Тайна Долины Фей: Становление

- В Долину пришел мир! – возмущался женский голос на краю Долины, в местах, что граничили с Темным Лесом и мертвой частью Долины, где располагались ранее земли чудовищной Госпожи – А мы теперь вынуждены прятаться в этой помойке! Отвратительно! Унизительно! Невыносимо! - Усмири свой порыв, дорогая моя! – на нее шикнул зловеще другой голос, обладатель его вышел из темноты, сверкая хищными зелеными глазами – Просто так сидеть и горевать о проигрыше нам еще очень рано! - Ты слишком оптимистичен! – буркнул женский голос – По всей Долине только и слышно, что править Долиной стала эта проклятая Клэрион! Да она еще себе помощников себе набрала из отряда тех, кого вообще бы Госпожа не пощадила бы! - Успокойся, Зариночка! – обладатель мужского пугающего голоса ее оттолкнул – Мне до черта надоели твои капризы и прирыкания! Будь моя воля, я бы уже давно тебе подрезал и твои крылышки, и твой длинный острый язычок! - А что же тогда не рискнешь? – посмеялась Зарина. - От тебя пользы еще можно надоить! – буркнул ее собеседник – Кроме того мне нужен будет помощник для слежки в Долине! А ты всегда была опытной шпионкой! И твои таланты мне еще помогут! - Раскомандовался! – буркнула Зарина – Таким ты точно не был, пока Госпожа была жива, Ятрышник! - Нам придется без нее обходиться! – ответил эльф без одного крыла – Но тебе придется научиться терпению, ибо тут придется нам жить чуть более года… Мы с тобой дождемся прекрасного момента, когда наши недруги смогут настолько расслабиться, что не будут ждать неприятного сюрприза от нас и нашей маленькой подружки! - Что еще за подружка? – удивилась смирившаяся Зарина. Ответом стал силуэт огромной птицы, чье перо эльф Ятрышник крутил в руках. *** А в теплой части Долины Фей уже вовсю процветали прекрасные цветы из почвы, что была мало ухожена. Скоро раскроются бутоны этих цветов, радуя вернувшихся сюда пчел прекрасными ароматами; они смогут снова делать душистый мед, позволяя феям и эльфам за их защиту от хищных птиц, пауков и редких медведей немного брать для напитков и нектаров. Теперь жители Долины не горбились как рабы, а выполняли с удовольствием работу, связанную с их талантами, каждый из них поселился в своих выделенных и построенных домиках, в строительстве которых приняли феи-мастера, которых возглавила фея Мэри. Подруге такую должность дала Клэрион, ибо она помнила, как эта полноватая фея умело могла и корзинки сплести, и починить много предметов для сбора ягод и пыльцы. К слову о пыльце – дабы ее всем хватало: а именно жителям Долины и тем, кто летал теперь на Материк, Королева и министры приняли решение сделать отдельную мельницу для распределения этого волшебного явления. Само собой, у правительницы и 4х ее помощников были сделаны свои собственные небольшие рабочие запасы. При этом Клэрион практически не приходилось брать новые запасы, а министры брали запас с собой, когда им приходилось отслеживать приготовления к новому времени года. В тот теплый день Клэрион увидела недалеко от Весенней Площади все еще не всеми принятого министра Весны, Нарцисс проверял свои заметки по тому, как все должно было быть готово. Королева обратила внимание, что в какой-то момент он подлетел к раскрывающемуся скоро цветку белого цвета – это именно тот, которому он однажды подарил шанс расцвести. - Вот бы и Подснежника я бы мог так пробудить… - донесся до нее грустный голос эльфа, который посмотрел на цветок и рассматривал цепочку, что уже будто вросла в землю – Я до сих пор жалею о том, что временами кричал на него! Наверное… будь он все еще тут, я бы попросил у него за все прощения! Он ведь был первым моим другом до Клэрион… я с таким трудом уговорил Госпожу в свое время оставить его у себя! Нарцисс был уверен, что его никто не замечает, ибо все были заняты своими делами. Потому Клэрион поспешила удалиться – не очень хочется тайно шпионить за министром, чтобы тот не чувствовал себя еще хуже. В душе ей было его ужасно жалко: хоть он и помог сразить Госпожу, мало кто его хочет принимать как друга. Да, она могла бы отдать приказ начать уважать Нарцисса, но сочла это не сильно необходимым, уж