She survived the war

Гермиона и Беллатрикс оказались в неизвестном месте. Это был огромный зал. Свет приходил лишь от нескольких факелов на стенах. Тут было холодно. Повсюду были какие-то жуткие статуи, много различных древних и пыльных вещей. Ведьмы стояли посреди всего этого. Обе женщины, казалось, вибрировали от возбуждения. Грейнджер чувствовала, что ярость давно захватила контроль над её телом, поэтому всё что оставалось — это подчиниться и отдаться. Ей хотелось уничтожить Беллатрикс, воплотить желание трёх лет. — Ну что, маленькая ведьма?! — пропела Беллатрикс. Гермиона достала обе палочки. Казалось, они готовы были разорваться, если ещё секунду магии будет накаляться в жилах Гермионы. Изогнутая палочка полетела к Беллатрикс. Та с лёгкостью ее поймала. Магия растрепала волосы Беллы, пока та завороженно смотрела на свою палочку. Казалось, что без нее в Беллатрикс не хватало кусочка. И вот, она вновь цела. Тёмные глаза загорелись белым пламенем. Вспышка. Которая угасла в огонёк. Но этого мига хватило, дабы Гермиона лицезрела Беллатрикс Лестрейндж. Прежнюю. Тёмная Ведьма подняла голову. В её глазах всё ещё плясал восторг. Она ухмыльнулась. Казалось, этот жест вывел Гермиону из себя. В одну секунду два луча из поднятых палочек столкнулись. Искры отскакивали в стороны, оставляя после себя следы от огня. Беллатрикс усилила заклятие, заставляя Гермиону попятиться. Однако гриффиндорка резко метнула луч в потолок. Попав в уязвимое место в древнем камне, Гермиона отскочила за колонну, когда несколько глыб рухнули вниз. Беллатрикс с хохотом отпрыгнула за другую колонну. — Совсем как в Малфой Мэноре, верно, питомец? Грейнджер сжала челюсть. Она уже смогла изучить местность, поэтому с лёгкостью апарировала за спину Беллатрикс, посылая сильное инсендио. Ведьма вскрикнула от неожиданности, но отбила заклинание струей воды. Гермиона оказалась в середине зала, бросая разрушительное заклинание в ту же колонну. Однако Лестрейндж оказалась за её спиной. Сильное заклятие отбросило Гермиону. Девушка упала, услышав хруст собственной руки. Но она вскочила на ноги, уворачиваясь от красного луча. — Ну же, львёнок! Гермиона переместилась вправо. Сильная искра направилась к Беллатрикс, грозя перерасти во взрыв. Старшая Ведьма отскочила. В месте попадания бомбарды разбились несколько чаш. В этот момент, в гриффиндорку с оглушительной силой полетела каменная статуя. Беллатрикс захохотала, когда статуя разбилась о проклятие, при этом сильно ранив Грейнджер. Однако в следующую секунду Лестрейндж сама отлетела в сторону, больно ударившись головой о колонну. — Да, Лестрейндж, совсем как в Малфой Мэноре — прорычала Гермиона. Она стала бросать заклятия, которые отбивались старшей ведьмой. Беллатрикс кое-как встала на ноги, тут же начиная идти по залу. — Не смотря на наш маленький спектакль, питомец, ты начинаешь раздражать меня. Не советую. Но Беллатрикс, кажется, слишком расслабилась. Заклятие конфринго попало точно в цель. Ведьма упала, тут же вызывая воду и гася огонь на одежде и в волосах. Беллатрикс без промедлений послала пыточное. Гермиона увернулась. Её карие глаза были воплощением пустоты. Губы плотно сжаты. Волосы, словно языки пламени, метались вверх, при каждом движении палочки. Она отрабатывала свои навыки каждый чёртов день этих трёх лет. До изнеможения. До боли в каждой клеточки, она выводила все эмоции в заклятиях. Вся атмосфера накололась. Жар и тяжелое дыхание навевали воспоминания битв и войны. Запах ярости, пропитавший воздух, прожигал лёгкие при каждом вдохе. Беллатрикс, до этого считавшая, что Гермиона просто безрассудна и глупа, поняла, смотря в пустые глаза, в которых не было ничего кроме ярости, что дело куда глубже. Гриффиндорка боролась всерьёз. Беллатрикс пыталась понять в чём дело. Отбивая заклятие за заклятием, она отпрыгнула от камня, упавшего с разрушающейся колонны. Здание начало рушится. Этого не хватало. Ей нужно было быстро найти источник проблемы. Это уже не просто забава. Начиная вспоминать