~ Нежность ~

Камисато Аято | Власть и честь Приходилось бежать изо всех сил. Ландшафт Инадзумы был так некстати многочисленными скалами, оврагами и утесами, которые будто норовили создать очередное препятствие. Сзади были слышны приближающиеся голоса, различить где свои, а где чужие не удавалось. «Быстрее, Т/И, ещё быстрее!!!» — ты буквально негласно умоляла тело ускориться, перепрыгивая очередное поваленное сухое дерево на своём пути. Ноги уже не ощущались и казались ватными, многочисленные порезы и ранки ужасно болели от воды, будто наэлектризованной, как и вода. Ситуация была просто критической, и даже нывший от боли бок и сбившееся дыхание не давали остановиться. План полностью провалился, а из-за особенностей своего характера варианта Б и не было никогда. Не хотелось и гордость не позволяла. Даже если жизнь кардинально менялась, твои моральные принципы пошатнуть не мог никто. Поддержав сопротивление при Охоте на Глаз Бога, ты явно храбро и даже немного наивно рассчитывала на то, что за тобой сразу же выстроятся бесчисленные толпы солдат твоего клана и близлежащих храмов. Представляя собой наследницу одного из самых крупных кланов Инадзумы, ты могла себе позволить воображение и надежду только таких масштабов, ведь с детства родители делали все, чтобы ты получала самое лучшее, начиная от образования и заканчивая физическими и материальными благами. Но этой девочки больше не существовало. Сопротивление находилось в меньшинстве и громкое имя клана не дало ничего, кроме такого же громкого случая предательства Сёгуна. Один роковой случай за другим в течении всего двух дней сделал из напыщенной и благородной наследницы бойца. Быстро схватив переливающийся лиловым электрогранум, ты из последних сил оглянулась и, не увидев преследовавших, запрыгнула в маленькое убежище, перекатившись через спину и упав на песчаную твёрдую землю уже внутри. Было темно, а сил вставать уже не было. Сжав в руке еще сильнее свой электро глаз Бога, ты застонала от боли — кричать было нельзя, могут услышать преследователи. Ты не могла, просто не могла позволить сознанию покинуть тебя, ведь команда оставшихся немногочисленных соратников должна вернуться к тебе, появившись тут в течении минуты … Ведь так? Они же в порядке? Многие ли уцелели? Немая тишина вокруг настораживала и пугала. Было сыро и темно, тусклая энергия артефакта на твоём бедре лишь частично освещала маленькую площадь вокруг, указывая, что хозяйка еле держится. Ты сжимала и разжимала кулак, вдыхая этот спёртый воздух маленького помещения. Ногти больно врезались в окровавленные ладони — это отрезвляло. «Вдох-выдох… вдох-выдох» — Упорно проносилось в мыслях, словно это уже кто-то другой твердил и указывал тебе. — Вставай. — приказала ты самой себе. С трудом поднявшись, опираясь на раненую руку, ты услышала знакомый голос. — Кииоши, ты уцелел?! Какое счастье. — Слова приходилось просто выдавливать из себя, получалось хрипло и тускло, но ты не могла показать подчинённым, что вы проигрываете. — Да, госпожа, мы с Широ и Риэ спаслись, а вот остальные, им не удалось спастись. Даже генерал Хитоми… - Он бессильно опустил руки и отвернулся в сторону, пытаясь скрыть досаду и нахлынувшее разочарование. Ты ничего не ответила. Они были не первые, кто покинул вас. Ты уверяла себя, что стоит быть хладнокровнее, но слёзы предательски потекли из глаз, и ты, стиснув зубы, лишь продолжала стоять, пытаясь не повалиться на землю от бессилия. Каждый день. Каждый день соратники уходили. А все потому, что ваши взгляды отличались от провозглашённого Сёгуна. Какой же она Бог, раз людей своего народа просто беспощадно истребляют междоусобные войны? Неужто она не видит из своей прекрасной Селестии всего того ужаса, что сейчас происходит? Ты не замечала, как Кииоши смотрел на тебя, ожидая хоть каких-то слов надежды: — Знаешь, Миэко, которая растила меня и моего младшего брата, пошла в бой, будучи лишь обычной служанкой. Она не умела управляться с мечом. — Госпожа, ваш — тебя перебил генерал, стоявший рядом, указывая на колышущийся глаз Бога, но ты словно и не заметила. - Или же Даичи, который был