Сделка с дьяволом

Реми отпустила машину и пошла пешком по Французскому кварталу, но не смогла отделаться от Саймон, которая молча шла рядом. Она позвонила в звонок и подождала, глядя на толпы туристов, идущих по Бурбон-стрит и фотографирующих каждый второй поворот, который сделал Новый Орлеан, таким очаровательным городом. Ворота открылись и она увидела Даллас, все еще в своем утреннем наряде, хотя волосы она распустила. — Что, ты не смогла пройти мимо? — спросила Даллас. — Просто хотела зайти и посмотреть, не передумала ли ты, и, поскольку я вернулась рано, мы могли бы пойти куда-нибудь. Это сэкономит время на кухне. — А еще говорят, что рыцарство умерло.— Даллас прислонилась к открытой двери и улыбнулся ей. — Хочешь зайти и выпить? — Ты уже пьешь? Плохой день? — Женщина последовала за Даллас. — Я пила горячий шоколад, но если вы хотите что-нибудь покрепче, я пойду посмотрю, что у меня есть. — Горячий шоколад? — Спросила Реми так, будто она никогда не слышала, что это. — Звучит здорово. — Что я могу вам предложить? — Даллас протянула руку Саймон. Женщина коротко пожала её и слегка склонила голову. — Саймон Хименес, мэм, и не беспокойтесь обо мне. — Я скоро вернусь. — Мы подождем там. — Реми указала на стулья под деревьями. — Я думала о тебе с тех пор, как ты ушла этим утром, — сказала Даллас, когда вернулась с еще двумя кружками, явно игнорируя пожелания Саймон. — Ни чуть не любопытно? — Спросила она, когда Реми ничего не ответила. — Бесконечно, но есть два варианта. — Какие? Реми сделала глоток, затем наклонилась вперёд, держа кружку между коленями. — Это либо хорошо, либо плохо. — Я понимаю. — Даллас поджала под себя ноги и откинулась на двойное сиденье, которое она выбрала рядом с Реми. — К чему ты склоняешся? — Судя по приему, который я получила, я бы выбрала хорошее, с примесью немного плохого. — Это описание ситуации, или вас, мисс Джатибон? — Может быть и то и другое. — Даллас кивнула и провела пальцем по шву джинсов. — Меня интересует одна вещь. — Спрашивай. — Почему я никогда не видела тебя, и только недавно услышала о тебе, и твоей семье, вы владеете студией? Саймон откашлялась, когда Реми поставила кружку. Материал ее ковбойских сапог, из кожи аллигатора, натянулся, когда она скрестила ноги. — Моя семья не из тех, кто жаждет внимания. — Ты работаешь в кинобизнесе и не жаждешь внимания? — Смех Даллас, заставил Реми подумать, что ее не воспринимают всерьез. — Это редкость, потому что обычно все в этом бизнесе жаждут внимания. — Даже ты? — Спросила Реми с оттенком юмора. — Как только я узнаю тебя поближе, я расскажу, почему я занимаюсь этим делом, но сейчас я вполне довольна тем, что сижу здесь, в моем маленьком тайном саду и читаю книги, которые позволяют мне на время сбежать от мира. — Даллас указала на корзину с книгами, стоявшую возле стула Реми. — Значит, ты надеваешь парадную одежду и фальшиво улыбаешься только тогда, когда того требует случай, да? — Платье было выбрано в последнюю минуту, и улыбка была настоящей. Вижу, моего нового босса не так-то легко впечатлить. — После того, как ты подпишешь новый контракт, я буду рада рассказать тебе, что впечатляет вашего нового босса, но сейчас тебе придется выяснить любую новую информацию о ней, только за ужином. Ворота снова открылись, заставив Реми замолчать, а Саймон встать. — Я вижу, что тайный сад делит не один человек. — Простите меня на минутку, не могли бы вы подождать? И нет, я живу одна. Боб остановился у края плиты и уставился на Реми. Ненависть, которую она видела на его лице прежде, появилась ненадолго, а затем сменилась такой широкой улыбкой, что он казался причудливым. Если он намеревался присоединиться к ним, или провести время с Даллас, громкий, но