все событиях ведущие к этому моменту, Беллатрикс начала сильно злиться. Она чувствовала, как напряжение сквозит по её жилам и мышцам. Ведьма старалась бороться с достаточно сильными заклинаниями Гермионы, обращать внимание на обломки, то и дело падающие вниз и искать проблему. Начиная не выдерживать, Беллатрикс решила, что лучше вывести гриффиндорку из боевого состояния. Грейнджер даже не вздрогнула, когда сильное режущее проклятие глубоко ввозилось в её плечо, оставляя почти кровотечение. — Какого чёрта?! — не выдержала Беллатрикс, посылая слабое Круцио, от которого Грейнджер уклонилась. — Что с тобой происходит, грязнокровка?! Гермиона резко пропала из виду Лестрейндж. Женщина сразу же обернулась. Она отшатнулась, чуть не упав, когда депульсо ударило в грудную клетку. Беллатрикс сжала челюсть и послала сильное пламя. Грейнджер отбила его водяным потоком, который накрыл Беллатрикс с головой. Гермиона и шагнуть не успела, как сильное заклинание подняло её в воздух, с силой ударяя о колонну. Младшая волшебница скатилась вниз. Она хотела подняться, но Беллатрикс в несколько шагов приблизилась к ней, хватая за одежду и поднимая в воздух. Она смотрела в карие глаза, пытаясь отыскать правду, но видела лишь ненависть и ярость. Неожиданно, младшая подняла руку, бросая в глаза Беллатрикс песок, а ногами ударила её в живот. Беллатрикс в шоке упала. Она часто моргала, стараясь не потерять фигуру Гермионы из виду и не упустить движения. Однако младшая лишь встала на ноги, направляя палочку на Беллатрикс, которая, в свою очередь, грозила ей с земли. Ведьмы тяжело дышали. Кровь украшала почти все части одежды и тела. Беллатрикс задержала дыхание, когда поняла. — Ты… — пазл в голове сложился. — Ну конечно… — в другой ситуации, она бы усмехнулась, гордясь, тем что поняла, но сейчас эта была больная правда. Гермиона сжала челюсть, давая Беллатрикс высказать предположения. Однако Лестрейндж знала наверняка. Она узнала эту пустоту. — Ты хочешь, чтобы Нарцисса поверила в тебя, — тихо сказала Беллатрикс, — Хочешь доказать, что ты сильна. Гермиона сжала палочку. Теперь Беллатрикс различила эти эмоции, прорвавшиеся сквозь пустоту. Обида. Боль. Печаль. Досада. Беллатрикс прекрасно понимала, что это такое. Когда тебя опускают на фоне других. Недооценивают. Не верят. Конечно, такое нужно контролировать, иначе тебя захлестнёт безрассудство, и ты перейдёшь границы разумного, но это чертовски сложно. Белла знала. Беллатрикс стала всё понимать. Нарцисса стала для Гермионы важным человеком. Авторитетом. Но Нарцисса не верит, что Гермиона способна противостоять сильным. В частности, старшей Блэк. Казалось, что в карих глазах отразилась прошлая Белла. Такая же. Нуждающаяся в одобрении. Ведьма вздрогнула, когда камень упал совсем рядом с ними. Нужно уходить. Но девушка так просто не покинет дуэль. Беллатрикс вернула ей своё внимание и опустила палочку. — Я знаю, какого тебе, — тихо сказала Беллатрикс. Её слова заставили Грейнджер вздрогнуть. Она сжала челюсть, отводя взгляд. — Нет, — тихо прошептала ведьма, — Ты не знаешь, что со мной, — слезы катились по лицу. Всё её тело дрожало. Они обе знали, что это ложь. — Знаю, Грейнджер, знаю, — продолжила Беллатрикс, пользуясь моментом, она встала на ноги, мягко забирая палочку у волшебницы. — Когда стараешься быть лучшей, но выбирают всё равно другую. Верят в другую, а не в тебя. Плечи Гермионы затряслись в безудержном рыдании. Беллатрикс не была фанатом тактильности, но при виде этой сломленной женщины, она мягко обняла гриффиндорку. Ведьма пыталась вырваться, но вскоре позволила утешить себя, пусть и не ответила на объятия. Лестрейндж апарировала их прочь. Когда они появились прямо перед входной дверью Мэнора, Беллатрикс еле успела отскочить от Грейнджер, прежде чем дверь открылась, и Цисси затащила их обеих в дом. — Какого чёрта?! — зарычала она. Её глаза горели огнём, но он потух, когда Нарцисса увидела в каком состоянии младшая из волшебниц. Лишь на миг взглянув на старшую сестру и