő

Гарольд, вошедший вместе с Северусом в Большой Зал, первым делом обратил внимание на Уизли и большинство преподавателей, растерянно озиравшихся по сторонам. Затем он заметил Сириуса, который внимательно наблюдал за ними со своего места рядом с Ремусом. Слегка улыбнувшись своему крестному, он направился к Альбусу, который помахал им рукой. Северус отрывисто кивнул Блэку, и они направились к Альбусу. Гарольд рассказал ему той же ночью, как Сириус пришел к нему, чтобы обсудить их отношения, и как он в конце концов принял их. Только благодаря этому факту Северус не стал выслеживать шавку и показывать ей, чего может добиться разгневанный Мастер Зелий, оставшись не пойманным. — Гарри, дорогой мой мальчик, — обратился к ним Альбус, и улыбка заиграла в уголках его глаз. — Вижу, твоё возвращение домой прошло успешно, — он кивнул в сторону стола. — Я пригласил всех, кого ты просил. Присядем и поужинаем, или вы хотите сначала поговорить с ними? Дверь распахнулась, впустив Рона и Гермиону. Оба бросились к Гарри и крепко обняли его. — Ты уже рассказал им? Поэтому они выглядят ошеломлёнными? — прошептала Гермиона. Гарри отрицательно покачал головой, а Рон зашептал ему на ухо. — Просто чтобы ты знал, репортёры узнали, что ты вернулся, и уже собираются тебя выследить. Три пары глаз встретились, и три рта усмехнулись. Северус постоянно информировал Гарри о теориях Пророка по поводу его отношений, и они придумали множество вариантов того, как объявить о своих отношениях. Поскольку большинство идей включало Рона и Гермиону, Северус решил устроить с ними сеанс планирования после того, как они объявят о своих отношениях всем остальным близким людям. — Гарольд, я полагаю, Альбус ожидает нас, — Северус бросил на трио быстрый взгляд. Гермиона умоляюще посмотрела на Северуса и прошептала. — Скажите им сейчас, мы хотим видеть их лица. Отойдя от своих лучших друзей, Гарри усмехнулся, когда они обступили его и Северуса по бокам. Двигаясь вместе, все четверо подошли к группе, расположившейся у Преподавательского стола. Северус ответил на вопрос Альбуса. — Думаю, сначала объявление. С любопытными Уизли трудно иметь дело, но любопытные профессора ещё хуже. Гарольд вложил свою руку в руку Северуса и улыбнулся всем. — Добро пожаловать на нашу Волшебную Вечеринку по случаю помолвки! Мы с Северусом хотим объявить, что мы пара и планируем связать себя узами брака на зимних каникулах. — О, Гарри! Северус! — Молли бросилась к ним с улыбкой на лице. Артур последовал за ней и не дал ей обнять Северуса, пожав ему руку, оставляя Гарри в объятиях. Потрясение остальных ослабло, и они подошли выразить свои поздравления. Альбус, Рон и Гермиона встретились взглядами, и все трое улыбнулись. Они знали, что вечеринка закончится очень поздно. На следующий день Северус сопровождал Гарольда к Фортескью, их руки были сцеплены между собой, а на лице Гарольда сияла улыбка. Главным событием стало отсутствие злорадства на лице Северуса. Они сбежали обратно в Хогвартс, оставив прессу сходить с ума.

Ò.Ô&Ő.Ő

Летом, несколько лет спустя... Гарри сложил пергамент и направился по коридору к рабочему кабинету Северуса. Постучав три раза, он вошел. — Северус, у тебя есть минутка? — Пока нет. Буду ждать тебя на кухне минут через двадцать. — Хорошо, — повернувшись, Гарри вышел так же тихо, как и вошёл. В их комнате он начал собираться. Первыми в сундук отправились лёгкая, но длинная одежда, крепкие ботинки и несколько мантий, сшитых из дышащего материала. Затем он закрыл крышку, повернул замок на сорок пять градусов вправо и снова открыл его. Во втором отделении он проверил своё снаряжение для разрушения проклятий. Две запасные палочки он положил в специально сделанный держатель, расположенный на боковой стенке сундука, там же лежали различные приборы для тестирования, книги и прочая атрибутика. Закрыв сундук, он оставил его на подставке. Последний отсек он заполнит едой и водой завтра, перед тем как отправиться в путь. Он добрался до кухни как раз в тот момент, когда Северус появился там. — Хочешь чаю? Ты обедал? — Чай не помешает. Я сделаю несколько сэндвичей к нему, — Северус направился в кладовку. Смеясь, Гарри поставил чайник. — Значит, ты не ел. Сделай столько, чтобы хватило до позднего ужина. — Непременно. Разговор затих, пока они не уселись за стол с разложенным между ними поздним обедом. Северус снова начал разговор. — Для чего тебе понадобилось меня видеть? — Я просто хотел узнать, не нужно ли тебе что-нибудь из Тимбукту. — Гринготтс посылает тебя туда? — он продолжил, когда Гарри утвердительно кивнул. — Не беспокойся об этом. Северус потягивал чай, на его лице начала расцветать улыбка, когда Гарри закатил глаза. — Не беспокоиться об этом? В последний раз, когда ты так сказал, ты чуть не слетел с катушек, когда подумал, что я упустил возможность приобрести кожу и яд бумсланга, — Гарри взял сэндвич с ростбифом и стал ждать, как Северус будет отстаивать свой ответ. С улыбкой на лице Северус наклонился вперёд и взял Гарри за левую руку, проведя пальцами по золотому кольцу. — Это потому, что я не позволю тебе снова отправиться в глубины Африки без меня. Там слишком много ингредиентов для зелий, которые ты не узнаешь, зато узнаю я. — Правда? Ты отправишься со мной? — Гарри усмехнулся так же широко, как и Северус. — Фангтут будет счастлив до смерти. Я позабочусь о том, чтобы на этот раз тебе заплатили как защитнику, — он замолчал, когда Северус покачал головой. — Почему нет? В прошлый раз, когда мы были вместе, ты обучал стражу. — Пусть они наймут меня в качестве собирателя ингредиентов для зелий. Это лучше оплачивается и даст мне прекрасную причину искать в труднодоступных местах. Гарри усмехнулся. — Хорошо, я сообщу об этом. Мы отправляемся завтра утром, так что, возможно, тебе стоит собрать вещи. — Как только закончу с едой, — пообещал Северус. Он предчувствовал, что между сбором вещей и ужином Гарри захочет уделить время некоторым занятиям, которые потребуют от него немало сил.