напиши код на любовь

Глупо было писать Джейку и просить о встрече спустя столько дней. Но Сону надо было извиниться и поставить точку в их (пусть странной, скомканной и совсем короткой) истории. Просто потому, что Пак Сонхун неожиданно заявил о своих чувствах, которые, вообще-то, были взаимными. Джейка даже как-то жалко. Сону, получается, просто воспользовался им, чтобы сначала забыть о ком-то, а потом у этого кого-то вызвать ревность или хотя бы интерес к своей персоне. А Джейк, между прочим, вëл себя как джентльмен: первым не лез, ожидая, что Сону сам пойдет на контакт, комплименты делал, а после ещё и до дома добраться помог. Ким от этого чувствует себя немножечко (вообще-то, множечко) мудаком. Если Джей не наехал, значит, Шим либо: а) не рассказал всë; б) забил на маленькую тупицу по имени Сону, чтобы нервы зря не тратить. Хочется надеяться, что Джейк не воспринял всю ситуацию слишком серьёзно, чтобы больно себе не делать. Крутит в руках кружку с какао и смотрит на то, как растворяются зефирки, которыми щедро был посыпан напиток в руках. Процесс довольно быстрый – с такой же скоростью у Кима растëт волнение, потому что Джейк опаздывает уже на пятнадцать минут. Он, конечно, написал, что автобус попал в пробку, но Сону всë равно не спокойно. – Я всë же хочу извиниться, – сразу, как только Джей появляется на экране, Сону начинает говорить, – не знаешь, занят ли Джейк-хëн? Чем быстрее он это сделает, тем меньше будет себя изводить. Простое «извини», конечно, мало когда помогает, но это надо сделать, потому что искреннее сожаление – это лучше, чем ничего. – Могу спросить, если тебе это так важно, – Пак отвлекается на посторонние звуки из другой комнаты и готовится кричать, – Джейк, ты когда свободен? Сону тут хочет всё прояснить! –Завтра у меня нет никаких дел! – Вот, ты сам всё слышал, – Джей улыбается и сбрасывает звонок. Блять, как же стыдно. Возможно, расскажи он всё сразу, не было бы ощущения собственной мерзости от глупого поступка. Но Сону принципиально важно исправить недоразумение (коим назвал встречу старшего с собой), потому что стыдно. Джейк появляется в дверях кафе, немного запыхавшись, приветствует и стягивает капюшон с головы. Выглядит абсолютно так же, как и в их последнюю встречу. Всё ещё встречает Сону искренней улыбкой, от которой взвыть хочется и исчезнуть – Ким такую не заслуживает. – Добрый день, – Джейк – грёбаный джентльмен, который зла не держит на Сону, хотя должен, – прости, что заставил тебя ждать, но, сам понимаешь, пробки в центре города – неконтролируемое нечто. Пусть лучше наезжает или обзывает, чтоб эмоции негативные выплеснуть, в лицо, там, плюнет, чтобы показать, как ощущается ситуация – дико неприятно и мерзко. Но он вообще не злится и совершенно расслабленно плюхается на стул напротив, разговаривая при этом так, будто их с Сону связывает давняя дружба. – Хëн, – стопорится, когда взглядом со старшим встречается и нервно сглатывает, – ты не должен извиняться. Только я. – За что? – Шим смеётся над растерянностью Сону, – я так особо и не понял, что ты там прояснить хотел, потому что ясно дал понять ещё в нашу перво-последнюю встречу, что просто пытался забыть кого-то. Даже порыдать немного успел, пока извинялся. Ты слишком милый в подвыпившем состоянии, кстати. Я даже обидеться не смог. Так его позор начался раньше сонхуновского рассказа? Сколько ещё деталей Сону узнает, прежде чем полностью утонет в стыде за содеянное? – Что я успел тебе наговорить? – надеется, правда, что больше ничего, но на всякий спрашивает – лучше один раз отмучиться. – Ничего, что я мог бы использовать против тебя, – Джейк кладёт руку на сердце и смотрит в глаза, – не переживай и не волнуйся. Я всё сам понял, когда мы встретили того блондина около двери, у тебя уже тогда в глазах сердечки загорелись. Окончательно моя догадка подтвердилась, когда я уходил, а ты решил меня поцеловать на прощание, чтобы у него ревность вызвать. – Я был настолько очевиден? – Сону-я, – смеётся Шим и треплет волосы младшего, – у тебя на лице было всë написано. Это…ещё более неловко, чем предполагал Сону. Если даже Джейк, который провёл с Сону только вечер, заметил симпатию, насколько должен быть глуп Пак Сонхун? – Если что, то он меня убить готов был, когда ты с поцелуями полез. Не бойся, кстати, я увернулся, ты попал только в щёку, – и смеётся так, будто обсуждает сценку из ситкома, а не реальные события, – тебе бы с ним поговорить, чтобы всё прояснить, а не со мной. – Я уже, и мы, вроде как, — Сону стопорится. Потому что сказать, по факту, нечего. Провели вместе только пару вечеров за просмотром фильмов, базовой готовкой, разговорами и объяснениями Сону, почему симс – классный. Невинные поцелуи и ни намёка на что-то большее. – И мы, вроде как, выяснили, что наши чувства взаимны. И как-то на этом всё, – вздыхает обречённо и смотрит, как старший рот прикрывает рукой, чтобы не засмеяться вновь. – Сону, ты слишком милый, может, поэтому он боится что-то сделать. Озвучь свои желания вслух или, если он не против чего-то большего, действуй. И правда – тут только напролом. Даже Джейк всё понял. – Но Джею о моих советах ни слова. Он кастрирует сначала твоего этого блондина, а потом меня, чтобы я больше его тонсэна не развращал.