пусть пройдет время, а там, быть может, его и примут. Поглощенная в такие размышления Клэрион услышала собравшихся фей животных, которые о чем-то спорили с прилетевшей феей Мэри. - Что произошло? – спросила правительница, от чего все споры тут же прекратились. - Прошу прощения за то, что потревожили, королева Клэрион… - начала одна из фей животных – Просто мы вчера нашли раненного, но уж очень бойкого голубя! Мы сделали ему перевязку, а он не хочет мирно сидеть… - И налетел на моих новых помощников… - вздохнула фея Мэри – А нам нужно срочно отвезти на Весеннюю Площадь наши новые наработки, дабы упростить работу наших друзей… И чтобы Нарцисс ими не командовал! - Успокойтесь! – прервала их Клэрион, подлетев к чуть успокоившемуся птенцу (скорее уже подростку) голубя чистого белого окраса – А пусть он тоже полетит на Весеннюю Площадь, только уже под моим присмотром! Думаю, что он просто хочет себя показать, как взрослый и самостоятельный… и думаю, я знаю, кто ему сможет помочь! - Кто же? – удивилась Мэри. - Скоро узнаешь! – улыбнулась Клэрион, погладив чуть дерзкого птенца – Все в порядке, малыш! Нарцисс в это время только отлетел от могилки своего погибшего друга и вернулся на Весеннюю Площадь, где феи и эльфы раскрашивали божьих коровок. - До следующей весны хоть и много времени, но лучше быть ко всему готовым! – говорил министр Весны, когда замечал кого-то отдыхающими и без дела. - И все получается очень красиво! – послышался голос прилетевшей Клэрион, которая с улыбкой посмотрела на Нарцисса, тот покрылся румянцем от удивления и даже испуга, а после произнес: - Мы не ждали Вашего прихода так скоро, Ваше Величество! - Ничего страшного! – ответила фея – Министр Нарцисс, Вы можете уделить хоть минутку Вашего внимания? А мастера пока покажут нашим друзьям то, что им однажды поможет в работе и на Материке? - Никаких проблем! – улыбнулся Нарцисс, позволив удивленной и чуть смущенной фее Мэри на повозке, в которую бережно был запряжен серый мышонок, въехать; сам министр немного загрустил, но тут же взял себя в руки – Моя Королева… - Нарцисс, я хочу Вас познакомить кое с кем… - произнесла Королева – И просто скажу, что мне, да и Дубу, все еще невероятно жалко то, что Вы потеряли Вашего прекрасного Подснежника! - Вы не виноваты! – вздохнул Нарцисс – Видите ли, Госпожа не одобряла то, что феи и эльфы могут приручать птиц, особенно голубей, ибо это птицы, близко контактирующие с людьми… Только мне она разрешила оставить голубя, который много лет был мне единственным другом… пока не появились Вы! Не думаю, что найдется кто-то, кто сможет его заменить! - Возможно… - вздохнула Клэрион – Но будет несправедливо оставить Вас без друга и того, кто будет помогать Вам облетать всю Долину, а также нести Весну на Материк! Он еще совсем молоденький, но уже очень хочет себя показать! Хотя бы попробуйте с ним пообщаться… Нарцисс немного улыбнулся, когда его глазам предстал белоснежный голубь, который при виде чистой воды решил немного утолить жажду. Министр Весны очень осторожно подлетел к нему, птенец оторвался от питья и посмотрел на эльфа, с любопытством смотря на него. Нарцисс осторожно протянул руку и положил на голову, между глазом и клювиком. Птица чуть насторожилась, но не спешила улететь или сбросить это смелое создание, которое похоже решило его приручить. - Думаю, такой голубь хоть и не заменит полностью Подснежника, но я в то же время дам ему себя продемонстрировать! – улыбнулся министр – А у него есть имя? - Ему его еще не успели дать! – вздохнула Клэрион – Но, быть может, Вы ему придумаете подходящее? - Знаете, у Подснежника ведь был братишка, который не дожил до своего первого полета… - произнес Нарцисс – И он тоже был таким белым! Пожалуй, назову тебя Просветом! Что скажешь, приятель? Голубь прогуркал теплым и милым звуком, а после потерся о наряд министра. - Кажется, ему понравилось это имя! – улыбнулась Клэрион. - Спасибо Вам за такого голубя, Ваше Величество! – улыбнулся Нарцисс, теперь он был больше поглощен в то, чтобы научить новоиспеченного голубя трюкам. Королева улыбнулась и оставила министра наедине с птенцом, а сама