Тень

K.Flay — High Enough

Ночное небо, что слишком ярко освещала луна, сейчас было усыпано множеством звёзд. Сколько времени прошло, точно сказать невозможно, ведь пока ночь опустилась на город, множество людей отправляются спать, но что-то в этом есть. Прекрасная атмосфера, лёгкий ветерок, который пробивается сквозь открытые окна понижая температуру тела. Слишком тепло для января. Спальный район, почти заброшенный, но это ни к чему, ведь в одном из домов, окутанных мраком сейчас сидят двое мужчин, смотрящие друг на друга. Лёд и огонь. Полицейский и преступник. Веснински и Миньярд. Блондин застыл, не двигаясь с того момента, когда Натаниэль спросил его... Спросил... Слишком много мыслей и раздумий, пока голубые глаза без какой-либо настойчивости, а лишь с покорностью смотрели в глаза напротив, совершенно не торопя молодого парня на его коленях с ответами. Он ждёт. Терпеливо, не смотря на собственную эрекцию в штанах, которая создаёт болезненные ощущения для нежной кожи полового органа. Хуй с ним. Он ждёт. Резкий хват на его лице заставил рыжего заглянуть в помутневший взгляд напротив, пока хватка с каждой секундой становится сильнее, а глаза напротив сейчас просто стараются найти ответ на собственные вопросы и доводы, но ничего. Абсолютно. Доля повиновения, полная покорность и ожидание желанного ответа. «Да или нет?» — три слова, восемь букв и еблецки огромное значение для Эндрю Миньярда, чье прошлое оставляет желать лучшего. Много мыслей. Блядство. — Ох бедный Нати... — приблизившись к чужом у лицу, мужчина медленно проводит большим пальцем по заметному шраму на его лице, проводя по каждому контуру неровной поверхности. Улыбка озарила лицо мужчины, но Натаниэль не слишком глуп, чтобы понять, что именно скрывается за ней. Пустые глаза, словно из них выкачали всю жизненную энергию и теперь блондин просто существует, чтобы не сойти с ума, он начал избавляться от ублюдков грязным способом. Не накажет закон, накажет он. Он закон. Он власть. Он «Тень». — Я Натаниэль. — подал голос рыжий, не узнавая его. Слишком севший от возбуждения. — Глупый кролик. — прошипел сквозь зубы блондин, вцепившись свободной рукой в рыжие пряди волос, с присущей силой сжимая их. — Ты думаешь, что можешь получить всё, что захочешь? Глупый, глупый Натаниэль Веснински. Ты не сможешь остановиться, когда я тебе скажу. Ты... — Я связан. — перебил его голубоглазый, наклоняя по-птичьи голову. — Я под твоим контролем и ты сам решаешь, что сейчас сделать. Так ответь мне. Да или нет? — Ублюдок. — И это сказал мне человек, который убивает, отрубает конечности кричащим людям, с полным бесстрастием и, ах да, и ещё идиот, который пробрался в полицейский участок, представился своим братом. И кто-же из нас глупый. Ты не похож на своего брата. Ты другой. Абсолютно. Хватка слабеет, а в глазах появилась доля интереса, пока рука с щеки, медленно падает на грудь рыжего, поглаживая подушечкой пальца пулевое ранение, а если быть точнее шрам. Один из множества на теле Веснински. — Оооо, — протянул Миньярд, спускаясь ниже. — И что-же такого ты во мне разглядел? — Ответь на мой вопрос. — Сыграем? Приподнимая бровь в немом вопросе, на что получил лишь закатанные глаза, мужчина откидывается на спинку стула, раздвигая ноги, дабы верхний сел удобнее. —Нам по 8 лет? Да и вроде сейчас, на моих коленях, в прямом смысле сидит убийца, которого я так усердно старался поймать около двух лет. Интересно. —Правда за правду. — проигнорировал его Миньярд, переходя к шраму от утюга. — Расскажи. — Хорошо. Сыграем. — усмехнувшись, рыжий ухмыляется, убирая волосы назад, тем самым откинув голову. — Мне было 5 или может быть 6 лет, когда мой ебанутый папаша счёл, что я слишком громко себя вёл. Полицейские проводили обыск, а мне сказали сидеть тихо, но видимо этого было недостаточно. Как только «радушный приём» закончился, отец выхватил утюг из рук моей