Соулмейт

Мелинда как обычно проснулась рано. Почти шесть утра. Октябрь. Солнце в Магической Британии в это время светит ярче. Ветра практически нет. Листьев на деревьях осталось совсем мало, и все они тёмные и сухие, поэтому сливаются с ветками. Небо голубое, а ближе к горизонту - желтоватое. Озёрная гладь отражает последние виднеющиеся звёздочки. Совы. Они принесли утреннюю почту для своих хозяев. Поднявшись с кровати, Дрейтт начала высматривать из стаи своего ворона. Даркиэль - так его звали - летел самым последним, что, собственно, для него характерно. Он не любил не комфорт, поэтому не летел в самой суматохе, а где-то метров за двадцать. Там уж точно никого не будет! Величественно взмахивая крыльями, птица скрылась из виду, выделяясь из всей "толпы". Когтевранка встала перед зеркалом в ванной, рассматривая своё отражение. Соседки спали, поэтому она спокойно могла принять душ, не беспокоясь, что в один момент туда выстроится очередь. Однако, девушка не была из тех, кто может просиживать в ванной часами. Обычно она бывала там минут двадцать-тридцать, чего вполне для неё достаточно. Струи горячей воды согревали и, бывало, обжигали юное тело, стекая вместе со снами. Несколько минут - волшебница уже расчёсывает свои короткие ярко-голубые волосы. На самом деле, они у неё такие с рождения, но оттенок не меняют. Она не метаморфомаг. Длинные тёмные ресницы хлопают по нижним векам, прикрывая широкие, ядерно-голубые глаза. Секунда - и длинные чёрные ногти смахивают с лица прядь небесных волос. В отражении на лице еле заметны редкие веснушки, усыпанные по бледным щекам. Большое количество чёрных и серебряных колец со всевозможными цепочками и подвесками тут же оказываются на тонких пальцах девушки. Особенно из них выделяется фамильный перстень с заглавной буквой "D", выложенной из чёрных камней. Запястья украшают идентичные браслеты, а шею - широкие и не очень цепи без каких-либо кулонов и подвесок. Две одинаковые серёжки в обоих ушах - чёрные гвоздики, и маленькие серьги-кольца, коих насчитано три, такого же цвета в правом ухе чуть выше. Открывая дверцу шкафа, перед Мелиндой появился её гардероб, цвета которого были сочетаемы друг с другом: чёрный, синий, голубой, фиолетовый и немного белого. Выбор велик, но когтевранка остановилась на голубом свитере с широким руковом, который, кстати, связала для неё миссис Уизли, и чёрных джинсах. На голову она одела белую кепку козырьком вбок, а на ноги того же цвета кроссовки на фигурной платформе. Когтевранка накинула кожаную куртку, не застёгивая её, и взяла свой скейт, что подарил ей отчим-маглл. Захватив палочку, положив её во внутренний карман куртки, девушка бесшумно открыла дверь и вышла из комнаты, не разбудив девочек. Доходило семь часов. Дрейтт ехала на скейтборде по длинному коридору Хогвартса, ускоряясь. Вот показались огромные ворота. Выход. Считанные секунды - главный двор школы уже перед глазами. Прохладно, так как конец октября. Ветра почти нет, но осенний холодок присутствует. Некоторые ветки Гремучей Ивы были покрыты инеем. Высоко над головой медленно плыли маленькие редкие облачка, расположенные хаотически. Яркое утреннее солнце уже виднелось из-за горизонта. Светло. Бесконечно-длинный мост впереди удалялся всё дальше и дальше, скрываясь в густом тумане. На каменной плите, под ногами шуршат сухие мёртвые листья. Сзади послышался топот. Проснулись гриффиндорцы. С другой стороны к выходу подбежали пуффендуйцы и когтевранцы. Из слизеринцев было несколько человек, что тоже только что проснулись. Среди них был и ненавистный Мелинде Сэлли Дрейтт человек. — Смотрите, кто здесь! — его голос узнаёт каждый из толпы. — Жаворонок, что ты делаешь тут в одиночестве? — с некой усмешкой спросил блондин изогнув бровь. — Не знала, что тебя волнует это, — безразличным голосом бросила девушка, не обернувшись. Слизеринец вышел из толпы вперёд. — Нисколько! — кажется, он начинал злиться, что, обычно, к хорошему не приводит. — Ну и валяй отсюда! — всё так же смотря на удаляющийся мост, крикнула когтевранка. — Голубоволосая, не знаешь где твоё место? — парень повышал