полетела дальше. День близился к закату, и Клэрион хотелось им полюбоваться с ветки ближайшего дерева. - Один из тех закатов, что можно встретить, не опасаясь вторжения солдат! – послышался рядом с ней голос, это был Милорий, он стоял у границы между Зимним Лесом и Весенней Площадью. - Я тоже решила им полюбоваться… - ответила фея, подлетев к бревну-мосту, оставаясь в теплой части Долины – И так рада снова тебя увидеть! - Сказать по правде… - улыбнулся Милорий – Я тоже рад тебя видеть, Клэрион! Полагаю, что при должности королевы дел у тебя очень много! - Немало… - ответила фея – Но это не значит, что я не могу провести время с одним из своих друзей! - Особенно во времена без правления тирана! – добавил зимний эльф, после чего осторожно взял фею за руку. Клэрион улыбнулась, когда закатное солнце будто охватило их. Она посмотрела на своего друга, прямо в его глаза, но искала она там не отражение своего прелестного лица. Ее рука потянулась к нему сама, они соприкоснулись и почувствовали что-то такое, что ранее никогда не могли себе даже представить… сердца бились, а дыхание будто бы учащалось. Они так стояли до первых появившихся в небе звезд, когда стало совсем темно, и со стороны их границ не послышались крики. - Будто время пролетело незаметно… - вздохнул Милорий, бережно отпустив фею – Прости, но мне нужно вернуться в замок! - Понимаю… - вздохнула и улыбнулась Клэрион – Но ведь… мы можем завтра опять увидеться? - Не вижу в этом преград! – ответил Милорий, подарив ей маленькую веточку вечно зеленой ели, что отвалилась – Давай завтра вечером на этом же месте! Клэрион приняла подарок с улыбкой, рукой она провела по лицу своего друга, а после поднялась в воздух и пропала – Милорий долго провожал ее взглядом, мечтая все же нарушить запрет границ и попасть туда, где она. Проблема была в том, что еще при Лаурене неизменно было правило зимним феям и эльфам, дабы они не пострадали, не проводить много времени в тепле; точно так же, как и феям и эльфам теплых времен года не залетать без весомых причин в Зимний Лес. И увы, даже Клэрион, не могла повлиять на снятие этого запрета; но, чтобы время шло своей чередой, министру Зимы как фее из семейства четырехсезонные было дозволено хоть жить в теплой части, а также приносить известия из Зимнего Леса и присутствовать на собраниях Долины. Клэрион поставила в вазочку милую веточку и закрылась в своих покоях – в ее душе поселилось необычное чувство, что ранее ей было так не знакомо, и называлось это – чувство любви со стороны своего друга. На следующий день Королева проснулась в спокойном расположении духа – ей все же не терпелось встретить закат в компании милого зимнего эльфа, но не стоило забывать и про свои другие дела. Ведь скоро нужно нести Лето на Материк, а у Розы – министра Лета – это будет ее самый первый полет. Подруга Королевы очень переживала и волновалась. Но сегодня она была чуть спокойнее – на глазах Клэрион Роза поглаживала крупного соловья, который выделялся от других живущих в Долине соловьев своим размером и раскраской. - Он прилетел из Темного Леса… - поведала Роза – Интересно, увидим ли мы еще Трандуила? он ведь теперь там живет! - Уверена, что мы еще встретим его! – поддержала ее Королева – И если этот соловей прилетел по его просьбе, то это может что-то да значить! - Скажу честно… - произнесла Роза – Я так переживаю! Я раньше не летала на Материк! А вдруг… - Успокойся! – поддержала ее Клэрион и приобняла, чтобы та не переживала – У тебя все прекрасно получится! Ты ведь знаешь, как приходит Лето и что для этого нужно! А чем больше ты переживаешь и паникуешь… - Я не буду паниковать! – улыбнулась Роза – Просто с трудом верится во все! Королева улыбнулась подруге, а соловей начал головкой потираться о министра Лета. Удивительное создание. - А как его зовут? – спросила Королева. Оставив Розу, Клэрион полетела в сторону Весенней Площади. Там Нарцисс смог наконец-то подняться в воздух на молодом Просвете – от солнца мелькнула игра от новых золотых поводьев. Клэрион увидела, что это была не цепочка, а лента золотистого цвета; голубь уверенно держался в небе, а также уверенно нес