поняв, что и ей досталось, Цисса крикнула: — Дромеда! Нужна твоя помощь — Нарцисса быстро взяла обеих волшебниц под руки и повела в зал. Туда тут же забежала Энди. Цисса усадила Гермиону и Беллатрикс в разные кресла, не давая контактировать, садясь на колени перед гриффиндоркой. — Не нужно, — сказала Гермиона, прерывая попытку стереть кровь с разбитой губы. Гриффиндорка уже сидела с совершенно пустым лицом. Будто не она только что рыдала в объятиях Лестрейндж. Нарцисса с секунду смотрела на Гермиону, словно пытаясь разгадать ее, но после опустила взгляд. — Энди, — тихо сказала Беллатрикс, — Предлагаю переместиться в ванную. Не хочу замарать ковры нашей Циссы, — она лишь на половину шутила, понимая, что Нарциссе и Гермионе нужно время. Энди кивнула, с грустью посмотрев на младшую сестру. Она тоже видела, что что-то не так. Когда шаги на лестнице затихли, Нарцисса поднялась с колен. — Что с тобой, Гермиона? — спросила женщина. Волшебница опустила голову, не желая встречаться с голубыми глазами. — Хорошо. Давай по другому, — вздохнула старшая, — Почему ты не хочешь дать мне исцелить всё это? — она подошла к столику, на котором стояла открытая ею и Энди бутылка Огневиски. Когда ведьмы пропали, Энди убедила сестру выпить и расслабиться. Впрочем, теперь Андромеда знала о отношениях Цисси и Гермионы. Грейнджер вздохнула и встала на ноги. Она медленно сняла мантию, скидывая её на пол. Блэк пришлось подавить дрожь. Кровь была по всему телу. Блондинка сделал глоток алкоголя, наблюдая за движениями шатенки. — Мне не стоило этого делать, верно? — ровном тоном спросила Гермиона, не поднимая головы. — Сражаться с моей сестрой? Нет, Гермиона. Ты могла погибнуть, — так же спокойно сказала слизеринка. Казалось, что её слова только ухудшили всё. Её мозг лихорадочно работал, пока она наблюдала, как Гермиона медленно опустилась в кресло. Ее лицо выражало такую душевную боль, что Нарцисса еле сдержала слёзы. Она не могла понять, что вызвало такое у этого нежного существа. — А она? — Гермиона наконец подняла голову. Её глаза казались пустыми. Цисса прикусила внутреннюю часть губы, стараясь подобрать слова и кусочки этого пазла. Не выдержав, Блэк поставила стакан с алкоголем и подошла к младшей. — Гермиона, я не понимаю, — Нарцисса опустилась на колени, — Что случилось? — глаза Нарциссы наполнились слезами. Грейнджер вздохнула, не зная что сказать. Да, Лестрейндж была права. Гермиона в последнее время заметила, насколько Цисса сомневается в ней. Словно у Гермионы нет и шанса против Беллатрикс. Грейнджер хотела доказать, что тоже чего-то стоит. Что она не слаба. — Я… я не понимаю… почему? Почему ты так уверена в ее силах? Почему ты считаешь, что я слабая и ни на что не способна? — прошептала Гермиона, закрывая глаза. Нарцисса застыла. Такого она не ожидала. Да, она понимала, что с девушкой что-то не так. Но у неё и в мыслях не было, что дело в этом. Блэк почувствовала холодный гнев. Как Гермиона могла такое подумать? Нарцисса поднялась с колен. Гермиона открыла глаза. Испуг в её глазах заставил Нарциссу не раздумывать ни секунды. Она чуть наклонилась голову, сжимая бёдрами ноги Гермионы. Руки обхватили щеки девушки, и губы прижались к губам Гермионы. Удивлённый вдох был поглощён губами Нарциссы, которые действовали беспощадно. Это был поцелуй пропитанный гневом, возмущениям и обещаниями, смешанными с раскаянием. Нарцисса облизала рану на нижней губе гриффиндорки, пока руки опустились на бёдра блондинки, мягко поглаживая. Нарцисса отстранилась, сохраняя между их губами миллиметры: — Никогда не смей так думать, душа моя. Ты самый сильный человек, которого я встречала. Я всегда была уверена в твоих силах. Ты моя сильная девочка, — Нарцисса закрепила свои слова поцелуем. Гермиона закрыла глаза, растворяясь в моменте. Нарцисса нежно провела пальцами по шее Гермионы, встречая на своём пути сильный порез. Тут она отстранилась. — Позволишь? — тихо спросила она. Гермиона открыла глаза и кивнула. Нарцисса взяла свою палочку и быстро