голос с каждым разом, а его шайка начала гоготать так громко, что, кажется, даже в Астрономической башне было слышно. — Невежливо разговаривать, стоя к собеседнику спиной! — сменил он тему. — Невежливо, невежливо, — передразнивала его волшебница. — Мне непринципиально вежливо я общаюсь с такими, как ты, или не очень, — выплюнула она, не дрогнув и нервом на лице, не говоря уже о том, чтобы развернуться. — Да, как ты смеешь?! — юноша стал надвигаться в её сторону, ускоряя шаг. Разъярённый голос врага раззадорил и развеселил шестикурсницу. — Ты хотя бы знаешь, кто мой отец?! — наступал он. — Знаю, Малфой. Прекрасно знаю, — спокойно ответила ученица, широко улыбаясь, но этого никто не увидел. Девушка оттолкнулась ногой и проехала к Иве. Подпрыгнув на месте, она ухватилась одной рукой за ветку и повисла. В другой руке когтевранка держала свой транспорт. Несколько секунд спустя, применив все свои силы и умения, Мелинда прокрутилась на ветке, отпустила руку и приземлилась прямо на середину кроны, откуда начинали расти все ветви. Одобрительные и удивлённые возгласы послышались из толпы народа, а волшебница лишь пожала плечами, положив скейт рядом с собой. До завтрака оставалось чуть меньше часа. Профессора суетились в поисках учеников, которые, в свою очередь, столпились вокруг слизеринца и когтевранки, что, как обычно, выясняли отношения между собой. — Ах, — громкий облегчённый вздох профессора МакГонагалл услышали обсолютно все. — Ученики пятого, шестого и седьмого курса, пожалуйста, пройдите в зал. Младшие курсы пока свободны, — провозгласила она и повела за собой шеренгу из учеников старших курсов. Мелинда не спешила за сокурсниками, а всё так же сидела на Иве, смотря на тот же мост в утреннем тумане. Её голубые волосы, стриженные под каре, извивались на поднимающемся ветру. Засмотревшись на рассвет, девушка не заметила, как сзади к ней подошёл один из профессоров. — Мисс Дрейтт? — услышав холодный голос, она обернулась и узрела перед собой Северуса Снейпа. — Разве Вы не должны быть сейчас в зале? — вопросил он, приподняв бровь. — Да, как и вы, — уверенно ответила когтевранка и улыбнулась профессору, — Я уже направляюсь туда, — закончила она, спрыгнув с дерева, приземлившись, при этом, на скейтборд. Северус недолго смотрел ей вслед, направившись туда же. Волшебница проехала на транспорте прямо в открытые двери зала. Все взгляды были обращены на неё, но она, сохраняя уверенность и безразличие на лице, подъехала к своему месту за столом. Закатив скейт ногой под лавку, девушка перекинула через неё ноги и села. Вокруг царила гробовая тишина, словно траур какой-то. Профессора за своим столом недоумевали от такого поведения, которое для этой особы было обыденным. — Можете продолжать, — Мелинда махнула рукой в сторону учителей и директора, которые от такого жеста впали в больший шок. — Или, я вам чем-то мешаю? Конфиденциальная информация? — она оглянулась и пожала плечами, закатив, при этом, глаза. — Мне без разницы, я могу удалиться, если вам так будет спокойнее, — как ни в чём не бывало, бросила, наконец, ученица. Альбус Дамблдор продолжил свою нудную речь лишь спустя минут пять, когда все в зале потихоньку начали приходить в себя. Всё та же пластинка: Соулмейт, Родственная душа, Хэллоуинский бал и грядущее Рождество. Пока младшекурсники развлекались на улице, остальные ученики тухли в зале, слушая то, что могли процитировать, ведь почти за два месяца выучили наизусть. Мелинде не давало покоя плохое предчувствие. Будто скоро случиться что-то важное и неприятное одновременно. Она не слушала директора, давно пропускала его речь мимо ушей. Голоса стали какими-то далёкими и невнятными. Кто-то буравил её взглядом. Когда девушка это поняла, сразу обернулась. Только в глазах потемнело - слишком резкое движение. Однако, открыв глаза она встретилась взглядом с блондином со Слизерина. Краски потихоньку начали угасать, а всё вокруг становилось чёрно-белым. Осознание произошедшего настигло обоих в один момент. — Нет! — хором воскликнули они, вскакивая со своих мест, чем удивили всех в зале. Взгляды непонимающих