на себе наездника в лице министра Весны – значит, оба они были довольны своим знакомством. Воспользовавшись тем, что дел на день уже не было, Королева подлетел к месту, где вчера они с Милорием встречались и наблюдали за закатом. Солнце сегодня было ярким и играло всеми возможными цветами на небе. Скоро уже будет время заката. - Клэрион… - увидев ее, улыбнулся прилетевший Милорий, подходя к границе между Зимним Лесом и Весенней Площадью. - Милорий… - улыбнулась фея и подошла к нему. Второй закат охватил их яркими цветами, но сегодня до них донеслось прекрасное птичье пение, которое словно напевало какой-то темп, руки феи и эльфа сомкнулись, будто бы они были готовы обняться и не отпускать друг друга. Ни произнося ни слова, они смотрели то друг на друга, то на закат, который лучами уходившего солнца играл с ними. Но вот прошел и второй закат, и двоим пришлось вновь разлететься по своим домам – им было и грустно, и в то же время радостно на душе от вместе проведенного времени. Издали их заметил орел Дермус, который проводил грустным взглядом обоих – орел понимал, что увиденное им не каждому покажется радостным и счастливым. -«Запретная любовь таки случилась…» - подумал он и скрылся в Темном Лесу. *** Шло время, сначала день, потом еще один, потом неделя, потом еще одна, потом прошел месяц – уже Роза улетела на Материк нести Лето, пока министр Осени Дуб заканчивал проверку подготовки к осени, которая вступит через два с половиной месяца в свои права. На своем друге-кедровке эльф облетал Осенний Лес, ставший ему почти как родным, хоть его часто во времена правления Госпожи сюда отправляли. Не знал долго эльф, что медведь Бурноцвет теперь вообще не вылезает из своей берлоги – старость взяла вверх над этим огромным созданием. Потому перед осенью эльф брал немного ягод и меда, оставлял у берлоги и улетал обратно. На границе с Зимним Лесом часто он вглядывался в то, чтобы зверьки успешно переходили из осени в зиму, меняя цвет своих шуб. А молодой Иней, который смог наконец-то оставить меч или стрелы, встречал горностаеек, зайцев, белок и сусляков, отдавая честь министру осени. Дуб часто вглядывался в зиму, там оставались жить те, кто ему был друзьями. Но следов их не было видно. - Переживаете из-за путешествия на Материк? – спросила его в тот день пролетавшая Клэрион. - Скорее морально себя готовлю! – ответил Дуб – Помимо этого нужно кое-что проверить! Подозреваю, что эта осень может совпасть с восходом Голубой Луны! К слову… как Древо Пыльцы? - Пока все в порядке… - выдохнула Королева – Но Вы полагаете, что может что-то произойти? - Древо является старейшим деревом Долины! – ответил министр – И Голубая Пыльца, которая и создается от Лунного Камня, поможет омолодить корни и так сказать душу Древа! - Я знаю… - улыбнулась Клэрион – Если такое совпадение и произойдет, то сообщите мне при первой возможности! - Первым же делом! – улыбнулся ей рассудительный эльф – Может быть, желаете проверить приготовления к покраске листьев? - Потом обязательно посмотрю! – улыбнулась Королева – Но я уверена, что при Вашем присмотре все будет в порядке! Вы же не переживаете от того, что что-то пойдет не так? - Я же не Нарцисс… - нерадостно ответил Дуб – Знаете, Ваше Величество, я не имею права опровергать решение назначить бывшего надзирателя министром Весны, но все же… это как минимум странно и непривычно! - Дуб, я Вас очень прошу не кидаться с ненавистью на Нарцисса! – строго подметила Клэрион – Время правления тирана прошло, и я все же дала ему возможность показать себя с хорошей стороны! Уж попробуйте лучше поладить с ним… - Быть может, так и будет… - вздохнул Дуб, угостив кедровку ягодами – Я кстати видел его на новом голубе! - Для Вас это, быть может, станет удивительным, но в Просвете наш Нарцисс увидел реинкарнацию своего погибшего друга! – ответила фея – Мэри рассказала, что он попросил у нее ленточку для поводьев! Полагаю, что он в нем теперь души не чает! - Готов признать, что Нарцисс хорошо относится к голубю и растениям… - сдался Дуб. - Прошу меня простить… - улыбнулась Клэрион – Но мне уже пора лететь! Дуб проводил с улыбкой Королеву, а после