матери и ударил меня. Было неприятно, но терпимо. Теперь я. Как тебя зовут? Всё так же заинтересовано оглаживая шрам, мужчина довольно кивает, получая ответ на свой вопрос, поднимая голову на голубые глаза. — То есть, из всех интересующих тебя вопросов, тебе нужен ответ лишь на этот? Неужели так хреново с фантазией? — Как тебя зовут. — утвердительно проговорил мужчина, настойчиво смотря на Миньярда. — Джозеф. — А второе? — Эндрю. — Джозеф Эндрю Миньярд? Или у тебя другое имя и ты просто сейчас меня обманываешь. Ходит по лезвию ножа. Глупый кролик. Очень глупый и это он понял, когда возле его плеча сверкнуло лезвие. — Эндрю. Джозеф. Миньярд. Тебе это хотелось услышать? Даже, если ты имеешь данные на моё имя, ты уверен, что можешь раскрыть дело и упечь меня за решётку? — угрожающе усмехается блондин, надавливая на кожу. — Переходишь грань, Веснински, я никогда не вру. — Ты думаешь, мне нужно, чтобы ты сидел за решёткой? — Я думаю, что ты полный идиот и не умеешь закрывать свой рот, когда это требуется. Может мне отрезать твой поганый язычок и скормить его тебе же? — Поверь мне, этот язык способен на многое. — хитрая улыбка появилась на лице Веснински, пока потянувшись к лицу блондина, он остановился от пару сантиметров от чужих губ напротив. — Да или нет, Эндрю Джозеф Миньярд? — Да. — Отпусти меня. — звучит приказ с уст рыжего пленного. Рука медленно потянулась к заднему карману брюк, пока недоверчивый взгляд был устремлён прямо в глаза напротив, стараясь отогнать мысли, которые буквально кричат ему остановиться. Это всего-лишь игра, ничего более, он же не сделает больно?? Он же не как они. Он другой, хотя с чего он взял, что Натаниэль Веснински другой, почему он решил, что он не как они...? Миньярд застыл над входом к замку, задумываясь: а стоит ли? А похуй, живём раз, значит можно. Быстро раскрывая железо, блондин уселся удобнее, а рыжий лишь потирал свои запястья, смотря на него. — Где... — начал было голубоглазый, делая глубокий вдох. — Где я могу прикоснуться? Осторожно спросил Младший, всё ещё держа руки на уровне груди, потирая запястья. — Спина, плечи, голова, лицо. Не более, сунешь руки куда-то ещё, я оторву тебе каждую конечность и это будет единственное моё убийство, не схожее с последовательностью. — Я тебя понял. — Быстро взяв на себя инициативу, мужчина расположил руки, но осторожно, на талии сидящего сверху, притягивая его к себе ближе. Поцелуи прошлись по нежной кожей плеч, медленно переходя на руки, пока его собственные всё ещё неизменно находились на талии, не смея даже пошевелить ими. Слишком близко. Миньярд даже не дёрнулся, но касания были иные. Не требовательные, нежные, почти ощутимые, от чего по телу прошлась приятная дрожь, отдаваясь сладкой дрожью, что не ушло от взгляда Веснински. Ухмылка появилась на мужском лице, пока одна из рук располагается между лопаток, заставляя его выгнуться, а вторая рука забирается под футболку, на что рыжий получил лишь тихий, сдержанный выдох. Горячее дыхание обжигает кожу шеи, а после тёплые губы накрыли участки шеи, начиная настойчиво целовать. — Натаниэль. — не сдержавшись, простонал Миньярд, пока рыжий отстранился, стараясь понять, что он сделал не так. Ну да, сидеть с убийцей на коленях и буквально сосаться как последние пидоры — это так, хуета. Заметив замедление, Миньярд хватает мужчину за подбородок с силой, что отдаётся лёгкой болью в его челюсти. Больно... — Да или нет? — настойчиво спросил блондин, смотря в голубые омуты. — Всегда «да».. — тихо шепчет Веснински, переводя дыхание. — Не всегдакай мне тут. — прошипел верхний, сжимая пальцы сильнее, а вторая рука медленно спускается ниже по шрамированной коже, обводя чувствительную грудь рыжего, чье лицо перекосило от доли удовольствия и касаний. —Не требуй правды, если не воспринимаешь её в сер... Борьба, не как больше это не назвать. Младший начинает настойчиво целовать