глаз со всех сторон не надоедали, учитывая, что произошло. — Не может быть! — снова в унисон крикнули Соулмейты и синхронно пустились бежать прочь из зала. — Дрейтт! — юноша остановил когтевранку, схватив за руку. Он развернул её к себе лицом и смотрел прямо в глаза. — Это ведь ошибка? — никогда ещё в глазах этого заносчивого слизеринца она не видела столько надежды. Однако, надежда эта была наигранной. — Можешь строить из себя актёра перед своими никчёмными дружками, Малфой, — как можно спокойнее выговорила девушка, пытаясь вырвать руку из его крепкой хватки. — Теперь мне интересно узнать, что ты скрываешь, помимо настоящих чувств, — она презрительно посмотрела на него и снова попыталась освободиться. Тщетно. — Может отпустишь меня? — бровь шестикурсницы взмыла вверх. — Да, нет! — вскрикнул тот, — Это не можешь быть ты! Мы ведь вообще не похожи! — его отчаянию не было предела. — Грязнокровка? Отец меня убьёт, прежде, чем это сделает Тёмный Лорд! — Мне не интересно, — продолжила наступать голубоволосая, — Ты отпускать меня собираешься, или мы так и простоим здесь до обеда? — но она резко поменялась в лице, осознав, что сказал блондин. — Погоди! Тёмный Лорд? Это тот чел без носа, который охотится за Поттером? Убьёт тебя?... — Ты не должна была этого знать, — волшебник занервничал и отпустил её руку. — Это всё страшный сон, и я сейчас проснусь! Маленьким невинным ребёнком, в свой день рождения. Получу письмо из Хогвартса и изменю свою жизнь! — тараторил он, закрыв глаза. Костяшки на его кулаках напряглись, но, увы, его желаниям не суждено было сбыться. — Встретимся в Выручай-комнате, — коротко сказала ученица, — Перед отбоем, — и ушла, не сказав ни слова. * * * Обычный день. Уже обед. Все ученики Хогвартса сидят в большом зале. Обсуждают что-то во время трапезы. Профессора пытаются выведать информацию из Мелинды Сэлли Дрейтт и Драко Люциуса Малфоя. Что на них нашло? Какой соплохвост их укусил? Сидят, переглядываются. Всё утро в одну точку смотрят, иногда друг на друга. Все их друзья пытаются с ними поговорить. Они же игнорируют их присутствие и существование, в принципе. Уже прошло несколько часов. На занятиях этих двух не было. Учителя начали волноваться. Что стряслось, дементор их дери?! А они всё сидят. Только уже в библиотеке. А за окном ярко светит солнце, все на улице. И только им наплевать на предпраздничную обстановку в школе. Везде тыквы, летучие мыши. Пивз уже придумывает страшные розыгрыши для бедных учеников. Не дай Мерлин, они попадутся ему под горячую руку! Вечер. Ужин. На заколдованном потолке уже начали проявляться первые звёздочки. Луна сегодня необычайно красивая. Отдаёт синеватым оттенком, что, среди редких звёзд, смотрится очень романтично. Почти стемнело. Сумерки. А ученики всё обсуждают и обсуждают. Сплетни никогда не закончатся. Как маглловский, так и волшебный мир полны лжи. Жаль, понимают это не все. Тем не менее, время на месте не стоит. Оно бежит, оставляя лишь надежду на лучший исход. * * * — Ты куда? Скоро ведь отбой! — поспешила остановить Мелинду соседка. — С каких пор тебе интересна моя жизнь? Ты обо мне беспокоишься? Лучше бы о себе беспокоилась! Когда я нервная - это к добру не приводит, — выговорила та, сверкнув морскими глазами. Она вышла, громко хлопнув дверью. На самом деле, девушка просто перенервничала. Странное чувство окутало её с головой, но такого она никогда не испытывала. Всё вокруг стало непривычным в сером цвете. Теперь когтевранка пожалела, что не слушала речь директора в начале года и на протяжении уже многих дней. Что нужно сделать, чтобы вернуть все цвета на свои места? Серые стены, чёрные коридоры, белый огонь в факелах и однотонные волшебники и ведьмы. Скучно и некомфортно. Вот, проходя зал, она столкнулась с кем-то, кто выходил оттуда. — Смотри, куда прёшь! — оттолкнув её от себя, блондин поднял взгляд. — Ой, извини. Вставай, — он подал ей руку, предлогая помощь. Волшебница презрительно посмотрела на неё, но, всё же, вытянула руку, схватившись за него. — С чего вдруг тебе передо мной извиняться? — она подняла бровь, искривив губы в лёгкой