опустился к корням деревьев Леса, н обратив внимание на то, что Клэрион улетела в сторону Весенней Площади, там скоро можно было увидеть новый закат. За это время они с Милорием сблизились еще больше – вчера она позволила ему осторожно провести рукой по ее волосам, а на днях они почти сомкнулись губами. Сегодня солнца не было ярко видно – небо начало покрываться облаками, солнце сегодня можно будет уже не застать. Дождь мог собраться в скором времени, а потому нужно было найти укрытие от скорого ливня. - Скорее сюда, Клэрион! – позвал ее Милорий, когда небо потемнело, а первые капли начали достигать земли. Королева подлетела к границе, там ее ждал Милорий с сделанном из больших листьев зонтиком. Он был сделан из нечто похожих на одеяла листьев лопуха, которым часто укрывают небольшие ранки и больные ноги. Клэрион не успела промокнуть, когда подлетела к Милорию. А зонтик укрыл ее от капель дождя. - Спасибо! – улыбнулась она эльфу – Это очень мило! Жалко, что сегодня нам не увидеть заката! - Разве нужен именно закат, чтобы мы каждый вечер встречались? – спросил Милорий. - Для меня важно видеть тебя, дорогой! – прошептала фея. Дождь быстро прошел, явив красивую вечернюю радугу над большей частью Долины. Свет и цвета окружили две границы, а встречающие их фея и эльф еще ближе прижались друг к другу, не пересекая опасные друг другу границы. И вот так каждый конец дня на протяжении года фея теплых времен года и зимний эльф встречались на границе, где Зима переходила в Весну; двое были так очарованы друг другом, сближались с каждым днем, мечтая о том, чтобы их никогда и ничто не могло разлучило, даже тот самый страшный запрет, что не дозволял им пересекать их части Долины. Милорий все время представлял, что мог бы оберегать такую хрупкую и чувствительную Клэрион, чтобы ту не заваливали королевские обязанности, а они могли вместе облетать всю Долину; Клэрион будто мечтала о том же, ибо с каждым днем ее сердце билось чаще от мыслей о том, что они стали так близки с зимним эльфом, а с его отвагой она точно знала, что ей ничего не страшно. Уже когда они были вынуждены отпускать друг друга из объятий и лететь по своим замкам-домам (если так можно было сказать), у Клэрион будто разбивалось сердце, а на глазах проступали слезы. Но стоило только Милорию их стереть, как улыбка возвращалась обратно – эльф всегда провожал ее теплыми и заботливыми словами, желая доброго пути к Древу и прося прилететь на следующий закат как можно скорее. И вот прошел почти год, Весну на Материк снова принесли спокойно – хотя Бегущие Чертополохи, что втайне от многих оживил после огней и пожаров Госпожи министр Весны немного попугали мышат и фей садоводства. Так одну новенькую фею по имени Розетта эти колючки пронесли по всему рядом расположенному лугу. Пришлось часть фей отправить на ее поиски, но все обошлось – колючки сами отпустили напуганную малышку, та больше возмущалась поломанному ногтю и испачканному наряду. А больше ничего страшного до этого дня не произошло. Клэрион вновь дождалась вечера – сегодня ее посетила мысль все же помочь Милорию хоть и ненадолго взглянуть на приготовления к Лету с высоты дерева, что росло у Весенней Площади. В нужный момент Королева полетела незаметно к границе, хотя Просвет, которого продолжал все еще тренировать министр Весны, но не привлек ничье внимание, а потому Клэрион и осталась незаметной. Но знала бы она, что одна пара злых глаз ее все же углядела – карие глазки выглядывали из дерева, а после их обладатель (а точнее обладательница) помчалась стрелой в сторону еще не ожившей части Долины, причем подавая тихие, будто напоминающие внутренние, звуки. Королева же прилетела к границе одновременно с Милорием, который принес ей отведать красивые алые ягоды калины. Это очень тронуло Клэрион. - Взглянуть на приготовления на территории Весны? – удивился зимний эльф после того, как Клэрион ему рассказала – Я буду ни капли не против! Они осторожно взлетели вверх, ибо над ручьем, что здесь был границей, дули два ветра, которые при усилении могли снести обоих ныне влюбленных друг в друга прочь. Но наконец Милорий, доверившись