садовником в поместье. Он тоже пошёл в бой, хоть и знал, что точно погибнет. Все те, кто остался со мной, они умирают, Кииоши, умирают!!! И я ничего не могу с эти сделать!!! — ты медленно переходила на крик, — Этот дар Инадзумы, дар богов Селестии, это просто проклятье, которое каждый день мне в кошмарах снится, вот это что!!! — запинаясь кричала ты в пустоту, игнорируя мужчину. Мой отец, моя мама, мои младшие брат и сестра, сотни, тысячи людей нашего клана … Я не могу осознать, что их нет, Кииоши, мне так трудно… Почему осталась я? — на одном вздохе, но уже тихо, что было сил, отозвалась ты самой себе, падая в вовремя подхватившие тебя руки генерала. Он и сам не знал, почему на молодую госпожу свалилось столько обязанностей и столько боли. Приближенные генералы знали, какие перемены пережила маленькая девочка, которая стала воином. Он не хотел понимать, почему и на его долю, долю его соратников возложили столько немыслимой муки и страданий. Люди просто не верили больше в их Бога, и все, на что наделялся народ Инадзумы, так это на то, что все окажется страшным сном, после которого они проснутся в мире, где каждая семья счастлива. Кииоши, держа на руках госпожу, немо молился, чтоб все это поскорее закончилось. *** Очнулась ты, лёжа на чем-то твёрдом. Голова не соображала, а глаза слипались, словно от очень длинного и долгого сна. Попытка встать отозвалась болью по всему телу, но раны не были сильными, скорее мышцы просто не привыкли к такой нагрузке и это давало о себе знать. Пощупав рукой поверхность, ты пришла к выводу, что это деревянные ящики от закончившихся припасов, застеленные порванной тканью. Проводя рукой по материалу, ты будто инстинктивно вспомнила, как блаженно было нежиться в шелках поместья утром. К такому контрасту не привыкнуть. Некоторые, кто не шёл в открытую против нового закона, как оставшиеся три крупных клана, которых, как кажется, прозвали Трикомиссией, вполне могли наслаждаться и сейчас такими удовольствиями. С остальными подразделениями сопротивления связь поддерживать было трудно. Генерал Горо и Сангогомия Кокоми действовали в основном на фронтах своей территории и вряд ли могли чем-то помочь, когда их собственные войска находились в не лучшем положении. Ты прекрасно это понимала. Но надо перепробовать каждый план, схватиться за каждую ниточку. «Наши общие амбиции приведут к победе» - слоган пронёсся в голове, словно заученный: так часто вы его повторяли в последнее время. - Кииоши, Широ, Риэ, вы здесь? - перебирая в голове имена оставшихся соратников негромко спросила ты. – Нам нужен новый план. И… простите, что не смогла уберечь наших друзей. *** Девушка в розовом кимоно с множеством золотых вставок поражает юношу своей красотой. Такая идеальная, воплощение женственности и красоты. Она мило общается с девочкой помладше, кажется, ее сестрой, мило и застенчиво прикрывая личико пышным веером, явно именным атрибутом клана. Он не видел ее раньше. — Тома, ты не знаешь имя госпожи в розовом кимоно? — Спрашивает он, пытаясь скрыть интерес. Он бы и сам мог запросто узнать, способности и связи позволяли, но был и путь менее силозатратный. — Я слышал, что на сегодняшнем празднике один из кланов впервые покажет свою наследницу публике. — Улыбаясь, произносит блондин, слегка наклоняясь к господину. Аято не пристало не знать о ком-то, особенно о том, кто может стать его соперником, либо имеет влияние на положение его клана. Его отец сейчас так старается заполучить уважение среди других, и даже это приглашение на праздник, где собрались чуть ли не все представители нынешнего высшего общества, досталось главе клана с трудом. Аято понимал и то, что будущее клана зависит во многом от него, поэтому любые связи будут крайне полезны. — Вот оно как. Немного сузив глаза, чтобы разглядеть больше деталей и потом расспросить о них только что появившуюся наследницу, он посмотрел на девушку в кимоно, вокруг которой уже бегали двое совсем маленьких ребятишек. Такие беззаботные и веселые, прямо как чудесная Аяка, с которой неподалёку играл Тома. Но что более важно и удивительно, он заметил скрытый под