усмешке. — Если ты позвала меня, только чтобы поязвить, я пойду обратно к себе, — он поднял руки над головой, мол "Сдаюсь!" и развернулся, собираясь уходить. Но ученица обогнула его, встав прямо перед глазами. — Пошли уже. И даже спасибо не сказала, — закатив глаза, парень развернулся и, выйдя немного вперёд, повёл сокурсницу. — Так, для чего ты меня звала? — искренне поинтересовался он. — Ну, мне же нужно вернуть цвета обратно, — пояснила девушка, — Тебе, кстати, тоже! — напомнила она, улыбнувшись. — Да, мне и так хорошо, — ухмыльнулся тот, оглядываясь по сторонам, вероятно, рассматривая серые и наскучавшие стены. — Хотя бы отдохну от твоих голубых волос! — добавил он, как бы невзначай. — Так, ты от них уставал? — наигранно поразилась когтевранка, театрально приложив руку к сердцу. — Интересно, как? Говори это своей Паркинсон! У неё пакли до китая! — серьёзным голосом продолжила она. — А ты ревнуешь? — изумился блондин, высоко подняв обе брови. — Пф, если только Паркинсон, — саркастично ответила та, вставая перед, казалось бы, пустой стеной. Но, тут же, в одно мгновение начали вырисовываться деревянные, древние узоры. Вскоре показалась огромная дверь, ведущая в Выручай-комнату. — Дам вперёд, — ученица указала на открытый проход рукой, пропуская Малфоя. Он лишь закатил глаза, но, всё таки, прошёл внутрь первым. Из неоткуда начали показываться два кожаных кресла и камин за ними. Несколько секунд - Соулмейты уже сидят напротив друг друга, но не знают, что сказать. — Уютненько, — оглянулся слизеринец, нервно поглядывая на огонь. — Так. Нужно узнать наши тайны, да? — неловко переходил он к теме. — Я не знаю, — честно призналась Дрейтт — Я никогда не слушала Альбуса, — она взглянула на собеседника, который нервничал и постоянно поправлял левый рукав белоснежной, идеально выглаженной, как и всегда, рубашки. — Что там? — заинтересованно глядя на манжет, спросила шестикурсница. — Ты сильно хочешь вернуть всё это? — неловко протараторил волшебник, наконец собравшись с силами. После утвердительного кивка он продолжил, — А... Ты рада, что я твой.. Соулмейт? — запинаясь, что для него непривычно, задал он вопрос, которым заставил девушку врасплох. Ведь она не задумывалась над этим. С одной стороны - враг с первого курса, заносчивый и гнустный слизеринец, чистокровный упырь. С другой - человек, строгое воспитание, стереотипы и принципы, гордость и гордыня. Мальчик, по которому девки плачут. "А ведь мог достаться кто-то похуже... Кребб, Гойл, Блейз, Грэхем, а, может, вообще, девочка!... Нет, такого счастья нам не надо!" — думала Мелинда, всматриваясь в очертания лица Соулмейта. Во всём есть плюсы... — Я стараюсь мыслить позитивно, — она начала размышлять вслух, вглядевшись в бездонные серые глаза. — Каким бы нахалом, тварью и лицемером ты ни был, ты - мой Соулмейт. Соулмейт - это, по сути, судьба. Человек, который подойдёт тебе больше всего, — девушка всегда заходила с далека, чтобы не спугнуть собеседника, кем бы он ни был. — Значит, либо кто-то решил сыграть на нас злую шутку, либо... Мы действительно друг другу подходим, — закончила она. После нескольких секунд молчания добавила, — И.. я рада, что это ты, а не кто похуже, — и улыбнулась. Парень размышлял над словами когтевранки ровно минуту и выдал: — Это неправильно. Ты маглорождённая, а я чистокровный волшебник, — девушка открыла рот от удивления. Впервые он не назвал её "грязнокровкой". Но... Всё не так просто. — Я чистокровная волшебница, — сквозь боль и переживания, еле сдерживая слёзы, выдавила она из себя. В глазах Малфоя сначало потемнело, потом огонь, мягкий ковёр, кресла, витраж на окнах, стены и двери.. всё! Всё потихоньку приобретало краски. Расплывчатые синие языки пламени, серые кресла и нежно-зелёные стены. Чёрные кирпичи и неяркие стёкла выделялись особенно. — Это твоя тайна?! — недоумевал ученик, — Зачем это скрывать? — наступал он, вскидывая бровь всё выше. — Дело в том, что... — волшебница сделала паузу, подбирая слова и формулируя речь, — Моя мама - пропавшая сестра Джеймса Поттера, думаю, ты его знаешь. Отец - из чистокровной, но не