второго, пока его руки сжимали талию сидящего сверху сильнее, а несдержанный стон срывается с губ, когда чужой зад проезжает по брюкам, надавливая на перевозбуждённое достоинство. —Чувствительный... — улыбнувшись шепчет на ухо Миньярд, кусая мочку, пока рука спускается ниже поддевая ремень,избавляясь от оков. Пуговица не к чёрту, а следом и звук ширинки. — Мне нравится. — Пошёл ты нахуй. — хрипит Веснински, а блондин, понимая, что сейчас будет больно, качнул стул и упал вместе с рыжим и стулом на пол, принимая лежачее положение. Не удобно. Быстро перекатившись, мужчина нависает над Миньярдом, цепляясь за его шею, пока руки нижнего впиваются в плечи рыжего. Вновь стон срывается с губ блондина лежащего под чужим телом, но такое положение ему не понравилось, поэтому он быстро меняет его, вновь садясь на пах нижнего. Рука ведёт ниже, губы сливаются воедино, вновь и вновь беря напор, пока он растегивает собственную ширинку, предварительно освобождая возбуждённый член Веснински наружу, растирая естественную смазку по всей длине. —Эндрю... — срывается с губ Младшего, когда Миньярд беря два органа в кулак, начинает водить в характерных движениях, целуя чужие губы. Сладкие стоны со стороны рыжего лишь ласкали мужской слух, который давно желал это сделать. Блядская слабость и умопомрачительные ощущения рядом с рыжей бестией, которая изливается спустя пару десятков секунд, а следом за ним, через пару фикций, кончает и блондин, больно прикусив чужие губы, получая новый стон. — Ненавижу тебя. — тяжело произносит Миньярд, уткнувшись в лоб напротив, от чего получил лишь усмешку от рыжего. — Я тебя тоже. — так же шепчет Веснински, вплетая пальцы в белые волосы, сжимая их и требовательно целует. Играя с чужим языком, Миньярд не сдаётся, буквально вгрызаясь в губы, не позволяя забрать главенство рыжему ублюдку. Пока рука вытирает жидкость о чёрную, собственную футболку, блондин целует нижнего, приводя двоих в минимальный порядок, тем самым заставляя достоинство в штаны. Как своё, так и Веснински. — А теперь, — начал рыжий, отдавая победу блондину, тяжело дыша произносит тот, ослабляя хватку на волосах. — Я хочу задать вопрос. — Моя очередь. — незаинтересованно произнес блондин, беря в руки лицо нижнего, соприкасаясь носами. — Но я с радостью отвечу на твой вопрос, если ты покажешь мне потом, что ты умеешь делать своим языком. — промурлыкал кареглазый, потираясь щекой о чужую. — Договорились.— незамедлительно ответил Веснински, кладя руки над головой. — Почему ты убиваешь? — Прошлое. — единственное, что холодно произнёс Миньярд — Это не ответ. Стоп. Руки над головой были плотно прижаты к полу, чем вызвали болезненные ощущения у рыжего, но не показывая собственной боли, мужчина вытерпел взгляд, показывая, что готов услышать правду от блондина, даже ценой лица и любой другой части тела. — Кролику так интересно? — обманчиво мягко промурлыкал Миньярд, а хватка становится сильнее. — Тогда слушай... Мне было 7, когда мой сводный братец, закрыл за собой дверь и вошёл в мою комнату. Думаю, что ты не глупый мальчик и поймёшь. — То есть...? — Да. — холодно отрезал блондин, смеясь. — с тех пор прошло много лет, да и теперь я могу избавить других от боли, делая полезное дело. Шокированный новостью, Натаниэль застыл. Он проебался. Опять блять! Безэмоциональный взгляд напротив, лишь показывал всю правдивость его проёба. Блядство. Минута. Две. Три. Пять. — Я помогу тебе. — Мне?! Помочь?! — рассмеялся блондин, отпуская руки, а после поднимаясь с места, потягиваясь и застёгивая штаны. — Себе помоги, Веснински. — Я закрою дело. — присев утвердительно произнёс рыжий, справляясь со штанами. — Увидимся. Может быть. Кинул блондин, скрываясь за дверьми помещения, оставляя Натаниэля одного в помещении со своими мыслями. Надо всё убрать. Абсолютно всё. Эту ночь он запомнит навсегда и будет ждать следующей встречи с его «Тенью».