Покажи руки в крови

И каждую секунду кто-то ждал, что я уйду И я надеюсь каждого из них потом найду Вся ненависть и слёзы, думаю, остались тут Но они меня зовут семьсот семь — последний день (feat. Кишлак)

***

Звёзды. Крыша какого-то из многочисленных гаражей. Романтично, но самое главное, какой человек находится рядом в этот памятный момент. Времени на свидания вне больницы, как всегда, было в обрез, но данный фактор лишь добавлял больше оживлённости в отношения. Шастун устремил взор на руки Арсения. Кисти, лежащего рядом на пледе мужчины, оплетены выступающими из-под кожи венами. Вопреки ожиданиям, на безымянном пальце левой конечности красовалось серебряное кольцо. То самое кольцо, некогда принадлежавшее подростку с кудрявыми пшеничными волосами. — Это моё кольцо? — Антон действительно не думал, что увидит этот аксессуар на мужчине, по крайней мере, так быстро. — Ну, да. Я же хочу носить с собой напоминание о тебе, — как что-то очень очевидное объяснил психолог. — Это как-то неожиданно… И приятно. — Знал бы ты, как приятно мне носить его. Уста слились в хаотичных движениях и покусываниях, а объятия стали полностью обволакивающими не только физическое тело, но и разум. И влюблённые готовы были провести в таком положении всю оставшуюся жизнь, но этому помешало всего одно сообщение, оповестившее о своём приходе. — Да блять, кто там? — откусить башку что ли разрушителю прекрасного момента? — Дмитрий Темурович, Антош… — брови нахмурились в процессе прочтения смс-ки. — Сука-а-а, умоляю, скажи, что он пишет не про меня, — они так быстро заметили пропажу больного? Тогда почему врач написал Арсению? Почему не позвонил вообще? — Так, подожди. Он просто на работу завтра вызывает. — На работу в воскресенье? Ко мне зайди хотя бы. — Ага, обязательно. Ты засекал время, когда из палаты уходил, кстати? — Мы в 23:10 уже шли сюда. А сейчас сколько? — Двенадцать ночи. Нам бы обратно уже. — А если бы не Темурович, полежали бы ещё, — благо, положение смягчала возможность поговорить по дороге, коей пара активно пользовалась.

***

Воскресенье.

Арс), 10:08: Солнышко, спишь? Доброе утро.

Тоша, 10:08: Конечно нет. Доброе утро

Арс), 10:10: Я не смогу зайти сейчас, спешу очень. Увидимся вечером ещё) Знай, что я тебя безумно люблю!!

Тоша, 10:11: Ну вечером так вечером. Что это за прилив нежности ещё такой?

Арс), 10:11: Безграничные чувства к тебе называется

Тоша, 10:11: Ну, ладно. Я тебя тоже люблю, знаешь же. Всё же что-то было не так, но Антон не мог понять причину своего странного предчувствия. Его парень никогда не писал такие слова, а говорил вживую. Очень хотелось верить в лживость подозрений, ведь только недавно началась белая полоса в, казалось, обреченной жизни.

***

Арсений Сергеевич искренне не желал верить в недавно услышанное от коллеги. А ведь только недавно началась белая полоса в его скучной и однообразной жизни. Как психолог, он знал, к чему приводит скрытие эмоций. Только вот нельзя было показывать эти чувства его любимому. Нельзя закрывать шторы от самого яркого луча надежды. Нельзя, но этот луч может ослепить.