Сожаления

Я подвёл тебя, Дагэ. - В тишине прозвучал надломленный голос молодого человека. Тот стоял на коленях и смотрел в пол, не в силах даже поднять взгляда. Нечистая Юдоль, Храм Предков. Он прикрывал лицо руками, чтобы не осквернять это место своими слезами. - Я запутался, Дагэ! Я уже давно не знаю кто я! После всех своих поступков, я не имею права жалеть себя, так позорно рыдать перед тобой и отцом, но что я могу поделать? Я всегда был слабым человеком. У меня никогда не было таких высоких качеств как у тебя. Я трус, обманщик, лицемер. Поистине недостойный фамилии Не. Сейчас я стою здесь и пытаюсь быть откровенным, пытаюсь не врать хотя бы самому себе и я не знаю получается ли у меня. - Раздался задушенный всхип. Слёзы маленькими капельками сползали по щекам юноши. Болотные глаза выглядели опустошёнными, но одновременно до дрожи печальными. Глава ордена Не вновь смахнул влагу, которая застыла на длинных ресницах. Он убрал руки от лица так и не смея поднять голову. На несколько десятков секунд мрачная тишина снова накрыла священное для каждого заклинателя место. - Но...Мне не стыдно. Не стыдно ни перед кем за свои деяния, кроме тебя, даже перед средним братом. Он не заслужил тех страданий, но я не ощущаю сочувствия. Я истощён, я пуст, мне так страшно, Дагэ! Ты единственный кто был рядом и пусть мы иногда ссорились, но ведь...Мы ведь братья, даже после смерти братья, так? - Горько усмехнулся тот и сразу же прикусил язык в попытках остановить рвущиеся наружу взвывания. - Дагэ, ты никогда бы не отрёкся от меня, ты не причинил бы мне вреда. В тот момент, когда тебя окутала пелена ярости, а ци полностью вышла из-под контроля, я знаю, я видел это в твоих глазах. Ты боялся причинить мне боль, ты не хотел этого. Пусть все говорят, что тогда ты был полностью бессознателен, это не так. И пусть этот шрам на моём предплечье говорит обратное, мне всё равно. Ты услышал мой голос, ты остановился. Навсегда. - Еле выдавил из себя последнюю фразу А-Сан. - Прости меня, старший брат. Прости, что разочаровал тебя, причинил боль Лань Сиченю. Ты никогда бы этого не хотел, ты бы не хотел, чтобы я...я... - Юношу снова захлестнули слёзы и надрывчатые рыдания. Ему было всё равно на других. Пусть Вэй Усянь, его старый приятель; теперь думает о нём что хочет. Хуайсан и не сомневался, что в конце всего этого затянувшегося спектакля с подставным кукловодом тот обязательно догадается обо всём на пару с Лань Ванцзи. Но также Не Хуайсан знал, что он не станет разоблачать его и пытаться доказать что-то. Никто не поверит, это бесполезно. Против него, Верховного Заклинателя у Старейшины Илин просто нет доказательств, даже при наличии мотива. Он всё просчитал. От этих мыслей было больно, невыносимо больно. - Дагэ, неужели я действительно стал им? Таким же мерзким ублюдком как он. - Хуайсан сжал руки в кулаки, ногтями впиваясь в кожу. Взгляд пугающе ожесточился, зубы непроизвольно сжались. Однако, через мгновение тот вздрогнул, вспоминая где находится, вспоминая, что он уже в могиле с его дорогим братом. Глупо хлопнув глазами тот тихо рассмеялся сам себе. - Уморительно, просто уморительно... - Пробормотал глава Не всё ещё посмеиваясь. Он не был сумасшедшим, он не был в отчаянии, но был беспредельно одинок. Ему больше никто не нужен, их дороги со старыми друзьями давно разошлись, так почему всё ещё душила эта пустота внутри, как будто сердце вырвали, а дыру просто зашили? Что сейчас стучало в груди? Это была свойственная клану Не ярость? Та самая холодная ненависть? Возможно. Она до сих пор не ушла, как и не ушло чувство потери, смятение. Он уже не мог избавиться от этого, не мог простить ни других, ни самого себя. Молодой человек прекратил смеяться. - Я скучаю, дагэ. Я бы отдал все богатства нашего ордена лишь бы увидеть тебя ещё хоть раз. Ты бы подсказал мне что делать, твои наставления навеки храню в своей памяти, я не забыл и не забуду никогда. Твой непутёвый А-Сан наконец-то вырос, Дагэ. - С несчатной улыбкой произнёс Не Хуайсан и наконец поднял голову к праху своих предков. Среди них не было праха Не Минцзюэ и никогда не будет.