короткий разговор, свидетелем которого стала Реми, развеял эти мысли. То есть до тех пор, пока они снова не дошли до ворот, и Боб не закрыл дверь ладонью. — Не за что, Даллас, — услышала Реми его слова, когда подошла. — Разве ты чего-то хотел, Дик? Он открыл рот достаточно широко, чтобы Реми увидела пломбы в его верхних коренных зубах, но так же быстро закрыл его и глубоко вздохнул. — Всего несколько минут вашего времени, чтобы обсудить контракт Даллас. — Я уверенна, что у Даллас не возникнет проблем с получением справедливой цены на сиквел, но я не в том положении, чтобы обсуждать это прямо сейчас. — Она опустила глаза туда, где его рука сжимала плече девушки. — Что еще я могу сделать для тебя? — Поскольку вы новичок в этом деле, позвольте дать вам совет. — Он притянул Даллас ближе к себе. — Считается, что запрещено разговаривать с кем-то, без присутствия его адвоката. Продолжайте в том же духе, и ни один актёр не захочет работать с вами. — Я ценю вашу заботу, когда речь идет о делах моей семьи, но, поскольку вы не знакомы с тем, как мы работаем, позвольте дать вам небольшой совет. — Реми протянула Даллас руку, которую она быстро приняла, заставив Саймон сделать шаг вперёд. — Мы плохо реагируем на угрозы. Если вам не нравится, как мы себя ведем, то предлагаю вам смириться, и сделать все возможное для вашего клиента, а свои личные переживания, оставить за рамками переговоров. Если не сможете, я дам Даллас бесплатный совет — найти нового покровителя. — Даллас никуда не ходит, и ничего не делает без меня, — сказал он, указывая на Реми. — Она знает, какой длины у нее поводок, и вряд ли сделает что-нибудь глупое. Реми сжала пальцы Даллас, когда та начала что-то говорить, и склонила голову в сторону дома. Даллас поняла сообщение и направился к двери, но время от времени останавливалась, чтобы обернуться. — Что-то мне подсказывает, что тебе есть что рассказать, Дик. Ты собираешься рассказать об этом добровольно, или с моей стороны потребуются небольшое уговоры? — Я немного покопался, и знаете, вы и ваша семья, меня не напугает. Ты должна бояться того, что я могу с тобой сделать. — Его тыкающий палец оказался в дюйме от груди Реми, и она покачала головой в сторону Саймон, чтобы та ничего не делала. — Как я уже сказала, я плохо реагирую на угрозы. Вот почему я редко их слушаю, но в вашем случае сделаю исключение. — Она понизила голос до шепота. — Я не очень хорошо знаю Даллас… пока. Но если я узнаю, что ты причиняешь ей боль, ты вспомнишь сегодняшний день. Ты запомнишь это, потому что это день, когда у тебя была возможность уйти, но ты этого не сделал. Ты будешь думать об этой возможности, когда развернется твой самый страшный кошмар, а это хуже, чем все, что ты мог бы придумать. — Громкая болтовня, мисс Джатибон, но там, откуда я родом, таких, как вы, не воспринимают всерьез. Мы берём вас на прогулку в лес, и сами избавляемся от проблемы. Мне не нужна никакая поддержка. — Он указал на Саймон. Когда Реми начала смеяться, лицо Боба покраснело. Она услышала, как позади нее открылась дверь, но Даллас не отошла от дверного проема. — Я буду иметь это в виду, и с нетерпением жду возможности, снова поговорить с вами, в ближайшее время. Теперь, я верю, что ты собирался уйти. Когда Реми наконец обернулась, чтобы посмотреть, где находится Даллас, ворота за Бобом закрылись. Последнее, что ей было нужно, это кто-то с багажом, и у нее было ощущение, что Даллас приехала с целой тележкой. Однако на ум пришла её мать, и она направилась к девочке с протянутой рукой. Рэймон научил ее быть сильной, но мать умерила это качество, проповедуя справедливость и милосердие. Даллас Монтгомери была красива, но явно нуждалась и в силе, и в милосердии.