благополучной семьи. Это очень древний род волшебников Дрейтт, о котором мало кто знает. Но, на самом деле, всё не так радужно... Питер Петтигрю, его ты тоже, вероятно, знаешь, вместе с Поттерами сдал мою мать, — тут она уже не могла сдерживаться. Слёзы обжигали холодные щёки, а на часах уже было почти десять часов вечера. Значит, скоро отбой... — Лорд убил её тоже. Отец перед смертью отдал меня семье магллов, а сам был убит Пожирателем Смерти в честном поединке, — всхлипы были негромкими, но уловимыми. В комнате становилось холоднее. — Я думала, если буду знать, что я из семьи магллов, смогу забыть это всё. Ну, а потом я просто привыкла... — немного успокоившись, она всё же ответила на самый главный вопрос. Малфой-младший и подумать не мог, что за радостным личиком, безбашенным и упрямым характером и своеволием, скрывалась скорбь и печаль в таких огромных размерах. Ещё несколько минут он вникал в услышанное, переваривал информацию и настраивал мозги на работу. — Наверное, с моей стороны было невежливо спрашивать о таком. Прости, — блондин опустил голову. Но поняв, что ему тоже нужно расскрыть свою тайну, которую он берёг уже почти четыре месяца, он осознал, что их общение, скорее всего, сойдёт на "нет". Ни колкостей, ни язвы, просто ничего. Как бы сильно юноша не хотел этого признавать, ему нравилось общаться с этой девушкой. Хотя бы как-то: как знакомые, враги, друзья. Но не общаться с ней вообще - пустая жизнь. — Прежде чем я открою свою истину, я хочу попросить тебя... Пожалуйста, не думай наперёд и не делай поспешных выводов, — собеседница кивнула, улыбнувшись сквозь непонимание и солёные слёзы на щеках. Слизеринец нервно поправил фамильный перстень и расстегнул пуговицу на монжете. Одинокая слеза скатилась по его лицу, шее. Закатывая рукав, он одновременно взъерошил свои мягкие платиновые волосы. Они неаккуратными прядками спадали на лицо, закрывая серые глаза. Вот из-под рубашки начали показываться очертания и линии. Позже стало понятно - это Чёрная метка. Уродливая змея выползающая из чёрного черепа, на бледной коже Малфоя смотрелась очень контрастно. Девушка застыла, не отрывая глаз от метки. За секунду её лицо отразило ужас, страх, отвращение, безразличие и сожаление. Последнее осталось надолго. — Зачем..? — с надеждой глянув на Соулмейта, попыталась спокойно спросить когтевранка, но голос предательски дрогнул. — Отец... — коротко ответил блондин, выдохнув, — И? — Что? — та смотрела на него глазами полными слёз. Не сумев совладеть собой Мелинда кинулась в объятия парню. Тот даже не успел ничего понять, как волшебница оказалась головой на его плече. — Драко, твой отец самый настоящий чистокровный павлин! Не думающий о своей семье эгоист! — всхлипывала она, прижимаясь ближе к его телу. — Я знаю, — прошептал тот, поцеловав её в макушку. Он обхватил руками её талию и крепко сцепил их в "замок". — Теперь, Соулмейт, я тебя никому не отдам! — произнёс он, прижимая её ещё ближе. Девушка отпрянула от него. Только на секунду... Тут же её губы накрыли губы слизеринца. Они сплелись в нежном поцелуе с привкусом солёных слёз. Она моментально оказалась у парня на коленях, а её руки перебирали его блондинистые волосы. Поцелуй стал требовательнее. Драко пару раз прикусил губу когтевранки, от чего та открыла рот. Переплетя языки, они углубили поцелуй. Вокруг уже порхали чистые, белые, как первый декабрьский снег, бабочки, создавая более романтичную обстановку. Синий огонь в камине стал гореть ярче, а на столе появились две чашки с горячим какао. Полная луна пробиралась сквозь витражные окна, от чего тени от них создавали рисунок на полу и тёмном ковре. Её тонкие пальцы зарывались в его мягкие прядки, накручивая их. Слёзы перестали течь, но солёный вкус остался на их соединённых губах. Слизеринец блуждал руками по её спине, поглаживая, и остановился на тонкой талии. Прижимая девушку к себе, парень мягко отстранился. Её голова тут же оказалась на его груди, а в его руке - кружка уже остывшего напитка со стола. Первый поцелуй обоих, был будто последний... А цвета приобрели оттенок в их жизнях лишь сейчас...