~ Нежность ~

      Бай Чжу | Привкус мяты              Отвратительно. Снова эти горькие сочетания туманных трав и ещё чего-то едва различимого щиплют горло, и ты быстрыми глотками запиваешь злополучное лекарство. Все тело ломит и хочется поскорее закутаться в пушистое одеяло и забыться, убежав от всего мира. Но даже стакан удержать не получается, и тот, выскользнув из твоей руки, разбивается с неприятным звоном.       Голова гудит будто сирена, многократно повторяющая своё дребезжание, запрещая тебе присесть, чтобы хоть как-то убрать разлетевшиеся осколки.              Но ты с силой, стиснув зубы и зажмурив глаза, садишься на карточки рядом, пытаясь сфокусировать взгляд. Сознание мутное и какое-то словно не своё, а оставшийся привкус горького лекарства — это единственное, что держит в мире реальном.              «Нельзя, чтобы кто-то поранился по моей вине.» — протягиваешь руку к застрявшему в паркете осколку, пытаясь вытащить тот, но злосчастное стёклышко впивается прямо в центр ладони.              Боль режущая и до слез неприятная, как и сама ситуация: разбить чужой стакан в чужом доме, где тебя добродушно приняли с заботой и учтивостью.              — Т/И? — послышался взволнованный голос из-за спины. — Я же просил тебя оставаться в постели и звать меня, если что-то понадобится.              Узнать обладателя голоса не составляло труда, и на душе, как будто само по себе, стало спокойнее. Этот глубокий тембр становится все отдаленнее и отдаленнее, а яркие одежды мельтешили на скудном фоне коричневого паркета.              Мужчина приседает на корточки, осторожно осматривая пораненную ладошку, но вскоре легко поднимает тебя на руки, не заметив серьёзной раны.              — Не вставай сегодня, пожалуйста. — он просит шёпотом, опуская тебя на пожелтевшие простыни. — Я обработаю порез, не трогай ничего.              — Прости … те. — с хрипом выдавливаешь ты вслед мужчине, не понимая почему позволила себе такую фамильярность.              Было так неловко и хотелось провалиться под землю прямо сейчас. Именно Бай Чжу помогал тебе прийти в себя после событий, о которых ты совсем не помнила. Это пугало.              О произошедшем ранее ты знаешь только со слов хозяина хижины, нашедшего тебя ранним утром возле дороги, идущей на портовый город Ли Юэ. По его словам, он собирал там необходимые травы, внезапно заметив девушку, находившуюся без сознания.              — А после этого я оказалась здесь. Ага. — не заметив, тихо вслух произнесла ты.              Воспоминания о прошлом были каким-то далекими и недоступными, словно их скрывала глубокая чернота. Родители? Друзья? Работа? Что ты делала до инцидента? Почему ты оказалась там? Столько вопросов, которые смешивались между собой, затуманивая и так размытые осколки воспоминаний.              — Да. Ты находишься здесь три дня. — Мягко добавил пришедший мужчина, держа в руках несколько стеклянных баночек и бинт. Он выглядел таким спокойным и непоколебимым, что разум сам покорно доверял ему.              — Тебе сейчас надо выпить несколько дополнительных лекарств. Должно стать легче. Я помогу отработать руку. — он говорил так медленно, словно понимая твоё состояние.              Кровать поскрипывает, когда Бай Чжу садится на край, помогая тебе приподняться, оперевшись на тонкую подушку.              — Мне так плохо … — само вырывается, а ты пытаешься не засматриваться не его необычайно чарующую внешность.              — Не удивительно. Тебе надо больше отдыхать. — обрабатывая рану, добавляет он с сочувствием.              — Вы знаете, что я делала до этого? Кем я была? — пытаешь судьбу, в душе надеясь, что у него есть ответы. — Я как будто … как будто … чувствую себя не собой. — испытующе смотришь ему прямо в глаза, ища понимание мыслям, что казались совсем бредовыми.              Но мужчина ничего не ответил. Казалось, что его лицо потускнело и он задумался о чем-то своём, пока мастерски помогал тебе.              — Я видел тебя несколько раз в городе.              Ты выжидала, надеясь, что он добавит еще какой-то факт, но продолжения так и не последовало.              — Вы не часто бываете в городе? — пытаясь ухватиться хоть за какую-то ниточку, аккуратно спрашивала ты, попутно игнорируя щиплющую рану и сильную боль в голове.              — Не часто. — мужчина снова перевёл взгляд на тебя, чуть поднимая уголки губ. — Это издержки работы. Люди сами приходят ко мне, когда им нужна помощь.              — Понятно … А …              И вдруг ты осознала, что до сих пор не знаешь имени собеседника. Оно словно крутилось на языке, было таким знакомым и чувствовалось, как что-то очевидное, что ты можешь сказать в любой момент, но только ты хотела назвать спасителя по имени, как … в мыслях словно всплывал знак вопроса.              — Что-то не так? — вопросительно бровью повёл все время наблюдавший за тобой Бай Чжу.              — Нет-нет, все в порядке, я лишь … поняла, что до сих пор не знаю вашего имени.              — Правда? — его голос звучал ещё тише и печальнее, казалось, что даже дрогнул на середине слова. Он вздохнул и быстро вышел из комнаты, оставив растерянную тебя наедине с самой собой.              Голова раскалывалась и сопоставить хоть какие-то факты не удавалось, а таинственный зеленоволосый мужчина только добавлял загадок в историю. Ты сползла вниз по подушке, зарывшись в хрустящее одеяло, оставляя все нерешенные вопросы на завтрашний день.              ***       Снова этот едкий запах, пробирающий с ног до головы. Ты просыпаешься от приближающегося звука чего-то звенящего, но заметив забавную фиолетовую шапочку с амулетом, понимаешь что это маленькая помощница твоего лекаря. Добрая, но очень застенчивая.              Сегодня было гораздо лучше и физически, появилась отдаленная ясность разума и возможность сопоставить события и факты. Дрём еще затуманивал некоторые моменты, но ты ясно помнила, что выяснить имена и месторасположение — пока что дело основное.              Жаль, что девочка уже ушла, но на тумбочке рядом ты заметила маленький железный поднос, принесённый ею.              «Интересно, у него есть какие-то причины мне помогать? Может я была кем-то значимым в городе?» — подумала ты, разглядывая подписанные баночки и бинты.              Вдруг проследовавший тебя даже во сне до боли знакомый запах проявился вновь. Освежающий и пробуждающий, прохладный и живительный… Мороз прошёлся по коже от осознания того, что это что-то, что ты знала раньше. Это ощущение было таким странным, будто в черноте прошлых дней наконец-то появился яркий путеводитель - проводник.              — Смотрю, ты уже в порядке. — Раздалось так близко, что ты вздрогнула.              Такой уверенный голос, но полный заботы и даже какой-то детской радости. Вошедший мужчина улыбался, а на его плече ты впервые заметила белую змею с пронзительно красными глазами, от чего невольно отпрянула.              — Ха-ха, реакция тоже стала куда быстрее. — он действительно был чему-то рад. — Это означает, что снадобье помогло…              — Вы мне вчера так и не ответили. — ты решила настоять, хоть и очень осторожно. — Мне правда хочется вас отблагодарить.              «Хотя, чем я его отблагодарю? Что у меня с собой есть? Точнее было. Может он и взял мои вещи как плату?» — задалась ты уймой вопросов.              — Отблагодарить? — ты заметила, как, кажется, обидела его: янтарные глаза сузились, и он что-то прошептал совсем тихо, как будто обращаясь к своей питомице.              — Да. Не знаю, была бы ли я жива, если бы вы не помогли бы мне. — Стараясь не смущаться, ты смотрела ему прямо в глаза, надеясь отследить хоть какую-то реакцию. — Я очень ценю жизнь.              Последние слова дались тебе с трудом и почему-то откликнулись эхом в душе. Кажется, ты это уже говорила?              — Я думаю, ты бы сделала так же на моем месте. Причём, не забывай, что я по своей профессии помогаю людям.              «Хм, как-то неестественно … ? Сначала говорит, что не знает меня, а потом судит о моих действиях уже не основе чего-то». — Решила допустить ты то, что вы были знакомы хотя бы в теории.              Между тем, ты попыталась встать с кровати, чтобы проверить, вернулись ли прежние силы и хоть как-то осмотреть окружение. Не замечая напряженного взгляда со стороны Бай Чжу, ты сделала пару шагов ему навстречу, ощущая непривычную силу и долгожданную возможность двигаться.              Словно помогая тебя, он легонько коснулся твоей руки, будто поддерживая. Было неожиданно приятно и словно что-то знакомое кольнуло сердце.              — Ты верно захочешь выйти? — спросил мужчина, отодвигаясь от деревянной двери из комнаты.              — Да, хотелось бы. Единственное, что в этом выходить не принято, как я помню, — старалась пошутить ты, смягчая тон обстановки. Допуская то, что вы знакомы, стало легче и свободнее.              