Королеве, вылетел из зимы в весну, даже не закрывая глаза – он всегда был уверенным и смелым эльфом, а потому он уверенно себя почувствовал, оказавшись в другом времени года – благо с ним была прекрасная фея. Клэрион чуть поднялась в воздух, не заметив наступающую опасность сверху. - Клэрион, сзади! – заметил эту самую опасность лорд Милорий. Но он не успел ее схватить за руку и оттащить ее в сторону – Клэрион оказалась в тисках-западне из хищных лап ястреба. Птица еще не легла спать, так как никого еще не поймала – а тут парочка ее любимой еды. Поскольку фея оказалась ближе, то с нее птица и начала – лапой она ее схватила и начала поднимать чуть выше. Однако эльф не готов был уступить – да еще и нельзя было позволить этой мерзкой птице унести его любимую. Преодолевая тепло, которое его подхватило, чтобы он настиг врага, Милорий схватил Клэрион за руку и резко потянул на себя. - Я не брошу тебя! – зимний эльф хоть и чувствовал боль в крыльях и теле, не собирался бросать любимую. Ястреб почувствовал, что добыча пропала, так как в коготь попал кусочек чего-то очень холодного. Клэрион смогла удержаться, а вот Милорий понесся вниз, крылья его перестали держать. -Нет! – закричала в ужасе фея и бросилась за ним вниз. Наконец она схватила его за руку, но Милорий не отвечал, глаза его закрылись, а одного крыла… будто не было видно. -«Нет!» - испугалась в душе Клэрион – «Это я во всем виновата! Прошу, Милорий, не умирай!» Но ее мысли прервал ястребиный клич – птица уже готовилась схватить их обоих. Быстро сообразив, Королева подхватила Милория и влетела в зиму, птица была готова тоже туда войти. Однако, что с территории Зимнего Леса, что со стороны Весенней Площади послышались другие птичьи кличи, но перебил их орлиный возглас – эта птица подхватила ястреба, а после пропала в небе. На крики вылетели жители Долины – Вьюга при виде Клэрион в Зимнем Лесу, поспешила ее вернуть в теплую часть Долину, пообещав позаботиться о Милории, которого унесли его поданные на огромной рыси. Клэрион долго не хотела уходить – неизвестность, что постигла ее близкого друга, не отпускала и даже явила ее слезы. - Королева Клэрион… - произнесла холодным тоном Вьюга – Прошу, летите к себе! Как что-то станет известно, я сама прилечу! Поймите, это было слишком опасно: зимние феи и эльфы не могут жить в горячем воздухе, их крылья не приспособлены к этому! Увы, но еще во времена правления Госпожи рождаемость таких, как я, прекратилось! - Прошу, передайте Милорию, как он очнется, что я не хотела… - попросила Клэрион, которую с теплой стороны встретили вернувшийся с материка Нарцисс и фея Мэри. Вьюга не ответила и улетела в зиму. Всю ночь Клэрион не могла сомкнуть глаз: только она опускала веки, как представлялся Милорий. В тот вечер она так и не уснула – только когда солнце наконец встало, молодая фея-вестница распоряжений по имени Виола прилетела в покои Клэрион с докладом о прибытии Вьюги. Королева поблагодарила фею и отправилась встретить министра Зимы, которая ожидала Королеву в компании не менее встревоженных остальных министров. Да и сама Вьюга была не радостная, но она почти никому не показывала свою улыбку. - Как он? – все еще переживающая Клэрион подлетела к министрам в надежде услышать добрые вести. - Лорд Милорий жив! – ответила Вьюга – Но то, что произошло, стоило ему крыла! Мне жаль, но даже Великий Лаурен не знает лечении этому страшному явлению! Эта новость стала ударом для правительницы – на лице пропал румянец, а глаза вновь стали заполняться слезами. Клэрион поспешила отвернуться от министров, сегодня даже Нарцисс с Дубом решили не кидаться друг на друга, так как второй все никак не принимал первого, а Роза сама едва держалась, чтобы не упасть в обморок от ужасных новостей. - Сотворившую это птицу мы тоже нашли! – произнесла шепотом Вьюга – Кто-то до нас ей отомстил! На ней едва можно найти живое место… - Это я во всем виновата… - шепотом произнесла Клэрион – Моя вера в то, что запрет можно было снять, рассыпалась на тысячу осколков зеркала, что не склеить! Боюсь, мне придется оставить это жесткое правило, когда феи и эльфы двух времен года не могут жить