кисточками лиловый артефакт. Это был электро Глаз Бога. «Очень интересно» — подметил юноша и удалился со своего места, попросив прощения у удивлённого отца. Пройдя чуть дальше, Аято осторожно остановился, увидев под ногами несколько прекрасных ярко-красных цветов. Они казались какими-то отталкивающими, немного пугающими, но идти к девушке с пустыми руками было бы ещё хуже, а большего он пока себе позволить не мог. Оставалось лишь импровизировать и стараться не показаться глупым. Сорвав несколько самых красивых и соединив их в один общий маленький букетик, который действительно создавал ещё более пугающее ощущение, юноша лишь вздохнул и пошёл к тому месту, где заметил заинтересовавшую его девушку. Она лишь удивленно подняла глаза на приближавшего парня в простом белом костюме, держа в руках что-то уж слишком красное. «Давай, Аято, может именно от этого зависит будущее твоего клана!» Впервые он волнуется и может даже слегка неуверенно произносит: — Здравствуйте, госпожа. Прежде чем познакомиться, мне бы хотелось преподнести вам этот скромный букет … — он совсем не знал название цветов, но не позволил голосу задрожать, тем самым бы выдав его. — В-вы… хотите подарить мне.. кровоцветы..? *** Тогда вы провели всю праздничную неделю вместе. Аято казался тебе таким загадочным и недоступным, но в то же время не был холодным и замкнутым. Он вовремя умел сделать комплимент, либо завораживающе, но скромно и будто невзначай улыбнуться издалека, завидев его недавнюю знакомую. Ты ещё долго смеялась с того, какой выбор он предпочёл в делах цветочных во время знакомства, но лишь по-доброму, ценя такой жест. Запоминающейся вышла первая встреча, что уж тут скажешь. «Вы бы ещё мне Морской гриб подарили в тот день!» — пошутила ты, наблюдая за тем, как он виновато закусывает губу. Сначала он тебе просто нравился. Загадочный юноша с прекрасными манерами словно из сказки был мечтой многих девушек Инадзумы, и факт того, что такой же принц, но уже из реального мира, сопутствует тебе в праздничных мероприятиях, был невероятно приятным. Вы обошли большое множество праздничных палаток с угощениями, где он любезно сопровождал тебя, пока ты капризно искала что-то новенькое в таком привычном месте. Все такое пёстрое, яркое. Люди в кимоно всех цветов живо перемещались по площади, создавая эдакий хоровод красок, который приносил немного подвижности в привычные пейзажи. Аято казался для тебя таким же в тот момент. Необычно бледным, но от этого выделяющимся на общем фоне. Было в нем что-то такое, что одновременно притягивало и отталкивало, наверное, это и зовётся харизмой. «Красивый» - быстро проносилось в голове, когда ты невинно смотрела на его снежно бледную кожу и яркие, словно пылающие, фиалковые глаза, так сильно выделяющиеся на фоне общего белоснежного образа. Ты уже начинала откровенно засматриваться на юношу, но тебя отвлек чей-то живой горский голос: - Уважаемые, вы только посмотрите! Кажется, виновница торжества уже занята! Ах, как жаль… Ты непонимающе устремила взгляд в сторону говорившего — это был один из ведущих местного соревнования по боевым искусствам на мечах, которое проходило в период праздника, как одно из развлечений. Тем временем он продолжал все громче и громче, отчего люди понемногу притягивались к месту событий: — Не хотите ли и вы, господа, побороться за даму? Мой глаз намётан, поверьте, противник ваш не очень-то силён! — Как будто назло говорящий подбирал все более и более вызывающие варианты, не видя сопротивления. Аято же не видел в этом ничего хорошего. Сейчас был не лучший момент, чтобы показываться широкой публике, но и уйти незаметно уже бы не получилось. В навыках владения меча он не сомневался и даже ни на секунду не задумывался об этом: многочисленные тренировки вывели движения на высший уровень. Волновало лишь то, что сейчас за репутацию целого клана отвечает он один. Ты с интересом и даже неким удовольствием наблюдала за происходящим: принц будет бороться за свою принцессу. «Действительно, прямо как в сказке…» — мечтательно представляла ты, наслаждаясь таким вниманием со всех сторон. Соперники Аято один