Кажется, из одежды тебе выделили просто то, что смогли найти. Платье напоминало скорее широкую пижаму, нежели что-то, что можно надеть в люди. Домашние слегка просевшие тапочки тоже никуда не годились …              — Только не уходи далеко. Если хочешь, могу сопроводить. — уже приоткрывая дверь чуть громче сказал мужчина.              — Не уходить далеко? Мне же надо искать, кто я и откуда. У меня же была семья, друзья, может даже работа … ? — ты решила настоять ещё раз увереннее. С какой стати незнакомый человек должен безвозмездно заботиться о тебе и держать у себя? Это было неловко и казалось странным.              — И куда ты пойдёшь? — смотря вопросительно поинтересовался Бай Чжу.              — В город Ли Юэ. Я же была там рядом … как вы сказали. — Спустя пару секунд добавила ты, немного намекая на затаившееся недоверие.              — Но тебе будет некуда вернуться.              И тут в голове внезапно словно картиной вырисовался пейзаж: бескрайнее желтое поле неизвестных мелких цветочков и темное-синие дали неба. Только где-то вдалеке виднеются огоньки города, а рядом лишь тихий шелест свежей травы. Чувство настоящей жизни.              От неожиданности ты покачнулась и опёрлась рукой на первую попавшуюся поверхность, стараясь прийти в себя. Лёгкое головокружение и тошнота прошли так же быстро, как и начались, но вопросов стало ещё больше. Что это за место? Почему это вспомнилось именно сейчас? Это настоящие воспоминания или просто образ?              — Что произошло? — легонько придерживая тебя за руку, спросил Бай Чжу.              — Мне резко вспомнилось … а может предвиделось что-то. Я стою на большом поле, полным желтых цветов. Темно. Я вижу город, почему-то смотрю в ту сторону. — пробормотала ты, опираясь на него.              Бай Чжу старался всеми силами контролировать себя, но сразу же, как ты это сказала, его окутал шок.        <      Именно в том поле, полном цветущего рапса, он нашёл тебя неживой.              ***              — Бай Чжу, то есть вы утверждаете …              — Можно на «ты», я же говорил! — спокойно поправил тебя мужчина в который раз за последнюю неделю, когда ты снова задавала ему очередной вопрос.              — То есть ты утверждаешь, что меня зовут Т/И, я живу в городе и работала там в местной лавочке. Потом ты видел меня несколько раз в там. А потом уже нашёл на выезде из Ли Юэ.              — Да. — он утвердительно кивнул головой, сложа руки. — Который раз приходится подтверждать свои слова.              — Я не смогла ничего выяснить за неделю … в таком случае. — ты поникше опустила голову, сидя на кровати. — Больше у меня не было никаких воспоминай, даже если я ходила в город.              Бай Чжу устраивал такой исход событий. Он долго думал, как сделать так, чтобы твоё появление не вызвало вопросов. Да, он знал, что ты действительно работала в местной цветочной лавочке, каждое утро бережно поправляя букеты, с улыбкой выходя на улицу, открывая затвор. Он знал твоих подруг, которые часто приходили разбавить твои не самые веселые будни, пока хозяйка не видит. Часто родители и младший брат заходили просто ради любопытства или передать тебе что-то вкусненькое на обед. Ты улыбалась.              Наверное, для Бай Чжу это было чем-то привычным, но в то же время особенным — приходить посмотреть на это едва ли торжественное открытие лавочки. Ты просто была такая счастливая и такая живая.              Он часто работал с больными, иногда умирающими и вместе со своей помощницей Цици искал любой выход из ситуации, но никогда не прибегал к запрещённым методам. Его необъятные знания в своей области выручали всегда, да и опыт имелся.              Подойти он не решался, хоть и очень желал сказать тебе «спасибо» за эти искорки во взгляде, благодаря которым он понимал, ради чего существует сам. На душе каждый раз становилось спокойнее и безмятежнее.                     — Тебе стоит больше отдыхать. — он старался говорить безучастно, чтоб не вызвать лишнего подозрения и еле удержался, чтоб не добавить злосчастное «Больно видеть тебя такой» в конце.              — Так все, что я делаю — это отдыхаю! — ты начинала злиться уже на саму себя.              — Не правда. Ты мучаешь себя вопросами и никак не успокоишься.              — Знаете … Знаешь, Бай Чжу, дай мне поискать самой хоть что-то. Ты каждое утро приходишь ко мне, но совсем не помогаешь. Тебе что, есть какая-то выгода от того, что я здесь?              — Не неси чепухи. Зачем мне было тогда тебя спасать? — он поправил очки, стараясь не злиться.              — Так помоги же мне! Мне так трудно сейчас. Тебе так сложно проявить чуточку понимания? — ты понимала, что было нагло задавать такие вопросы, приютившему тебя человеку, но отчаяние брало своё.              Бай Чжу не знал, что ответить. Он не рассчитывал, что ты будешь недовольна или злиться на него. Было сложно переносить такую реакцию от той девушки, от которой он ожидал хотя бы улыбки.              — Я сегодня уйду. — ты тихо, но не менее отчетливо добивала, — Спасибо за помощь, Бай Чжу.              Он осознавал свою ошибку. Рассчитывать на то, что ты захочешь остаться с ним, ничего не зная, было бы просто глупо. Только что было делать теперь? Запретить тебе выйти? А что тогда?              — Я стараюсь помочь. Подожди ещё немного. — сказал он как более размыто, но уверенно, чтоб ты поверила.              — Это еще как помочь? Получилось что-то узнать? — тебе самой было непонятно, откуда взялась эта уверенность требовать у него что-то.              — Я узнал, что тебе предвиделось. Это поле совсем рядом, оно находится выше на скалах и сильно обдувается ветром. Там довольно опасно, так как склон совсем резкий. — разъяснил Бай Чжу, уходя из комнаты, с глухим скрипом закрывая дверь.              — Спасибо. — Ответила ты уже в пустоту, чувствуя хоть какую-то надежду.              ***              На второй неделе вернулась тошнота и боль, что ты пыталась скрывать и игнорировать, изучая окрестности хижины как и прежде. Почему-то вокруг было так красиво: из-за недавнего сезона дождей зелень показывала себя в полной красе, ты замечала все больше и больше кантующих полян, сияющих капельками росы по утрам.              Тебе часто виделись пейзажи Ли Юэ во снах. Ты считала их подсказкой, может даже нерешённой загадкой, поэтому старалась записывать свои мысли сразу же после пробуждения на первые попавшиеся листочки, которые прятала под матрас.              Бай Чжу заходил каждое утро, иногда приносил что-то с собой, иногда просто желал доброго утра и очевидно пытался зарядить тебя энергией. Ты замечала, как каждый раз он подсаживался все ближе, а улыбка становилась ярче. Ему всегда сопутствовал запах мяты, леченный и кому-то неприятный, но тебе он запомнился и приелся своей свежестью каждого нового мгновения, словно линия, соединяющая забытое прошлое и совсем неясное настоящее.              Скрывать своё состояние, которое ухудшалось стремительно, было сложно. Ты пыталась все так же как и раньше исследовать окрестности, искать хоть что-то вокруг, но силы иссякали слишком быстро. Ты не хотела мириться с тем, что правда остаётся нераскрытой и столько секретов ещё остаются за завесой тайны.              Ты стала дорожить каждым воспоминанием из своих маленьких вылазок из хижины: что бескрайние желтые поля, словно звёзды мерцающие в ночи, что толстые гигантские деревья, обвитые запутанными лианами, что небо, так просторно расстилающееся в дневное время над бурным городом… Записок под матрасом становилось все больше, а писала ты все чаще и чаще: мало ли снова что-то забудется.              Сегодня ты встала с какой-то небывалой лёгкостью и чувством свободы. Оно шло изнутри и давало надежду. Физических сил все так же не было, но почему-то это вновь нахлынувшее чувство спокойствия и ясности располагали к действиям. Ты широко распахнула маленькие створки окна, запуская влажность утренней росы и свежего воздуха. Резко стало прохладно, но так свежо, что ты улыбнулась самой себе, впервые полным сердцем чувствуя эту внезапную радость мгновения, настоящего мгновения.              Сев и обняв колени, ты просидела так минут десять, наслаждаясь тихой жизнью и умиротворённостью. Издали стали слышаться звуки просыпающегося города, но казалось, что это все далеко-далеко, а ты тут, в своём доме, где пахнет горькой мятой.              Отмечаешь для себя, что движения даются с бесконечным трудом, а тело тяжелеет. Только от этого не волнительно и не страшно, а выступающие синие венки на руках заставляют задуматься о том, что для тебя жизнь. Может этот месяц и не принёс никакого результата, но был и не так уж плох.              «Не так уж и плох» - мысленно вторила ты, вслушиваясь в каждый звук, ощущая телом мягкую материю ткани и наслаждаясь, чувствуя это тихое мирное утро.              Ложишься обратно и засыпаешь снова так быстро и легко, скрываясь от неминуемого дня.              ***              Открываешь глаза и вокруг темнота. Рядом мельтешат и раздаются голоса, что-то звенит и трещит совсем близко.              — Т/И, ты слышишь меня?!              Голос какой-то мрачный, но знакомый и приевшийся. Пытаешься откликнуться, но с ужасом понимаешь, что голоса нет, а темнота до сих пор царит вокруг.              — Дай хоть какой-то знак, пожалуйста — чувствуешь внезапное прикосновение к руке, от чего резко вздрагиваешь. Ты изо всех сил пытаешься встать или задействовать хоть одну часть тела, но даже попытка отдаётся нескончаемой тяжестью.              — Дай мне минуту, я явно придумаю что-нибудь, Т/И. Все в порядке … Все будет в порядке… — верит ли он сам своим словам неизвестно, ведь ситуация критическая.              — Сейчас тебе надо будет выпить кое-что, попробуй проглотить как можно быстрее. — Ощущаешь что-то кислое не языке, отчего все щиплется, но доверяясь знаемому голосу, с трудом сглатываешь микстуру.              Через несколько минут ожидания, темнота постепенно рассеивается, а окаменелое тело начинает поддаваться, что ты пытаешься пошевелить пальцем.              Понимаешь, что находишься в своей комнате, где горит яркая лампа, неприятно жгущая глаза. Створки закрыты, а кровать кажется маленькой и неудобной. В комнате совсем нет свежего воздуха и темнота за окном удручает ещё сильнее.              — Извини, что так долго … — Бай Чжу смачивает полотенце и прикладывает ко лбу, пытаясь помочь тебе любыми силами.              — Бай Чжу …              Он замирает и смотрит на тебя округлившимися глазами, не веря услышанному.              — Т/И? Ты …              — Бай Чжу. Что ты сделал? — в голове такая путаница, словно жизни перемешались.              — Ты про что, Т/И? — он не двигается, стараясь контролировать каждое своё движение.              — Я не понимаю … Ты … Я провела здесь месяц … Но до этого я … — Цветные картинки меняются с бешеной скоростью, что осознать их совсем не получается, лишь выделяя на них силуэт знакомого мужчины, пытаешься сдержать резко нахлынувшие слёзы.              Ты испытывала страх? Ненависть? Отторжение? Любовь? А ты ли это испытывала?              — А я ли это испытывала? — с грустью спрашиваешь у него, сжимая его руку в ответ, будто поддерживая связь с последними мгновениями реальности.              Он смотрит на тебя с нескончаемой болью, как будто замечая что-то, что не видишь ты. Словно что-то потерялась, такое, что вернуть не получиться.              — Ты. — Он легко берет тебя на руки вместе с лёгким одеялом, от чего ты чувствуешь ещё более сильную невесомость и легкость. От тела будто ничего не осталось, кроме блуждающих где-то мыслей и образов.              Не смотря на сползающее одеяло, на его запотевшие очки и резко растворяющиеся ставни, он выходит из хижины быстро, держа тебя на руках так бережно, как только получается. Сильный холодный ветер ударяет тебе в лицо, но от этого так хорошо и так спокойно, что ты невольно улыбаешься.              Свобода…              Нет тяжести, нет грусти, нет груза тех неразгаданных секретов. Он быстро идёт куда-то, пока ты стараешься всем нутром прочувствовать каждую толику этого мгновения. Была ли ты когда-то настолько свободна?              Раздаётся множественный шорох чего-то мелкого и близкого. Шум города совсем вдали, птицы тихонечко напевали что-то очень вдалеке.              — Пожалуйста, открой глаза, Т/И. — Он просит настойчиво, отчего ты не можешь вырваться из плена уходящей жизни.              Ты подчиняешься, открывая тяжёлые глаза. Слегка повернув голову ты замечаешь свой любимый пейзаж в ещё более прекрасном свете: рапсовые поля находились в своём родном цвету, отчего запах раздавался невероятно сладкий и нежный. Он как будто смешивался с мятным ароматом мужчины, отчего ты чувствовала блаженность мгновения ещё сильнее. Звёздное небо, огоньки города, еле освещённые цветы …              Это все было так дорого, что прощаться стало так больно.              — Я сделал все, что смог, Т/И. — кажется, он хотел сказать больше, но тебе было достаточно.              — Спасибо. — Произносишь с улыбкой, стараясь соединить все звуки, ароматы и картинки в отдельный пазл, который запомнишь на всегда.              Реальность смешивается с чем-то чёрным, но совсем не мрачным. Мысли покидают тело, а что-то зовёт далеко-далеко, дальше чем звёзды.              Длинные мятные волосы мужчины колышет стихнувший ветер. Все звуки, все мельтешащие огоньки словно пытаются ему напомнить, что весь мир продолжает идти своим ходов, но он ощущает, что теперь остался совсем один среди этого злосчастного золотистого поля.