Большой праздник знаний.

Часть одиннадцатая. Прости мне, северный олень! Продолжение. И, казалось, будто бы над ним, становилось небо голубым! Из песни, вместо эпиграфа… А – алень! Сленговое, жаргонное словечко. Употребляется, часто, вместо ругательства. Вместо второго эпиграфа… - Мне страшно нужна информация, понимала я, - после того, как поговорила с завучем школы. - Не та их официальная информация, которая, может быть, и работает, в масштабе неповоротливой, как все слоны - мастодонты, официальной педагогики и школы. И то ведь, работает эта система школьного администрирования и получения школьного знания в стенах каждой школы не для всех, а для избранных учеников! Кто - то из учащихся умеет схва́тывать материал на ходу. У кого - то из детей с первого класса очень хорошая память. Кто - то много читает. Кого - то перед школой научили быстро читать. И эти детишки, с первого класса, пойдут по школьной жизни легко, будут носить, заслуженно, статус "отличника" или "хорошиста". Отличных деток будут холить и лелеять в школе. Но что же делать всем остальным? - Мне нужно было изобретать мето́дику образования для отстающих детишек, - понимала я. - И мне она страшно нужна. Я очень остро нуждаюсь в любой, но не официальной или официально - педагогической, а учебно - познавательной и полезной информации! Поэтому засунула подальше в сумку пучки распечатанных завучем листов бумаги формата А4. Решила, что пригодятся они потом. Ошиблась! Этот пук бумаги, эта груда листов мне никогда больше не пригодились! Нет, пригодились потом, избранные листы, что долежали в тумбочке целых пять лет. Эти листы, после получения ребенком аттестата, были торжественно вытащены мною из всех углов тумбочек и всех закоулков письменного стола и тоже выпущены, как и мой ребенок из школы! Только эти листы пошли, так и не прочитанными мною, на растопку печки! А в тот момент, начала моего семейного обучения с младшим ребёнком, мне так остро нужна была первоначальная учебная информация! Я к завучу в кабинет иду. Прошу её показать мне, какими же бывают настоящие и правильные учебники для третьего класса современной школы. - Обычные бывают учебники, - пожимает плечами завуч, забывая о том, что она мне ни одного учебничка не показала и не дала! Я снова настаиваю, что очень хорошо умею читать! Что нам сдавать Ваш школьный третий класс по всем восьми или десяти предметам, а сколько их там точно, в том списке, который завуч дала, я еще точно, пока не выучила! - И нам сдавать надо через два с небольшим месяца, - уточняю я. Завуч хмурится. И я понимаю, что не могу теперь сказать, что ребенок мой совсем не умеет, совсем не обучен к третьему году обучения, всей официальной школой, слова́ читать. Буквы он ху́до - бе́дно знает. Я с ним зимой, до полного перепуга, испуганная, сидела, азбуку разбирала. И алфавит мы, с моим детенышем, худо - бедно выучили. И отступать сейчас я не могу! В официальной школьной практике не может быть неуспешных и неодаренных детей! Я наблюдала несколько лет подряд. У меня старшая дочь в школе учительствует. Она пришла туда, в ту школу, после окончания своего Педагогического ВУЗа, Педуниверситета. Дочь страдает и плачет от большого объёма печатной работы, но зарплата у дочери постоянно, ежемесячно идёт. Поэтому, ради зарплаты, пока и работает… Рассказывала старшая дочь историю, я слушала. Бунтовала мамочка ученика - индивидуальника. Был схожий случай. Не смогла официальная и государственная школа научить читать ученика, который был дислексиком и дисграфиком. Случается так. Я, к этому времени, подкованная немного уже была. Писала застаршую дочь, выбранную ею по теме, курсовую о трудностях и проблемах детей с СДВГ. Это такие детки, которые рождаются гиперактивными и потом, лет до четырнадцати не могут пять минут усидеть на одном месте. Посреди урока подскакивают, или постоянно просятся в туалет. Не потому, что часто пи&сять хотят. Хотя, и такое тоже с детьми бывает, если почки, с раннего детства, застужены. Но детям с СДВГ, бывает, надо пробежаться до туалета, чтобы размять все тело и разогнать застоявшуюся внутри организма кровь. В обычной жизни про таких детей говорят, что у них шило в ж&опе, пяти минут посидеть спокойно не могут! А официальные медицина и педагогика называют таких детей, страдающими синдромом СДВГ, то есть синдромом повышенной гиперактивности. И школа не может учить тех, кто не умеет сидеть и