за одним выходили проигравшими. В то время, как в твоих глазах это выглядело просто восхитительно и блистательно, Аято лишь машинально воспроизводил отработанные удары с меньшей силой, стараясь не навредить решившим попытать удачу. Людей собиралось все больше и больше, отодвигая тебя слегка дальше от сцены — все внимание было обращено на молодого господина, движения которого были безупречны. По толпе прокатился шумок и за несколько минут безымянный юноша стал героем фестиваля, затмив его главную героиню. За это он ещё долго будет тебе благодарен. *** Аято властно убирает спадавшие распущенные волосы за плечо, тем самым оголяя ключицы девушки. Летняя юката припущена, а пояс еле сдерживает одеяние, не давая ему окончательно упасть. Мужчина, от ауры которого мурашки идут, обнимает сзади, холодными губами касаясь разгоряченного плеча. Камисато Аято был твоим последним шансом. Став взрослее и пережив многое, отношения юношеских лет не раз подлежали обдумыванию с твоей стороны. Ты изменилась сама, изменился и он. Возможно, прийти к нему сейчас было так безбашенно, скорее всего это являлось результатом нахлынувшего отчаяния, но поддержка его клана была бы просто благословением. Ты всем сердцем надеялась, что он помнит тебя, помнит в хорошем свете и даже отплатит услугой за услугу. — Господин Аято, помогите мне только один раз. Я не прошу многого. Помогите мне и оставшимся генералам переправиться на остров Ватацуми. — Ватацуми? — безразлично спрашивает он, поведя бровью. И в один миг мир обрушивается. Все понятно. Ты пытаешься спокойно выдохнуть, но получается какой-то слабый хрип, потому что страшно, очень страшно. Он отстраняется, и ты слышишь шуршание его длинных рукавов. — Аято, ты так изменился. — Тихо произнесла ты. Терять уже нечего и вежливые обращения здесь ни к чему. Эти слова дались тебе с огромной силой — перебороть страх не так просто. — Вы тоже, Госпожа. — Ты все ещё стоишь к нему спиной и не видишь свой глаз Бога уже у него в руках. — Мне правда очень жаль. Так хотелось повернуться и взглянуть прямо ему в глаза. Возможно, именно из-за его приказов теперь не осталось никого. Все твои друзья и родные мертвы. В голове проносились последняя мгновения каждого из них словно фотопленка. Ты стиснула зубы и зажмурила глаза. Ненавидеть его почему-то не получалось, как будто ты внутри понимала, что в этом уже нет смысла. — Очень жаль. — Ты слышишь резкий звук достатого из ножен меча. «Неужто мужчина, которого я любила, и меч, которым я восхищалась… станут моим концом?» Ты поворачиваешься к нему. Красивый. Только теперь гордый и уверенный. Белые одежды украшают синие именные узоры его клана. Тебе ненароком вспомнился твой веер и розовое кимоно из далёкого прошлого. Тот Аято. Милый юноша в белом. Принц. Осмеливаешься посмотреть ему прямо в глаза. Совсем другой, лишь фиалковый взор такой же знакомый. С теплом вспоминаешь подаренные им кровоцветы, последнюю встречу и сопутствующий первый поцелуй, к горлу подступает ком. Улыбаешься точно так же как и тогда. Невинно и по-девичьи. — Вы хорошо постарались, госпожа. Последнее, что ты видишь — это его нежный взгляд и пугающе спокойное выражение лица. Как будто подобные ситуации стали чем-то привычным для него, он даже не дрогнув завершает боевой элемент, забирая жизнь последнего члена сопротивления. Но ты уже не увидишь, как быстро он выходит из помещения, что-то быстро сказав Томе. Последняя ниточка прежней жизни утеряна. Теперь принц стал королём. *** Аято направляется к твоему бывшему поместью, уже заброшенному и совсем забытому. Сильный ветер развевает его белые одеяния, а дождь начинает отпечатываться едва заметными капельками. Кажется, что война скоро подойдёт к концу, но события прошлых лет мерзко отпечатались на его светлом образе. Снимая чёрные перчатки, он подставляет ладонь под нескончаемые небесные слёзы, точно желая почувствовать хоть какое-то временное освобождение. «Мне правда очень жаль, Т/И» - уходя, шепчет глава клана Камисато, положив на землю букет алых цветов, вспоминая себя прошлого и таким образом будто отдавая дань кому-то уже несуществующему.