□■□

Сосредоточенный на работе Пак Сонхун – конец для Сону. Слегка нахмуренные брови и прищуренные глаза, сползшие на кончик носа очки, кофта на три размера больше самого Пака, бегающие по клавиатуре пальцы. Сону подвисает конкретно. Всё ещё хочется быть на месте этой клавиатуры. Чтоб пальцы чужие на талии или на бёдрах ощутить, чтоб пристальный взгляд был на лице, а не на экране, и чтоб губы чужие не горлышка бутылки касались, а губ Ким Сону. Сону ебанулся. Теперь окончательно. Непреодолимое какое-то желание лечь на стол перед Сонхуном, чтобы он уже понял все намёки. Хотя намёков этот хён не понимает, надо, как и сказал Джейк, прямо, в лоб, застать врасплох, чтобы убежать Пак не смог – пусть ответит наконец за свою неидеальную идеальность и сделает уже хоть что-то, чтобы довести до конца ту ночную фиесту. – Хён, – Сону подходит и руками шею обвивает, слегка наваливаясь сзади, чтобы урвать хоть немного пакова внимания, – когда ты закончишь? – Минут через пятнадцать? – Пак оставляет поцелуй где-то на запястье, что перед лицом у него маячит, и возвращается обратно к экрану, – тут и правда немного осталось. А потом я весь твой. – Прям весь? – Как захочешь. Сону засекает время и внимательно наблюдает за действиями на экране. Всё ещё понимает в этом ровное ни-ху-я, но от Сонхуна не отходит и ждёт, когда программа закроется, и старший повернётся. Вот тогда настоящее веселье и начнётся. У Сонхуна квартира настоящего холостяка, который, видимо, даже звать никого не хотел бы к себе — на полу до сих пор коробки неразобранные стоят, в раковине вечно горы посуды, одежда лежит где угодно, только не на своём законном месте, а из еды одни перекусы. Он словно мотается с переездами, поэтому даже не утруждает себя разбираниями вещей. Сону бы сам тут уют навëл, чтоб по феншую, но Пак забрал коробку из рук и пообещал на выходных сделать так, чтобы Сону здесь себя как дома чувствовал. Только сложно себя так почувствовать, когда единственная комфортная вещь здесь – сам Сонхун. Здесь Сону с поцелуями точно не полезет. Не та атмосфера. Осталось только переманить старшего в свою квартиру и вот там уже осуществлять свой план по захвату Пак Сонхуна. Не отвертится и не убежит – придётся продолжить с момента последнего сохранения. Когда рот на уровне чужой шеи был. Но пятнадцать минут проходят, а Пак всё ещё в работе – Сону скоро лопнет от нетерпения. Он бы сам уже за руки хёна взял и потащил за собой, лишь бы тот отстал от несчастной техники и переключился на объект получше. Даже вздыхает громко, чтобы привлечь к себе внимание и слышит смешок со стороны. – Я не забыл про тебя, Сону, – Сонхун вновь что-то сверяет на экране, – ещё немного. А я потом, так и быть, помогу тебе ревность у парня вызвать, хорошо? Или симс установить. А может всё и сразу. – Ещё от призраков спасти, не забывай. – Хоть от зомби. Жаль, что иногда этим хёном нельзя как в симсе управлять – так бы уже давно заманил к себе и не позволил отпустить. Но Сону падает на диван и прикрывает глаза, прислушиваясь к звуку щёлкающей мышки и пальцам, стучащим по клавиатуре. Напоролся на айтишника, а теперь страдает, потому что это вам не со студентом мутить, который может ради тебя пару прогулять. Тут ждать надо, раз выбрал себе серьёзного, умного дядьку. Зато какого! – Я, кстати, какой-то вирус подцепил, пока пытался один фильм