высушила одежду и волосы девушки. Пока она обрабатывала множественные порезы, ожоги и синяки, каждое её движение было наполнено нежностью и после особенно болезненных ран, она целовала волшебницу, стараясь смягчить боль. Смертельных ран, конечно, не было, но бой был явно не шуточным. Когда Нарцисса закончила, дав Гермионе зелье для быстро заживления, послышались шаги и голоса. Раздражённый Энди и насмешливый Беллатрикс. Они появились в проеме, о чём-то споря. — Да конечно! Пущу я вас теперь вдвоём, — огрызнулась средняя Блэк. — Я клянусь, никаких дуэлей, — настаивала Беллатрикс. — Нет! Это верная путёвка в Азкабан! — Всё, что мы делаем — путёвка в Азкабан, — закатила глаза Беллатрикс, без разрешения беря бутылку огневиски и делая глоток из горла. Нарцисса и Гермиона переглянулись. — Как ты? — смягчилась Андромеда, подходя к Гермионе. — В порядке, — кивнула Грейнджер. — Отлично, потому что у Беллатрикс, видимо, сотрясение! — опять воспламенялась Энди. Нарцисса посмотрела на темноволосую, выгнув бровь. Она закатила глаза. — Я поняла, что в нашей ситуации, выгоднее не заманивать кого-то на свою сторону, а действовать иначе, — начала Лестрейндж. — Иначе, это… — Нарцисса непонимающе посмотрела сестёр. — Иначе, это выкрасть эту гребанную книгу и свалить! — закончила Энди. Гермиона и Нарцисса в шоке застыли. Беллатрикс с любопытством оглядела волшебниц. — Ну… — начала Гермиона, очнувшись. — Мне кажется, что тут есть логика, — три пары глаз уставились на неё, — Я не смогу втереться в доверие. Влияние Кингсли слишком сильно, особенно, когда на его стороне Гарри. Вариантов особо нет. Стоит мне сделать неверный шаг, как он обнажит историю с запретным лесом, — ведьма откинулась на спинку кресла, — А если мы вырвем правду у Малфоя и прочих, то можем отправить их в Азкабан. Думаю, даже при всей обиде на меня, Гарри не откажется от такого сюрприза. Энди взметнула руки вверх. — Вы серьезно?! Это верная смерть! У него больше влияния в несколько раз! — В том то и дело, Энди. Это тёмное влияние. Которое работает на магическом уровне, — Беллатрикс стала серьёзной, пытаясь внушить сестре правду, — Прошу заметить, что никому не известно прошлое этого человека. Никому не известны его знакомые помимо Ордена. И никто даже не подозревает его ни в чём! Мы должны донести правду, — Беллатрикс положила на столик перед сестрой «Ежедневный пророк», — Иначе вот это случится и с Грейнджер, — ведьма села в кресло. Три женщины подошли к газете. — «Многочисленные нападения на маглорожденных ведьм и волшебников продолжаются. В настоящее время подозревается, что в этом замешены недавно сбежавшие пожиратели смерти. Министр магической Британии, мистер Кингсли Бруствер, дал комментарии: «В скором времени мы разберёмся с этими преступниками. Просим сохранять спокойствие. Преступников поймают»… — зачитала Энди. Гермиона зарычала. — В скором времени. Чем же ты сейчас занят, Бруствер. — Именно, — подтвердила Беллатрикс, — Люди доверяют ему. Потому что слепы и, как я и говорила, тут дело куда глубже. — Хорошо, — отступила Андромеда, — Выкладывайте план. — Разберёмся с Руди и остальными, — начала Беллатрикс, — Грейнджер, что там со связями? — Письмо не приходило? — спросила гриффиндорка у Нарциссы. Та кивнула на стол. Гермиона быстро разорвала конверт и прочитала. Тут же дьявольская улыбка расползлась по её лицу. — Всё под контролем, — сказала она, — На нашей стороне те, кто могут допрашивать людей любыми способами совершенно законно, — она опёрлась о стол, с ухмылкой смотря на сестёр Блэк, — Блейз Забини будет здесь утром. Беллатрикс хищно улыбнулась, заливая в глотку огневиски. — Прекрасно, — усмехнулась ведьма, — Значит так. Отдаём их в Азкабан. Грейнджер крадёт книгу. Мы исчезаем из Лондона. И идём по следу! Нарцисса и Энди переглянулись. Им не особо нравится этот план. — Итак. У нас есть последний день на сборы и прочее. Возьмите всё, что вам нужно. Завтра в два часа, я буду ждать вас с книгой на площади Гриммо, — Беллатрикс исчезла с хлопком.