в одном месте! - Боюсь, запрет этому правилу никому не снять! – вздохнула Вьюга – Милорий жив и спрашивал о Вашем состоянии после нападения ястреба! - Прошу, передай ему мое решение! – вздохнула Клэрион. Министр Зимы покорно опустила голову и поспешила покинуть Древо Жизни; Дуб грустным взглядом проводил ее вплоть до границы. Оставшись, министры не смели тревожить Королеву, но та все же произнесла: - Прошу, летите к себе! Я должна побыть наедине с самой собой! Троица поспешила ее оставить, только Роза на небольшое количество времени задержалась и произнесла: - Не вини себя и старайся не казаться слабой, как мне говорил Трандуил! Быть может, вы еще с ним увидитесь! - Если только я придумаю, как однажды снять этот запрет! – ответила Клэрион, приняв поддержку подруги и добавила – Прошу, лети с остальными! Я, быть может, потом прилечу! В Зимний Лес Вьюга прилетела быстро, она старалась не задерживаться и не оглядываться, ибо на душе было просто ужасно – она понимала чувства и Клэрион, и Милория; но чтобы вот так взять и пересечь границы… в голове министра это все никак не укладывалось. - Его состояние лучше… - вздохнул Дьюи, встретивший министра Зимы – Но боюсь, что после этого сам подняться в воздух он более не сумеет! Тепло ветра и драка с этой ястребихой отняли у него эти способности! - Королева тоже места себе не находит! – произнесла Вьюга – И теперь еще двое пострадали от пересечения границ! - Успокойся, деточка! – произнес Хранитель – Я особо сильно не пострадал… посох держал меня в холоде, пока на наше укрытие не совершил нападение Чертополох! Крылья мои не пострадали, да и в Зимний Лес я попал быстрым образом! Вот нашему Милорию повезло значительно меньше… Эх! А я так надеялся, что эта запретная любовь сможет сама отменить запрет! - Так Вы все знали? – удивилась Вьюга – И почему их не остановили? - Потому что дал им шанс! – ответил Хранитель. Лорд Милорий вышел к министру Зимы и Хранителю – теперь его сзади не украшала пара серебристых крыльев, спину укрывала небольшая накидка, прячущая травму, что не исцелить ничем. - Боюсь, я тоже останусь при мнении запрета! – вздохнул Милорий и уверенно добавил – И более никто из фей и эльфов Зимнего Леса не проникнет в теплую часть Долины! Исключением является только Вьюга! Министр Зимы ничего не сказала, выдохнув и удалившись в другую сторону замка. А Милорий, выйдя на балкон, посмотрел в сторону границы с Весенней Площадью, где они с Клэрион встречали каждый закат. - Прощай, любимая… - прошептал зимний эльф, не знавший о том, что его любовь смотрела из своих покоев Древа Жизни и тоже смотрела на границу, со слезами, застывшими на глазах, она произнесла: - Прощай, любимый… - Ты бы мог убить их, а не птицу… - вдали голос злой феи прозвучал в еще не живой части Долины. - Достаточно было и принести в ее жизнь несчастье… - ответил эльф, который взял мешочек и вышел из пещеры, подводя напарницу к темной части Темного Леса – Но нам нужно выждать еще пару лет, пока не будет готов мой новый план! И нам в нем нужна помощь уже не столько фей и эльфов, сколько тех, кого Госпожа все же боялась! - Ты говоришь о пауках? – спросила с настороженностью фея, когда ее напарник кинул развязанный мешок в лес. - О детях Монстра! – ответил зловещим голосом эльф без крыла – И скоро Долина будет жить под гнетом от моей ярости! *** Обжигает и ранит, согревает и прощает любовь – но более в тот день из глаз прекрасной Королевы не вытекла ни одна слезинка боли и грусти. Ее чувства остались внутри нее самой, она погрузилась в дела по жизни Долины, чтобы более ни один ястреб не нанес чудовищный удар по ее народу. По всему периметру были расставлены наблюдательные пункты, а также началась тренировка первых разведчиков, параллельно этому оставляя фей и эльфов для подготовки к новым временам года. Клэрион время от времени, когда ее мало кто видел, смотрела на Зимний Лес и вспоминала их с Милорием встречи, не зная, что по другую сторону зимний эльф не отпускал воспоминания о ней. Но более они не могли обнять друг друга, прикоснуться губами или просто пообщаться. Но… как знать… быть может однажды этому придет конец?