посмотреть, – Сону на бок переворачивается и ладошку под голову подкладывает, чтобы смотреть на старшего, – а всё потому, что кто-то обещает-обещает, а заходить дальше не хочет. – Этот кто-то хочет, чтобы ты себя не торопил. – Хочу кое-кого поторопить, потому что я готов. – Как и я, – Сонхун присаживается и оставляет поцелуй на макушке, – ты слишком прелестный для этого мира, знаешь же, да? Тебя хочется в плед завернуть и на чай позвать, а не на рамён. – На чай, на рамён, да хоть на бабочек посмотреть, – Сону губы уточкой вытягивает, тут же получая поцелуй, – я на всё согласен, если ты приглашаешь. Я бы тебя сам позвал, но ты же правда есть придёшь. Меня накормишь, а я на полный желудок могу только как кот толстый валятся. – Коты милые. Только и остаётся, что фыркнуть и щёки от негодования надуть. Потому что Сонхун намеренно издевается и тему переводит. – Пойдём посмотрим на масштабы вируса, – Сону с хитрой улыбкой цепляется за Пака и тянет в свою квартиру, – там пиздец, до завтра от меня выйти не сможешь. Войдя в квартиру, Сону сразу же дверь захлопывает, ловко запрыгивает на тумбу, притягивает старшего к себе, обвивая его бëдра ногами, смотрит пристально, когда тот наклоняется, и целует жадно, потому что хочется. Потому что ждал долго и надеялся, что у них, если даже не выйдет ничего, сложатся хотя бы нормальные соседские отношения. – Я обманул, чтобы затащить вас сюда, Сонхун-щи. Только вот нормальные соседи не целуются, крепко друг к другу не прижимаются и одежду в коридоре не стаскивают. У нормальных соседей нет такого дикого мэтча. – Я не против быть обманутым в таком случае. У Сону талия тонкая, руки и ноги худые, а у Сонхуна откуда-то пресс и бицепсы, которые он под мешковатой одеждой скрывает, чтобы, видимо, Кима не убить. Старший вообще немного угловатый, длинный и худой от природы, в плечах, вроде, даже немного уступает Сону, но Ким себя таким маленьким рядом с ним чувствует, что плевать им обоим на незначительную разницу. У Сонхуна ещё ладони огромные такие, что можно всë кимовское лицо закрыть, двумя руками талию обхватить при желании, поднять легко и усадить повыше, чтобы лица на одном расстоянии были, чтобы Сону закинул руки на чужие плечи во время поцелуя, чтобы Сонхун потом руки по бокам от младшего поставил и нависал немного, как в тупых сериалах, которые заставляли чуть ли не пищать от прилива чувств. Тонкие пальцы ловко очки снимают и откладывают в сторону – не понадобятся сейчас. Сейчас Сонхуну даже видеть почти ничего не надо (только Сону), до постели Ким его сам доведёт, а всё остальное, важное, и нащупать можно. – Теперь ты весь мой, хён. – Я же обещал. Тело плавится от внезапно подскачившей температуры, когда Сонхун подхватывает под бёдра и несёт вглубь квартиры, прижимает к себе, будто сейчас Сону сбежит, укладывает на кровать и цепляется за футболку, чтобы стянуть её и отбросить подальше – вряд ли в ближайшее время она понадобится. – Мой парень от ревности с ума сойдёт, если узнает, что мы тут делаем. Футболка Сонхуна тоже отлетает куда-то на пол, и Сону старательно взгляд не опускает, зная, что вид на подтянутое тело уничтожит его. Поэтому глаза прикрывает и тянется за новым поцелуем. – Твой парень в данный момент с ума сходит, – Сонхун наклоняется, чтобы выдохнуть прямо в ухо, – ты ведь не против, если я займу это место? Ебучие соседи-айтишники.