читать, не тычет прилежно, (совсем по В. Маяковскому), в книжку пальчик. Поэтому, СДВГшники - нехорошие, для школы, детки. Их опи́сывают педагогом и коррекционным психологом. А мать девочки, не умеющей читать в третьем классе, бунтовала. И требовала, чтобы ее ребенка немедленно научили читать! И была, как понимаю, права в своих требованиях к школе и к учителям школы!... Я наблюдала за ситуацией с тем ребенком пару лет. Я спрашивала у старшей: - Чем дело закончилось? - Ничем! - Отвечала мне образованная старшая дочь. - Протесты мамочки моего индивидуальника никому не помогли. Девочка не научилась читать. Ей сначала присвоили, а потом и углуби́ли психиатрическую инвалидность... - Итак, протесты, при дислекси́и, не помогают, - понимаю я. Все верно. Синдром гиперактивности уходит от ребенка, как говорит интернет, после проживания ребёнком своих первых четырнадцати детских лет. А в это время, почти всё школьное образование уже заканчивается. Ребенок, не научившись читать, не может читать учебники, не может полноценно учиться в обычной школе и хорошие отметки получать. К своим четырнадцати годам, он становится плохим учеником и двоечником, абсолютно не нужным обычной, нормальной школе. Поэтому сейчас я иду к завучу. И не бунтую, а прошу мне учебники показать. Завуч колеблется, потом вытаскивает из стола нарядный учебник. Я, с трепетом, принимаю его в свои руки. Есть собственная, особая прелесть в новых учебниках, вот только - только отпечатанных, издательством выпущенных, тяжелых, как глянцевые кирпичи. Как много в них, не кирпичах, а учебниках, содержится полезнейшей, школьной информации! - Я домой учебник не дам! - Говорит завуч школы. - Да, да… - Мурчу я в ответ. - Я здесь почитаю, посижу! А если Вам сильно некогда, то я посижу, полистаю. И тоже многое запомню. Я, с детства моего, читаю быстро. А учебник по окружающему миру и ремеслам для третьего класса. Должна я его понять. Даже если буду просматривать с пятого на десятое и наспех! - И хороши также бывают учебники, - понимаю я, когда завуч заторопилась куда - то по своим делам. И отняла у меня драгоценный учебник по окружающему ребёнка в третьем классе миру, совмещенному теперь и с ремёслами… - Я, все - таки не мнемотехник, - думала я, - запомнить с одного просмотра все триста страниц новой и драгоценной книжечки - учебника не могу! Сама бы еще, здесь, в школе и сейчас завучу, по горячим следам бы, рассказала. Особенно мне запомнился раздел из учебника про ка́слинское, металлическое литьё. Этот раздел учебника сопровождался такими приятными картинками и коваными решеточками, кружевными, как в школьном дворе нашей новой и семейной школы! Но думала я, что пока до дому дойду, подробности текста из учебника могут выветриться у меня из головы. А дома ждут домашние дела. И что же я ближе к вечеру деточке моей расскажу? Какие подробности я к тому времени буду помнить? - Нет, - окончательно подумавши, решала я, - совсем даже неплох бывал тот старый, потертый, немного растрепанный школьный учебник. Его основным преимуществом оставалось то, что повторять тексты и все материалы по учебнику бывало возможным и вечером, и дома! Листаешь его, свой старый учебник, рассматриваешь не только выдающихся деятелей, но и их выдающиеся усы, почему - то каждым поколением школьников каждому значительному деятелю обязательно подрисованные. А Сталину мальчишки нашей школы так любили рисовать трубку во рту... Иосиф Виссарионович смотрел строго. Его никакие изменения хулиганистых детей никогда не портили! Зато старый учебник был бы навсегда или надолго наш, думала я и шла домой, немного взволнованная, немного расстроенная... Влезая в трамвай, чтобы ехать домой, мои школьные дела на сегодня закончились, вдруг понимала: Свобода! Теперь она есть у меня! Избавлена я от ежедневной диктатуры и проверок из образования и школы! И, значит, могу не стесняться, возможно мне придумывать мой тип собственного школьного образования, не выходя из рамок Эксперимента для обычной школы по методике СЕМЕЙНОГО ОБРАЗОВАНИЯ! И значит, надо добиваться, чтобы ребенок зачитал, засчита́л, записа́л, буквы, слова и цифры. И значит, надо вертеться ужом не сковородке, и вместе с моим ребенком нам в школе успевать! Чтобы через два с половиной месяца нас двоих, маму и ее дитя, как дураков всей школой не описа́ли, диагноза коррекционной школы не присвоили, за дебилизм из обычной школы не выгнали!...